Загадка пропавшего соседа

Пока мальчишки были на задержании, девочки сидели в квартире Олега, страшно волнуясь. К тому же время было уже без двадцати семь, а они все не объявлялись. — Девчонки, мне страшно за ребят, — жалобно говорила Школьникова. — Вот честное слово! Никогда за них так не волновалась… Особенно за Лешку, — добавила она. — А я за Темку сильно волнуюсь, — вздохнула Катя. — Вы не удивляйтесь, но я сейчас заговорю, как он. — В смысле? — не поняла Настя. — В смысле, — горько усмехнулась девочка, — чует мое сердце, с ними там обязательно что-то случится. Или уже случилось… — Так нельзя, — покачала головой Настя. — Нужно наоборот думать о хорошем. — Не получается… Вот ты за своего Петьку разве не волнуешься? — Волнуюсь. Но мне кажется, что все будет хорошо. Прошло еще полчаса. Даша вспомнила, что ей нужно домой, так как родители скоро вернутся. Девочки не удерживали ее, и Даша ушла. — Но вы мне потом все расскажете, — попросила она. — Обязательно, — кивнула Катя. Когда Даша ушла, Таня сказала: — Нет, я так больше не могу. Я сейчас позвоню Владимиру Ивановичу, и спрошу, что там у них происходит. Но не успела светловолосая девочка подойти к телефону, как он сам зазвонил. — Да, — схватила трубку Таня. — Олег! Вы куда пропали, мы тут… Возникла пауза. Таня, внимавшая Олегу, вдруг страшно побледнела. Моя Длина, Катя, Настя и Маша, заметившие состояние Тани, напряглись. — Как? Господи, кошмар какой… А «скорую» вызвали? Что? А, нет, не звонили. Олег, а родителям его уже сообщили? Вот бедняга… Ладно, хорошо, передам. Таня повесила трубку и повернулась к остальным. Лицо у нее было подавленное. — Девчонки, не обманули нас предчувствия-то, — тихо произнесла она. — Что случилось? — встревожились они. — Звонил Олег… В общем, там нашего Тему ранили… — Что?! — вскрикнула Катя. — Ранили? — переспросила Школьникова. — Да, в правое плечо. К счастью, не насмерть. Тут же «скорую» вызвали и родителям позвонили. Правда, у Надежды Васильевны телефон был, как всегда, занят, а вот Никите Владимировичу дозвонились. Он прямо с работы едет в больницу, а наши мальчики с Темой. — Так, нужно срочно ехать туда! — заметалась по гостиной Катя. — Тань, Олег не сказал, в какую его повезли? — Его повезли в Склиф, — ответила Таня. — Едем? — Едем! Уже у порога Таня вдруг спохватилась: — Девчонки, я не могу поехать! — Почему? — спросила Настя. — А как же родители Олега? Они придут, а никого нет. К тому же ключи от квартиры у Олега. — А запасные разве он тебе не давал? — спросила Катя. — Ой, да, давал… Но все равно я останусь. Надо им хоть объяснить, в чем дело, когда они придут, а то… — Что нам нужно объяснить? — вдруг услышали девочки. На пороге квартиры стояли Беляевы-старшие. — Ой, здравствуйте, — пробормотала Катя. — А Олег нам говорил, что вы в восемь только вернетесь. — Дела отменили, и мы поехали домой, — ответил Борис Олегович. — Что у вас тут происходит? Где Олег? — Олег… — медленно повторила Таня. — Олег в больнице… — Как в больнице? — побледнела Нина Ивановна. — Что с ним? — С ним все нормально, а вот Темыча ранили… — Что?! — в один голос вскрикнули родители Олега. — Как ранили?! Таня рассказала им все, что ей сказал Олег. — Так, нужно немедленно ехать в Склиф, — засуетился Борис Олегович. — Хорошо, что машину не надо прогревать… Девочки и Беляевы-старшие, не забыв запереть квартиру, поехали в клинику…

