Мятная жвачка и сигареты

      Ульяне нравился Тимур. Кажется, даже больше, чем друг. А ему… просто нравились взрослые. Это было, в общем-то, не удивительно и вполне нормально, но очень уж больно для Ули. Тим постоянно восхищался ими так, что в своей голове она слышала лишь «они все лучше тебя».       Глядя на одноклассниц Тимура, его подруг и Виолу, Ульяна чувствовала себя просто ничтожеством. Светло-русые волосы, постоянно торчащие во все стороны и оттого напоминающие ей солому. Нелепые веснушки по щекам и носу. Глаза какого-то непонятного цвета, то ли серые, то ли голубые, то ли зеленые. Низкий, даже чересчур низкий, рост. Недоразумение какое-то, а не девочка.       Ей так хотелось нравиться ему… Она всё старалась найти тот образ, в котором будет выглядеть лучше, взрослее, моднее, красивее себя в обычной жизни, лишь бы быть ближе к тем, кто так сильно восхищал Тимура.       А ей очень хотелось стать такой, как они. Сама того не осознавая, Уля пыталась подражать девушкам из окружения Тима. Что было в них такого, чего нет в ней? Что заставляло смотреть на них с восхищением? Фигура? Внешность? Алкоголь? Сигареты?       Может быть, Тимуру нравятся именно такие. Взрослые, раскрепощенные, красивые.       Этим летом Ульяна твёрдо решила выветрить всю сказочную дурь из своей головы, комнаты, да и жизни в целом. Седьмой класс — самое время повзрослеть. Хлюпая носом и борясь с подступающими слезами, Уля распрощалась со всеми плюшевыми игрушками, стойко отреклась от розового — такого девчачьего и наивного — цвета в своём гардеробе и во что бы то ни стало вознамерилась научиться краситься.       — Поль, научи меня краситься. — Требовательно обратилась она к подруге.       — Зачем тебе? — Удивилась та. — Чем позже ты начнёшь, тем лучше, правда.       — Скажи это моим одноклассницам. — Кисло хмыкнула Уля.       — А ты на них не смотри! Сейчас они штукатурятся, как на панель, а потом у них к восемнадцати лицо будет такое, что врагу не пожелаешь. Ты ещё успеешь себе кожу попортить.       Так заканчивалась каждая её попытка уговорить подругу. И наконец, та сломалась:       — Ладно-ладно! Ты и мёртвого уговоришь! Неси мою косметичку, будем наводить красоту.       — Может заодно и волосы научишь завивать? — Предприимчиво поинтересовалась Ульяна.       — А больше ты ничего не хочешь? — Ехидно протянула Полина. — Ладно, я сегодня добрая, и плойку захвати.       Первое сентября всегда был особенным днём для Ули. Отличный день, чтобы начать новую жизнь. Отличный день, чтобы показать Тиму, что она уже совсем взрослая, — такая же, как и другие девушки из его окружения и не уступает им ни в чём.       Поля усадила подругу на высокий стул, разложила вокруг себя всю имеющуюся косметику и вооружилась кистями для макияжа, готовая Творить.       — Как ты хочешь, чтобы я тебя накрасила? — Деловито поинтересовалась она.       — Так же, как и себя.       — Тебе так не пойдёт.       — Почему? — Захлопала ресницами Ульяна.       — Ты хочешь быть похожей на панду? — Вопросительно повела бровью Полина.       — А что плохого в том, чтобы быть похожей на панду?.. — Обиженно пробормотала Уля.       Все-таки, ей очень нравились выразительные глаза подруги.       — И то верно. — Легко согласилась Поля. — Но тебе честно не пойдет.       — Ну, тогда, сделай мне что-нибудь с бровями, я видела, так красятся девочки из старших классов.       — Вот ещё, у тебя прекрасные брови, зачем с ними ещё что-то делать. — Фыркнула девушка. — В моде естественная красота, знаешь.       — Тогда… стрелки? — Неуверенно предложила Уля.       — Стрелки взрослят. — Покачала головой Поля. — Тебе этого не надо.       — Почему мне этого не надо? — Насупилась девочка. — Может, я и хочу выглядеть взрослее?       — Не стоит. — Мягко возразила подруга.       — Тогда я даже не знаю… — Поникла Ульяна.       — Хорошо, давай так: я сделаю, как считаю нужным, а ты посмотришь и решишь, как тебе нравится. Ладно? — Предложила подруга.       — Ладно. — Вздохнула Уля и покорно замерла в предвкушении чуда.       Ей ничего не оставалось, кроме как смиренно сидеть и рассматривать сосредоточенное лицо подруги, колдующей над её внешностью.       Полина была очень красивой.       Светлая кожа, рвано стриженные, крашенные черные волосы, едва достающие до плеч, зеленые глаза в постоянном прищуре, почти как у кошки, густо подведённые чёрным карандашом, аккуратно сложенная фигура.       Ульяна мечтала когда-нибудь стать хоть чуточку похожей на неё. Но, глядя в зеркало, она видела всего лишь странноватую девчонку и понимала, что никогда не станет такой, как подруга.       Должно быть, Вова влюбился в неё сразу же, с первого взгляда.       — Поль, а как вы с Вовой… сошлись? — Немного смущённо поинтересовалась Уля.       Старшеклассница недовольно поморщилась, вздохнула и пробурчала то, что всегда отвечала на подобные вопросы:       — Мы не встречаемся.       — Знаю-знаю, вы не вместе. Я пытаюсь спросить… как вы пришли к тем отношениям, которые у вас сейчас? — Осторожно перефразировала девочка.       — Мой способ тебе не подойдет, если ты об этом. — Хмыкнула Поля, сразу уловив всё без лишних слов.       — А при чём тут я? — Покраснев, пробурчала Уля. — Мне просто интересно, как это у людей получается, раз — и вместе.       — «Раз — и вместе» бывает только в сказках. — Произнесла подруга, придирчиво рассматривая проделанную работу. — В жизни люди чересчур себя накручивают, тупят и стесняются не пойми чего, вместо того, чтобы подойти и прямо сказать о своих чувствах… Готово, можешь смотреть в зеркало.       Полина решила опробовать на Ульяне модный «влажный» макияж — нанесла едва заметные розовые тени на веки, немного хайлайтера на внутренние уголки глаз, скулы и кончик носа, прозрачный блеск на губы. И в завершение — слегка завила волосы тонкими прядями, словно бы те от природы были волнистыми.       Уля восхищённо выдохнула и замерла напротив зеркала. Она никогда бы не подумала, что может быть такой красивой.       — Учись, пока я жива. — Гордо протянула Поля, уловив её реакцию.       — Спасибо тебе огромное! — Радостно завизжала девочка, сжав подругу в объятиях.       — Только не смей портить свой потрясающий мейк-ап какой-нибудь уродской блузкой с воланами и юбкой библиотекарши. — Заворчала та, не сдерживая улыбки.       — А что мне тогда надеть? — Захлопала ресницами Уля.       — Ну начало-о-о-ось… — Закатила глаза Поля.       В конечном итоге подруги пришли к консенсусу — одеться просто, стильно, а главное одинаково: белая рубашка, чёрная мини-юбка с завышенной талией и чёрные балетки.       — Так как ты сделала? Сказала о своих чувствах? — Спросила Ульяна, крутясь у зеркала и то и дело смущённо оттягивая юбку вниз.       — Ну, в каком-то смысле… — Задумчиво пробормотала Полина, надевая серёжки. — Мне нравится проводить время с Вовой, но… на этом всё. Никакого тисканья в школьных коридорах, никаких обнимашек, хождения за ручку, подарков на четырнадцатое февраля, дни рождения и Новый год. Я с самого начала так ему и сказала…       У них были очень странные и запутанные отношения, как по мнению Ули. Поля с пеной у рта готова была доказывать, что между ними совсем-совсем, совершенно точно, ничегошеньки нет и быть ничего серьёзного не может, хотя между ними чуть ли не искры сыпались, а эти их взгляды, пока другой не видит, говорили лучше слов. Они были влюблены и это было очевидно абсолютно для всех, кроме них самих.       Поля гневно материлась, когда Вова предлагал ей свою куртку или проводить до дома в поздний час, недовольно закатывала глаза и морщила нос, когда он придерживал перед ней дверь или делал комплименты. Поля смеялась в голос, стоило только Уле заикнуться, что они неровно дышат друг к другу.        Поля носилась по квартире в одном чулке и незастёгнутой рубашке, то и дело маяча перед зеркалом, ведь Вова и Тим обещали встретить их у школы и вместе пойти на линейку, а девочки уже опаздывали.       Ульяна накинула короткую дутую курточку, в последний раз придирчиво осмотрелась и подруги поспешили на место встречи.       — Малая, а ты чего… такая? — Удивлённо протянул Тимур при встрече.       — Какая? — Невинно уточнила Уля, взбивая кончиками пальцев копну волнистых волос.       — На себя не похожа…       — Это хорошо или плохо?       — Ещё не определился… — Задумчиво пробормотал Тим.       — Ну, как определишься, скажешь? — Хмыкнула девочка.       — Определился: круто выглядишь. Хотя юбку можно было бы и подлиннее найти. — Укоризненно произнёс одиннадцатиклассник. — Тебе не холодно?       — Не-а. — Весело протянула Уля.       — Точно не холодно?       — Точно.       — Точно-точно?       — Точно-преточно.       — Пиздишь. — Уверенно заявил Тимур и тут же нахлобучил на Ульяну свою огромную красную куртку, доходящую ей до колен.       — Нет, забери! — Запротестовала она. — Так ты замёрзнешь.       — Да и похуй, главное, что тебе будет тепло. — Отмахнулся тот.       — Я так не могу.       — Есть альтернативы? — Вопросительно повёл бровью Тим.       — Давай я тебе свою куртку отдам. — Неуверенно предложила Уля.       — Чего? — Заржал Тимур. — Да я же как пидор буду в ней.       — Тогда забирай свою. — Обиженно пробурчала Ульяна. — Либо мы меняемся, либо ты забираешь обратно свою.       — Ладно-ладно! — Нехотя согласился парень и, недовольно поморщившись, натянул на себя куртку девочки. — Диктаторша. Теперь довольна?       — Да. — Удовлетворённо кивнула и улыбнулась Уля, кутаясь в его куртке. На улице действительно было прохладно.       — Тим, тебе так идёт розовый цвет! — Заржал Вова, хлопая одноклассника по плечу. — На трансвестита похож.       — Отъебись, колхоз, это персиковый. — Пафосно произнёс Тимур. — Ты совсем ничего не понимаешь в моде и трендах, Вова. Ни-че-го! Мне стыдно за тебя!..       Однако миссия Ули была успешно провалена.       Вернувшись домой, она собрала волосы, переоделась, смыла макияж… и увидела в зеркале всё такое же нелепое лицо с хлюпающим носом и красными глазами. Глупо было надеяться, что один день всё изменит, но… она правда верила в это. Верила, что именно сегодня Тим увидит, какой она может быть, и всё будет по-другому. А по факту — красота смылась и всё осталось как раньше…

***

      Весь день шёл дождь. Окна были открыты настежь и в душный класс проникал крышесносящий запах мокрого асфальта. Шёл последний урок, Ульяна умирала со скуки. Еле отсидев нудную биологию, она выскочила в коридор, где её уже ждал Тимур.       — Пойдём. — Бросил он и, переплетя свои пальцы с её, тут же потащил девочку в неизвестном направлении.       — Куда? — Бегло поинтересовалась семиклассница, хотя в общем-то, ей было всё равно куда, главное с ним.       — Увидишь. — Многозначительно ухмыльнулся парень.       От школы Тимур свернул в сторону старых девятиэтажек.       — Пожалуйста, не говори мне, что мы идём туда. — Боязливо поёжилась Ульяна.       — Мы идем туда. — Весело хмыкнул Тим.       — Ты знаешь какие слухи ходят об этом месте?       — Ага.       — Что там наркоманы зависают и…       — По ночам ведьмы устраивают шабаши и пьют кровь младенцев. Да-да, знаю, слышал. Не ссы, эти слухи распускают мои одноклассники.       — Зачем? — Прыснула Уля.       — Чтобы клеить телочек и бухать на крыше. — Ухмыльнулся парень. — Ну знаешь такую тему, жуткое, полузаброшенное место, куда пацаны приводят девушку, рассказывают страшилку, она начинает пугаться каждого шороха и виснуть на плече, — романтика, одним словом.       — Ты же не рассчитываешь, что я буду вести себя так же?       — Иначе я бы тебе это не рассказывал. — Улыбнулся Тимур, распахнув дверь в подъезд.       — У тебя есть ключи? — Удивлённо повела бровью Ульяна, шагая внутрь.       — Да, мы с пацанами скинулись и сделали несколько дубликатов.       Тим уверенно зашёл в лифт, тут же пошатнувшийся от их веса, нажал последнюю кнопку и тот с диким скрежетом двинулся вверх. Уля непроизвольно сжала ладонь друга.       — Ну вот, мы ещё даже не пришли, а ты уже так пугаешься. — Немного укоризненно усмехнулся одиннадцатиклассник. — Ещё не поздно развернуться обратно, если хочешь.       — Молчи. — Пробурчала девочка, невольно покраснев.       Двери лифта распахнулись. Тимур уверенно свернул в сторону лестницы.       — По слухам, наркоманы обитают именно здесь… — Между делом заметила Ульяна, боязливо осматриваясь.       — Прекрасно, потому что нам выше. — Весело пропел Тим, прежде чем отодвинуть решётку, скрывающую лестницу на крышу.       — Ты, наверное, шутишь… — Выдохнула Уля.       — К твоему большому сожалению, нет. — Ухмыльнулся парень и протянул девочке руку, помогая подняться по шатким ступенькам.       Посередине просторной крыши стоял старый жёлтый диван, накрытый какой-то клеенкой от дождя, и что-то наподобие журнального столика с огромной стеклянной пепельницей, заваленной кучей бычков.       — Круто здесь, да? — Самодовольно хмыкнул Тимур. — Мы ещё хотим сюда кальян притащить, чтобы вообще заебись.       — Круто… — Восхищённо выдохнула Ульяна, глядя на школу внизу. — А откуда вы это всё взяли?       — Ну, диван мы свистнули с помойки — его какие-то долбоебы выкинули, а мы починили и сюда притащили, пепельницу кто-то из дома притащил, а стол мы «трудах» склепали.       — Оно и видно. — Хмыкнула Уля.       — Э-эй! Мы старались вообще-то. — Обиделся Тим. — Целый месяц ебались с этим столом! Ну, может и не произведение искусства, но какой-то, знаешь, шарм присутствует…       Ульяна собралась и наконец выпалила то, что хотела и так боялась спросить.       — Тим, научи меня целоваться.       — Чего-о? — Рассмеялся он, хлопая по карманам джинс в поисках зажигалки. — Малая, ты чего?       — Все девочки в классе с кем-то уже целовались, а я не умею! — Насупилась девочка.       — Да херня все это! Не слушай ты их, а? Тебе этого не надо. Ты маленькая ещё.       — Маленькая-маленькая! — Передразнила она. — Все так говорят! А я не маленькая!       — Ладно-ладно! Ты — не маленькая! — С насмешкой согласился Тимур.       — У самого-то во сколько первый раз был?       — Ты про секс? — Уточнил парень, поджигая сигарету.       Уля покраснела и отвела взгляд.       — Не-ет, я про поцелуй.       — О-о-о-о! — Тим присвистнул и закурил. — Это было ещё в детском саду.       — Вот видишь! Ты ещё в детском саду целовался, а я всё ещё не умею!       — Малая, ты берега-то видь. Мы же друзья, ты мне как сестра! А тут ты меня просишь тебя засосать. Это нормально, по-твоему?!       — Да! В том-то и дело, что мы — друзья! Почему ты не можешь помочь мне, как друг?!       — Да ты сама понимаешь, о чём просишь?! — Взвыл парень. — Нет, я конечно, дурной, но не настолько, чтобы свою младшую сестру засасывать!       — Да почему ты воспринимаешь всё так буквально?! Кого мне ещё просить, как не тебя? У тебя же, ну, опыт большой. Что в этом такого? Это всё равно, как если бы ты меня учил на велосипеде ездить.       — Ты, блять, сравнила! Мне-то похуй, но ты же девочка, все дела. Надумаешь ещё чего, а мне оно надо?       — Да за кого ты меня принимаешь?! — Возмутилась семиклассница. — Научи меня целоваться уже!       Тимур лишь улыбнулся и отрицательно покачал головой, закуривая. Ульяна решила пойти на крайние меры и взять друга на «слабо».       — Или ты сам не умеешь? — Ехидно пропела она.       — Чего блять?! — Тут же взвился парень, резко выдохнув табачный дым.       — Того. Ты сам не умеешь, но тебе стыдно это признать. Где доказательства, а?       — Ну все-е, допизделась.       Тим, заведя зажжённую сигарету за спину, чтобы ненароком не обжечь Улю, резко притянул её за талию к себе, поднимаясь ладонью выше, приобнимая лопатки, приникая с напористым поцелуем. Девочка опешила, прикрыла глаза и попыталась привыкнуть к новому, такому непонятному, но точно приятному, ощущению чужих, горьких от сигарет, губ на своих. Она привстала на носки, неловко прижимаясь ближе к парню, и, не зная, куда деть руки, осторожно накрыла ими его шею.       Одиннадцатиклассник вздрогнул от её прикосновений и плавно отстранился, сделал большой шаг в сторону и, плюхнувшись на диван прямо поверх мокрой клеенки, затянулся почти догоревшей сигаретой.       — Всё, мастер-класс я тебе провёл, дальше сама. И больше никогда не затрагивай эту тему. — Отрезал Тимур, мгновенно становясь непривычно строгим и серьёзным, запоздало осознавая, что только что натворил.       Они целовались даже меньше минуты, но Ульяне почему-то казалось, что намного дольше. Непонятная фраза «вечность длинной в секунду», которую так любят использовать в сопливых романах для домохозяек, вдруг приобрела смысл.       — Мне не понравилось. — Перебила наставшую тишину Уля.       Тим повернул голову в её сторону и вопросительно поднял бровь.       — Привкус сигарет. Гадость ужасная. Если все поцелуи такие, то я не хочу ни с кем никогда целоваться.       Одиннадцатиклассник рассмеялся.       — Вот и хорошо. Никогда не меняйся. — Потушив сигарету, он потрепал подругу по волосам и зашагал прочь.       — «Никогда не меняйся»… А какой в этом смысл, если такой я тебе не нравлюсь… — Грустно пробормотала девочка и последовала за ним.

