Один в темноте

Дэрила разбудил дверной звонок. Это было неожиданно, потому что к нему редко кто-то приходил. Находясь ещё в полусонном состоянии, он поплёлся открывать дверь незваному гостю. — Привет, — услышал он знакомый голос, как только открыл дверь. Дэрил мгновенно замер, почувствовав, как ухнуло вниз сердце, а тело мгновенно покрылось мурашками. С того злополучного дня рождения прошёл месяц, за который он ни разу ничего не слышал о Рике. Кэрол о нём не заикалась, а сам он и не спрашивал. Но в то же время не переставал о нём думать. Дэрил хорошо помнил свою паническую атаку, помнил ужас, прокатившейся по телу от прикосновения чужих губ. Но в то же время он почему-то временами вспоминал и смех Рика, его глупые шутки, с которыми он пару раз подходил к нему в тот злополучный день. И ещё голос. Как тот, кто привык полагаться на свой слух при отсутствии зрения, он часто судил о человеке исходя из звучания его голоса. В первую их встречу Рик звучал искренне и проникновенно. Его голос был пропитан уверенностью и спокойствием. Поэтому сейчас, осознавая, кто стоит у него на пороге, слыша этот голос и кожей ощущая присутствие Рика, Дэрил с удивлением осознал, что не чувствует страха. Волнение, смешанное с недоверием, но не страх. От Рика за версту несло порядочностью. Поняв, что молчит слишком долго и совершенно никак не реагирует, Дэрил отошёл в сторону, приглашая войти, но всё так же продолжая молчать. — Прости, что без приглашения. Кэрол сказала мне, где ты живёшь. Дэрил закрыл за гостем дверь и повернулся в сторону голоса. — Что ещё она тебе рассказала? — Нет, он, конечно, доверял своей подруге и не думал на самом деле, что она могла рассказать Рику о… О нём… Но если не из-за этого, если он тут не из-за жалости и чувства вины, то… Зачем ещё ему приходить? — Ничего на самом деле. Я спрашивал её, что с тобой произошло, но… Всё, что она мне сказала, что только ты вправе это рассказывать. Если когда-нибудь захочешь, конечно. Что это не её тайна. — Ну, если ты пришёл только за этим, то дверь сам знаешь где. Я рассказывать не захочу… — Постой, Дэрил, я… Чёрт. Слушай, я просто… Я пришёл не за этим. Просто ты показался мне интересным, и я хотел предложить… попросить… То есть… В общем, как ты смотришь на то, чтобы продолжить наше знакомство? Узнать… друг друга получше? Дэрил впервые за долгое время пожалел о своей слепоте. Рик ввёл его в полнейший ступор, он звучал… странно. Прерывисто и взволновано. И отчего-то очень сильно захотелось увидеть его в этот момент. — Могу я коснуться твоего лица? — сказал он прежде, чем успел подумать, и продолжил, будто пытаясь оправдаться: — Хочу знать, как ты выглядишь. — Ох, эм, да… Да, конечно, я не против. — Рик подошёл к нему, судя по ощущениям встал практически вплотную и замер на месте. Дэрил сам не понял, зачем попросил о… таком. Но с удивлением осознал, что действительно хочет этого. Хоть и не может понять почему. Чем зацепил его этот человек, что он готов был решиться на такое. Дэрил вообще редко касался людей, тем более малознакомых. Да и после случая на дне рождения… Наверное, он должен был чувствовать страх, неуверенность, но… ничего этого не было, но было чувство предвкушения, интереса и… какое-то странное волнение. Дэрил подался вперёд и наклонился так близко к лицу Рика, что почувствовал его тёплое дыхание на своих щеках. У него был запах сигарет и мятной зубной пасты. Пальцы Дэрила слегка дрожат, когда он протягивает руку, осторожно касаясь лица Рика. Кожа под ладонью колет проступающей щетиной. Кончиками пальцев Дэрил очерчивает линию носа и нежную кожу вокруг глаз. Он чувствует, как трепещут ресницы Рика, когда он закрывает глаза, и нерешительно касается его век. Они дрожат под его прикосновением. Он слегка перемещает руку, проводя пальцами по лбу, не задумываясь запуская пальцы в волосы. Они короткие, но необычайно мягкие, и, кажется, слегка вьются на концах. Дэрил чувствует себя слишком смущённым, пропуская пряди волос Рика сквозь пальцы, поэтому вновь возвращается к его лицу. В сознании бьётся мысль, что сейчас больше всего на свете он хочет почувствовать наощупь губы Рика. Он ведёт пальцами по щекам к подбородку. Чувствует лёгкое дыхание Рика на своей руке, всё ближе подбираясь к его губам. В конце концов, закусив губу, он одним плавным движением накрывает подушечками пальцев губы Рика. Они пухлые и очень мягкие. Дэрил позволяет себе задержаться на них на мгновение, а затем отстраняется. — Спасибо, — говорит он, надеясь, что дышит не слишком тяжело. Он собирает образ в своей голове, принимая во внимание то, что говорила ему Кэрол. Он пытается представить, как всё это сочетается, но всё, о чём он может думать — это тепло кожи Рика. Он думает о его смехе и его голосе. И решает, что Рик, кажется, чертовски красив. «Дьявол, и как теперь с ним разговаривать? Не думал, что это будет настолько… интимно». — Эм… — «Чёрт возьми, Диксон, возьми себя в руки». — Может, хочешь… — хрипло начинает Дэрил и, смутившись собственного голоса, прочищает горло и пробует ещё раз. — Как насчёт пива? — Отличная идея, Дэрил. Спасибо. Рик в тот вечер сидит у него ещё пару часов, в течение которых просто непрерывно болтает. Кажется, будто он умудряется рассказать ему всю свою жизнь за этот короткий промежуток времени, не требуя от Дэрила взамен того же. На самом деле Дэрил вообще больше почти ничего не говорит, просто периодически кивает, показывая, что внимательно слушает. Они выпивают по несколько бутылок пива и съедают заказанную пиццу, когда Рик, в конце концов, собирается домой. Проводив его, Дэрил ещё долго лежит в кровати, пытаясь заснуть. Но не может, потому что ему мешает рой мыслей, вертящихся в голове. Дэрил вспоминает каждую минуту сегодняшнего вечера и никак не может понять, что чувствует. Он редко сходится с новыми людьми, он не особо дружелюбен и совершенно точно не является компанейским человеком, ему никогда не были нужны друзья, ему даже не нужны были просто новые люди в его жизни. Потому что однажды он уже доверился новому человеку и… Но… Дэрил шепчет проклятия в тишине комнаты, переворачивается на другой бок и с какой-то отчаянной злостью рычит: — К чёрту всё! Он всё равно больше не придёт! И, когда он уже засыпает, в сознание проскальзывает мысль, вертевшаяся на языке последние несколько часов: «Зачем ему такой поехавший калека…»