***

Олег беспокойно переминался с ноги на ногу, внимательно глядя на хирурга. Никиты Владимировича еще не было — он застрял в пробке, девчонки едут сюда вместе с Беляевыми-старшими, а Василенко отправился к себе в отделение — допрашивать Климова и того снайпера. А Олег и ребята поехали на «Скорой» в больницу, туда, куда повезли Темыча. Прибыв в медицинское учреждение, Мартынова сразу куда-то повезли, а мальчики остались ждать в холле. Олег наконец дозвонился Надежде Васильевне, но она ответила, что муж ей уже обо всем сказал, и она прямо сейчас едет в больницу. Олег, Женька, Пашков и Петька были на нервах. Больше всего им хотелось, чтобы все происходящее оказалось дурным сном. Лешка даже несколько раз щипал себя за руку, но, увы, это был не сон, а жестокая реальность. Наконец, спустя какое-то время, в холле показался мужчина лет сорока. Он быстрым шагом подошел к мальчишкам и спросил: — Это вы привезли раненого? — Да, мы, — ответил Олег, переминаясь с ноги на ногу. — Вы врач, да? — Да, я хирург, Андрей Александрович, — кивнул мужчина. — Как он? — Пока жив, но без сознания. Сейчас его к операции готовят. А родители Мартынова где? — У Мартынова отец сейчас здесь будет, — сказал Олег. — И мать должна приехать. — Скажите им, когда они прибудут, чтоб подошли в сто семнадцатый кабинет. Это на втором этаже. — Мы передадим, — пообещал Олег. Хирург ушел. Мальчики вновь остались одни. Олег думал о Темыче и винил себя в том, что произошло. Ведь это он решил пойти посмотреть на задержание Климова. Конечно, остальные мальчишки, в том числе и Темыч, сами вызвались пойти с Беляевым, однако и с ними, и с Олегом все в порядке, чего не скажешь о Мартынове… «Какой я дурак! — с тоской думал Олег. — Почему я разрешил им идти со мной? Почему не подумал о возможных последствиях? Конечно, Климова и его киллера арестовали… А Темыч в реанимации. Это я во всем виноват…» Мрачные размышления мальчика прервал хлопок входной двери. В холл ввалились Никита Владимирович, Беляевы-старшие и девочки. Они подъехали к больнице одновременно. Надежда Васильевна была еще в дороге. — Ребята, ну что? — обеспокоенно спросил Никита Владимирович. — Что с Темкой? — Мы не знаем, — честно ответил Лешка. — Но сейчас сюда хирург приходил, сказал, что Темыча к операции готовят, и что вам, ну, то есть родителям, нужно пройти на второй этаж в сто семнадцатый кабинет. — Зачем? Лешка пожал плечами. Никита Владимирович тяжело вздохнул. — Ладно, — сказал он. — Сейчас пойду. С этими словами отец Темыча ушел. А Нина Ивановна спросила: — Олежек, ты как? — Нормально, — буркнул Олег. — По крайней мере, лучше, чем Темычу. — Может, поехали домой? — неуверенно поинтересовался Борис Олегович. — Нет, — ответил мальчик в очках. — Я здесь побуду, со всеми. Тут вдруг Таня вспомнила, что ни она, ни Катя, ни Женька с Лешкой, ни Моя Длина, ни Маша и Настя с Петькой не предупредили своих родителей о случившемся. — Ребята, — прошептала девочка, —, а родители-то наши не знают, где мы. Наверное, обыскались нас уже. — Ох, блин! — схватился за голову Лешка. — А ведь мои предки мне велели сегодня быть дома не позже восьми! У отца сегодня День рождения… — Я всех обзвоню, не беспокойтесь, — приняла решение Нина Ивановна. — Боря, дай телефон, я свой дома оставила. Борис Олегович протянул супруге свой мобильный, и она стала обзванивать родителей пятерых ребят, объяснив вкратце суть дела и пообещав, что доставит с мужем детей прямо к их дому. — А вот ваших родителей я не знаю, — обратилась она после к членам Тайного братства. — И вас самих я тоже не знаю. — Мама, это наши новые друзья, — спешно вмешался Олег. — А Маша, — указал он на Серебрякову, — наша новая одноклассница. У нее еще брат-близнец есть, он вместе с ней теперь в нашем классе учится. — Понятно, — ответила мама Олега. — Что ж, давайте тогда вас Боря по домам отвезет. — Не стоит, — покачал головой Петька. — Лучше я сейчас нашим предкам сам позвоню. Борис Олегович, можно? — вопросительно посмотрел Командор на телефон Беляева-старшего. — Можно. Держи, — протянул мобильный тот. Петька взял сотовый и по очереди позвонил своим родителям, родителям Насти и Маши. После чего вернул мобильное устройство отцу Олега.

