Русские славятся не своими планами, а гордятся своей импровизацией

Восемь лет спустя. — Гарри, Дадли, марш за стол! — прокричала Петунья, снимая кастрюльку с плиты. На лестнице раздался топот и в кухню залетели двое счастливых и красных мальчугана. Дадли упал на стул, рядом с отцом. Гарри же наоборот, аккуратно присел рядом с братом, широко и искренне улыбаясь. Вернон снисходительно посмотрел на детей поверх газеты. — Опять в компьютер играли? — строго спросил он. Однако в маленьких глазках искрилось скорее веселье, нежели суровость. Мальчики синхронно опустили глаза в пол. — А я говорила тебе, Вернон, что компьютер плохо повлияет на мальчиков, — женщина поставила тарелки с супом перед Гарри и Дадли. — Они совсем перестали гулять. Только и сидят в этих своих новых играх… — Но мама! — возмутился Дадли. — Мы не гуляли всего два дня! — Вот именно, два дня, как вы не вылезаете из этой своей игрушки, — Петунья неодобрительно поджала губы, наливая еще две тарелки — себе и мужу. — Ну, Петунья, ты слишком сурова, — Вернон покрутил свои усы. — Ребятам нужно было разобраться в новой для них игрушки, — мальчики закивали. — И сегодня они пойдут погуляют. Зря я, что ли им качели строил? Мальчики переглянулись, как бы советуясь, соглашаться? С недавних пор Петунья с Верноном стали отпускать гулять их одних на ближайшую площадку. Дадли и Гарри этим жутко гордились, ведь это значило, что они теперь взрослые. Несколько секунд переглядываний и в итоге они пришли к единому соглашению. — Да, мамочка, мы как раз собирались пойти погулять. Дэн говорил, что у него новый самосвал и обещал дать поиграть, — поделился Гарри, хлопая своими большими зелеными глазищами. — Что ж, хорошо, — неохотно согласилась Петунья. Она уже накрыла на стол и затыкала за воротник полотенце. — Только недолго, договорились? — ребята кивнули. — Замечательно, тогда всем приятного аппетита. Нестройное «спасибо» стало ей ответом. В следующий миг раздались неритмичные постукивания ложки о тарелку и редкие замечания четы Дурслей, вроде «Дадли, не хлюпай» и «Гарри, не болтай ногами». — Мам, мы пошли! — воскликнул Дадли и, схватив брата за запястье, выскочил в прихожую. Послышался смех, затем тихое шуршание, создаваемое курточкой, которую кто-то из братьев пытался натянуть, щелчок молнии, еще один, топот ног и стук закрывшейся двери. — Знаешь, Вернон, пора бы научить их играм поспокойнее, — изрекла Петунья, неодобрительно разглядывая пустые тарелки из-под супа. И, честное слово, спросите саму Петунью, что плохого в том, что суп съеден, она ни за что не ответит ничего вразумительного. Миссис Дурсль сложила одну тарелку в другую и отнесла в раковину. — Помнится, ты хорошо играл в шахматы? — припомнила она. — Это было давно, — ответил Вернон, переворачивая страницу газеты. — Но, я все равно смогу их научить, — поспешно исправился он, только завидев выражение лица супруги. Двое мальчишек бежали в сторону детской площадки. Гарри бежал чуть впереди, а Дадли пытался его догнать, немного порозовев от натуги. — Не догонишь! — крикнул Гарри и немного ускорился. Его брат запыхтел, но тоже стал бежать быстрее. Они пробежали еще два одинаковых домика и справа показалась небольшая площадка. Гарри свернул и первым забежал на детскую горку. — Я первый, — гордо сказал он и, дождавшись, пока брат до него доберется, съехал вниз. Дадли согнулся, упершись руками в коленки. — Ты даже не устал, — немного обиженно сказал он, отдуваясь. Гарри виновато улыбнулся. — Ладно, — махнул рукой Дадли, разгибаясь. Он сел и тоже съехал с горки, в миг оказавшись рядом с мальчиком. — Во что будем играть? Гарри пожал плечами. — Покачаешь меня? — немного подумав, попросил он. А потом заверил. — А потом и я тебя. — Хорошо, — Дадли просиял, но потом хитро прищурился. — Спорим, я раскачаю тебя выше? — Спорим! — радостно воскликнул Гарри и ринулся к качелям. Дадли поспешил следом. Когда он нагнал брата, тот уже в нетерпении сидел на качелях. — Давай! Только