Этюды и к чему они приводят

Тем временем в училище в одной из аудиторий на третьем этаже лихорадочно метался Алёша. Он чередовал сбор вещей с одеванием и попытками привести себя в порядок. Омега бегал между мольбертов и стульев то в поиске мастихина, то своего шарфа. Все одногруппники Леши ушли, кроме Гошика. Занятия давно закончились, все разбежались по домам, Алёша остался ждать часа встречи, а Гошик остался с ним, что б «так сказать, поддержать морально и настроить на нужный лад», как он сам выражался. У омег оставалось около часа времени и они хотели поработать — написать несколько этюдов или закончить работы по рисунку. Но, как и многие, эта затея сорвалась. Гошик начал рассказывать о своем «боевом прошлом» — о том, как он крутил с альфами, целовался со студентами военной Академии прямо перед ее корпусом и все в таком духе. Это дополнялось весьма сомнительными советами о характерах альф и как их охмурить. Алеша со смехом слушал все эти рассказы «Великого Гуру», а сам Великий покрикивал: — Ты чего смеёшься? Это я все на полном серьезе говорю! Под конец Лёша сидел на полу и ухахатывался во всю. Тут его взгляд упал на часы. Алёша вскочил. — ГОШИК! Мы все время просрали! Сейчас без пяти минут пять! — БЛЯТЬ! -в рифму взревел друг и начал носиться по аудитории вслед за Алешей и помогать ему в сборах. Кое-как побросали вещи в Лешин рюкзак, Гоша принялся его застёгивать, Алёша побежал к вешалке и с трудом попадая в рукава, натянул пальто. — Шарф! — воскликнул он. — О чёрт…- прохрипел Гоша, всё ещё застегивая молнию. — Где эта клетчатая падла? Алёша снова заметался по аудитории, шепча: «Господи-Господи-Господи» Наконец шарф нашелся и его с отборными матюгами замотали вокруг шеи Алеши. — Ей богу, я когда-нибудь на нем повешусь. — пропыхтел Алёша, когда Гошик поспешно заматывал шарф. — Не пыхти! — ответил Гоша и сделал очередной виток длинного шарфа, закрывая шерстяной тканью Алешин рот. Омега что-то промычал в ответ. — И зачем ты вообще шарф надел? — вопрошал Гошик. — Тепло же! — А мне дует! — упрямо вставил парень. — А тебе в жопу не дует? — съехидничал Гоша. — Ну, иди к своим альфам, они уж тебя заждались. — Наглец подмигнул и многозначительно поднял брови. — Да ну тебя… — смущённо улыбнулся Алёша и схватив туго набитый рюкзак, выбежал из аудитории. В коридоре он чуть не поскользнулся на только что намытом полу, за что получил убийственный взгляд от уборщицы, дважды упал на лестнице, но слава богам, не ушибся. Наконец он достиг первого этажа. Здесь омега остановился, убрал разметавшиеся волосы со лба, сделал вдох-выдох и медленно направился на выход. Он вышел во двор. Заветный черный форд уже поджидал его, и из первой двери радостно выскочил Макс — Привет хуёжникам! — он поприветствовал Алешу в своем стиле. Омега уже привык к такого рода шуткам и только улыбнулся. Из машины вылез Саша и поднял ладонь в приветственном жесте. Алёша поздоровался со всеми альфами. Гриша уже открыл дверь, приглашая омегу в машину, как вдруг со стороны училища послышался до боли знакомый Алеше голос: — Слышь, лёшкопед! Троица сразу обернулась. На их лицах читалась гневная мысль:"Кто там обзывает нашего Лешу?!» А в это время Гошик вальяжно подходил к всей честной компании, круглыми глазами уставившейся на него. Моряки офигели от неожиданности проявления, а Алёша просто понимал, что его друган мог сейчас сказануть такой бред, что потом в жизнь не расхлебаешь. Так и случилось. — Со своими любовными приключениями ты забыл телефон! И Гоша выудил из кармана брюк, а потом, как заправский фокусник, продемонстрировал Лешин телефон. Видно, омега забыл его в впопыхах. Тут взгляд Гошика упал на троих альф, которые удивленно рассматривали Лешкиного товарища. Тем временем Гошик оценивающе посмотрел на моряков, подумал, потом снова посмотрел на альф. Перевел взгляд на Лёшу, потом на парней, затем на Лёшу, потом снова… После затяжного молчания и бурной мыслительной деятельности в Гошкиной голове, он наконец громко и чётко сказал: — Так. Три. Ясно. И уставился на Алешу. — Три. Штуки. — ещё чётче произнес офигевший Гошик. Тут он выдал гениальную фразу, за которую Алёша потом был готов его убить. — Порвете этого девственника, я порву вас! — Радостно заключил Гоша, громко чеканя каждое