I'm gonna find you, I'm gonna get you

— И куда ты собрался? — интересуется сонным голосом Чонгук, наблюдая, как Чимин, завернувшись в простынь, пытается что-то найти. Сквозь задернутые шторы уже проникает свет, струясь по полу, а в комнате абсолютный беспорядок. Чимин даже думает, что Чонгука давно здесь не было, судя по слою пыли и разбросанным вещам. — Домой, — спокойно отвечает Чимин, на что Чонгук закатывает глаза, медленно переваливаясь на бок и раскрывая веки в попытке проснуться. — Это ищешь? — он усмехается, демонстрируя стянутое прошлым вечером бельё. Чимин рассерженно смотрит на Чонгука, мечтая убить взглядом, в итоге, все равно смущаясь, когда Чонгук подносит вещь к лицу и вдыхает. — Пахнут тобой. — Конечно, это же мои трусы! — вспыхивая, возмущается Чимин, на что Чонгук только смеётся. — Мне нужно на работу, — Чимин скрещивает на груди руки и прячется за спадающей на лицо челкой. — Врешь, — Чонгук вздыхает, принимая вертикальное положение. — Почему мне обязательно нужно прятать твою одежду, чтобы ты не сбежал? Чимин не отвечает, опуская взгляд и провожая стопы Чонгука, которые подходят ближе, а потом просто не решается взглянуть ему в глаза. Не потому, что Чимину особенно стыдно за попытку смыться, а просто потому, что Чимин не уверен, что сможет обсуждать что-то касающееся произошедшего между ними. Ведь он сам еще не определился, что чувствует и чего хочет. Чонгук осторожно дотрагивается до оголенного плеча, поглаживая, и молчит несколько секунд, прежде чем сдернуть с Чимина единственное, что скрывало его обнаженное тело. — Что ты творишь?! — Чимин пытается прикрыться руками, насколько получается, на глаз прикидывая, сколько метров до отброшенной в сторону ткани и как до неё добраться. Но путь преграждает Чонгук, возвышаясь над слишком маленьким и слабым Чимином — Чего я там не видел, — шепчет чуть ли не по слогам Чонгук, и за запястья оттягивает руки. Чонгук уже все видел, целовал каждый сантиметр кожи, и Чимин это признает, но вот так, при ярком свете, в трезвом уме — все совсем по-другому. Чимин ощущает себя совершенно беззащитным перед большим и уверенным в себе Чонгуком. — Успокойся, — жестче произносит Чонгук, когда Чимин продолжает истерично дергаться и вырываться, в надежде освободиться. — Посмотри на меня. Чимин вскидывает подбородок, так же рассерженно заглядывая в глаза. У Чонгука в глазах что-то темное, и, кажется, безжалостное. Он не прикасается к голой коже и не притягивает, даже взгляд от лица не уводит, но Чимин все равно чувствует тяжелое и давящее внимание, заставляющее краснеть и дрожать. — Зачем ты так со мной? — Малыш, — Чонгук тянется вытереть скатывающуюся по щеке слезу, но Чимин успевает раньше, уворачиваясь. На самом деле, он сам не знает, почему реагирует так. Просто Чонгук выводит, просто Чимин не может ему сопротивляться и просто теперь всё слишком сложно. — Иди сюда, — Чонгук прижимает к себе, крепко обнимая и ощущая, как Чимин судорожно дышит, иногда шмыгая носом. — Я не хотел обидеть тебя. — Знаю, — шепчет Чимин, не решаясь говорить громче, в страхе, что голос сорвется. Чонгук хотел все что угодно, но не обидеть, и Чимин в этом уверен, но. Чонгук теплый и мягкий, и, несмотря на всю его опасность, несмотря на то, что Чимин напуган, Чонгук до чертиков уютный. — Я не хочу, чтобы ты стеснялся своего обнаженного тела передо мной, — Чонгук вздыхает, поглаживая спину. — Потому что мне чертовски нравится видеть тебя таким. — Извращенец, — глухо смеётся Чимин, пряча нос в шее Чонгука, пока он достает с кровати одеяло, чтобы накрыть плечи Чимина. — Очень может быть, — Чимин отстраняется, плотнее укутываясь, затем забирается обратно в кровать, зовет Чонгука к себе и накрывает его тоже. — Больше не нужно на работу? Чонгук усмехается, притягивая Чимина за талию. — Похоже, что нет, — отвечает и жмется ближе, прикрывая глаза. *** Чимин заказывает макиато и ждет Юнги в кофейне недалеко от его студии, наконец, решаясь поговорить. Он точно не помнит, сколько времени прошло с тех пор, как Чонгук с грохотом вернулся в жизнь, но знает, что Юнги он с того дня не видел. Так с ним поступать — ужасно, и Чимин тонет в самобичевании ещё минут пятнадцать. Юнги был рядом постоянно, но стоило Чонгуку вернуться — Чимин молча сбежал. И это, на самом деле, нечестно. Юнги слушает внимательно, не перебивая, после рассказа — вздыхает, и выглядит, озадачено, а еще, совсем немного, — расстроено. — Вы теперь вместе? Чимин задумывается, можно ли так назвать то, что между ними. Они не живут вместе, по крайней мере, официально, не ходят на свидания и не делают прочих милых вещей, которые делают парочки. Они никогда не говорили о том, чтобы «быть вместе», отчасти потому, что