Twister-Southside Edition

— Детка, да где мы, черт возьми? — спросил парень, раздраженно глядя на Йена. — Мы едем целую вечность, я уже с ума схожу! — Я говорил тебе, что они находятся в глуши, Тревор. Охотники за торнадо не могут преследовать эти самые торнадо в городе, — мягко напомнил Йен своему жениху. — Почему он не мог просто приехать и подписать бумаги в твоем офисе? — скулил Тревор, ковыряясь в ногтях. — Потому что Микки-упрямый хрен, который должен сделать все как можно сложнее, — пробормотал он, вздыхая. — Да, конечно, именно поэтому. Я думаю, он просто не хочет отпускать тебя. То есть, я не виню его, конечно, но он должен остановиться, прошли годы, но нет, он все равно заставляет тебя идти на это. Он все еще хочет тебя, — легкомысленно прокомментировал Тревор. — Тревор, серьезно. Микки не хочет вернуть меня. Он не ездит в город из-за работы, и тем более никогда не поедет туда не по работе. Так что, думаю, он не проедет 12 часов для того, чтобы подписать лист бумаги для мудака, который ушел от него 3 года назад; этому просто не бывать, — сказал Йен, качая головой. — А я все равно думаю, что он делает это нарочно, чтобы попытаться вернуть ваши отношения, — признался Тревор. — Ты драматизируешь. Сам увидишь, когда встретишь его, — сказал Йен, немного рассмеявшись. Он взял Тревора за руку и несильно сжал ее, поднося к губам. — Я люблю тебя, Тревор. И обещаю, мы доберемся до этого пыльного поля, в котором он прячется, но все, что было между нами останется в прошлом. Кроме того, я думаю, ты просто утомился, да? Никогда раньше не был в поездке так долго и все такое. — Я утомился в течение первых 5 часов! Все. Я официально ненавижу ездить в машине! Как ты вообще узнал, где он? — спросил кудрявый парень, когда они свернули на другую, казалось бы, бесконечную дорогу. Ничего, кроме сельскохозяйственных угодий вокруг. — Его сестра, Мэнди, в его команде. Я все еще общаюсь с ней. Не так много, как хотелось бы, но мы все еще помним друг о друге, — объяснил Йен. — Мне кажется, что у тебя есть жизнь, о которой я ничего не знаю, — Тревор позволил неуверенности взять верх над собой. — Это было много лет назад, детка, это было опасно и безрассудно. В половине случаев я был маниакальным, — признался он. — Я вспоминаю об этом как, знаешь, о совсем другой жизни, которую я хочу оставить позади. Пожалуйста, просто доверься мне, хорошо? — Я сделаю это. Я имею в виду буквально, — он усмехнулся. — Я, Тревор Уильямс, возьму тебя, Йен Галлагер, в законные мужья… Через… Подожди, — Тревор улыбнулся, открывая календарь на телефоне. — Через 76 дней! Йен слегка рассмеялся и сжал колено Тревора, снова фокусируясь на дороге. Остальная часть поездки была в основном тихой, поскольку они оба были сосредоточены на музыке, играющей по радио. В конце концов он увидел ряд деревьев, и несколько автомобилей, припаркованных рядом с ними. Вот и все, — подумал он. Разум Йена вернулся к его последней ночи с Микки… Йен сидел за шатким столом в их поддержанном фургоне, который был припаркован на обочине какой-то проселочной дороги посреди Канзаса, он не мог перестать перебирать цифры на компьютере. Он чувствовал, что что-то должно случиться, чувствовал, что если он будет смотреть достаточно долго, он сможет увидеть следующий смерч, прежде чем он выскочит на радаре. Его разум был будто в огне, говоря ему не моргать, или он пропустит событие, которое должно было вот-вот произойти. Микки захлопнул компьютер. — Йен! Уже 3 часа ночи, ложись спать! — глаза Микки сонные и сердитые. — Зачем ты это сделал? Я был так близок! — кричал Йен. — Близок к чему?! Прожечь дыру в сетчатке? — упрекнул Микки. — Ты не понимаешь, я мог увидеть что-то важное, Микки! Это было там, я знаю. Он должен был появиться прямо