слово. На тихом дворе повисла гробовая тишина. Казалось, даже ветер замер, услышав эту фразу. Представьте, даже ветер офигел! Алёша в это мгновение хотел провалиться под землю, рассыпаться пеплом, улететь птицей, превратиться в растение — все что угодно, лишь бы не стоять здесь. Омега покраснел, как спелый помидор. Он выудил из кармана рюкзака первое попавшееся и швырнул в наглого Гошика. Первым попавшимся оказалась бутылочка даммарного лака — жидкости, используемой для живописи. Гошик поймал на лету бутылочку и прочитав название, подпрыгнул от радости: — О, пасямба! Лак как раз у меня закончился! И сорвался с места. Только пятки засверкали. Теперь Алёша остался наедине с моряками. Он боялся повернуться к парням, после всего того, что наговорил ему Гоша. Лёшу сжирал ужасный, страшенный, настоящий ебанный стыд. Молчание казалось уже невыносимым, но Алёша ничего не мог с этим поделать. Тут Макс, как и следовало ожидать, брякнул такую фигню, что Алеше стало по настоящему херово. Черноволосый альфа удивлённо спросил из-за Алешиной спины: — А ты что правда девственник? Омега зажмурился от стыда. В следующую секунду послышался звук хорошей оплеухи, которой Саша молча наградил младшего альфу и произнёс: — Кхе-кхе. Извини. А Гриша просто отвернулся. Никто не заметил, что он покраснел чуть ли не сильней Алеши. Неловкое молчание длилось миг за мигом. Никто не знал, как деликатно начать разговор, не задев за живое друг друга. Тут в тишине двора раздался звук открывающегося окна. Ехидная рожа Гошика выглянула из окна третьего этажа. — Ну чё стоим-то? Лёшка! Часики-то тик-так, течка не за горами, презиков вам подкинуть? Ахуй всей компании, стоящей внизу не поддавался описанию. Тем временем в руках у Гоши появился какой-то предмет. Парень размахнулся и кинул его прямиком Алеше. Меткости Гошику было не занимать, и он попал чуть ли не в лицо другу. Предметом был кошелечек с вышеназванным содержимым. Ярость пробудила в Лёше всю его о силу и меткость. Он на лету поймал ненавистный кошелек и швырнул его обратно Гоше. В ответ послышался удивлённо — разочарованный крик: — Ебануться-улыбнуться, ну чё ты? Пригодилось бы! Тут все размеры есть! — И он подмигнул охуевшей троице. Видя, что Алёша ни в какую, Гошик разочарованно крикнул ему: — Ну как хочешь… И исчез в проёме окна. За Алешиной спиной послышался нетерпеливый голос Макса: — Ну что, поехали? Парень опять был не вовремя, и теперь получил сразу две оплеухи: от Саши и Гриши. Алёша был уже на пределе. Раскрасневшийся, как помидорчик, он быстро пошел в противоположную от машины сторону, во дворы. Альфы переглянулись. — Может за ним припустить, а? — спросил Макс, уже собираясь бежать. — Да стой ты! Ему сейчас не до нас…- схватил его за шкирку Саша. — Его вон тот, в окне, как отделал… Я бы на месте Лёши также растерялся. — добавил Гриша, глядя вслед уходящему омеге. — Надо пока оставить его в покое. Пусть отдохнёт, успокоится. Он же, бедняга, очень впечатлительный, ему это как удар ножом в спину. Тем более перед всем училищем. Многие студенты, наверное, все слышали. И действительно, Саша был как никогда прав. Алёша быстрым нервным шагом не то шел, не то бежал по училищной аллее. Он чуть ли не плакал. Так опозориться перед всем училищем! Господи, как он завтра покажется перед всеми?! Тут в кармане загудел телефон. Омега злобно вытащил его и мутными от слез глазами нажал на зелёную кнопку. Звонил Гошик. — Че надо? — заорал Лёша в трубку. — Ну че убегаешь? — задорный голос на другом конце провода.- Уже который раз возможность выпадает потерять девственность! А ты в девках сидишь! Тут Алёша не выдержал. На него накатила такая волна обиды и отчаяния, что он с размаху швырнул телефон на асфальт и побежал дальше, как можно дальше от Гошика, от училища и от моряков. Эту сцену издалека видел Гриша, перед тем, как сесть в машину. Он заметил, что Алёша с размаху бросил что-то на землю и в слезах убежал. Троица направилась к «месту преступления». Макс бегом приблизился и присвистнул: — Эге… Кажется, Лешкиному телефону каюк… — Да уж. — Вздохнул Саша, рассматривая разбитый аппарат. — Как же он теперь без телефона? — забеспокоился Гриша. — Мы что-нибудь придумаем! — твердо сказал Саша, бережно поднимая телефон и положив его в карман