Ironstrange

Каждый раз, когда Тони смотрит на Стивена, его реактор начинает жалобно пищать. И, нет, вовсе не из-за очередной поломки или нарушения работы одной из его функций. Просто иногда совершенно не получается контролировать свою любовь, хотя, по правде говоря, Тони даже не пытается. Он позволяет себе наслаждаться тем, что видит и что чувствует. Ведь тот факт, что он является одним из самых сильных супергероев и защищает родную планету от разного вида угроз, не отменяет того, что он может испытывать чувства. Даже у Тони Старка есть сердце. И доказательство тому — один бывший нейрохирург, ради которого Тони готов отказаться от всего, что ему дорого, если потребуется. Не сказать, что Тони когда-то боялся осуждения со стороны окружающих и любых косых взглядов, но это определённо то, что стало волновать его в последнее время. Он всеми силами старался уберечь Стивена, прекрасно понимая, каково это — когда в один миг на тебя обрушивается всемирная слава, известность, популярность, когда каждый житель этой планеты знает всё, вплоть до марки твоего нижнего белья и вида кофе, который ты предпочитаешь на завтрак, когда каждый шаг, каждое действие контролируются. Это такое отвратительное чувство, будто ты абсолютно обнажённый стоишь на огромной сцене перед тысячным залом. И Тони никому не пожелает испытать его. Потому что это хуже самой страшной пытки — играть две роли, жить в две жизни, носить две маски. Потому что далеко не каждому можно открыться, особенно после стольких лет предательств и неудач, тянущей боли и неспособности что-нибудь с этим сделать. Но даже после всех этих попыток не потерять себя окончательно и лет вечного одиночества нашёлся человек, который не ушёл даже спустя долгое время, не бросил, узнав о том, с какими демонами борется Тони Старк всю свою жизнь, не оставил одного, наивно полагая, что он прекрасно справится и сам — ведь до этого же как-то справлялся. — Я с тобой, Тони, — сказал тогда он, и Тони поверил. Запомнил и теперь, наверное, не сможет забыть до конца своих дней то, как Стивен смотрел на него. Преданно, безумно, глубоко. С одной стороны, ничего плохого это не принесло. Но с другой… Тони боялся. Боялся за Стивена, за себя, за их отношения. Казалось, что за последние несколько лет успело произойти столько всего, что он уже и не вспомнит, когда мог что-то чувствовать, помимо злости и гнева. Казалось, что всё внутри замерло, покрылось ледяной коркой. Казалось, что когда он встретит человека, способного полюбить его, то не сможет сказать ничего, кроме: «Ты не знаешь, во что ввязываешься». Казалось, что однажды он был настолько ранен, что был вынужден закрыть своё сердце. Но казалось ли? Этим вопросом Тони задаётся всю свою жизнь. Даже сейчас, когда он обрёл человека, который принял его и, что самое главное, понял, он не перестаёт думать, что его… любят? Искренне, без лишних слов и объяснений, без наигранных эмоций и фальшивых улыбок. Это очень тяжело — смириться с тем фактом, что кто-то может находиться рядом с тобой и не думать о твоём многомиллионном состоянии и о том, насколько ты хорош в постели, не задавать порядком надоевшие и однообразные вопросы о Щ.И.Т.е, о проекте «Мстители» и о Железном Человеке. Тони знает, что Стивена это совершенно не интересует. Нет, ему, конечно же, не наплевать, ведь это напрямую связано с жизнью и деятельностью Тони, но для него важнее не то, сколько миллионов долларов у Железного Человека на счету, а то, сколько демонов у Тони Старка, с которыми он вынужден бороться каждый день. Но теперь ему не нужно справляться с ними в одиночку — и это Тони знает тоже.

