Твоя куртка ожила?

- Не особо-то ты и сопротивлялась – бурчала 2.0 в голове Эммы, пока Свон ковырялась вилкой в наручниках. Брюнетка освободила-таки одну руку женщины от оков. - Кто бы говорил! Я всем телом прочувствовала, как тебя дергает прижаться к ней поближе, да отдаться поскорее! – шикнула Эмма, плюхнувшись на кровать – Не получается… - Ты реально думала вскрыть наручники вилкой? – фыркнула куртка – И вообще, я не могу ничего с собой поделать! А у тебя уже давно должен был выработаться иммунитет! Я же столько раз к тебе приставала в образе Реджины… - Прости, конечно, но скрепки у меня нет! – блондинка развела руки в стороны – Когда ко мне приставала ты, на Реджине всегда была надета моя любимая красная кожанка! И меня могла остановить мысль о том, что королева моего сердечка в жизни не наденет тебя! А тут… - Тут она в своей собственной одежде, что делает образ более совершенным – несколько обиженно пробормотала 2.0 – Сними меня, пожалуйста… - Так ты все-таки не можешь сама от меня отделиться? – удивилась Эмма, сев на кровати, чтобы вытащить свободную руку из рукава куртки – И знаешь, если бы ты не вела себя, как обиженная истеричка, возможно, ничего бы и не было. - Ничего и так не было! – злое обиженное лицо с мокрыми дорожками на щеках недолго смотрело на Свон. 2.0 быстро растворилась, оставшись лишь летающей в воздухе курткой. - Ну да, Мадам Мэр хорошо умеет использовать принцип «возбудим и не дадим» - усмехнулась Эмма – Найдешь что-нибудь, чтобы снять браслеты? С минуту, куртка молча зависала на месте, а после подлетела к окну, открыла его и выпорхнула на свободу.

