Коты, деды
2 июля 2018 г., 22:06
Снова Кубок Ростелекома, снова Москва. Юра в предвкушении очередной победы, Гоша — в ожидании очередного проигрыша. Но упорный, все равно идет на лед и катает, и выплескивает эмоции.
Они идут по заснеженной Москве, держась за руки без перчаток.
— Ты, Гош, не волнуйся, деда у меня хороший.
— Но ты ведь не скажешь ему, что мы встречаемся?
Юра мотает головой.
— Не-а. Я не знаю, как он отнесется. Так что мы просто друзья.
А вот и нужный дом, родной подъезд. Плисецкий буквально взлетает на их шестой этаж, оставив Гошу далеко позади. С четвертого этажа Попович слышит, как открывается дверь и радостное "Деда!" Дед отвечает, мол, соскучился.
— А это, деда, мой лучший друг. Мы с ним у Якова тренируемся.
Гоша называет свое имя и протягивает руку деду Николаю. Рукопожатие оказывается сильным.
— Ты присмотри за Юрочкой, сынок.
Гоша кивает.
— И так присматриваю.
— Ну, проходите, чего на лестничной клетке толпимся?
Гоша входит квартиру, и нос тут же улавливает манящий запах свежей выпечки.
— Вкусно пахнет.
— Это я пирожки затеял. По маленькой за приезд?
У деда Николая откуда-то в руках появляется бутылка водки.
— Нет-нет, мне же выступать завтра, я перед прокатом не пью.
— Дело ваше, молодой человек. А я выпью за приезд внука.
Он опрокидывает в себя рюмку водки и не морщится, а Юра тем временем тянет Гошу за рукав куртки.
— Пойдем, я тебе комнату свою покажу. И познакомлю тебя кое с кем.
Попович послушно идет за ним в "детскую". Здесь все стены увешаны текстами песен и плакатами: "Агата Кристи", Егор Летов, "Наутилус"...
— Одобряю такой интерьер.
Юра улыбается.
— Сейчас, я... — Он выбегает из комнаты, слышен его топот по квартире. Потом возвращается с пушистым котом на руках.
— Вот. Пума Тигр Скорпион. Можно просто Потя.
— Какой славный.
Гоша тянется погладить кота — и тут же оказывается поцарапанным.
— Ай! Вот зараза!
— Не обзывай Потю!
Юра сильнее прижимает кота к себе, но он как-то умудряется извернуться и вырваться из его рук.
— Сильно поцарапал?
Гоша показывает "боевое ранение": на кисти две кровоточащие полосы.
— Давай пластырем заклеим.
Гоша идет следом за Юрой в гостиную. В дверях пушистым монументом сидит Потя... который вдруг кидается Гоше на ноги, стоит ему только подойти. Попович чертыхается.
— Что-то твой кот меня невзлюбил.
— Думаю, вы поладите, — говорит Юра, впрочем, не очень уверенно.
— Ага, как же. Два раза обцарапал за две минуты.
— Ничего, вы потом раззнакомитесь.
Юра обрабатывает Гоше царапины перекисью и заклеивает пластырем. Тянется за поцелуем.
— Опасно, — шепчет Попович.
— А мы быстро.
Гоша сдается — и целует Плисецкого в губы. Поцелуй выходит совсем коротким, но...
— Молодые люди, — раздается сзади.
***
Приходится объясняться с дедушкой Юры. Говорит в основном сам Юра, пока Гоша нервно прячется за чашкой чая. Дед Николай пьет еще рюмку водки, видимо, с горя, что любимый внучек оказался геем.
— Пусть я хоть в ад попаду — все равно хочу быть с ним, деда. Я люблю его!
— Правда? — спрашивает Гоша. Таких слов Юра ему никогда не говорил.
— Правда, дурак... Ну деда!
— Я не одобряю ваши отношения. Ты не можешь встречаться с мужчиной. И ночевать он в нашем доме не будет.
Гоша давится чаем, и Юра тут же подскакивает, чтобы похлопать его по спине.
— Думаю, мне лучше уйти, — говорит Попович, откашлявшись. Он встает, чтобы выйти, но Юра крепко хватает его за руку.
— Если ты уйдешь, то только вместе со мной.
На какое-то время повисает молчание. Нарушается оно, когда Юра тоже встает.
— Пойдем, Гош.
Плисецкий идет в прихожую, Попович следует за ним. В полном молчании одеваются и выходят из квартиры. Дед Николай их не догоняет.
— Жаль, кота нельзя взять с собой в отель, — говорит Юра.
— Ты сейчас думаешь о коте?
— Ага. Чтобы не думать, что дед меня не любит.
— Он тебя любит, просто не понимает.
— Недостаточно любит, раз вот так просто отпустил только потому, что я встречаюсь с мужчиной.
— Иди ко мне.
Они обнимаются, стоя между вторым и третьим этажом. Гоша гладит Плисекого по волосам.
— Для него просто это стало шоком. Он привыкнет — и вы помиритесь.
— Может быть... Но почему он не попытался меня вернуть?! Ты видел, он только чашку крепче сжал, а не сказал ничего?
— Он просто был в шоке.
Они выходят на улицу. Здесь уже бушует непогода: снег метет прямо в лицо с бешеной скоростью. Юра поднимает взгляд к окнам, и у Гоши сердце сжимается от вселенской печали в его глазах.
— Юр...
— Поцелуй меня, Гош. Пожалуйста.
— Нас могут увидеть. Вон тетка какая-то идет.
— Да плевать! Поцелуй меня, немедленно!
Гоша послушно целует его, хотя они на улице в самом сердце нетолерантной России. Юра отвечает жадно, будто они целуются в последний раз в жизни.
