Плачущая песнь

Провинция Каланбаре 1786 год

      Двойка белогривых лошадей, запряженные в дормез, игриво ржали провожая хозяина взглядами. Молодой хрупкий парнишка не старше 20 лет, с болезненно белой кожей, застыл у стен замка, пристально рассматривая, как ему показалось, старинные развалины.       Мрачный, серый… Вид заброшенного замка уже не одно столетие отпугивает людей, хотя, дело вовсе не в его виде. Ходят странные слухи про это место, кто-то из местных говорит что там произошло убийство, кто убеждает о насилии и жутких пытках, а кто-то уверен в том, что всему виной кладбище Гармадонов, которое находиться на территории замка, мол души предков охраняют место и не подпускают чужих в стены своего родного дома. Приезжие не верят в это, но местные жители передают эти истории из поколения в поколение. Ведь иного объяснения странным звукам, исходящим от замка, не найти. Разве что… призраки. — Господин, Ваши покои готовы, — с поклоном выбежала главная горничная, — я проведу Вас. — Не стоит, я хочу осмотреть здесь все, — как отрезал паренек и устранился блуждать по территории.       Киприан Гармадон всегда был холоден и молчалив. Он богатый амбициозный парень, младший сын в семье лорда Герзиля и покойной Изольды. Мальчишка родился болезненным еще и раньше срока, такие обычно долго не живут, но он смог, однако ценой жизни матери. Всю свою жизнь к нему относились по-королевски. Киприан и лишнего шага не мог ступить сам. Отец берег последний подарок своей любимой жены так сильно, на сколько мог, вот только запреты и предосторожности не смогли уберечь столь хрупкого мальчишку. — Господин, Вам не стоит так много гулять, — настаивал приближенный Кипа. — Фин, ты всегда за мной как тень, — вздохнул парень, — вот и помалкивай как она. — Но, господин, если Вам снова станет хуже, — заботливо заявил паренек. — Ох, ну почему ты такой дотошный? Меня же и заслали в эту дыру, что бы я воздухом свежим дышал, — бросил резкий взгляд, — вот я и дышу. — Хозяин, там далее кладбище, может сменим курс? — ожидая ответа, добавил, — например в покои? — Я же просил прибрать все, почему тут так много растительности? — проигнорировав слова прислуги целенаправленно устремился вперед.  — Прошу прошение, но за два дня убрать аллеи, сады и замок было не просто, еще и эти жуткие рассказы… многие боялись ступать та территорию кладбища, — сглотнул Фин, — больше двух столетий прошло с тех пор, когда здесь проживал Ваш род.       Киприан уже не слушал слугу, его взгляд застыл на небольшой могиле. Гармадон подошел ближе, грязь так залепила мраморную плиту, что не было видно ни цвета, ни формы, а земля так глубоко впилась в вырезанные надписи, что невозможно было понять, кто и сколько времени здесь лежит. Парень дотронулся до забитых в комки шариков земли, старая сухая грязь посыпалась с плиты, падая вниз она разбивалась на сотни кусков, но молодого аристократа, на удивление, это не смущало. Пальцы Кипа медленно скользнули по словам, вырисовывая по изгибам имя, следом и год…

РОКСАНА ГАРМАДОН 1550-1565

— Она умерла такой молодой, — вдумчиво, немного с жалостью сказал парень. — Я слышал, что она последняя, кто захоронен здесь из Ваших предков, — ответил Фин.       Молодые люди стояли в немом молчании, у обоих крутились разные мысли в голове. В этот момент Киприан задумался о смерти, которая жадно вцепилась в него и продолжает преследовать его с самого первого дня. Он вспомнил мать, которая отдала свой последний вздох, что бы ее крохотное чадо продолжало дышать, вспомнил отца, который всю жизнь посвятил слабому ребенку. Кип даже вспомнил братьев, которые всю жизнь винили младшего в смерти матери, ненавидели его из-за любви отца и издевались над беднягой когда никто не видел.        Край губы парня нервно дернулся, ухмылка накрыла его бледное, усталое лицо. Зачем же он вспомнил это? Киприан закрыл глаза, приподнял голову вверх и с облегчением вздохнул, никогда ему не было так легко, как сейчас. Возможно это место вовсе не наказание… может это наоборот, может это глоток свободы?       Парень тихо, неспешно устремился к замку, игнорируя щебетания своего слуги, который всю дорогу не умолкая бормотал что-то позади. Из головы Кипа не выходила та могила и то, что он слышал рядом с ней…