Гоша х Юра (сборник)

— Господи, ты правда это сделал... — выдыхает Юра, когда Гоша выходит из салона. В его нижней губе красуется металлическое полуколечко. — Господом меня еще не называли. — А как же в постели на прошлой неделе? — подмигивает Плисецкий. — Ах да, верно. Прости, запамятовал. — Намек ясен: нужно срочно напомнить. Гоша улыбается, перед глазами проносятся увлекательнейшие картинки их ночного времяпрепровождения. — Ну как, тебе нравится? — Мне — очень. Но тебя Яков уроет. — Когда прокол заживет, серьгу можно будет снимать. До отборочных как раз успеется. — Надеюсь, ты успеешь объяснить Якову это раньше, чем он тебя коньком зарежет. Попович хохочет. — Я ему сообщение отправлю, чтоб наверняка. Так за разговором и шутками они до ходят до Гошиной квартиры. Здесь, как всегда, царит идеальный порядок, хотя, казалось бы, появление Юры должно было бы привнести в нее хаос. А все дело в том, что Гоша сам стабильно наводит порядок, когда Юра что-то разбрасывает или пачкает. Святой человек, думает Плисецкий. Святой с пирсингом в губе. — А можно мне... поцеловать тебя? — Я думаю, пока не стоит, — начинает Попович. — Но можно. Юра обвивает его шею руками и легонько касается губами его губ. Металл чувствуется непривычно. Он проникает языком в его рот, почти сразу нащупывая пирсинг. Серьга подвижная, она скользит и прокручивается вперед-назад. — Не больно? — Ничуть. Юра кивает и возвращается к губам Гоши. Ему нравится играть с его серьгой. — Знаешь, он мне нравится все больше и больше. — Вижу, — выдыхает Попович ему на ухо и слегка прикусывает мочку, а затем подхватывает Юру на руки, чтобы отнести в спальню. *** — Ты уверен, что хочешь этого? Юра кивает. Конечно, он уверен. Он думал об этом целый месяц, с тех самых пор, как Гоша проколол губу. — Тогда удачи. Плисецкий снова кивает и заходит в кабинет. Немолодой доктор много болтает. — У нас все стерильно. Сейчас я вымою руки, видишь, да? Теперь обработаю антисептиком... Юра слегка взволнованно наблюдает за его манипуляциями. — Будет больно? — Не будет, сынок. Юре определенно не нравится предложенная степень родства. Тем не менее язык обрабатывают анестетиком, и он слегка немеет. Боли и правда нет, но чувствуется, как игла катетера просовывается сквозь язык. Иглу сменяет штанга, доктор закручивает шарик на ее конце и объявляет: — Все готово. Юра показывает язык своему отражению в зеркале. Небольшая штангочка с зеленым, под цвет глаз, камушком. Выглядит неплохо, а уж целоваться с такой штукой, должно быть... Он расплачивается с доктором и выходит к Гоше. Показывает язык и ему. — Ну как? — По-моему, круто. — Пойдем скорее домой, я хочу поцеловать тебя. — И пофиг, что еще нельзя, что в ранку может попасть инфекция. Ему хочется, и он это обязательно сделает.