Чимин слишком часто сбегал и игнорировал все попытки Чонгука. А потом просто переспали и провели вместе утро, пока Чонгуку не понадобилось на работу. — Не думаю, — выдыхает в итоге Чимин, качая головой. — А ты хочешь? — Юнги смотрит серьезно, отчего Чимин немного теряется, вновь размышляя. Хочет ли Чимин быть с Чонгуком? Так просто, без ругани и скандалов, без боли — вероятно, да, но Чимин вовсе не уверен, что так будет продолжаться. Зная Чонгука, его хватит ненадолго. — Меня пугает то, что все снова может стать как раньше, — Чимин вздыхает. — Сейчас он не позволяет себе лишнего, но мне кажется, что он просто боится, что я сбегу, как в прошлый раз. — Чонгук не изменился, — Юнги жмет плечами. — И не изменится. — Думаешь, мне не стоит к нему возвращаться? — Думаю, тебе стоит очень хорошо об этом подумать, — Юнги откидывается на спинку стула и кладет ногу на другую. Чимин молча допивает свой кофе под внимательным взглядом, и сказать что-нибудь не решается. Юнги самолично вытирал слезы с лица Чимина, и ему ли не знать насколько по уши он в Чонгуке. А ещё он очень хорошо помнит, какую боль эти нездоровые отношения приносят Чимину. *** — Ты с ним снова виделся, — слышится за спиной, когда Чимин подходит к подъезду. Солнце уже скрылось за горизонтом, и пустую улицу, освещают только фонари, вокруг которых крутятся мошки. Осень плавно переходит в зиму, отдавая холодным воздухом и все чаще опадающими листьями. Чимин всё больше думает, что бежать от Чонгука больше не хочет, потому что в итоге, он все равно пытается бежать от себя и выходит, откровенно говоря, так себе. — Юнги мой друг, — спокойно отвечает Чимин, разворачиваясь. Чонгук прячет руки в карманах джинс и устремляет внимательный взгляд, когда Чимин внезапно усмехается, добавляя: — Мы обсуждали тебя, можешь не беспокоится. — Он отговаривал тебя? — Чонгук говорит без эмоционально, но глаза блестят раздражением. — Говорил что-нибудь плохое обо мне? — Ничего, кроме правды он не говорил, — Чимин тихо смеётся, не решаясь, сдвинуться с места. Он оглядывается на дверь, неловко теребя в руках ключи. — Чаю? — Ты ночуешь у меня, — произносит Чонгук, почти не шевелясь и продолжая прожигать Чимина взглядом, фиксируя каждое движение. Чимин поднимает вопросительно бровь, прежде чем направиться в сторону Чонгука, который, кажется, выдыхает, немного расслабляясь. Чонгук всегда ведет себя так, не предлагает, а утверждает, не интересуясь чужим мнением. — И почему ты такой грубый, — закатывает глаза Чимин, вытаскивая руку Чонгука и переплетая с ним пальцы. — Давай прогуляемся, — Чонгук сжимает холодную ладонь в своей теплой, отчего Чимин немного улыбается, максимально прижимаясь, и тихо шепчет: — Не злись. — Хорошо, — Чонгук вздыхает, правда принимая более доброжелательный вид. — Я скучал по тебе. *** Чимин заваривает чай с лимоном, потому что замерз. Он ставит чашки на столик в гостиной — остывать, после чего устраивается на диване между ног Чонгука, который тут же накрывает пледом и обхватывает руками. Чимин устраивает голову у него на груди и разглядывает противоположную стену. — Я бы хотел вот так всегда, — вслух озвучивает мысли Чимин, положив ладони поверх чонгуковых, и чувствует, как Чонгук прижимается к затылку щекой. Чонгук снова ужасно уютный, и это действует успокаивающе, Чимин бы так даже уснул. — У тебя все еще должны быть ключи, — тихо говорит Чонгук. У Чимина есть, но. Он обещал вернуться и Чонгук обещал ждать, но. — Что между нами? — неловко интересуется Чимин, радуясь, что не приходиться спрашивать это в глаза, а потом слушает очень внимательно, обдумывая каждое слово. — Мне не нужен никто, кроме тебя, — голос Чонгука звучит уверенно, немного приглушенно, но без тени сомнения. — Как бы ты ко мне не относился, что бы между нами не происходило — это не меняется. Чимин судорожно втягивает воздух, не будучи готовым к такому ответу. И живот снова тянет, наполняясь теплотой и легкой нервозностью из-за накатывающих эмоций. — Я думаю, я тоже… — Чимин замолкает, формулируя мысли. — Мои чувства все такие же к тебе. Чонгук крепче сжимает в объятьях, утыкаясь носом в макушку. — Переезжай ко мне, пожалуйста. Чимин вздыхает, раздумывая пару минут. Он бы возмутился, сказав, что Чонгук мухлюет, сначала так нежно обнимая и признаваясь в чувствах, а потом, нагло предлагая переехать, не давая возможности отказать, снова отбирая у Чимина всю волю, но он просто выдыхает тихо: — Завтра? — Завтра. И Чимин расплывается в улыбке, отстраненно размышляя, что, вероятно, уже ничего не важно. По крайней мере, до тех пор, пока Чонгук продолжает прижимать к себе и шептать странные и милые вещи прямо в ухо. Наверное, именно так для Чимина может выглядеть счастье.