Я снова чувствую!

— Рави! — Да? — Где Хакён-хён? — Не знаю, Хёкки, может в салоне, может в торговом центре или еще где, а может вообще с моим отцом. — на одном чуть поникшем дыхании отвечает альфа, не отрывая взгляда от компьютера, ведь ему снова прислали очень важное письмо Почему СанХёк здесь, в кабинете друга? Потому что он пришел к своему альфе, хотел сделать сюрприз в виде вкусного обеда и нового снимка УЗИ сроком уже 8 месяцев, где уже четко виднеются ручки, ножки, головки, маленькие носики и маленькие-маленькие пальчики малышей. Но ХонБин срочно уехал буквально за 10 минут до прихода мужа, поэтому Хан пошел на поиски Кима, с которым встретился в холле. Они долго говорили, альфа рассказывал разные ситуации компании и очень хотел знать мнение со стороны, а омега рассказывал о студии. — Не похоже на тебя. Поругались? — Хёк отставляет чашку зеленого чая на столик и подходит к большому офисному столу из красного дерева и опирается одной рукой на него ВонШик на этот вопрос отвлекается от своего чтива, непроизвольно вдыхая весьма интересный запах младшего. За последние пару месяцев, у альфы полностью восстановилось обоняние. Если он мог чувствовать только свою аппетитную карамельку, то сейчас Ким может слышать тихие запахи других омег. И ему очень нравится этот странный коктейль из апельсина, лимона и мяты, «как летний освежающий напиток», проносится в голове. Альфа смотрит на друга, потом на его большой живот и молчит. — Серьезно, поругались? — омега недоумевает, ведь эти двое никогда не ссорились и даже не разговаривали на повышенных тонах — Что ты. Нет… я… ну… Мне срочно пришлось уехать вчера ночью в Тэгу, Энни крепко спал, я оставил ему записку. Прилетел три часа назад… он, мне так ничего и не написал за весь день. — Ким смотрит на часы, показывающие 3 часа дня ровно — И трубку не берет… — Ну знаешь, я бы расстроился, если бы Бин ночью взял и исчез, оставив записку. — парень уже не может стоять на ногах и приземляется к кресло около него, уж слишком уже тяжело, альфа смотрит на друга вопросительным взглядом — Что? — Расстроился? — Да. Рави ерошит свои прекрасные черные волосы и потирает виски. Голова и так не варит после такого быстрого отъезда, перелета, бессонной ночи, снова перелета и работы. Он так быстро собирался ночью для этого важного дела, что и не подумал, что может расстроить свою омегу таким тихим безмолвным уходом. Даже не поцеловал перед уходом. — Ой! — СанХёк хватается за живот, ВонШик распахивает глаза и в миг оказывается около парня — Что такое? — Пинаются… Ай. Вот. — Хёк берет руку альфы и прикладывает к животику — Чувствуешь? Ким спокойно выдыхает и положительно кивает. Такие сильные толчки, кто-то из них бьет ножкой. Рави улыбается и смотрит в радостные глаза друга, кажется младший сейчас заплачет. — Ты узнал пол? — Нет. Ни пол, ни предположительный вид. Не хочу. — Тебе принести чего-нибудь? — все еще поглаживая животик, интересуется альфа — М… Шоколад хочу… — мечтательно тянет СанХёк ВонШик сразу достает из шкафчика плитку молочного шоколада и вручает ее другу, а тот аж пропищал от радости. Как можно так умилительно есть шоколадку?! Всю милоту прерывает стук в дверь. — Кто? — строго спрашивает альфа — Господин Ким. — девушка робко открывает дверь — Что? — …эм… Ваш муж здесь. — ЧТО?! — как только дверь открылась полностью, Рави почувствовал карамель, которая мигом заполнила легкие. Течка? Какой же сильный аромат. Парень готов поспорить: если бы эта дверь была обычной, а не звуконепроницаемой, то он бы учуял любимого, пока тот был в холле. Хакён медленно заходит в кабинет и помощница быстро удаляется, закрывая дверь. Эн весь взмокший, глаза замутнены, руки чуть дрожат, а дыхание глубокое. ВонШик зависает, пытаясь немного успокоиться. — Я пожалуй пойду. У вас тут очень важное