здесь, клянусь! — сказал Йен, указывая на теперь уже пустое пространство, которое занимало весь экран. Микки подошел ближе, опустившись на колени, чтобы быть на уровне глаз с очень сердитым взглядом Йена. — Малыш, пошли спать, пожалуйста, — умолял он, схватив его за руку. — Ты не спал нормально всю эту неделю. Ты работаешь слишком усердно, мы работаем слишком усердно. Давай просто немного поспим сегодня, хорошо? — Ты предал меня, — Йен резко встал, сбивая Микки с ног. — О чем ты? — Микки встал, накрывая рукой лицо. — Йен, что происходит, мужик, ты ведешь себя как сумасшедший, — спросил он, раскинув руки в стороны. — Ты хочешь, чтобы я потерпел неудачу. Ты хочешь, чтобы мы потерпели неудачу, — Йен начал расхаживать кругами по их тесному фургону. — Ты хоть понимаешь, как нелепо это звучит? Я хочу, чтобы ты потерпел неудачу, чтобы мы потерпели неудачу? Что это вообще значит, Йен? — Дороти. Ты не хочешь, чтобы она взлетела. Ты просто хочешь, чтобы мы бегали кругами. Кругами, кругами и кругами, — Йен повышая голос. — Ты что, издеваешься?! — Микки начинал злиться. — Я вложил всего себя в это, в нее! — Тогда почему ты закрыл мой ноутбук, когда я был так близок к прорыву?! — глаза Йена были дикими. — К прорыву?! В жопу гребанный прорыв. Ты бредишь! Твои глаза были стеклянными и смотрели на чертов монитор, ожидая вспышки на радаре! — Что-то приближалось, я чувствовал это, — строго сказал Йен. — Йен, просто ложись спать. Тебе нужно поспать, мужик. Пожалуйста, я ничего не срываю. Я здесь с тобой. Я люблю тебя, — сказал Микки, пытаясь рассеять их ссору. Подойдя поближе, он осмелился положить ладонь на щеку Йена. Глаза Йена выглядели почти пустыми. — Я тоже тебя люблю, — сказал он, приближаясь, чтобы встретить короткий поцелуй своего мужа. Микки обернул руки вокруг шеи Йена и углубил поцелуй, пригласив язык Йена, пытаясь вырвать мужа из его беспорядочных мыслей. Йен начал расслабляться, лапая задницу Микки через боксеры, ведя их до кровати, где они жестко и быстро занялись сексом, Микки уснул через мгновения после оргазма. Йен тихо бросил одежду и туалетные принадлежности в рюкзак и ушел. Он прошел несколько миль по темноте, прежде чем наткнуться на ближайший город, чтобы поймать попутку обратно до Чикаго.

________________

Они были вместе в течение 8 лет, но в последней время поведение Йена было нестабильным, и он не поспевал за ним. Иногда он не выбирался из постели целыми сутками. Но Микки любил его больше всего на свете и привык к этому. Он научился ориентироваться в настроениях Йена и его поведении, по крайней мере, он так думал и предполагал, что хорошо справляется. Это было до их стычки накануне вечером. Проснувшись, Микки обнаружил, что Йен и его одежда пропали. Никакой записки, ничего. Он не плакал. Он не кричал. Он едва моргнул. В его голове было много мыслей, противоречивых мыслей. Йен в порядке? Он, наконец, бросил меня, всегда знал, что все так и закончится. Он вернется обратно? Я никогда не был достаточно хорош для него. Может, он просто пошел в магазин. Его одежды нет, тупица. У него случился нервный срыв? Что, если он в больнице? Он хочет меня видеть? Конечно нет, он бросил тебя! Спустя несколько часов накрутки себя Микки начал действовать. Звонил в ближайшие больницы и полицейский участки, приюты для бездомных, звонил семье Йена, чтобы узнать, связывался ли он с ними. Это стало ритуалом на несколько месяцев. Больница. Полиция. Приют. Семья. Всегда один и тот же ответ. Никто его не видел. Чуть более года спустя Микки получил голосовое сообщение. Сообщение было от его мужа, конечно, тот бросил его, но по закону он ему все еще муж. «Привет, Мик, уже сколько времени прошло. Я… Прости за все. Оказывается, я был болен, на голову. Возможно, ты догадывался об