***

      Просидев допоздна за домашней работой, Ульяна уже собиралась ложиться спать, как вдруг одно сообщение заставило её быстро собраться и помчаться к пугающим девятиэтажкам.       «Приходи на крышу»       Уля остановилась напротив старого дома, невольно затаив дыхание. Последний раз она была здесь два месяца назад, когда Тим показывал ей это место, которое и при свете дня было довольно пугающим, не то что сейчас. К счастью, сегодня дверь подъезда была открыта, так что девочка смело проскользнула внутрь, поднялась на последний этаж и, почти не дыша, взобралась по шаткой лестнице на крышу.       Тимур сидел на диване, а на полу валялись пустые бутылки. Ульяна очень надеялась, что хотя бы не все из них принадлежали ему.       — Я рад, что ты пришла. — Хрипло усмехнулся парень.       — Я ещё никогда не видела тебя таким пьяным. У тебя… всё в порядке? — Тихо спросила Уля и присела на подлокотник дивана.       — Да… нет. Не знаю!.. Нормально. — Тим сделал несколько глотков виски, откинул голову назад и закрыл глаза. — Мне просто плохо.       — Это из-за Виолы? — Осторожно начала Ульяна.       — Да при чём тут она! — Отмахнулся Тимур.       — Ну, у вас же вроде отноше-е-ения. — Многозначительно протянула она.       — Да какие там отношения! Просто сплю с ней иногда.       — Ну, отношения подразумевают секс. — Пробормотала Уля, скрестив руки на груди.       — Кто тебе такую глупость сказал? — Улыбнулся Тим. — Я так не считаю.       — Да неуже-е-ели? — Протянула девочка. — А как же Виола? Она тоже так не считает?       — Это другое. — Отмахнулся парень. — Виола она… да неважно. Нам обязательно говорить про неё?       Он приложился к бутылке и вдруг замолчал, закусив губу и уставившись вдаль, будто размышляя, продолжать говорить или нет.       — Секс это часть отношений, не спорю. Но отношения не держатся только на нём. — Продолжил Тимур спустя несколько минут молчания. — Секс… это как избыток чувств, понимаешь?.. Когда ты любишь человека настолько, что чувства переполняют тебя, и тебе хочется летать, как пишут во всяких романах для девчонок, ну, сама знаешь… тебе хочется выразить то, что у тебя на душе, передать эти чувства. Для этого и есть секс. Бля, ну это как… Ты обнимаешься и вдруг понимаешь, что хочешь большего, вы целуетесь. И этого может даже хватать на какое-то время. Но, в конечном итоге, этого становится недостаточно, хочется ещё большего. И вот секс… Я даже не знаю, как это словами объяснить.       — То есть, ты… любишь… Виолу? — Заключила Ульяна.       — Конечно, нет. — Насмешливо фыркнул парень.       — Но ты с ней спишь. — Констатировала девочка.       — Секс без чувств не идет ни в какое сравнение с сексом по любви. Так, жалкая подделка. Иллюзия. Обман. То, что между мной и Виолой.       — Тогда зачем тебе это?       — Всем нам иногда хочется соврать самим себе. — Пожал плечами парень и растянулся в улыбке. — Выдать желаемое за действительное. А вообще это приятно. Но больше не повторится.       — Почему? — С придыханием спросила Уля и, закусив губу, опустила глаза.       — Потому что я устал. — Грустно улыбнулся Тим. — Я не могу так больше. Надоел мне этот цирк. Встретились, потрахались, разбежались, и так по кругу. Какой в этом всём смысл, если возвращаясь домой, ты всё равно чувствуешь себя одиноким?..       — У тебя есть я.       — Да, знаю, Малая… знаю… — Невесело усмехнулся он. — Поэтому ты сейчас здесь. Иди сюда.       Ульяна послушно села рядом, Тимур поцеловал её в висок и обнял за плечи.       — В отношениях главное любовь. — Медленно, словно смакуя каждое слово, продолжал он. — Именно любовь… Есть страсть, есть химия, физика, взаимное притяжение, симпатия, что угодно. А важное самое это любовь, кто бы что ни говорил. Уважение, дружба… Когда ты встретишь Того-самого, Малая… Вы с ним должны быть как друзья. Друзья, приятели, любовники… И ваш секс должен быть как пазл, который делает отношения ещё сильнее. Дополняет… Бля, как сказать-то…       Тимур осёкся и замолчал.       — Неважно. — Тим встряхнул головой, прогоняя мысли, и грустно улыбнулся. — Сама поймёшь когда-нибудь.       — Я понимаю. — Тихо прошептала Уля, поднимая глаза.       — Это-то и страшно… Рано тебе ещё такие вещи понимать, Малая. Слишком рано…

***

      — Давай забухаем. — На выдохе заявила Поля, плюхаясь рядом с Улей за парту.       Ульяна даже не удивилась такому появлению — её друзья были просто ходячими неожиданностями и регулярно заваливались к ней на уроки с интересными предложениями и, разумеется, без предупреждения. Место рядом с ней всегда было свободно, а учителя не обращали внимания на их присутствие.       — Что-то случилось? — Поинтересовалась девочка.       — А что, чтобы выпить нужны какие-то причины?.. — Вопросительно повела бровью Полина.       — Раньше ты с такими запросами ко мне не обращалась. — Флегматично заметила Ульяна.       — Нужно же когда-то начинать. — Пожала плечами подруга.       — У меня урок.       — И что? Ни разу не аргумент. Свалим.       — Всё-таки, что-то случилось. — Упорно констатировала Уля.       — Потом, все потом. — Отмахнулась Поля. — Мы идем или нет?       Ульяна оглянулась по сторонам и, заключив, что всех вокруг мало волнует её существование, неуверенно кивнула. Она сгребла вещи в рюкзак и, дождавшись, пока учительница отвернется, выскочила с подругой в коридор.       Поля уверенно сгребла в тележку чуть ли не половину ассортимента местного ларька, где молчаливый азербайджанец верил в её честность и совершеннолетие, но, поддавшись уговорам Ули (или увидев её огромные испуганные глаза и эмоциональные протесты), решила остановиться на «гараже» — для начала, и вине.       — Сегодня точно никто не придет? — Прошептала семиклассница, боязливо оглядываясь в прихожей подруги.       — Мама была дома в понедельник, папа в среду, брат уехал с братвой на дачу бухать, так что сегодня никого не будет, квартира полностью в нашем распоряжении. — Отмахнулась Полина, развалившись на диване в гостиной. — Чувствуй себя как дома.       — Ну да, у меня дома в принципе такая же посещаемость. — Хмыкнула Уля и, немного замявшись, осторожно присела рядом с Полей. — Ну, так что случилось?.. Ты расскажешь?       Та заметно напряглась и медленно, оттягивая неизбежный разговор, расставила купленный алкоголь на полу.       — Давай сначала выпьем. — Натянуто улыбнулась девушка и протянула подруге открытую бутылку «гаража».       Ульяна неуверенно сделала глоток и непривычно поморщилась.       — Как у тебя дела с Тимуром? — Негромко спросила Полина, хитро усмехаясь.       — Нормально. — Ответила девочка и приникла к бутылке, осмелев.       На некоторое время в комнате повисла тишина. Никто не решался высказать всё то, что скопилось внутри. Бутылки «гаража» постепенно опустели.       