Рассвет для тебя не наступит

       Санкт-Петербург. На дворе стоит апрель месяц, а из каждой улочки по праву года доносится неспешный джаз. Да, именно в этом году северный город является межнациональной столицей джаза. Сюда съезжаются мировой известности джазовые коллективы, здесь проводятся концерты под открытым небом и везде джаз. И удивительное настроение не испортит даже хмурое небо и почти ежедневный дождик, который проливает каждый камушек города, но не портя его внешнего вида, а наоборот, придает ему своеобразный шарм и неотразимость, вместе с колоритом, историей и местными жителями.        Именно таким застал город Меловин, приехавший в город по делам собственного концерта. Он любил джаз всей душой, и сейчас, расхаживая по переплетающимся улочкам Санкт-Петербурга, он полностью окунался в эту чарующую атмосферу. Это удивительно, насколько быстро желанная музыка может вымести все мысли прочь, оставив только чувства наслаждения и окрыленности. Появляется ощущение, что ты все сможешь и справишься с любой задачей, которая встанет на сложном жизненном пути.        Подходя к зданию старинной филармонии, Меловин мечтательно прикрыл глаза на несколько мгновений, предвкушая будущий концерт знаменитой группы из Чехии. Самым ярким представителем этого коллектива стал Миколас Йозеф, которого пророчат в революционеры джазового жанра. А все из-за своей необычности игры на саксофоне, смешивая с игрой скрипки и барабанов. Он превращает классический джаз в нечто новое, что можно охарактеризовать влиянием современной молодежной культуры на классику. И, как следствие, Меловин заинтересовался данной личностью. А узнав, что у него концерт в Санкт-Петербурге совпал с его собственным, то решил не упускать возможность познакомится с этим человеком поближе, вкусить его крови, познать.        Да, именно вкусить крови. Меловин был вампиром, именно поэтому предпочитал закрытые помещения с зашторенными окнами и дождливые города, солнечные очки на разный манер, черную одежду и шляпы с широкими полами. Но лишь некоторые знают, кто он на самом деле. Многие его спрашивают, что у него с глазом. Он отвечает, что это всего лишь линза. Для спокойствия всех. Ему уж точно не нужны лишние проблемы со стороны всяких охотников, знающих, что радужка одного из глаз меняется, если человек становится вампиром. Он сам называет это клеймом. Моментом в своей жизни, что все изменил. Иногда в лучшую сторону, иногда в худшую. Он и сам до сих пор не знал, нравится ли ему быть вампиром или нет.        «Но чего уж там, — думал Меловин, — из минусов только кровь, не все так плохо». Но порой, эмоции, которые он держит в себе слишком долго, прорывают незримую плотину, доставляя невыносимую боль, которая, казалось, выворачивает все органы на изнанку, заставляет кровь бурлить кипятком и ломать все сущестувующие в нем кости. Это делает его опасным. Опасным для всех.        Входя в здание филармонии, за несколько минут до начала двухчасового концерта, он пробрался в зал, занял место согласно билету, и ожидал. Но уже ровно в одиннадцать дня Коллектив с вместе с Йозефом начали свой концерт.        Меловин действительно поразился, насколько виртуозно этот удивительный чех владеет саксофоном и как ошеломляюще он меняет классический джаз. Чтож, критики не врали, он действительно революционер. С ним определенно стоит познакомиться поближе.        Концерт был в самом разгаре. Зрители аплодировали после каждой композиции, а музыканты, немного поговорив с Миколасом, благодарно ушли за кулисы, взяв небольшой перерыв. На сцене остались лишь Йозеф и милая молодая скрипачка.        В зале начались шепотки, а Меловин сосредоточил свое внимание на сцене, он стал подозревать, что сейчас начнется действительно то, ради чего он сюда пришел. И он не ошибся, началось нечто.        «Это невероятно», — про себя восторгался Меловин. И действительно, то, что они вытворяли вдвоем, не поддавалось никаким логике и классификации. Это смешивались несколько разношерстных мелодий, которые взаимодополняли друг друга на практике. Здесь присутствовало все: быстрота и неспешность мелодий, соединение невозможного путем очередности или накладывания друг на друга звуков, бесшабашность самих произведений и много чего еще.        