этом. У меня биполярное расстройство. Маниакальные, депрессивные эпизоды. Я принимаю лекарства, и у меня все хорошо. После того, как я ушел, все стало чертовски ужасным, но теперь я в порядке. Я в колледже, мне нужно было сменить профессию. В любом случае, я просто хотел извиниться перед тобой. Надеюсь, ты в порядке, и вот. Ладно…пока.» Микки плакал в первый раз с тех пор, как Йен бросил его. Он знал, что что-то было не так, в глубине души он знал это. Он чувствовал себя отвратительным мужем. Он должен был ему помочь, отвезти его к врачу, сделать что-нибудь, что угодно. Он был зол на себя и зол на Йена. Почему Йен не вернулся к нему, когда получил необходимое ему лекарство? Микки не понимал. Он был побочным эффектом расстройства Йена? Разве Йен, получивший лекарства, на самом деле не хотел быть с ним? Микки зарылся лицом в руки и пробормотал про себя: «Видимо, ты жалкий ублюдок, похоже, что его жизнь просто чертовски великолепна без тебя.» Прошли годы, а он все продолжал вспоминать этот день. Конечно, он был зол в эти моменты, но это все, что он мог делать. Микки снова услышал о Йене через 7 месяцев, когда он получил еще один звонок. На этот раз он ответил. — Хэй, — осторожно начал Микки. — Микки, привет! Я не думал, что ты ответишь, — сказал Йен удивленно. — Ошибся, не так ли? — его нейтральный ответ. — Да, — Йен усмехнулся. — Хорошо звучишь. — Ты тоже, — Микки улыбнулся через телефон. — Что-то случилось, Йен? Давно не виделись. — Я, эм, я звоню, потому что подумал, что мы должны уже начать процесс, ну, ты понимаешь, — звучит обнадеживающе. — Хочешь встретиться где-нибудь, поговорить? Где ты? — спросил Микки. — Да, было бы здорово. У меня есть кое-какие бумаги, я сделаю тебе копию, и мы сможем наверстать упущенное и все подписать. Это не должно быть странным, верно? Я вернулся в Чикаго, с тех пор, как уехал, — быстро проговорил Йен. — Все подписать? Подписать что? — Микки был смущен. Когда Йен сказал «начать процесс», он подумал о примирении. Ему не нравилось, куда это шло. — О чем ты говоришь, Йен? — Документы о разводе. Что ты об этом думаешь? — сказал Йен также смущенно. — Верно. Конечно, — сказал он, закрыв глаза и заставляя свое дыхание выровняться. — Да, я не думаю, что смогу добраться до Чикаго. Здесь многое произошло, чувак. Не совсем подходящее время. — Но ты только что предложил встретиться, — Йен был разочарован, он надеялся увидеть его. — Знаешь, все в порядке. Я понимаю, я могу отправить тебе копию, если хочешь. Конечно, он не хотел его видеть, он все-таки сбежал от него. — Да, ты можешь отправить их на ферму Коллинза. Мне нужно идти. Отключился. 4 месяца спустя еще один звонок. На этот раз Микки пустил его на голосовую почту. Он знал, о чем пойдет речь, и не был в настроении говорить об этом. Последние несколько месяцев были напряженными. Он уставал на роботе и катастрофически не высыпался. «Эй, Микки, просто сообщи, если тебе пришли эти бумаги, ладно? Я не тороплю или еще чего, просто спрашиваю. Дай знать, ладно? Надеюсь, у тебя все хорошо, пока, Мик.» Нет. Ни за что. Микки не собирался ехать до самого Коллинза, чтобы подписать какие-то чертовы бумаги. Это более трех часов езды, этого не произойдет. 2 месяца спустя еще один звонок. «Ладно, Микки, что происходит? Ты злишься на меня или что-то вроде того, я думал, что у нас все в порядке после последнего телефонного звонка. Ты получил бумаги? Перезвони мне.» Конечно, он на него злится. Идиот. 