То ли не выдержав давящей тишины, то ли расслабившись от выпитого впервые алкоголя, Уля на выдохе выпалила:       — Поль… как понравиться парню?       — О-о-о-о-о… Нет, ну здесь потребуется тяжёлая артиллерия… — Задумчиво протянула Поля и привычным ловким движением открыла вино.       — А до этого что было? — Испуганно икнула Ульяна.       — Предупредительный выстрел. — Весело хмыкнула Полина, доставая бокалы.       Ульяна вздохнула и смиренно замерла в ожидании, накрыв горячие щёки ладонями.       — Речь, разумеется, о несравненном Тимуре? — Деловито уточнила подруга, с нетерпением разливая вино. — Можешь не отвечать, я знаю, что да.       — Как я могу ему понравиться, когда вокруг него столько красивых…       — Сук. — Закончила за неё Поля.       — Да. — Покраснев, согласилась Уля. — Какое ему дело до меня, когда рядом есть такие, как Виола… Он меня в упор не замечает. Что мне делать, Поль?       — Разумная часть говорит мне, что единственный совет, который я должна тебе дать — это забыть о нём и переключиться на кого-нибудь другого…       — Пожалуйста!       — … но я уже достаточно выпила, чтобы не думать о моральном аспекте ваших отношений. — Смягчилась Полина. — Его интересуют девочки постарше, и с этим ничего не поделаешь. Значит, тебе это надо как-то компенсировать и вести себя так, чтобы он даже и не вспоминал о твоём возрасте.       — Это как?       — Юбку покороче, макияж поярче, волосы распущенные. Трюк дешёвый, но действенный. Ну, по крайне мере, в таком виде мне в тринадцать продавали пиво, может и с тобой сработает.       — Ага, спасибо за совет, плавали, знаем. Не работают твои дешёвые трюки.       — Ну, на то они и дешёвые… — Хмыкнула Поля. — А вообще, больше всего возраст заметен по общению… проблема в том, что… с этим у тебя проблемы нет.       — Что бы я делала без тебя. — Невесело усмехнулась Уля.       — Нет, правда. Как ни грустно, но есть вещи, нам неподконтрольные. Как например, ваша разница в возрасте…       — И что делать тогда?       — Напиться и забыть. — Уверенно заявила подруга, придвигая к ней бокал вина. — В условиях ограниченности ресурсов нужно брать от жизни по максимуму.       Ульяна вздохнула и, немного подумав, выпила содержимое залпом.       — Схватываешь на лету! — Ухмыльнулась Полина, наливая себе и подруге ещё вина.       — Ну, а у тебя что случилось? — Поинтересовалась Уля, почти и не надеясь наконец услышать ответ.       Полина молча поднялась, открыла нечто загадочное из закромов отца и сделала несколько больших глотков прямо из горлышка бутылки.       — Вова. — Немного погодя, ответила она, присаживаясь на место. — Он хочет, чтобы я была его девушкой. Точнее, он поставил передо мной условие: либо мы встречаемся, либо… всё. Расходимся, как в море корабли.       — А ты против встречаться с ним, потому что…?       — Потому что я не хочу отношений. Не именно с ним, а отношений в принципе. Да и какие могут быть отношения сейчас? У него в этом году экзамены, он умный, будет учить конспекты на износ ночами, и в итоге поступит в какой-нибудь крутой ВУЗ. А я останусь здесь. Пойду в одиннадцатый, буду носиться как угорелая с экзаменами, пытаясь поступить уже хоть куда-то. Не верю я в отношения на расстоянии. Не верю ни в его, ни в свою, лебединую верность. — Грустно вздохнула Полина. — Не понимаю, зачем всё усложнять, если всё итак хорошо. Отношения только всё портят… Начинаются ссоры, истерики, ревность. А ещё хуже привязываться. Потому что это очень больно. Постоянно хотеть его видеть, не спать, думая о нём, становиться глупой и наивной дурой. И всё равно рано или поздно это закончится. В лучшем случае — мы оба перегорим и равнодушно разойдемся, в худшем — один из нас будет страдать, и, блять, я не хочу быть этим «кем-то». Я не хочу всего этого, понимаешь? Просто не могу так. Но ведь иначе и быть не может.       — С чего ты взяла, что не может быть по-другому? — Робко начала Уля, крутя в руках наполовину пустой бокал. — Откуда тебе знать наверняка, что рано или поздно это закончится? Что, если он — тот человек, с которым ты проведёшь всю оставшуюся жизнь?       Поля насмешливо хмыкнула.       — Даже не хочу думать об этом. Это ещё хуже. По-твоему, что было бы потом?.. Окей, представим. Мы оба закончим вузы, устроимся на дерьмовую работу с мизерной зарплатой, возьмём крохотную квартиру в ипотеку на те деньги, которые удалось соскрести, поженимся, и будем притираться друг к другу до тех пор, пока нас не начнёт тошнить друг от друга, но будет уже поздно разводиться, так как дети останутся без родителей. Дальше — наверняка, заведём молодых и бездушных любовников и будем появляться дома раз в неделю максимум, прикрываясь завалами на работе, чисто для галочки, чтобы увидеть детей и вскоре сбежать без оглядки, чтобы не мазолить лишний раз глаза ненавистным супругом. Класс, семейная жизнь, все дела, здорово. Хуйня всё это, рутина убивает любовь, даже самую искреннюю и настоящую. — Вздохнула Полина, делая ещё несколько глотков настойки. — Да и не верю я в любовь…       Пока подруга предавалась унынию, Ульяна осторожно дотянулась до своего телефона и, сделав несколько нехитрых действий, открыла новый диалог во «Вконтакте».       — Тогда… — Осторожно начала она и незаметно включила запись голосового сообщения. — Тогда не мучай его, ведь он действительно любит тебя. Может, будет лучше, если вы постараетесь забыть друг о друге…       — Вот мы и подошли ко второй части Марлезонского балета. — Невесело хмыкнула Поля. — Я, правда, хотела бы просто выбросить его из головы и больше никогда не портить его жизнь, но… у меня просто руки опускаются. Забыть про Вову так же безнадёжно, как мне бросить курить. Он — ещё одна вредная привычка, от которой никак не избавишься. Понимаешь, я просто не смогу без него, привыкла, что он всегда рядом, когда нужен, даже если я не прошу его об этом. Почти смирилась с его гиперопекой и заботой. Я не знаю, как это назвать… но это не любовь. Любовь не начинается с секса. И такая, как я, ему совсем не пара.       Полина притихла, чувствуя, что итак сказала много того, о чём боялась признаться даже самой себе.       — Я, конечно, могу ошибаться, но… — Робко начала Ульяна. — Возможно… стоит просто плыть по течению? Не думать, что будет дальше, просто жить сейчас. Может быть, у вас ничего не получится. А может быть, вы будете вместе до конца. И… как ты узнаешь, что вас ждёт, если не попробуешь? Жизнь непредсказуема. Откуда тебе знать наверняка, что это не любовь?..       Поля молчала, задумчиво опустив глаза.       — И зачем ты такая умная в тринадцать? — Слабо усмехнулась она. — Тяжело тебе будет.       — Сама знаю… — Вздохнула Уля, расплывшись в улыбке.       Полина прислушалась к её словам.       