×××

Каждый раз, когда Тони наблюдает за Стивеном, его восхищение этим человеком становится всё больше и всё сильнее. Он любит его уже за тот факт, что однажды Стивен чуть было не отказался от титула Защитника Санктума из-за того, что убил одного из Зилотов. Он так переживал, потому что не собирался никому причинять вред — не в его правилах это. Тони нравится то, как Стивен ведёт себя, когда приходится вести переговоры с «плохими парнями» или пытаться разобраться мирным путём и с помощью слов. Внешне он всегда остаётся холоден и не позволяет никому из них усомниться, что он уверен в том, что говорит. От него веет живой энергией и решимостью, а пронизывающий насквозь взгляд, кажется, способен читать мысли и видеть то, что человек тщательно пытается скрыть. Но Тони знает, что каждый раз, когда они попадают в подобную ситуацию, Стивену приходится скрывать свои истинные эмоции. Ему страшно. Практически всегда он старается обойтись минимальным количеством жертв, потому что, каким бы высокомерным человеком он не казался, он думает, прежде всего, о тех, кто не заслуживает такой участи. Каждый раз Тони ловит его мимолётные взгляды на себе, хотя и не подаёт виду. Каждый раз во время сражения с очередными злодеями, решившими повеселиться на Земле, он глазами ищет Стрэнджа и с удивлением замечает, как тот одной рукой еле-еле отбивается от пришельцев, а другой — спасает гражданских. Каждый раз после победы или поражения в схватке с существами из других Галактик Тони видит, как Стивен тщательно осматривает Мстителей на предмет наличия ран или повреждений и только потом, закончив свою работу и оказав помощь нуждающимся, он идёт к себе в комнату, чтобы позаботиться о себе. И каждый раз Тони сдерживает в груди крик, потому что он понимает его как никто другой. — Не знал, что кофейная диета снова в моде. Тони резко дёргается и поворачивается в сторону входных раздвижных дверей. Стивен стоит, опираясь о стену плечом, и наблюдает за тем, как Тони устало потирает глаза. — Вот сейчас, — он прерывается, пытаясь подавить зевок, — вообще не понял. Стивен выглядит достаточно спокойным и даже в какой-то степени равнодушным, но в то же время Тони понимает: скажи он что-то не то — и взрыва не миновать. — А как, по-твоему, можно назвать тот факт, что ты питаешься одним кофе и злаковыми батончиками, продолжая изнурять свой организм и заставлять его находиться в состоянии стресса? — Стивен недовольно смотрит на него, и Тони усмехается: ну наконец-то. Теперь-то ясно, в чём причина его непонятной агрессии. — Это исключительно в научных интересах. Стрэндж ведёт бровью. — Позволь узнать, в каких? — интересуется он, — Ты пытаешься установить время, за которое твой желудок остановится и перестанет переваривать твёрдую пищу? — Язвить я тоже умею, крошка, — Стивен никак не реагирует на данное прозвище, и Тони откидывается назад, облокотившись о стол, — Ты прекрасно знаешь, что я тут не эксперименты устраиваю и не в покер играю с Пятницей, а работаю. А для этого нужно чем-то жертвовать. Они молча смотрят друг на друга какое-то время, и Стрэндж наконец сдаётся, поднимая руки вверх. — Ладно, Тони, с последствиями разбираться всё равно не мне, — Тони фыркает, мол, «подумаешь, всю жизнь бы провёл на кофе и злаковых, нет проблем», — Изначально я шёл сюда не для того, чтобы отчитывать тебя как маленького ребёнка, а сказать, что пропаду на несколько часов. Если что, я в библиотеке. Тони кивает, разворачиваясь на стуле, и возвращается к инструментам и электронным схемам брони.