1 месяц спустя Микки отвечает. — Йен, что происходит, мужик? — Ты что, пьян? — спросил Йен. — Может, немного. Тут красиво, тепло и ночь такая светлая, так какого хрена, хмм? — Звучит весело. Эй, ты вообще получал эти бумаги от Коллинза? Я отправил их 6-7 месяцев назад, — Йен пытался звучать равнодушно. — Ха-ха, нах, я не был у Коллинза. Знаешь, из-за тебя. — О, ладно. Тогда я могу приехать к тебе с копией, если ты не против? — Конечно, без разницы. Почему ты так печешься из-за этих бумажек. Ты что-то не договариваешь? Не то чтобы это впервой. Даже не мог сказать, что собираешься бросить меня. Как какой-нибудь мудак, — Микки отрыгнул и сделал еще один глоток своего пива. — Я… Я помолвлен. — Помолвлен? — У Микки что-то перевернулось внутри. — Смешно. Так ты даже не разведен, а уже помолвлен? Немного безрассудно для тебя, не думаешь, хмм? — Я уже полгода пытаюсь развестись, но кто-то немного усложняет ситуацию, — сказал Йен раздраженно. — Ни с того ни с сего я узнаю о тебе! Два года, Йен, два гребаных года после того, как мой муж бросил меня посреди ночи! Я понимаю, ты был болен, я действительно это понимаю. Чего я не понимаю так это то, что мы были вместе 8 лет. Это действительно что-то значило для меня, кусок дерьма! Ты звонишь мне, чтобы извиниться, а потом я узнаю, что тебе нужны чертовы бумаги на развод? Пошел нахуй! Пошел ты нахуй! Ты хочешь поселиться в домике с каким-то новым ублюдком, приезжай сам, но будь я проклят, если потащу свою задницу в чертов Чикаго или до Коллинза, чтобы подписать хренов кусок бумаги для тебя, эгоистичный гребаный мудак! — после Микки повесил трубку.

_____________

Новый красный джип Йена проносит большое облако пыли в рабочую зону команды. Каждый занят своими делами, чтобы обратить на это внимание. Компьютерное оборудование, антенны, старые школьные карты и гаджеты, а также некоторые случайные обеденные продукты лежали вокруг нескольких импровизированных рабочих мест в середине ничего. Звучала Guns & Roses из старого Bluetooth-динамика. Йен и Тревор вышли и пробрались к импровизированной площадке. — Галлагер! — раздался голос с вершины фургона. — Ты вернулся! — Привет, Игги, — Йен махнул рукой парочке наверху, защищая глаза от солнца. — Привет, Аманда, рад вас видеть, ребята. — Хэй, Йен! — подруга Игги подарила ему широкую улыбку и помахала. — Йен Галлагер, живешь и дышишь! — головокружительная улыбка Мэнди все росла, когда она приближалась, затягивая его в крепкие объятиях. — Я чертовски скучала по тебе! — Я тоже, Мэнди, — он закрыл глаза, вдыхая момент. — Ты хорошо выглядишь, такая счастливая. — Спасибо! Ты выглядишь чертовски сексуально, а эта грязная щетина, черт возьми! — отойдя, она направилась к азиатскому парню, идущему к ним. — Это мой парень, Джефф, — он дружелюбно улыбнулся. — Джефф, это мой шурин, Йен! Йен немного вздрогнул на такое представление. — Приятно познакомиться, Джефф, — Йен указал на татуировки, покрывающие руки парня. — Крутые рукава, мне нравятся цвета! — сказал он серьезно. — Спасибо, чувак, думаю у меня есть немного зависимости. Приятно наконец-то с тобой познакомиться, Мэнди очень хорошо о тебе отзывалась, — Джефф вежливо улыбнулся. — Что ж, это удивительно, но я рад это слышать. Это Тревор, мой жених, — сказал Йен, обнимая более низкого парня. Прежде чем Тревор смог заговорить, Мэнди заговорила: — Что? — улыбка Мэнди на мгновение сползла. — О, Вау! Я не знала, Мик никогда ничего не говорил. Эм, Поздравляю! Я счастлива, если ты счастлив, знаешь же, — она натянула извиняющиеся лицо, пытаясь скрыть замешательство. — Боже, Мэнди, все нормально. Не напрягай лицо, чувак! — Йен посмеялся над неловкостью Мэнди. — Я появляюсь после нескольких лет отсутствия с новым человеком, это шокирует, я знаю. Я немного удивлен, что он не упомянул об этом, но это же Микки, думаю, это все объясняет. — Шокирует — хорошее слово для всего, что мой мозг перерабатывает прямо сейчас. Ты больше не будешь моим братом, — она нахмурилась. — Мэнди, я всегда буду твоим братом. Ты всегда будешь моей семьей. Несмотря ни на что, обещаю, — заверил