В следующую секунду подруги вздрогнули от внезапного звонка в дверь. Кто-то давил на кнопку, не переставая, с явным нетерпением желая попасть внутрь. Хозяйка квартиры недовольно поморщилась и неспеша поплелась открывать.       — Уль, к тебе твой рыцарь пришёл! — Насмешливо прокричала Полина, едва открыв дверь.       — Смолякова, ты дура совсем? — Прорычал Тимур, врываясь в квартиру. — Как, объясни, пожалуйста, как в твою голову пришла эта «светлая» мысль?! Каким местом надо думать, чтобы пить с семиклассницей? Я тебя больше близко к ней не подпущу!       — Она и моя подруга и мне нужна была её срочная психологическая помощь и поддержка! Это было спасение утопающих! — Обиженно пробормотала Поля, отводя глаза.       — Спасение утопающих это дело рук самих утопающих! — Огрызнулся Тим и начал рыскать в поисках Ули.       Девочка нашлась на полу возле дивана — в это время она усердно строчила одно очень важное сообщение.       «Она любит тебя. Приходи сюда и больше никогда не отпускай её.»       — Малая, тебе уже хватит, мы уходим. — Безапелляционно заявил Тимур, направляясь к Ульяне.       — Подожди, я должна кое-что сделать. — Бросила та, копошась в своём рюкзаке в поиске тетрадного листка.       — Нет, ну ты слышишь?! — Возмутился Тим, разворачиваясь к Поле. — У неё язык заплетается!       — Подумаешь, язык заплетается. — Фыркнула та. — Я тебя и не в таком состоянии видела, знаешь ли… Вспомни новый год 2017!       — А ты не сравнивай, ты не сравнивай…       Пока её лучшие друзья выясняли отношения в коридоре, Уля, в предвкушении ухмыляясь, писала записку.       «Скажи ему, что любишь его»       Закончив, она быстро собралась и осторожно потянула друга за рукав, выдергивая из перепалки.       — Пойдем? — Робко спросила Ульяна и, не дожидаясь ответа, подошла к подруге попрощаться.       Тимур развернулся, рассеянно посмотрел на девочку и тут заметил листок на столе. Он поднял со стола бумажку и, прочитав, усмехнулся и тепло посмотрел на Улю. Немного подумав, достал из кармана куртки пачку аспирина и оставил на столе рядом с запиской, написав пару строк от себя.       «Помни, Смолякова, мою легендарную доброту, когда я, вместо того, чтобы отвесить тебе пиздюлей, просто оставил аспирин и ушёл. Помни!»       Тут же повеселев, Тим подкрался к Уле со спины, и сгрёб в охапку.       — Ну, что напизделись уже? — Поинтересовался парень, ероша светлые волосы девочки.       — Ну вот и все, девичник закончился, приехал вытрезвитель… — Пьяно простонала Поля. — Котейкина, так нечестно: ты заставила выползти всех моих тараканов и теперь оставляешь меня с ними наедине?       — Ну не переживай! — Растрогано протянула Ульяна, обнимая на прощание подругу.       — Так, девчонки, я всё понимаю, но давайте на затягивать с соплями! — Хмыкнул Тимур, покорно ожидая подругу у дверей.       — Не переживай. Твои тараканы сегодня одни не останутся… — Хитро шепнула Уля на ухо подруге и тут же юркнула за дверь, оставляя её в полном недоумении.       — И куда теперь тебя в таком состоянии девать? — Задумчиво бормотал Тимур по пути. — Родители дома есть?       — Нет, они в Мадриде.       — Чего? Как их туда занесло вообще? — Непонимающе переспросил парень.       — Они в командировке.       — И почему твои родители постоянно в командировках?.. Ладно, сейчас это даже хорошо, не потеряют. Мы идем ко мне. — Решительно заявил Тим.       — А у тебя родители дома?       — Нет, на даче.       — И почему твои родители постоянно на даче? — Передразнила Уля.       — Потому что они помешаны на даче? Чтобы я мог устроить вписку и потрахаться? Чтобы они могли отдохнуть от меня и потрахаться? Выбирай, что больше нравится.       — Фу, как ты можешь так думать о своих родителях… — Брезгливо поморщилась Ульяна.       — Но ведь это правда. — Пожал плечами Тимур. — Что они, не люди, что ли? Ты лучше скажи, почему твоих почти никогда не бывает дома, и ты спиваешься в их отсутствие.       — Они археологи. — Хмыкнула девочка. — Раскапывают всякие древние цивилизации, скелеты динозавров и всё в этом духе.       — Археология это, конечно, хорошо, но… кто будет раскапывать твою жизнь, загоны и проблемы?       — Ты. — Уверенно заявила Уля.       — Ага. — Кисло улыбнулся Тим. — Но ведь, по сути, все твои проблемы из-за меня, Малая.       — Неправда.       — Нет, правда. И ты, и я, и даже твоя припизднутая подруга это знают. Та тоже хороша — в своей жизни разобраться не может и тебя тащит во все свои пиздострадания. Хуею с неё блин — как, блять, можно не замечать, как человек, которого ты видишь каждый день, по тебе слюни пускает?..       Уля тут же икнула, оступилась и совершенно точно полетела бы вниз, если бы Тим вовремя не подхватил её.       — Ты чего? — Обеспокоенно спросил Тимур, не выпуская Ульяну из рук.       Почему-то именно сейчас она тепло смотрела на друга и не могла оторвать глаз от его встревоженного лица.       Это была волшебная, действительно волшебная, зимняя ночь. Вокруг было тихо. Очень тихо, даже шум машин вдруг исчез куда-то. Воздух свежий, морозный. Созвездия над головой, чей свет, казалось, затмевал даже огни близстоящей «Пятёрочки». Но она смотрела на него, а он — на неё…       — Уль?.. — Прошептал парень, возвращая в реальность. — Ты в порядке?       — Тим, мне как-то нехорошо…       — Так, садись… — Тимур опустил Ульяну на ступеньку и присел на корточки перед ней. — Тошнит? Голова кружится? Болит? В глазах мутно?       — Да.       — Что «да»?       — Всё. Всё да.       — Сколько ты выпила? — Хмуро поинтересовался Тим, обхватывая горячие щёки Ули ладонями.       — Мы купили «гараж» и вино…       — Так…       — А Поля открыла настойку её отца…       — Я убью Смолякову. — Шумно выдохнул Гагарин, подхватывая Котейкину на руки.       К счастью, дом вредной подруги Ульяны был не так далеко от его дома, так что он донёс её до своей квартиры и сразу же потащил в ванную.       — Так, давай-давай, Малая, под води-ичку… — Пробормотал Тим, помогая Уле залезть в ванную.       — Какую водичку? Святую? — Рассеянно лепетала та, плохо соображая.       — Если тебе так хочется думать, то пожалуйста. Предположим, что в святую.       — Не-ет, мне в святую нельзя, дым пойдёт… — Вяло запротестовала девочка.       — Это почему?       — Ну, у меня же демоны… много…       — Какие, нахуй, демоны? — Ошарашенно спросил Тимур. — Малая, ты в седьмом классе всего лишь, какие у тебя могут быть демоны?       — Развратные такие, с хвостиками… Шепчут всякие… глупости. — Ульяна пьяно рассмеялась, кидая в сторону парня красноречивые взгляды.       На пути через бортик ванной Уля, будто что-то вспомнив, вдруг остановилась, оставшись стоять одной ногой на полу, и мутно, но при этом как-то странно-осознанно, уставилась на Тима.       — Ты чего?.. — Медленно произнёс друг, почувствовав что-то неладное.       — Тим… — Сухо прошептала она, опустив взгляд на его губы.       В следующее мгновение она кинулась ему на шею со своим внезапным безотчётным порывом, Тимур ошарашенно отпрянул назад, нога девочки заскользила по гладкой поверхности, и, неведомо как, Ульяна со всей силы шарахнулась в ванну, больно ударившись головой о стену.       Абсолютно шокированый, парень среагировал несколько заторможено.       — Жива?       — Не факт. — Заойкала девочка, потирая ушибленный затылок. Кроме того, копчик ныл просто нестерпимо.       — Нихуя вы дама шальная… — Присвистнул Тимур, потянувшись, чтобы открыть кран с водой.       Проблема нетрезвости Ульяны с каждой секундой всё более обострялась.       — Мне холодно. — Захныкала она, дергая за край футболки парня.       — Потерпи, сейчас горячая пойдет. — Успокаивающе произнёс Тим, полностью сосредоточившись на температуре воды.       — Нет. Иди сюда.       — Блять, Малая… — Выругался он, когда та обрызгала его водой. — Ну что с тобой делать…       Тимур тяжело вздохнул и, также в одежде, полез в ванную к Ульяне.       — Обними меня. — Попросила Уля, и Тим почему-то снова послушался.       — Давай ты больше не будешь пить, ладно? — Прошетал он, сжимая хрупкие плечи девочки.       — Почему? Ты же пьешь. — Пробормотала она, поднимая глаза.       — Понимаешь, Малыш… — Вздохнул Тимур, заводя мокрую прядь волос девочки ей за ухо. — Таких, как ты, мало… Незачем тебе спиваться.       — А если мне хочется?       — Мне бы этого не хотелось.       — Почему?       — Много кого это испортило. Я не хочу и тебя потерять.       — Ты тоже испортился?       — Не, я всегда был безнадежным… — Протянул Тим и вдруг замолчал, задумчиво перебирая мокрые волосы Ули.       — Тим?.. — Нарушила тишину девочка.       — Ну что, протрезвела? — Деланно-бодро поинтересовался он, мгновенно вытряхивая из головы ненужные мысли.       — А как это понять?       — Тебе стало лучше?       — Да. Но в голове всё ещё пусто.       — Ну, это ничего. У меня всю жизнь в голове пусто. Вылезай.       Тимур молча подошёл к Ульяне вплотную и, как-то преувеличенно обеспокоенно и осторожно заглянув ей в глаза, заботливо обернул огромным махровым полотенцем, притягивая ближе к себе. Уля затаила дыхание и медленно подняла глаза на него, с какой-то детской наивностью и надеждой ожидая чего-то важного. Тим сделал самое неожиданное, что могло случиться, — тихонько нажал на кончик её носа и рассмеялся.       — Ты же знаешь, что я люблю тебя. — На одном дыхании выпалила девочка, таращась на него во все глаза.       — Конечно, знаю, Малая. — Тимур улыбнулся и поцеловал её в висок. — И я тебя люблю.       — Нет, ты не понимаешь! — Захныкала Ульяна, безысходно утыкаясь лбом в его плечо. — Я люблю тебя, Тим, люблю! Больше, чем друга!       — Тебе кажется. Ты не можешь любить меня. Объективно, я не самый лучший вариант для тебя. — Усмехнулся он.       — Нет, нет, ты не понимаешь! — Словно в припадке повторяла девочка, бессильно ударяя парня кулачками.       Он растерянно смотрел на подругу, словно отказываясь верить в происходящее, и лишь прижимал к себе, тепло обнимая, словно это было решением всех проблем.       — Ну почему, почему ты этого не понимаешь? Почему? — В сердцах воскликнула Уля и оттолкнула Тима.       Почему-то воздух в квартире в этот момент показался ей каким-то спёртым, горловина промокшего свитера душила, было жарко и тяжело дышать. Так и обёрнутая в полотенце, она выбежала в подъезд, по пути зачем-то натянув на мокрые, капающие волосы, шапку.       Сзади хлопнула входная дверь. Уля вздохнула и закрыла глаза.       В тишине подъезда было слышно только её громкое, сбитое дыхание. За окном, в непроглядной тьме бесшумно падал снег. Все уже спали, и никто его не видел. Все уже спали, и никто не чувствовал эту непонятную тоску.       Ульяна бездумно смотрела на белые, такие яркие, хлопья и постепенно замерзала.       — Пошли домой. — Негромко прошептал Тимур, незаметно подойдя сзади, и осторожно коснулся её плеча.       Уля замедленно обернулась, не поднимая глаз, и, еле передвигая ногами, направилась в квартиру.       — Если я всё забуду завтра, обещай, что будешь помнить, и не станешь делать вид, будто ничего не было. — Проговорила она, замерев у самых дверей.       Тим невидяще уставился в её спину. В горле отчего-то вдруг пересохло. Язык застыл намертво, словно после анестезии.       — Хорошо. — Хрипло произнёс он и нахмурился.       Ульяна кивнула, хотя Тимуру этого и не было видно, слабо улыбнулась и перешагнула через порог квартиры.       Дальше они всё делали в гробовой тишине.       Уля молчала, в голове было так тихо, так пусто, как бывает, когда высказываешь всё то, что так долго таилось где-то глубоко, на затворках сознания, то, в чём и сама боишься признаться себе. Слова просто иссякли. Всё уже было сказано.       Его взгляд упорно избегал её лица, Тим просто не мог смотреть в её сторону. Он делал всё как-то неосознанно: машинально протянул свою кофту, чтобы она переоделась и он мог повесить сушиться её мокрую одежду, на автомате расстелил постель. По собственной квартире он бродил, словно призрак, без единой связной мысли в голове. Думать не хотелось, ведь упрёки, которые бы непременно появились тогда, могли оказаться слишком мучительны.       — Поспишь в моей кровати. — Бросил Тим, его голос прозвучал слишком резко после долгого молчания. — А я на диване.       — С каких пор? — Вопросительно повела бровью Уля.       — Так будет лучше. Тебе нужно поспать, и утром будет легче.       — Как хочешь. — Пожала плечами она, залезая под тёплое одеяло.       Как ни крути, сон всё не приходил. То ли от холодного воздуха в комнате, то ли от ставшего холодным Тимура — Ульяна не знала почему.       — Я не могу так. — Решительно заявила она, откинув одеяло.       — Рассказать сказку на ночь? — Предложил Тим, невидяще уставившись в потолок.       — Нет. Иди сюда. Не переживай, приставать не буду. — Насмешливо хмыкнула Уля.       Замешкавшись, но в конце концов сдавшись, Тимур залез под одеяло и позволил ей удобно устроиться у него на груди.       — Спокойной ночи, Тим. — Прошептала Ульяна, закрывая глаза.       — Спокойной ночи, Уля. — Тихо произнёс парень и заснул лишь на рассвете.       Проснувшись утром, он некоторое время задумчиво буравил девочку взглядом, пытаясь понять, был ли это кошмар или всё произошло взаправду. К сожалению, произошедшее не было сном. Тим резко сел на кровати и тихо выругался, зарываясь в волосы. Что со всем этим делать он решительно не знал…       — Малая-я-я… просыпайся… — Послышался тихий, немного насмешливый голос совсем рядом, кожу обдало горячим дыханием, отдающим мятной жвачкой и совсем чуть-чуть, — ещё, — сигаретами, которые кое-кто выкурил совсем недавно в открытое окно.       