Boy's Life

Я отвёл его в зал, аккуратно посадив на большой кожаный диван чёрного цвета. Я снял с Чона толстовку. На его руках рассветало множество мелких синяков, где-то даже гематомы. Правый локоть был разодран и уже запеклась кровь. — Посиди немного, ладно? Я принесу аптечку. — сказал я, замечая всё больше и больше царапин и ссадин по телу Чонгука. Я взял небольшую аптечку в верхнем ящике на кухне и вернулся к Чонгуку. Он по-прежнему сидел в том же положении. Когда я обрабатывал царапину на его скуле, он шипел от боли. Я старался как можно легче касаться ваткой с йодом к его ранам. — Ну больно же, хватит. — голос был тихий и с хрипотцой. — Ты мне так всю кожу сожжёшь своими лекарствами. — он отвернул голову от моей руки, открывая шею, застланную засосами, которые оставил тот ублюдок. — Хочешь — не хочешь, их нужно обработать. — я провёл указательным пальцем по его шее. — Что сделала эта тварина с тобой? — Мерзко целовал и тянул свои гадкие ручонки к самому сокровенному, я не знаю, что было бы, если бы ты не появился. — Гук опустил голову, вновь начиная плакать. — Я не понимаю, за что мне такая судьба, почему мне достаётся столько дерьма? — его голос дрожал, срываясь на тонкие нотки. — Может потому что я не такой, как все? — То есть? — я на него непонимающе взглянул. — Что ты имеешь в виду под «не такой, как все»? — Я думал, все уже знают, что я гей. Мне казалось, что эти придури уже раструбили на всю школу. Разве нет? — Чонгук отчаянно хмыкнул. Этот факт, стал ключевым кусочком мозаики, который прояснил непонятную для меня ситуацию. — Да мне плевать, какой ты ориентации. Прежде всего, ты — человек, который тоже имеет право на спокойную жизнь. И никакая тварь не должна тебя насиловать и унижать. И я за этим прослежу. — я положил ладонь на его щеку, заставляя Чонгука взглянуть мне в глаза. — Поверь мне, больше я не дам никому сделать такое с тобой. — Верю. — на чёрных глазах вновь появились слёзы.