ее Йен, обнимая еще крепче. — Прости, Тревор, приятно познакомиться. Йен один из самых крутых парней, — Мэнди покраснела. — Приятно познакомиться. Он довольно классный, поэтому я и хочу выйти за него! — он немного посмеялся над своей шуткой. Четверо из них улыбнулись. Все затихли. — Так где он? — наконец-то спросил Йен. — Он разговаривает по телефону с SPC, не очень хорошо. — Что такое SPC? — спросил Тревор. — Центр Прогнозирования Штормов, — ответил Йен. — О чем он говорит с ними по телефону? — спросил Йен, посмотрев на Мэнди. — Сейчас мы работаем на них, — ответила она. — Ну, вроде как. Мы заключили с ними контракт. Как раз тогда Йен увидел, как Микки вылез из фургона, поднес телефон к уху, направляясь к ним. Не сбиваясь с пути и не разговаривая, он подошел ближе. Остановился у стола в нескольких футах от группы, чтобы ввести что-то в компьютер. Удерживая телефон на плече и с хмурым взглядом на лице, он поправил черные очки на носу, прежде чем продолжить. Группа стояла там, уставившись на него и пытаясь уловить каждое слово. — Да, я вижу это, придурок, — сказал Микки раздраженно. — Что я не вижу, так это координаты, которые я дал тебе вчера. Я говорил, что это место прямо здесь, что нужно было сообщить, но нет, ты, говнюк, меня не слушал. Хорошо, блядь, что я здесь, чтобы отследить это дерьмо. Твоя команда точно все засрет. Молчание. — Пошел ты! Если твоя киска не может выслушать немного нецензурных словечек, как, черт возьми, она спокойно выносит F5*, а? По сравнению с ними мои «Блять» звучат как хихиканье маленьких детей. А теперь прекрати жаловаться и делай свою чертову работу! И если я скажу тебе, блядь, прыгать, лучше чтобы твой ответ был: «Как чертовски высоко?» Если мне придется втянуть исполнительного директора в это, видит Бог, я это сделаю! Молчание. — Это то, что я думаю. Пошел ты на хуй, мудак. Повесив трубку, он посмотрел на Мэнди. — Перемести антенну в эти координаты, — сказал он, протягивая ей лист бумаги. — Хэй, Йен здесь, — она улыбнулась, когда подошла к нему. — Прости, сучка, я что неожиданно ослеп? Я более чем уверен, что очки улучшают мое зрение, а не наоборот! — голос Микки становился громче и злее с каждым словом. — Я, блять, уверен, что могу увидеть чертов гигантский красный столб посреди гребаного ничего! Координаты. Сейчас же! — сказал он, поднимая бровь и двигаясь к их фургону. Джефф последовал за ним, глядя вниз с выпученными глазами. Не отходя от своего места и не глядя на Йена, Микки кладет ладони на стол, наклоняя голову вниз и обращаясь к Йену чуть менее сердитым тоном. — Какого хрена ты хочешь, мудак? У меня не так много времени. — И я тебя рад видеть, Мик, — сказал Йен, взяв Тревора за руку и подходя к нему. — Это Тревор. Глядя прямо в глаза Йена, он ответил: — Это похоже на лицо, которое заботится обо всем, что выходит из твоего рта? Хм? — брови поднимаются невероятно высоко. — Я здесь только для того, чтобы ты подписал документы. Ты знаешь, зачем я здесь. Не усложняй это, — спокойно ответил он. — У меня нет никаких документов, — Микки пожал плечами. — Мик, брось мне мой рюкзак! — крикнула Аманда сверху. — Подними свою задницу и возьми его сама, шлюшка! — он повернулся к ней. — Чувак, ты прямо там, просто брось его сюда! — крикнул Игги. — Твою мать, — пробормотал Микки, когда схватил рюкзак Hello Kitty со стола. Бросив его в надоедливую парочку задниц, он закричал: — Купи взрослую сумку, сколько тебе, двенадцать?! Рот Тревора распахнулся при виде отношении Микки к девушке. Йен откашлялся. — В любом случае, я принес еще копии бумаг, Мик. Я даже оставил цветные маленькие наклейки на всех листах, где тебе нужно подписать, — Микки начал идти к своему синему пикапу. Йен продолжал говорить: — Пожалуйста, не будь