На прикроватную тумбочку приземлился стакан с водой.       — Выпей, полегчает. — Прошептал Тим, заправляя прядь волос за ухо Ули.       — О боже, мне кажется сейчас мне уже ничего не поможет… — Прохрипела девочка, смешно жмурясь от света и жадно приникая к стакану.       — Вода и аспирин творят чудеса. — Рассмеялся парень.       — Что вчера было? — Спросила Уля.       — А ты не помнишь? — Вопросительно повёл бровью Тим.       — Что-то помню, но надеюсь, что ты меня убедишь в обратном… — Усмехнулась Ульяна.       — Давай по порядку. Насколько мне известно, прямо с урока тебя выдернула одна ебанутая на всю голову особа, а потом вы пошли к ней домой, заливать её пиздострадания алкоголем. Идея — класс, если бы тебе было немного больше тринадцати. Я, конечно же, сразу, как узнал, помчался обезвреживать ваш партизанский отряд, прихожу — а ты там уже чуть ли не макарену танцевать готова…       — О боже… — Уля стыдливо забралась под одеяло.       — Мне продолжать? — Рассмеялся Тим. — Или ты уже уловила нить повествования?       — Продолжай. — Выдохнула девочка, любопытно вытащив свой нос из-под одеяла.       — Ну я и повел тебя к себе, как ты успела заметить, потащил под душ, где ты фигурно наебнулась, — это я к тому, почему у тебя болит задница…       — Да? — Хмыкнула Ульяна. — Ну это я, конечно, могу…       — Да, а ещё ты говорила про каких-то развратных демонов в голове. — Насмешливо протянул Тимур.       — Боже. Мне так стыдно. — Простонала Уля, закрывая лицо ладонями. — И так плохо.       — С первым похмельем. — Рассмеялся Тим. — Считай, что тебе повезло — у меня осталась последняя таблетка аспирина, все подруге твоей оставил…       — А вот с этого момента поподоробнее. — Обалдевше замерла девочка.       За завтраком в виде доширка — коронного блюда Тимура — Ульяна узнала полную историю воссоединения их общих друзей.       — Как всё-таки хорошо, что они вместе! — Радовалась девочка, уплетая лапшу за обе щёки. — Нет, ну согласись!..       Тим лишь периодически кивал, задумчиво и грустно смотря на Улю.       — Тим? — Обеспокоенно позвала Ульяна. — Я больше ничего не говорила вчера? Совсем ничего не помню…       — Нет, ты ничего не говорила, Уль. — Произнёс Тимур, слабо улыбаясь. — Ничего…

***

      Уля сидела на лавочке рядом с курилкой, ела шоколад и почти не слушала разговоры подруги, изредка задумчиво кивая.       С их попойки прошло несколько дней, за которые Поля и Вова окончательно помирились и, на этот раз уже точно, стопроцентно, окончательно и, самое главное, официально, начали встречаться, о чём она и рассказывала сейчас столь воодушевлённо. Ульяна же всё это время думала только об одном.       Она смутно помнила произошедшее тогда. В памяти всплывали лишь обрывки, очертания. Она даже не знала, как оказалась в квартире Тимура, но снова и снова воспроизводила момент, когда он стоял напротив, и так смотрел на неё… а потом — пустота.       Почему-то, смотря на тлеющую сигарету подруги, Уля невольно вспоминала тот вкус никотина на своих губах, ей хотелось вновь испытать это чувство, этот вкус, вспомнить и воссоздать в мельчайших деталях тот момент. Что делало его таким особенным? Никотин, или… Тим?..       — В общем, если бы не ты… Правда… Спасибо. — С трудом произнесла Поля, смущённо улыбаясь. — Ты даже не представляешь, что ты для нас сделала.       Ульяна рассеянно заморгала и перевела взгляд на подругу. Больше всего на свете Полина боялась показаться слабой и беззащитной, боялась быть обязанной кому-то, боялась признавать, что вовсе не такая грубая, холодная и бесчувственная, какой пытается казаться. Сказать простое «спасибо» было большим подвигом для Поли. Видимо, Вова положительно влиял на неё.       — У тебя ещё остались сигареты? — Отстранёно спросила Уля, не сразу осознав сказанное.       — Да, полно. — Растерянно ответила Полина. — Подожди, а тебе зачем?       — Можно мне одну?       — Чего? — Ошарашено переспросила подруга.       — Ну, можно мне попробовать одну сигарету?       — Чего?!       — Я не буду повторять в третий раз. — Обиженно пробурчала Ульяна.       — Ты это серьёзно? Зачем?       — В жизни нужно попробовать всё? — Пожала плечами девочка.       — Ага, всё, кроме татуажа бровей, наркотиков и паленой водки. — Хмыкнула Поля. — Не обязательно быть такой же безбашенной, как Тимур, если ты хочешь ему понравиться. Как гласит японская народная мудрость, кто родился долбоёбом, тот им и останется, а у тебя ещё есть шанс стать человеком, не пропусти.       — Я серьёзно, почему нет?       — Не стоит. Не хочу сводить тебя с пути истинного. — Усмехнулась Полина. — Тем более тебе всё равно не понравится. И это к лучшему.       — Первый раз мне не понравилось, но, может, тут нужно распробовать.       — Подожди, что?.. Ты же не курила раньше…       — Я — нет, а Тимур — да.       Поля, глядя с прищуром на Улю, затянулась и медленно выдохнула. Догадка промелькнула в её глазах.       — А ты, оказывается, не так проста, Ульяна Котейкина. — Протянула Полина и затушила бычок сигареты. — А ну, колись.       — Я попросила Тимура научить меня целоваться… — На выдохе произнесла Ульяна.       — И что? Научил? — Живо поинтересовалась подруга.       — Провел «мастер-класс». — Хмыкнула Уля.       Поля удивлённо присвистнула.       — Как-то это не очень по-дружески. Даже для меня.       — Так ты дашь мне попробовать или нет?       — Нет. Один раз попробуешь, а потом втянешься. Сигареты убивают и всё такое прочее. Недоношенность вызывают! — Прочитала Полина с пачки. — «Подробнее о последствиях» — даже номер есть, представляешь? Если хочешь, можем позвонить, пообщаться. Может хоть они тебя переубедят?       — Да ты же сама куришь! — Возмутилась Ульяна.       — А ты на меня не смотри! Не надо брать с меня пример.       — Это почему же?       — Я — безвольное и слабохарактерное существо, которое не может бросить, а у тебя, я очень сильно надеюсь, хватит ума не совершать моих ошибок. Да и маленькая ты ещё.       — Вот так, да? Для алкоголя я уже взрослая, а для сигарет маленькая?       — Это другое! — Начала оправдываться десятиклассница. — У меня была критическая ситуация, а ты, как моя подруга, должна была меня поддержать. И не уговаривай меня! На меня итак твой Тимур из-за этого косо смотрит.       — И вовсе он не мой… — Пробурчала Уля.       — С каких пор?.. — Усмехнулась Поля. — Ладно, пошли в школу уже, а то сейчас звонок будет. Кстати, а с чем там у тебя шоколадка?       — С кофе, несёт за километр.       — О, то что надо! У меня жвачка закончилась, поделишься?       — М? Ты что-то сказала? — Деланно-невинно ухмыльнулась Ульяна, отправляя в рот последнюю дольку шоколада.       — Ну и пожалуйста! Не больно-то и хотелось. Думаю, для физички давно не секрет, что я курю.