***

Но Рик пришёл снова. Потом ещё раз. И ещё. Он приходил к Дэрилу как минимум раз в неделю на протяжении нескольких месяцев. И все эти посиделки мало отличались друг от друга. Они пили пиво, ели пиццу и болтали. Точнее, болтал в основном Рик. И разговоры эти могли быть о чём угодно — о его работе, о его друзьях, и просто какие-то байки. А чаще всего он говорил о сестре и семье. Говорил о том, что его заставляют вникать в семейный бизнес, хоть он этого и совсем не хочет, и о том, что вместо этого хотел бы всю жизнь ловить грабителей и убийц, и даже просто помогать бабушкам с кошками на деревьях. Так что говорил Рик обо всём. И Дэрил уже во второй их вечер понял, что его нового знакомого практически невозможно заткнуть. Хотя… он и не стремился. Это было странно, но Дэрилу всё больше нравились эти вечера, наполненные завораживающим голосом Рика. Слушать его было даже приятней, чем сидеть в привычной тишине. И с каждым разом Дэрилу становилось всё уютней в его компании. Но, помимо этого, кое-что ещё оставалось так же неизменно. Они никогда, ни при каких обстоятельствах, не касались друг друга. Рик, как предполагал Дэрил, боялся повторения той ситуации на вечеринке, а Дэрил… он тоже в какой-то степени боялся повторения, но другого. Он боялся, что, коснувшись Рика вновь, он почувствует то же, что ощутил, когда касался его лица. Он не мог позволить себе влюбиться. Поэтому их вечера всегда заканчивались тем, что Рик, рассказав всё, что хотел, просто прощался с Дэрилом, обязательно обещал зайти снова и уходил. Каждый раз. Пока однажды всё не изменилось.