***

Реджина помогала Генри с домашним заданием, когда в дверь позвонили. Женщина быстро спустилась вниз к незваным гостям. На пороге стояла блондинка в красной кожаной куртке. Ее отрешенный взгляд и кислая мина, обеспокоили Миллс, но куда больше напрягло то, что Свон, без каких-либо слов, будто не замечая брюнетку вовсе, целенаправленно дошла до гостевой спальни и, прикрыв дверь, плюхнулась на кровать. И что бы это могло значить? Решив пока не трогать Эмму, два дня пропадавшую непонятно где, Реджина поднялась обратно в комнату сына. - Кто приходил? – поинтересовался Генри, оторвавшись от учебника. - Эмма, она сильно устала и решила прилечь у нас в гостевой комнате – не стала врать Миллс. Все же парень мог случайно наткнуться на блондинку, если та решит пошататься по дому, что могло бы вызвать массу лишних вопросов. - А можно – начал Генри, вскочив с места, но, наткнувшись на строгий взгляд матери, сел обратно – Можно сходить к ней? - Генри, тебе уже пора спать, а мы все еще не закончили с уроками – покачала головой Миллс – Завтра, мы, возможно, позавтракаем все вместе, а сегодня, мисс Свон устала и уже спит. Парень, слегка обиженный, строгостью Реджины, вернул свое внимание учебнику и тетради. В скором времени с домашкой было покончено, также как и с приготовлениями ко сну. Реджина поцеловала сына на ночь, пожелала ему спокойной ночи и спустилась вниз. В гостевой комнате было тихо. Брюнетка осторожно приоткрыла дверь и слегка удивленно осмотрела гостью. Все же, это была не сама Свон, а только лишь ее куртка. Полупрозрачная женщина, свернувшись в комочек, лежала на кровати и слегка подрагивала. Миллс присела на край кровати, пытаясь заглянуть в прикрытое руками лицо, не замечающей ее, гостьи. Женщина надеялась понять, что привело 2.0 именно к ней, да еще и в таком состоянии. Реджина осторожно положила руку на плечо кожанки, но быстро отдернула ее, почувствовав, как ее голову вдруг начали заполнять чужие голоса. Брюнетка удивленно осмотрела свою ладонь, будто бы на ней могли оказаться какие-то ответы, затем слегка потрясла ее и вновь осторожно коснулась куртки. Ворох мыслей, буквально ворвался в голову Миллс, всецело заполняя ее. Казалось, что эмоциональному вихрю ужасно тесно в черепной коробке, что он отчаянно пытается вырваться и вскоре полезет из ушей, но Реджина, слегка сжав плечо 2.0, закрыла глаза, надеясь понять, что же все-таки произошло. В мыслях куртки творилась настоящая каша. 2.0 будто разрывало изнутри. С одной стороны она любила Эмму, точнее думала, что любила. Она старалась всецело заполучить ее внимание, старалась стать всем для нее, эдаким центром вселенной. И, ведь, у нее получалось. Получалось быть всем и одновременно никем. Все эти образы что-то да значила для Эммы, в то время, когда кожанка так и оставалась всего лишь вещью на этих образах. А потом появился пиджак. Всего лишь вещичка, но уж она-то должна была понять чувства куртки! С другой стороны, 2.0 точно испытывала что-то неопределенное к этому самому пиджаку. Каждый день она видела сотни различных вещей из гардероба горожан, да даже на самой Реджине всегда можно было увидеть что-нибудь новенькое, но они никогда не вызывали никаких чувств. Вещи и вещи. Но, в тот злополучный день, восхищению куртки не было предела, а желание оживить именно эту вещичку засело настолько глубоко, что 2.0 просто не смогла ничего с собой поделать. Кожанка не могла сказать, что влюбилась, нет, она определенно продолжала любить хозяйку и только ее, но пиджак был каким-то особенным. 2.0 продолжало тянуть к нему, даже после того, как в склепе он попытался сжечь ее заживо. Куртка именно, что не могла ничего с собой поделать, это были не чувства, а какие-то инстинкты, которые продолжали давить на нее. Давить и заставлять выбирать не ту сторону, не те действия. 2.0 буквально разрывали чувства. Она ненавидела себя за предательство, ненавидела Эмму за ее беспечность, ненавидела копию Реджины за неоправданные ожидания. Ненавидела, любила и совершенно не понимала, что теперь делать. Реджина убрала руку с плеча кожанки, вытерла катящиеся по щекам слезы и легла на свободную половину кровати. Женщина уже давно не испытывала столь сильных эмоций, способных полностью поглотить человека. Ей необходимо было время, чтобы переварить всю полученную информацию, чтобы успокоить нервно текущие слезы, чтобы руки перестали дрожать.

***

Еще с вечера, Генри задумал незаметно прокрасться в гостевую комнату, чтобы разбудить Эмму и вместе приготовить завтрак, поэтому поставил себе будильник. Парень, не включая света, переоделся, умылся и почистил зубы, затем с предельной осторожностью спустился по лестнице и на носочках прокрался к комнате Свон. Предстояло лишь тихонько открыть дверь и разбудить женщину, но каково было удивление мальца, когда в комнате он увидел обеих своих матерей. Генри задумчиво разглядывал спящих, так и, оставшись стоять на пороге. Странным в развернувшейся картине было, пожалуй, все. Во-первых, что самое очевидное, женщины лежали в одной кровати, да еще и Реджина обнимала Эмму, что совсем не вписывалось в стандартную модель поведения его мам. Вот Свон могла бы обнять Реджину, но вероятнее всего получила бы по лицу за это. А во-вторых, обе женщины спали в повседневной одежде. Эмма так вообще в куртке и ботинках! Решив, что лучше не вмешиваться, Генри осторожно закрыл дверь и направился на кухню готовить завтрак, теперь уже не так сильно беспокоясь о шуме или наличие света на кухне. Ему было действительно интересно, как так получилось и начнется ли драка после пробуждения.