***

Прошло около двух часов, или чуть больше. Друзья и родители Олега и Темыча переместились из холла к операционной. Через какое-то время к ним вышел Андрей Александрович. — Ну что? Как он? С ним все порядке? — наперебой стали спрашивать присутствующие. — Да, все с вашим героем хорошо, — улыбнулся мужчина. — Пулю мы вытащили. К счастью, была она не смертельная, но шрам, я думаю, останется. — Слава богу, — выдохнула Надежда Васильевна. — Я так волновалась… — Мы все волновались, — вздохнула Нина Ивановна. — А сейчас к нему можно? — спросил Женька. — Увы, пока нет. Пациент еще очень слаб для общения, это во-первых, а во-вторых, он только что пришел в себя после наркоза. Утром, или чуть позже, я думаю, его можно будет перевести в обычную палату, и тогда уже можно будет его навещать. — Спасибо вам! — проникновенно сказал Пашков. — Большое спасибо! — Да не за что, — вновь улыбнулся Андрей Александрович. — Это моя работа. А вы пока поезжайте-ка домой. Отдохните. Все с парнем хорошо, самое страшное уже позади. — Действительно, домой нужно, — кивнул Борис Олегович. — Только ребят по домам развезу… Все стали собираться. Выйдя из больницы, в автомобиль к Беляевым сели Настя и Маша, а к Мартыновым — Женька, Лешка и Петька. — Хорошо, что с Темкой все о’кей! — вырвалось вдруг у Женьки на подъезде к собственному дому. Лешка и Петька согласно кивнули.

***

Олег, вернувшись домой, переоделся, умылся и, даже не поужинав, ушел к себе в комнату. Он, как и остальные, очень обрадовался, когда услышал о том, что с Темычем все нормально. В том, что произошло с Мартыновым, Беляев-младший винил себя. И теперь он даже боялся идти к нему в палату и тем более смотреть ему в глаза. — Олежек, ты чего спать не ложишься? — зашла к нему в комнату Нина Ивановна. — Из-за Темы переживаешь? — Сейчас уже нет, с ним ведь все в порядке, — покачал головой Олег. — А что тогда? На тебе ведь лица нет! Ты о чем думаешь? — О том, что это я виноват в том, что в Темку стреляли. — Ты? — Нина Ивановна нахмурилась. — Почему? Под пули его толкал? — Нет, но… Как бы это объяснить… — замялся Олег. — Олег, может, ты объяснишь, что там у вас произошло? — Не сейчас, мама. Устал я жутко. — Олег и впрямь вдруг ощутил навалившуюся на него усталость. Сказались треволнения. — Тогда ты ложись. Завтра в школу. А хотя… — мама внимательно посмотрела на сына. — Можешь завтра посидеть дома. После такого-то стресса… Андрея Станиславовича я предупрежу, что по уважительной причине. — Ладно, — вяло кивнул Олег. Мысли его путались, глаза слипались. Нина Ивановна ушла. Разобрав себе постель, Олег рухнул на кровать и тут же уснул…

***

В отличие от Олега Катя всю ночь не могла сомкнуть глаз. Ее раздумья были, конечно же, о Темыче. Не зря она так волновалась, когда ребята туда собирались! Как ей не хотелось, чтоб Темыч туда ходил! А ему словно вожжа под хвост попала… — Вот какого черта его туда с ними понесло? — вслух размышляла Катерина. — Выпендриться, что ли, хотел? Перед кем? Передо мной? А что, возможно. Он же всегда хотел стать выше в моих глазах. А тут такой шанс… Вот глупенький, — внезапно с нежностью в голосе произнесла она. — Нужны мне такие твои жертвы! Да он же и не подозревает, что я… — Тут она осеклась, потому что в этом она и себе боялась признаться. Старалась скрыть, спрятать это чувство за маской холодного равнодушия и пренебрежения к Темычу. Демонстративно заводила романы с другими мальчиками у него на глазах. Но не всегда у Кати получалась изображать из себя Снежную Королеву. Иногда она выходила из образа. Нет, конечно, в садике она его и вправду не любила. Чувства ее начали себя проявлять уже во втором классе. Катя успешно скрывала это даже от себя. Зачем — объяснения она не находила. И сейчас не находит. Но только именно сейчас, когда Темыча едва не убили, она вдруг поняла, что скрывать любовь больше не может. Страх за Мартынова заставил раскрыться это давнее чувство в полной мере, прорваться наружу. — Я люблю его, — с ужасом прошептала Катя. — Господи, я люблю его! От автора: Глава, на мой взгляд, получилась довольно корявой, хоть подверглась четырем перепроверкам редактированиям. В ней немало описания чувств, а я их не очень-то умею описывать. Если есть какие-то замечания — пишите, буду исправляться.