***

Рика, уже два года служившего обычным офицером полиции, повысили до помощника шерифа. Чтобы поделиться радостной новостью, он в этот же вечер завалился к Дэрилу с приличным запасом горячительных напитков, градусом на порядок выше их привычного пива. Унесло Дэрила быстро. Через пару часов он уже очень смутно осознавал все свои слова и действия. Крепкое спиртное развязало ему язык, и он слишком много болтал. Рассказывал Рику о детстве, школе… даже зачем-то рассказал о том, как ослеп. На самом деле это оказалось проще, чем он думал, хотя, возможно, всему виной был алкоголь. А Рик в свою очередь рассказывал о своём детстве. А ещё о том, что он уже два года, как помолвлен с дочкой партнёра по бизнесу его отца, и о том, что свадьба уже не за горами. Эта новость больно кольнула где-то в районе сердца, но Дэрил отмахнулся от неё, не придавая большого значения такой странной реакции. В конце концов, какое ему было дело до личной жизни Рика. Но ещё в этот вечер, кроме странно откровенных разговоров, были… прикосновения. Видимо, Рику тоже хорошо стукнуло в голову, раз он забыл о своём, предполагаемом Дэрилом, табу на касания. Поэтому в этот вечер Дэрил получил тактильного контакта больше, чем, кажется, за всю свою нелепую жизнь. И будь он чуть более трезв, то точно бы возмутился, но… но он был пьян, он был одинок, и… впервые за долгое время… чувствовал. Чувствовал слишком много, слишком хорошо и просто слишком…

***

Просыпается Дэрил с жуткой головной болью, ломотой во всём теле и затёкшей левой рукой. Попробовав ей пошевелить, он резко замирает, мгновенно покрываясь холодным потом. Вновь осторожно пошевелившись и прислушавшись к своим ощущениям, Дэрил выясняет, что спит на диване в обнимку с… Боже… он лежит в обнимку с Риком, который крепко прижимает его к себе во сне, в то время как сам Дэрил практически лежит на нём, закинув на него свою ногу и руку, и… дышит ему в шею… и… — Господи! — вскрикивает Дэрил и, сильно дёрнувшись, валится с дивана на пол. От этого тут же просыпается Рик и в считанные секунды оказывается возле него. — Дэрил. — Судя по всему, Рик опускается рядом и дотрагивается до плеча рукой. Дэрила пробивает крупной дрожью, он тут же уходит от прикосновения и хрипит: — Не трогай меня. — Дэрил, всё хорошо, это я, Рик. Я не причиню тебе… — Уйди. — Что? Но ты… — Оставь меня! — выкрикивает Дэрил и, вскочив на ноги, бросается в сторону ванной комнаты, удачно не врезавшись ни во что по пути. Он запирается там и не реагирует ни на какие слова Рика. Которому ничего не остаётся, как собрать свои вещи и уйти, оставив Дэрила одного.

***

Дэрил уже долгое время сидит на полу душевой кабины, утопая в собственных мыслях и чувствах. Рик скорее всего подумал, что он испугался — паническая атака и всё такое, но… Первым проснувшимся чувством действительно был страх. Но как только Дэрил осознал, как и с кем он лежит… На место страху пришло совершенно другое чувство, абсолютно ему противоположное. Дэрил почувствовал во всём теле искры возбуждения, маленькими молниями прошившие его от макушки до кончиков пальцев. Это было давно забытое чувство. И значило оно только одно — Дэрил однозначно влип. Кто в здравом уме выберет его — брюзжащего инвалида-отшельника — вместо длинноногой красотки, которая сможет дать мужчине всё то, что не в состоянии дать Дэрил. Горько усмехнувшись, он поднимается с пола и глубоко вдыхает. Стоит успокоиться и взять себя в руки. Распсиховался как малолетка. Оно того не стоит. Нужно забыть… убрать, растоптать… раздавить эти чёртовы чувства в груди. Ведь Рик… — Рик скоро будет женат, — глотая злые слёзы, сквозь зубы выплёвывает Дэрил, стукнув кулаком по стене. — Женат, — уже тише повторяет он, вновь сползая по стенке на пол. — Женат…