дело. — хихикнув, говорит СанХёк, встает не без помощи Рави и выходит, придерживая животик Ча так и стоит на месте, просто пытаясь насытить легкие кислородом, пока Ким медленно подходит к нему, подхватывает под бедра и несет к широкому офисному весьма удобному для таких действий столу. — Почему ты мне не позвонил? — Потому что какой-то альфа ночью забрал мой телефон с собой. — Прости. — ВонШик покрывает поцелуями столь любимую бронзовую шею. «Как он сюда добрался?.. А охрана?.. Это же последний этаж!» Он останавливается и смотрит прямо в затуманенные глаза. — Как ты дошел? Тут же кругом альфы. — от одной мысли, что на его карамельку кто-то пускает слюни или просто смотрит, в таком-то состоянии, у альфы бурлит кровь и он сильнее сжимает рукой бедро омеги, а второй чуть ли не до треска край стола, ведь Хакёну нельзя принимать подавители. — С трудом. — обхватив шею Рави, отвечает Ча, — Но, Спасибо твоему отцу. — м? — Если он не приехал внезапно, я бы… не мог оставить ЁнДэ и мучился бы дома. — перед глазами Эна снова все плывет — Его водитель привез меня и помог. — Напомни потом, отблагодарить его. — альфа вновь возвращается к сладкой шее, к губам и вовремя вспоминает о паре вещей, от отстраняется от любимого — Что такое? — Ты же не хочешь лишних внезапных свидетелей?! — подойдя к двери, оборачивается Ким и запирает ее, по пути обратно, стягивает галстук и пиджак, властно целует Ча, заставляя его лечь на стол, и тянется рукой к ящичку, доставая презерватив. Снова поцелуй и парни уже не знают, каким образом они разделись. Ну точнее, как с Хакёна полетела одежда, а Рави спустил штаны. На секунду омега чувствует себя офисной шлюхой, влюбленной в своего босса и служащей всего лишь его подстилкой, вспоминая один из дней прошлой течки, когда альфа трахнул его прямо в коридоре перед уходом на работу. — Сразу. Прошу. — скулит Ча, притягивая ногами альфу ВонШик рычит и выполняет сладкую просьбу. Как же узко в этом омеге. Может и к лучшему, что секс им разрешен только в течку. Такие острые ощущения! Невозможно насытиться за эти несколько дней и каждый раз хочется больше и больше. Движения альфы медленные, преступно медленные, но такие приятные. — Ах.м… — Эн не сдерживает себя в стонах, пусть все за этой дверью знают, что их босс занят и насколько сильно он любит омегу. А Рави и не против, он улыбается, ускоряя темп и двигаясь все более размашисто — Ах.Шикки-аа… — эти вскрики прекрасны, как же хочется, чтобы все альфы, работающие здесь, их слышали и знали свое место. Ким не простит даже похотливого, да что уж там, просто взгляда какого-нибудь альфы в сторону своей пары. — м… Аа…быстрее, Шик…ки, пожалуйста… Рави срывается по просьбе любимого, он чувствует, как Хакён все сильнее сжимает его член, и чуть меняет угол, переместив его стройные красивые ножки на плечи. Толчок, стон, расцарапанная рука альфы, толчок, вскрик, падение какой-то папки, толчок, стон, толчок, падение статуэтки (весьма внушительного веса), рычание альфы, толчок, еще, еще и Эн кончает с немым стоном. Последний толчок и следом изливается ВонШик, сразу выходя, дабы узел не связал их на несколько часов. Ча опадает на стол, сил нет, даже сдвинут ноги или просто пошевелиться. Ким нависает над мужем, всматриваясь в его личико, целует, помогает слезть со стола и одеться. — Теперь я буду почаще приходить сюда. — улыбается Хакён, застегивая последнюю пуговицу на рубашке, он переводит взгляд на дверь, из-за которой послышался какой-то шум, — Как думаешь… мы сильно шумели? — А у тебя часто бывает горячий секс в кабинете своего альфы?! — кусает мочку уха, от чего омега стона издает стон, Рави отрывается от своего приятного занятия, потому что снова слышится шум за дверью. Он сажает Ча в свое кресло и открывает дверь. — Что за шум? В приемной какой-то кавардак. Все