Постепенно, джаз с современного стал перетекать в первоначальный, унося исполнителя в 1920-е годы, и создавая для Меловина почему-то атмосферу именно Нового Орлеана, хоть он там за всю свою достаточно долгую вампирскую жизнь ни разу и не был.        Стали звучать классические мотивы, которые так ценятся истинными любителями джаза. Но время шло, успевший порядком удивить концерт стал подходить к своему логическому завершению. На последнюю композицию выходит весь коллектив, и играют весьма зажигательный трек. Достаточно талантливо, как считает Меловин, ведь многие уже просто не хотят сидеть, и, вскакивая со свих мест, начинают танцевать.        Прозвучали последние аккорды и музыканты дружно кланяются аудитории, а люди бурно аплодируют и кричат слова благодарности на разных языках. Среди них Меловин смог различить испанский, русский и кажется, даже французский, что стало полнейшей неожиданностью для певца.        Коллектив сошел с пьедестала и двинулся по направлению к гримерке, а зрители — расходится. Все, кроме Меловина. Он же пошел за кулисы, желая договорится о встрече с этим чешским музыкантом. Но как оказалось, его тоже искали.        — Добрый день. — Йозеф нашел Меловина первым. В глазах чеха определенно было удивление и… неверие?        —Добрый. Меня зовут Меловин.        —Миколас Йозеф, приятно познакомится.        Обычно на таких моментах темы для разговора и заканчиваются, что собственно и произошло. Собеседники внимательно изучали друг друга, не делая каких-либо выпадов в сторону своего визави. Первому молчание надоело саксафонисту.        —Можно ваш автограф?        —Что? А да, конечно. — Певец был порядком удивлен такому, но, справившись со своим удивлением, расписался на протянутой бумажке.        —Благодарю вас. Я являюсь вашим фанатом, а ваша песня Under the Ladder мне безумно нравится.        —Приятно слышать. Можно тогда и ваш автограф?        Миколас был действительно удивлен такому повороту событий.        —Ну же, я тоже ваш поклонник. Я давно не встречал такого таланта в инструменталистике, а в джазовом стиле так вообще подобного не было достаточно давно. Вы революционер, мистер Йозеф. — О да, он определенно знал, что говорил.        Миколас такой похвалы вероятно не ожидал, и немного покраснел, потупив взгляд. Сумасшествие — вот что можно сказать про них. Оба являются фанатами друг друга, только один — застенчив, с невероятным талантом, свежим взглядом на вещи и обычный человек с учащенным биением сердца, а второй — хитер, часто лицемерит и живет в свое удовольствие, и, ко всему прочему, человеком его уже точно не назвать.        —Знаете что, Миколас, Вы же позвольте мне Вас так называть? — дождавшись в который раз удивленного кивка, певец продолжил, — а давайте встретимся с вами на днях. У меня завтра весь день свободный, а у Вас?        —У меня только вечер свободен.        —Давайте завтра в восемь вечера тогда встретимся здесь и пойдем в ресторан? Мне кажется, нам есть что обсудить. В нескольких кварталах есть чудное заведение, по крайней мере, по рекомендации одного моего хорошего местного знакомого. — Меловин непринужденно улыбнулся. А Миколас еще больше залился краской. Чтож, Меловину явно понравилось заставлять его краснеть. — Так что скажете?        —Прекрасная идея. Завтра здесь в восемь. — Пожавши друг другу руки после такого короткого разговора, они разошлись. Один — с удивлением и легким волнением, другой — с чувством личного торжества и предвкушением завтрашней встречи.        Нет, Меловин не был горд собой. Просто он замечал, что благодаря своей сущности он может легко склонять людей в нужную ему позицию для принятия определенного решения. Правда, это не всегда удобно, ведь иногда хочется узнать реальное мнение человека, а не навязанное им же самим. Но это, по мнению исполнителя, уже несущественные мелочи. Главное — завтра он встретится с этим талантливым человеком, а там как пойдет. Он понимал, что и давить нельзя, но можно поторопить в личностных отношениях. Кто знает, может встреча эстрадного исполнителя и прославившегося саксофониста породят много новых треков и композиций, которые потом взорвут все топы в странах Европы и в этом чудном северном городе, который свел его с этим человеком.