сильно! Дадли зашел за качели и принялся раскачивать Гарри. Тот подлетал все выше и выше. Он смеялся и весело вопил «Еще! Еще!». Дадли тоже смеялся. — Все, — Дадли отошел. — Больше я не достаю. Гарри разочарованно вздохнул. — Мама говорила, — Дадли почесал в затылке. — Что можно раскачаться самому. Нужно болтать ногами в воздухе, вроде. Гарри попытался последовать совету брата. Качели замедлились. — У меня не получается, — пожаловался он. Дадли задумался. Он нахмурился, сосредоточившись на мыслительном процессе, а потом просиял: — А ты попробуй всем телом шевелить! — изрек Дадлс, подпрыгивая на месте от нетерпения. — Получается? — Вроде, — неуверенно протянул Гарри. — Давай ты попробуешь? Гарри затормозил, с трудом дотягиваясь носком башмака до земли. Как только качели остановились, мальчик спрыгнул на землю и его место занял кузен. Он попытался раскачаться сам, но ничего не выходило. — Подтолкни меня? — попросил он. Гарри легонько толкнул качели. Дадли вытянул ноги. — Еще немного, — Гарри толкнул еще раз. Дадли старательно мотал ногами. В какой-то момент качели стали подлетать выше, но стоило только Дадли обрадоваться и отвлечься, те снова перестали раскачиваться. — Дай я! — попросил Гарри и, только кузен слез с качелей, запрыгнул на его место. — Подтолкни! У Гарри не получалось дольше. Он уже совсем было отчаялся и расстроился, как качели внезапно стали подлетать выше, выше, выше. Наконец они поднялись так высоко, что грозили сделать «солнышко». — Ладно, слезай, — Дадли засмеялся. — Ты выиграл. Я прошу у мамы конфеты. Только ты поделишься, хорошо? — Дадли! — вдруг испуганно вскрикнул Гарри. — Я не могу остановиться! — Как это? — не понял Дадли. — Не знаю! Я не достану до земли! — Тогда просто подожди, пока качели сами остановятся, — посоветовал мудрый Дадлс. — Они не останавливаются! — в отчаянии крикнул Гарри. — Только сильнее… А-а-а-ааа… Вдруг Гарри сорвался и взмыл в небо. Дадли тоже закричал и закрыл глаза. На площадке как на зло не было ни единого взрослого. Внезапно, крик Гарри смолк. Дадли раздвинул пальцы левой ладошки, открывая один глаз. Потом от изумления открылся его рот и наконец, вторая ладошка открыла обзор второму глазу. Гарри парил над детской площадкой. — Дадли… Я лечу? — спросил Гарри, не веря своим глазам. — К-кажется, да, — неуверенно вымолвил брат. Он не веря наблюдал за Гарри, который сначала неуверенно засмеялся, потом очертил полукруг над площадкой и, спикировав на горку, плавно скатился по ней на землю. — Ты видел? — глаза Гарри лихорадочно блестели, на щеках горел румянец. — Ага, — кивнул Дадли. — Ты летал. Братья замолчали. Они возбужденно таращились друг на друга. — Идем расскажем маме с папой? — предложил Дадли. — Да, давай! — Гарри заулыбался. — Вот они обрадуются. Вернон сидел и, позевывая, лениво комментировал объявления в газете. — Представляешь, Петунья, — недовольно говорил он. — Эти олухи подняли цены на строительных рынках. Теперь мне покоя не дадут, пока я не найду покупателя на дрели из третьего склада. А где я их достану, этих покупателей? На эти дрели давно нет спроса, модели несколько устарели… Послышался стук входной двери, топот ног и в гостиную влетели двое запыхавшихся мальчишек. — Мама! Мама! Гарри! Он… Он летать умеет! — Мам, я с качелей полетел! Вжух, чуть не упал, а потом фью-у, и полетел! Перебивая друг друга заголосили мальчики. Мистер и миссис Дурсль недоуменно смотрели на детей. Наконец в их глазах мелькнуло понимание и они испуганно переглянулись. — Но… Но… Этого не может быть… Петунья, ты же говорила… — Я сама была в этом уверенна, Вернон… Не понимаю… — Ты можешь связаться с этими… Этими… Ну, ты поняла. — Н-нет, — неуверенно сказала Петунья, а потом вспомнила ободранного мальчишку, что жил в детстве неподалеку от них. В Паучьем тупике. — Точно, Снейп! — воскликнула она. Муж и дети посмотрели удивленно. — Да, Вернон, думаю я смогу с ними связаться. Мне нужно отправить письмо в Коукворт.