***

      Мысль попробовать сигареты прочно, в-наглую свесив ножки, засела в голове Ули. Это стало для неё идеей фикс, на осуществление которой пошли все средства.       Она набралась смелости и решительно зашагала в сторону курилки.       — Можно сигарету? — Протараторила Ульяна, обращаясь к однокласснику Тимура, кажется, Владу.       Парень протяжно выдохнул струю дыма, словно бы не расслышав её, задумчиво зажал зажжённую сигарету между губ и, замешкавшись, вытащил одну из пачки и протянул девочке.       — С-спасибо… — Шокировано пробормотала она, на что он лишь отстранёно кивнул.       Лёгкость, с которой старшеклассники делились сигаретами между собой, конечно, поражала, но гораздо более удивительным было то, что он поделился ими с семиклассницей.       Уля отошла в сторону, недоверчиво крутя в руках сигарету. В её рюкзаке всегда лежала зажигалка с Hello Kitty, которую ей подарил Тим на восьмое марта, хотя по-большей части сам же ей и пользовался. Это был первый раз, когда его подарок пригодился ей.       Девочка неуверенно зажала сигарету между губ, прокрутила колёсико зажигалки и судорожно затянулась. После первого вдоха Котейкина закашлялась, голова закружилась. Через несколько попыток она уже было приноровилась, как вдруг снова поперхнулась, но уже по совсем другой причине.       — ТЫ СОВСЕМ ОХУЕЛА?!       При звуке дикого возмущённого рёва Тимура Ульяна поспешно спрятала сигарету за спину, улыбнувшись другу во все тридцать два. Всегда спокойный, абсолютно неконфликтный парень сейчас выглядел ужасающе, страшнее всех полчищ Чингисхана вместе взятых. Она видела друга как будто в замедленной съёмке и уже успела мысленно написать завещание, припомнить все свои грехи и даже покаяться в них. В считанные секунды он оказался рядом, грубо схватил за запястье, резко вывернув руку с сигаретой вверх, и вжал в стену курилки до боли в лопатках, несмотря на остальных присутствующих.       — Ты какого хуя творишь, Малая?! — Гневно прошептал Тим на ухо Ули.       Ульяна замерла, не обращая внимания на боль в запястье, не в силах отвести глаз от лица в паре миллиметров от неё.       — Уля, блять! Только скажи мне, кто тебе дал сиги, я его убью нахуй! — Пообещал Тимур, смотря в глаза подруги.       — Ну я, и че? — Лениво выдохнул Влад, ранее с интересом наблюдавший за разворачивающейся на его глазах сценой.       Гагарин развернулся, не выпуская руки Котейкиной.       — Ты чем думал? — Максимально спокойно спросил он, размеренно приближаясь к однокласснику. — Зачем?!       — Она попросила.       — И с каких пор ты так просто раздаёшь свои сигареты? Что, лишние деньги появились?       — Ну вы же типо общаетесь. Чё ты вдруг так вписался за неё?       — Да ниче блять! Ты посмотри на неё! — Тим притянул Улю к себе и демонстративно развёл руками в её сторону. — Она же мелкая совсем ещё! Она до плеча-то мне еле достаёт. Поимей ты хоть такие-то нормы морали! Ей реально рано ещё. Никогда больше так не делай, иначе я за себя не ручаюсь. Это ясно?       — Предельно. — Недовольно процедил парень.       Одноклассники примирительно пожали руки, Тимур развернулся и приобнял испуганную Ульяну за плечи, благополучно уводя подальше от всяких там Владов.       — Если я ещё раз увижу тебя с сигаретой…       — А что такого-то? Ты же сам куришь. И ты мне говорил, что не имеешь ничего против курящих девушек… — Тихо пробормотала Ульяна под боком у Тимура.       — Не имею. — Легко согласился парень. — Но ты — другое дело. Ты же малая ещё совсем, тебе рано.       — Ты сам говорил, что начал курить в седьмом классе. — Фыркнула она.       — Не сравнивай. И в какие дебри тебя тянет в последнее время, а?.. Я не понимаю, нахуй тебе оно надо? Кому и что ты доказать хочешь, Малая?.. — Выдохнул Тимур, утыкаясь носом в светлые волосы Ульяны.       А сама Уля стыдливо опускает глаза, на которые тут же наворачиваются слёзы, утыкается головой в бок Тима, утопает в его теплых объятиях и абсолютно ничего не понимает в этой жизни.

***

      Наступила весна. Они редко виделись в последнее время — Гагарин вплотную начал готовиться к экзаменам, до которых оставалось катастрофически мало времени. Котейкина всё понимала, но от этого было не легче.       Наконец выдался теплый, солнечный день. Тимур нуждался в глотке свежего воздуха в этом море безнадёжности и бесконечных зубрежек, и потому решил, что самое время сходить в кино. А Ульяна… просто не смогла отказаться, ведь это могла быть их последняя совместная прогулка.       — Так, зачем нужно было покупать белые кроссовки? — Спросила Уля, пытаясь отвлечься от назойливых и не очень приятных мыслей.       — Чтобы их пачкать. — Хмыкнул Тим.       — Логично. В нашем климате их другая участь и не ждёт…       — В принципе, можно зимой их носить, чтобы не пачкать. — Задумчиво протянул парень, разглядывая свои кроссовки.       — Даже не думай. — Грозно предостерегла его Ульяна.       — Да шучу я, шучу. — Ухмыльнулся Тимур, примирительно поднимая руки.       Болтать ни о чём было здорово — последние несколько недель он только и говорил что о синусах, косинусах, производных, параметрах и прочей сложной ерунде, жутко пугающей семиклассницу; она же просто скучала по его дурацким шуткам.       Людей в кинотеатре было немного — был поздний вечер, и на мультик, который они выбрали, в такое время мало кто шёл. Поэтому, вооружившись двумя огромными ведёрками с разным попкорном, они удобно устроились на последнем ряду.       Не прошло и десяти минут от начала, как Тим с интересом отобрал у Ули её ведёрко.       — Бля, как ты это ешь? — Проворчал парень, не прекращая есть её попкорн. — Таким ведёрком десять диабетиков убить можно, знаешь…       — А мне нравится… — Пробурчала девочка, беззастенчиво залезая в его ведёрко с солёным.       — Нравится? — Коварно ухмыльнулся Тимур. — Ну и ешь тогда свой сахар в чистом виде, а мой соленый попрошу не трогать.       — Тебе значит можно, а мне нет? — Обидилась Ульяна.       — Мне можно. — Согласился Тим, в-наглую продолжая есть попкорн из обоих ведёрок.       — Ну всё… — Решительно выдохнула Уля. — Не я начала эту войну!       Девочка потянулась за попкорном друга, и в тот же момент он, усмехаясь, отвёл руку с ведёрком подальше от неё. Она не сдавалась — и началась битва за попкорн. Наконец, забрав свой боевой трофей, Ульяна с торжеством отсела от Тимура.       Одиннадцатиклассник рассмеялся и тут же плюхнулся рядом, привычно кладя руку ей на плечи.       — Так и быть, сдаюсь. — Деланно-грустно вздохнул он и вытряхнул весь покорн в её ведёрко. — Младшим и немощным надо уступать.       Она обиженно ткнула друга кулачком в живот, вызвав новый приступ смеха, и сосредоточилась на мультфильме. Не отвлекаясь от экрана, Тим поцеловал Улю в макушку и дальше они сидели молча.       Ближе к ночи погода совершенно неожиданно испортилась. Температура резко упала, грянул сильнейший ливень, то и дело небо озаряла молния.       — И почему ты не носишь с собой зонт? — С досадой протянул Тимур, тоскливо смотря на дождь из-под козырька кинотеатра. — У девчонок же всегда с собой есть сумка с кучей херни на все случаи жизни.       — А ты почему? — Так же невесело поинтересовалась Ульяна.       — Я дебил. — Пожал плечами Тим.       — А я романтик. — Весело хмыкнула Уля.       — До остановки далековато, чтобы не промокнуть. Ещё и на светофоре стоять. Побежим? — Предложил парень, вопросительно поднимая бровь.       — А это поможет?       — Не думаю, всё равно зеленый ждать придется.       — Ну побежали. — Азартно выдохнула девочка.       Тимур предвкушающе улыбнулся и протянул Ульяне руку, чтобы тут же переплести её пальцы со своими и вместе рвануть к светофору.       Они промокли насквозь, пока домчались до пешеходного перехода. Недолго думая, Тим стянул с себя олимпийку и привычно нахлобучил её на Улю.       — Почему ты постоянно суешь мне свою одежду?       — Потому что ты постоянно мёрзнешь. — Пожал плечами он.       — Ты же заболеешь.       — Не впервой. — Отмахнулся парень. — Ты придёшь меня лечить и всё будет хорошо.       — Я тебе что, врач скорой помощи, чтобы каждый раз бегать к тебе с супом и таблетками? — Добродушно проворчала Ульяна.       — Нет, ты лучше. — Рассмеялся Тимур. — А вообще…       Тим вопросительно покосился на конверсы Ули, местами уже испачканные грязью.       — И ты ещё мне что-то предъявляешь за кроссы?       Ульяна бросила взгляд на свои тряпичные кеды и виновато пожала плечами. Тимур, осмотревшись, засунул в лужу какую-то палку, чтобы проверить глубину лужи и, драматично нахмурившись и вздохнув, вынес вердикт:       — Пизда. Будем обходить за километр или вплавь перейдём?       — Может, она не везде такая глубокая? — Неуверенно протянула Уля.       — Может. Ну, заодно и узнаем. — Бросил Тим, когда загорелся зелёный свет, и, подхватив девочку на руки, смело пошёл поперёк лужи. Белоснежные кроссовки полностью скрылись под мутной водой.       — Ну, зато свою функцию твои кроссовки выполнили… — Попыталась подбодрить друга девочка.       Зайдя в автобус, Тимур сразу же бухнулся на единственное свободное место и, притянув Ульяну за руку, усадил ее на свои колени.       — Замёрзла? — Обеспокоено спросил он, обхватил покрасневшие на холоде ладони девочки своими и начал согревать их своим дыханием.       — Н-немного… — Смущенно пролепетала Уля. — И что теперь? Всё? Экзамены, затем поступление в институт, последние дни беззаботной жизни, а через некоторое время и первая сессия… Тебе будет совсем не до меня.       — Неправда. Мы друзья, Малая. И этого ничего не изменит…