×××

Проходит по меньшей мере час, прежде чем Тони заканчивает треть того, что он собирался сделать за сегодняшний день. Он встаёт со стула и осторожно потягивается, пытаясь одновременно размять затёкшую спину и не сломать себе что-нибудь. Он просидел в одном положении слишком много времени, так что первые несколько шагов по направлению к лифту заставляют его ощутить то, что чувствуют малолетние дети, только-только научившиеся ходить, или пожилые люди, которые вынуждены отдыхать каждые несколько метров и постоянно опираться на трость. В любом случае, Тони морщится и думает, что зарядка или небольшой перерыв во время работы — не такая уж и плохая идея, как он ошибочно полагал. — Пятница, — Тони жмёт на кнопку и устало опирается плечом о гладкую поверхность стены лифта, когда двери начинают закрываться. — Да, мистер Старк? — Найди Стрэнджа. — В данный момент тело доктора Стивена Стрэнджа находится в библиотеке. Тони резко напрягается, а накопившаяся усталость и раздражение будто испаряются в воздухе. Но он понимает, что необходимо выяснить, в чём дело, а потом уже начинать паниковать и объявлять общий сбор. — Что значит «тело»? — Физическое, сэр. Тони хмыкает: спасибо, так гораздо яснее. — А конкретнее? — лифт оповещает о прибытии на нужный этаж, и Старк практически срывается с места, когда двери раздвигаются в разные стороны. Пятница внезапно замолкает, оповещая о входящем звонке от Брюса Беннера, и Тони взмахом руки отклоняет его в ту же секунду. — Полная диагностика всех органов и систем. Живо! — за последние пару минут его состояние меняется от «я просто хочу добраться до бара и выпить стакан виски» до «алкоголь — это последнее, что меня сейчас интересует». Тони старается сохранять спокойствие, но с каждым шагом становится всё труднее держать себя в руках. Он снова ощущает этот липкий страх и волнение, которое оседает на стенках желудка и заставляет его нервно прокручивать в голове всевозможные варианты произошедшего. — Сэр, мистер Стрэндж в абсолютном порядке. Внутренние органы и системы жизнеобеспечения функционируют правильно, никаких существенных изменений и отклонений от нормы не выявлено. Тони на мгновение останавливается и резко вскидывает руки. — Дорогая моя, так в чём тогда проблема? — Сэр, надо заметить, что астральное тело мистера Стрэнджа… — А можно было сказать мне об этом до того, как я чуть было не собрал тут половину учёных и биологов со всего мира? Даже Беннер в обличии Халка не так туго соображает, — он повышает голос, но к концу предложения у него практически не остаётся сил на то, чтобы говорить. Он раздражённо проводит ладонью по лицу и взъерошивает волосы. Страх за Стивена никуда не исчезает, поэтому Тони всё равно идёт в библиотеку, чтобы удостовериться, что с ним всё в порядке.

×××

После того, как Тони отворачивается и продолжает работать, Стивен возвращается обратно в библиотеку с помощью огненного портала. На самом деле, подобные разговоры и конфликты происходят постоянно. Чаще всего, из-за упёртости Тони и его нежелания уделять время даже таким, как некоторым людям кажется, мелочам, как правильное питание и полноценный сон. Стивен, который с раннего детства интересовался строением и функционированием человеческого организма, а позднее учился в медицинской школе, очень хорошо представляет, к каким последствиям может привести банальное несоблюдение обычных правил приёма пищи. Даже супергероям нужно заботиться о себе, ведь далеко не каждый человек на этой планете знает, что они тоже нуждаются в защите и поддержке. Иногда даже больше, чем обычные люди. К большому сожалению Стивена, мало кого интересует, какая большая ответственность лежит на плечах Мстителей и тех, кто работает вместе с ними. Буквально каждый день, каждый час, каждую минуту они вынуждены быть настороже, потому что случись что — разбираться предстоит именно им. Не правительству Штатов, не Нику Фьюри, от которого уже больше года ничего не слышно, не полицейским с соседней улицы, не кому-то вроде Совета мировой безопасности. И отвечать за последствия, ущерб и жертвы среди гражданских тоже придётся им. Люди смотрят, но не хотят видеть. Люди слушают, не хотят слышать. Люди знают, но не хотят понимать. Поэтому Стивену всегда трудно наблюдать за тем, как все они — Тони Старк, Стив Роджерс, Наташа Романофф, Клинт Бартон, Брюс Беннер, Тор Одинсон, Питер Паркер… — сражаются за этих людей и их убеждения, добровольно бросаются в лапы смерти каждый божий день и рискуют своими близкими. Ради того, чтобы потом столкнуться с недоверием и быть обвинёнными в бездействии. Стивен качает головой и пытается очистить свой разум от мыслей о несправедливости этого мира. Сейчас, спустя годы практики, для того, чтобы сконцентрироваться, не требуется много времени и сил, но ему хочется настроиться на поиски свитка и жезла Ватуумба, потому что уже третий день он не может добиться никакого результата. Информации об их местонахождении практически нет, что очень странно и в какой-то степени невозможно, потому что с помощью Ока Агамотто и знаний, которыми Стивен обладает благодаря изучению книги Вишанти, он должен был найти их уже спустя сутки. Вселенная огромна, а другие миры и измерения бесчисленны, но такому магу как Стрэндж под силу отыскать даже потерянные планеты и артефакты, которые находятся под заклинанием. Стивен делает взмах рукой, и в то же мгновение его дух отделяется от тела, принимая астральную форму.