мудаком и просто подпиши чертовы бумаги. Микки протянул руку, чтобы схватить бумаги, когда раздался звенящий звук из кармана Тревора, затем он отошел, чтобы ответить на звонок. — Доктор Тревор Уильямс, — сказал он, повернувшись спиной. — Доктор, значит? Двигаешься дальше, да? — издевался Микки, рассматривая одежду Йена. — Я смотрю, ты превратился в очень модную феечку. Жаль, что у нас нет красной ковровой дорожки, чтобы постелить ее для тебя, принцесса, — щелкнув языком, он сунул бумаги под руку и вытащил сигарету, чтобы зажечь. — Заткнись, — Йен закатил глаза. Тревор отошел, оставаясь в пределах слышимости. — Я знаю, что Пеппер любит тебя, Брайан, ты тоже это знаешь. Собака не является заменой, он просто хочет немного распространить свою любовь. Это не значит, что он будет уделять тебе меньше внимания. Мы поговорили об этом во вторник. Я уехал из города на пару дней, так что, пожалуйста, звони только в крайнем случае. Он не оставит тебя, дорогой. Я обещаю, — Тревор повесил трубку и занял свое место рядом с Йеном с извиняющейся улыбкой. — Ты не можешь обещать такую хрень, придурок, — Микки фыркнул. — Михайло! Не говори с ним в таком тоне! — вмешался Йен, широко раскрыв глаза. — Не смей звать меня «Михайло»! Он не может обещать, что его муж или кто-то еще не оставит его, и ты чертовски хорошо знаешь, почему! Некоторые люди просто говнюки и бросают людей без предупреждения! — Эй! — прервал Тревор, размахивая пальцем перед лицом Микки. — Йен был болен, ты не можешь винить его за это. — Я не буду начинать это дерьмо с каким-то мелким женоподобным ублюдком. Думаешь, что ты все знаешь? Тогда, блядь, додумай как, черт возьми, близко твое лицо окажется к моему кулаку, на заметку, в последнее время я просто умираю от желания кого-нибудь ударить, — Микки был в бешенстве. — Микки, успокойся, блять, хорошо? — сказал Йен, шагая между ними и положив руку на грудь обоих парней. Микки отмахнулся от него, выхватил бумаги и ударил ими по капоту своего грузовика. Открыв пачку сигарет, он начал понимать, что было много юридического дерьма, которого он не понимал. У него ощущение будто он в кошмаре, внутри него вновь что-то перевернулось. Почему Йен появился из ниоткуда, демонстрируя свое счастье перед ним? Это было жестоко. — Что под брезентом? — спросил Йен, указывая на большой объект в кузове Микки. Опустив ручку на стопки бумаг, довольный отвлечением, Микки обошел сзади и толкнул заднюю дверь. Залезая на нее, он начал расстегивать брезент. Наконец, улыбаясь с момента прибытия Йена, он начал говорить с гордостью: — Мы сделали это, — сняв брезент, он показал большой серебряный объект в форме цилиндра с надписью «Дороти» на боку. — Мы заставили ее жить, чувак. Это был кошмар, но мы получили финансирование и создали 2 очень дорогих агрегата, — он указал на другой брезент на старом Ford Ranger. Челюсть Йена упала, когда он подпрыгнул, чтобы подойти к Микки. — Я не могу в это поверить. Это потрясающе, Микки! Ты сделал это! — его потрясенная улыбка сияла. — Да, мы сделали это. Каждый из нас. Включая тебя, я имею в виду, ты все-таки помогал проектировать ее, — Микки потер нос костяшками пальцев, когда говорил неуклюже, но искренне: — Я вписал твое имя в проект с SPC. Знаешь, когда мы творим историю и все такое. Ты получишь денежный расчет, которого заслуживаешь. — У меня нет слов. Спасибо, Микки, правда. Я не знаю, что еще сказать, — глаза Йена наполнились слезами. — Хочешь увидеть ее изнутри? — Микки спросил, желая не рушить момент. — Черт возьми, да! — воскликнул Йен. Микки нажал красную кнопку рядом с крышкой и она открылась. Внутри были сотни датчиков размером с мяч для гольфа с маленькими мигающими огнями. — Что это вообще такое? — спросил Тревор, напомнив им о своем присутствии. — Дороти