бегают из стороны в сторону, кто-то куда-то звонит. Через стеклянную стену видно несколько работников, столпившихся вокруг кого-то. — ВонШик… — омега стоит позади парня, принюхивается и прикладывает ладони ко рту — Это СанХёк… — взгляд обоих устремляется на тот холл через прозрачную стену Альфа срывается первым, расталкивает всех. Хёк сидит в черном креслице и тяжело дышит, взгляд затуманен, слезы текут, омежка держится руками за живот. Будто только это удерживает его от полной отключки. — Хёкки. Что такое? Малыши? — Ким берет горячее лицо в руки, направляя его, — СанХёк? — Мм… — Хёк старается сфокусировать взгляд и сразу видит Хакёна, стоящего за спиной Рави, — Эн-а… воды отошли… — Господин Ким, мы вызвали скорую. — Кто-нибудь позвонил Ли ХонБину? — с грозным видом спрашивает Ча, оглядывая всех — П-простите? — парень ассистент не понимает, да и половина из присутствующих не понимает, зачем звонить почти ж то второму по значимости в этой компании. — Идиоты! Быстро позвоните ему! — ВонШик ни разу еще не видел свою карамельку такой злой — Хёкки, Хёк? Только не теряй сознание. — омега чуть похлопывает парня по щекам Через 10 минут подъехала бригада скорой помощи, быстро уложили на носилки, а потом в машину, Хакён поехал с другом, а Рави, поехал следом, вызванивая ХонБина, который все никак не поднимет чертову трубку. Дозвон до друга перебивает звонок Эна. — Как Хёкки? — Мы в палате. Акушер сказал, в ближайший час могут начаться роды, а то и раньше. Тш. Тише, Хёк. дыши… Вот так. — Я не могу дозвониться до Бина, заеду домой. Может он там. — Хорошо…м. Буду ждать тебя. — закусив губу, говорит Хакён, он чувствует, что течка вот-вот может дать о себе знать, но Эн никак не может оставить младшего. Ча кладет трубку и сжав кулаки, подходит к окну, чтоб приоткрыть его, обеим омегам сейчас нужен воздух. — Хён. — более спокойно отзывается СанХёк — Да? — …Прости… — За что? — старший садится на край кровати — Я вижу, как тебе тяжело. Тебе же нельзя принимать подавители. Уверен, что.фух… что тебе стоит тут быть? — может у Хана и отошли воды, но он волнуется и за своего друга, ведь по рассказам того, у Эна бывают очень болезненные и сводящие с ума течки. — Как-нибудь разберусь. Не могу же я тебя оставить. Хотя бы пока Бин не приедет, я буду здесь с тобой. Пока Хакёён поддерживает младшего, ДжеХван, будучи оповещенным через смс, бросает свою клинику, мчась в другую больницу. Бета встречается с любимым на парковке и они вместе доходят до нужной палаты. ВонШик уже приехал к дому, снова набирает Ли, поднимается на лифте. Нужная дверь, звонок. Тишина. Альфа звонит на второй номер и… Видимо ХонБин забыл его в квартире. Черт! Ким звонит в компанию на ресепшн: «Как только увидите Ли ХонБина, срочно отправьте его в больницу Тхомон» — Хорошо, господин. Оо. Господин Ли! Это Господин Ким. Срочно. — девушка сразу дает трубку наконец-таки найденному альфе — ВонШик-щи? — Тащи свой зад в больницу Тхомон. Живо! У Хёка воды отошли. На другом конце слышится стук телефонной трубки об стол. Ким едет в больницу, как на зло пошел дождь. У альфы немного побаливает спина и немного поднимается температура, он списывает это на бег и стресс. Ли за 10 минут проскочил везде на зеленый свет. Нужная палата под номером 9, в коридоре сидит Лео. Значит Кён и Эн внутри. Со стороны двери доносятся очень сильные запахи: усилившийся запах Хёка, клубничный аромат ДжеХвана и нереальный резкий карамельный запах… Вот почему Тэгун и не заходит. — Его скоро заберут. — Спасибо, что приехали. — с этими словами Бин заходит в палату, если убрать запахи, то обстановке вполне спокойная СанХёк сразу оборачивается и улыбается, поглаживая животик. Кён хлопает альфу по плечу и уводит горячего Хакёна под руку. Лео сразу на секунду задерживает дыхание, его зрачки