×××

Когда он возвращается обратно, то чувствует, что что-то не так. Даже мысли об очередной неудаче отходят на второй план, и Стивен, почему-то ощущая опасность и решая, что с его физической формой что-то могло произойти, быстро накладывает на астральную заклинание, которое позволяет ему вернуться в своё тело незамеченным. Второе, что его волнует, это местонахождение Тони. С ним он планирует разобраться чуть позже. Но когда к Стивену возвращается чувствительность, он понимает, что лежит на чём-то очень мягком. Это полностью сбивает с толку, потому что он точно помнит, что перед тем, как отправиться в астральное измерение, оставлял физическое тело в библиотеке. Стивен наконец открывает глаза и обнаруживает себя лежащим на кровати. Картинка происходящего в Башне во время его отсутствия сразу складывается в голове, и он только улыбается уголками губ, когда чувствует, как его волос нежно касается чья-то рука. Он медленно поднимает глаза, чуть поворачивая голову, и видит Тони, который устало пялится в экран смартфона и героически держится, позволяя Стивену развалиться на нём практически всем телом. — Тони? Тони переводит взгляд на мага, и его глаза теплеют. — Порядок? — небрежно бросает он. Стивен моргает. — Ты о чём? — Всё хорошо? — Тони кивает на чужие пальцы, которые еле заметно дрожат, и понимающе хмыкает, — Поиски выдались довольно напряжёнными, а? Стивен порывается встать, чтобы немного сменить положение, но его с силой притягивают обратно. И тогда он просто вздыхает, позволяя крепче обнять себя. — Можно и так сказать, — с досадой говорит он, — Уже со счёта сбился, по правде говоря. И энергия, которую я использую для того, чтобы найти, судя по моим результатам, несуществующий артефакт, тратится совершенно напрасно. — Если его и вовсе не существует, как ты утверждаешь, тогда какой смысл в твоих астральных каруселях? — интересуется Тони. — Я обещал Джерико, а ты прекрасно знаешь, что я не люблю оставаться в долгу, — раздражённо отмахивается Стрэндж, очевидно, не желая продолжать этот разговор, поэтому Тони только пожимает плечами и откладывает телефон, чтобы принять более удобную позу. Стивен невесомо поглаживает чужую руку, лежащую на его животе, отчего внутри возникает приятное и знакомое до боли чувство. Он не видит, что делает Старк и о чём он сейчас думает, но знает точно: ради таких моментов они оба готовы продолжать жить, как бы трудно не было. Теперь, после того, как он открылся Тони, а Тони открылся ему, приходится продумывать каждый свой шаг и следить за тем, чтобы внезапно не получить пулю в лоб. Потому что есть, ради кого возвращаться обратно домой. А если уж один не вернётся сегодня — второй определённо погибнет завтра. Это правило, которое они выучили и обязаны повторять как мантру тогда, когда их жизни что-то или кто-то угрожает. Это их личная аксиома. — Я переживал за тебя. Иногда Стивену кажется, что Тони умеет читать мысли. Или, по крайней мере, неофициально пользуется помощью профессора Ксавье или Ванды Максимофф, но не говорит об этом. — Напрасно, в моих перемещениях по астральному измерению нет ничего опасного, — ложь. Но Стивен не хочет делать из этого трагедию и преувеличивать. — Я волнуюсь за тебя точно так же, как и ты беспокоишься о моём физическом состоянии, понятно? — Тони не оставляет никакого шанса на то, чтобы отыграться, и Стивен вынужден вновь признать, что он прав. — Ладно, Тони, 1:0. — Вот и славненько, — он снова ощущает чужие пальцы на своей макушке, мягко перебирающие волосы. Это немного успокаивает, заставляя прикрыть глаза на несколько мгновений, — Устал? На это Стивен только кивает и рукой шарит по постели, чтобы в следующую секунду натянуть одеяло повыше. — Но сильно не расслабляйся: завтра нам предстоит серьёзный разговор. — Насчёт чего? — он слабо усмехается. — Насчёт того, что ты постоянно упрямишься и не хочешь принимать заботу окружающих, — вот так просто выпаливает Тони, а у Стивена всё внутри переворачивается и скручивается в один большой комок, который начинает болезненно пульсировать. Он долгое время не говорил об этом ни с кем, боялся тревожить старую рану, ворошить прошлое, которое зарёкся оставить именно там, где ему и положено быть — в прошлом. А потом Тони прижимает его к своей груди, крепко целует в висок, и Стивен успокаивается. Он закрывает глаза и тихо шепчет: — Может, потому что я не умею этого делать. И слабо улыбается, когда слышит в ответ: — Я научу.