была нашей мечтой, — начал Йен. — Она изменит то, как мы изучаем погодные условия, изменит то, как работают наши предупреждающие сигналы. — Разве уже нет предупреждающих сигналов? — сказал Тревор, не особо доверяя своим познаниям. — Они недостаточно хороши! — Микки прыгнул в кузов. — В лучшем случае, предупреждают за 10 минут, чтобы добраться до безопасного места, возможно даже за 5. Этого времени не хватает, его должно быть больше и Дороти здесь, чтобы помочь сделать это, — сказал Микки, с любовью смотря на их творение. — Как это работает? — спросил Тревор. Держа датчик Микки объяснил: — Этих маленьких ребят выпустят в центр воронки. Видите ли, у нас есть куча таких снаружи воронки и над ней, но ничего внутри. Эти датчики дадут нам исчерпывающие данные, которых нам не хватало, чтобы изменить последующие отслеживание смерчей. — Да…круто, — голос Тревора звучал незаинтересованно. — Это спасет много жизней, — сказал Йен, подарив Микки понимающий взгляд. — Черт, да! — из маленькой черной машины возле них раздался громкий голос. — Микки станет ебаным спасителем! — он поправил бейсболку и вытащил пачку сигарет из штанов. — Заткнись, Майк, — сказал Микки, чувствуя себя неудобно от чрезмерной похвалы. — Как поживает твоя мама? Она в порядке? — добавил Микки, зная, что тот только что говорил по телефону со своей больной матерью. — С каждым днем все лучше, — Майк улыбнулся. — Ебать меня раком, я не один его вижу, ребята?! — он радостно закричал. — Ебать тебя раком! — закричала вся группа в поддержку своего друга. — Йен, мужик! Ты вернулся! — Майк дружелюбно улыбнулся ему, отвлекаясь от сигареты. — Я на самом деле не вернулся, — уточнил он. — Жаль слышать о твоей маме, я не знал. — Не парься, чувак, ей лучше. Она уже отрывается! Вижу, ты привел друга, — сказал Майк, глядя на Тревора. — Жениха, Майк, — быстро поправился Микки. — Йен привел своего жениха. — Ну, неловко, чувак, — глаза Майка бегали между ними тремя, затем он повернулся, чтобы уйти, покачал головой и пробормотал: — Это жестоко. — Эй, Мик! — сказала Мэнди, спрыгивая с фургона с Джеффри позади. — Ураган приближается. Она лукаво улыбнулась. — F3* в пяти милях. — Черт, мы должны идти! — крикнул Микки. — Все шевелите своими задницами! — Микки спрыгнул с кузова грузовика, Йен последовал за ним и закрыл люк. Микки побежал к столам, чтобы очистить их и помочь загрузить оборудование. Йен и Тревор наблюдали, как все рассеялись. Игги и Аманда отсоединяли спутник. Майк и Микки хаотично бросали вещи в свои машины, убирая все со столов. Мэнди и Джефф сложили штативы, и все они помогли собрать столы и затащить их в один из их фургонов. Наблюдая за групповым движением как единое целое, с такой скоростью и точностью, Йен гордился тем, как далеко они зашли. Глядя на забытые бумаги на капоте Микки, Йен побежал, чтобы забрать их. Микки прыгнул в грузовик, схватив свой беспроводной микрофон и удерживал кнопку сбоку, пока говорил со своей командой: — Парни, держите эти фургоны на безопасном расстоянии, не слишком близко, понятно? Это может быть он, будьте осторожны. Джефф, мне нужен мой маршрутчик, куда мы едем? Йен стоял у открытого окна Микки. — Ты ничего не подписал! — Немного, блять, занят, рыжий, придется ехать за нами, если хочешь, чтобы я подписал это. Мы не вернемся сюда, — сказал он, когда уезжал, оставляя ошеломленных мужчин позади. — Мы ведь не побежим прямо в сторону торнадо?! — воскликнул Тревор, когда они побежали к своему джипу. — Ты хочешь, чтобы он подписал бумаги или нет? — сказал Йен. — Не заставляй меня умирать, Йен Галлагер! — крикнул Тревор, забираясь в машину. Йен рассмеялся и ускорился, догоняя стаю машин. Глубоко вдохнув, он почувствовал себя более живым и свободным, чем за все последние годы.