расширяются. Да, у него есть ДжеХван. Да, омега меченный и на нем есть запах Рави, но эти чувства возбужденности и секса вообще никто не отменял. Бета видит состояние своего мужа, состояние Эна не лучше, это коридор все-таки. — Тэгуни~, принеси пожалуйста, два чая из ромашки и мяты. Альфа возвращается спустя 5 минут и протягивает стаканчики. — Второй тебе. — забрав стаканчик, говорит ДжеХван — Хён, попей. — мм… — с горем пополам омега выпивает содержимое, и кто б знал, что это ни к чему. Потому что через секунды две в коридоре появляется аромат кофе. Ким тянет Хакёна на себя, заставляя встать, и ведет в сторону туалета, который находится не так уж и близко от палаты друга. Новая волна проносится по телу Ча, ВонШик останавливается, обводит взглядом пространство и прямо в метре он них подсобка. Альфа улыбается и затаскивает любимого туда, разворачивая его лицом к стенке. Эн стонет от неудовлетровенности, джинсы в конец мокрые от количества смазки. Ким быстро расправляется с нижней частью одежды омеги, да и своей, и резко входит, сразу же начиная двигаться. Как же Хакёну это нравится: то на столе в кабинете, то в подсобке больницы. Ха. И правда — шлюха. Он пытается сдерживать стоны, но с каждым новым толчком и ускоряющимся темпом, это становится все сложнее. Чуть прогнув омегу, Рави до синяков сжимает его бедра, пара фрикций и Эн кончает, а альфа не перестает двигаться и держать Ча, чтобы тот не съехал вниз. Такие странные ощущения, когда после оргазма, Ким все еще двигается. Так странно и так приятно, что перед глазами взрываются фейверки. ВонШик все же не удерживается и вместе с омегой опускается на пол. Ча даже не может держаться на руках и он прогибается в спине, упираясь в изгибы локтей. «Шикки…ах… Еще, Шикки…м…аах». Еще несколько сумасшедших движений и альфа резко выходит, изливаясь на мокрую от пота рубашку Энни, а тот кончает второй раз с громким мелодичным стоном, который уж точно не останется без внимания всех находящихся за дверью пациентов, посетителей, врачей и… четверых друзей. — Чувствую себя шлюхой. — восстановив дыхание, говорит куда-то в шею — м? Почему же? — оттягивая мочку, спрашивает альфа — А сам вспомни сегодняшний день. Секс в кабинете, теперь здесь. — Тебе не понравилось? — Шутишь?! Это так заводит. — омега ведет ладонью от своей шеи до низа живота и закусывает губу, а потом тоже самое проделывает с любимым, на что тот рычит. ВонШик более менее одет, а вот Ча в одной распахнутой рубашке, бессовестно не прикрывающей ничего. — Давай-ка, мы тебя оденем и…продолжим в другом месте? — через свои собственные стоны и рыки предлагает Ким, омега соглашается, но не понимает как он в существующей одежде вообще элементарно дойдет до лифта. Альфа будто знал, и перед тем как уехать из дома (узнав, что ХонБина там нет), он зашел домой, взять пару вещей. Пара вернулась к палате, а там никого. Они вышли в холл-ожидания, Кён устроился на плече у Лео, пока тот листал журнал. — И давно увезли? — падая в кресло, спрашивает ВонШик — Через минут пять после вашего ухода. — хитро смотрит Чон — В этот раз, Хёкки захотел, чтобы Бин был с ним. — добавляет Ли — Так понимаю, вы не останетесь с нами? И на долго вы уедите? Ким осматривает мужа с головы до ног, встает, хватая его за руку, идет к выходу и бросает «Как только успокою его! Вернусь!» — …Тэгун — м. — Ты… как? — закусывая свою пухлую губу, спрашивает бета, спуская руку по внутренней стороне бедра альфы. Чон поворачивается, но действия не останавливает, лишь порыкивая в ответ. Еще пара таких движений и ДжеХван ведет его в туалет, чтобы помочь ему спустить пар своим глубоким минетом, от которого Лео будет, не сдерживаясь, рычать. Таким, что когда они откроют кабинку, их встретит пара жадных завистливых глаз. Но этим двоим все равно, главное, что им было хорошо.