Ни разу не фея

      — Обезличивание!       Заклинание вырвалось интуитивно. И в отличие от случая с Рейганом, с моих рук слетел розовый поток и ударил прямиком профессору в грудь. Он резко выдохнул и пошатнулся.       Несколько мучительных мгновений и…       И тело профессора потемнело, увеличилось в размерах, на коже проявились алые полосы, а на спине порвалась одежда и выросли белоснежные крылья.       Авалон выпрямился и засмеялся.       — Зря ты это сделала.       Так он действительно не настоящий! Неужели и правда представитель расы из той дрянной книжки? А я как назло не дочитала, каким колом таких тварей упокаивать.       — Вы меня не тронете. — Я решила, что если помирать, так смелой. — Это вы сделали двойника, значит, я вам зачем-то нужна.       Авалон усмехнулся. Даже в таком виде, он был красив: красные полосы добавляли какой-то перчинки его и без того притягательному лицу, а длинные распущенные волосы (еще и такие блестящие) никогда не портили мужчин.       Белые крылья распахнулись и засияли золотом.       — Тебе чертовски повезло. Ты не была нам нужна, но по какой-то причине лорд Даркар хотел проявить благосклонность и дать тебе шанс перейти на его сторону. Теперь это не имеет значения. Но имеет значение нахождение Кодекса Облачной башни. Он же у тебя, верно?       Я ничего не ответила.       — Поселение пикси уже разрушено. Мы его нашли не без твоей помощи, — продолжил Авалон.       Волосы на затылке противно встали дыбом, а по плечам пробежали мурашки. Отравление Палладиума… Меня развели как глупую девчонку!       — Трикс доложили о получении Кодекса. Правда, они немного перестарались. — Он усмехнулся. — Осталась лишь одна часть.       Не то чтобы мне понравились пикси, но если «перестарались» значит то, что пришло в голову… На моей совести жертвы ведьм?..       — Я не знаю, где она.       Авалон подошел ближе. Больно схватил за подбородок и наклонился низко-низко. Его голубые глаза опасно блеснули, а в моей голове почему-то вспыли воспоминания об Облачной башне. Под чернильным небом возвышался стройный извилистый пик с крыльями летучей мыши. Молнии блестели среди облаков, а от грома дрожал воздух. Я поднималась по лестнице вместе с феями, но их лица почему-то размылись в серые пятна.       Резко картинка сменилась на урок с Гриффин. Ее тонкая усмешка, гипнотически притягательный взгляд, полный уверенности и силы. Восхищение удушливой волной захватило меня и сжало сердце.       «Какая же она крутая», — пронеслось в голове, и я будто услышала чей-то недовольный скрип.       Я увидела соседку, ее образ промелькнул так же быстро, как и посиделки в столовой с ведьмами. Сквозь темную пелену проступили двери библ… Стоп! Хватит! Этот черт пытается узнать, где Кодекс! Я зажмурилась, но воспоминания продолжали медленно перетекать к стратегически важному моменту.       — Чистое сердце! — пропищала я.       — Что ты там бормоче…       Авалон ответить не успел — я со страху закрепила эффект заклинания поцелуем.       В поцелуях я была никудышна — зацепила зубом мужскую сухую губу, неловко провела языком по сжатому в ниточку рту, но Авалон быстро оттаял и показал весь свой опыт, который явно наработал на зеленых студентках.       Он прижал меня к двери, как в лучших женских романах. Одной рукой уперся в дерево, второй обнял на уровне спины и резким движением прижал к крепкому телу. Крылья за его спиной полураскрылись, и я потонула в полумраке. Авалон тихо зарычал, его губы задрожали от напряжения, а я лишь пыталась хотя бы вздохнуть — мужчина был не только тяжел, но и настойчив. Чрезвычайно настойчив.       Я с трудом оттолкнула профессора и протараторила:       — Цветы! Хочу цветы!       Авалон на секунду нахмурился и щелкнул пальцами. Мне на руки приземлился букет алых роз размером с мою несчастную голову.       — Настоящих!       — Они настоящие, — как-то странно моргая, возразил Авалон и будто бы потянулся за еще одним поцелуем.       На мгновение он прищурился, и мне показалось, что потихоньку заклинание начало спадать.       — Собранные тобой, любимый, это очень важно.       Проклиная всех и вся, я кинула букет на кровать в углу, а сама прыгнула на шею профессора.       — Это правда очень важно… Ну ради меня! Это же такой пустя-я-як!       Мой голос напоминал тех самых дамочек из глупых комедий, так что пионервожатая из моей школы была бы довольна. А я говорила, что актриса во мне не умерла, а просто не проснулась.       Авалон легонечко убрал мои руки и поцеловал правую ладонь, задержавшись горячими губами дольше, чем положено.       — Будет сделано, любовь моя.       Окно за его спиной распахнулось, и порыв ветра разметал волосы Авалона получше, чем в фильмах. Он в последний раз улыбнулся и резким движением вылетел на улицу, ударившись ногой о подоконник.       — Очешуеть… — протянула я и истерично засмеялась. Уж очень его полет по звуку напоминал голубиный. Не хватало только привычного «ур-ур».       Но, увы, пришлось взять себя в руки и побежать на помощь к Гризельде. Блудливая Фарагонда еще скорее всего не вернулась, а Палладиум не смог бы меня защитить по понятным причинам, а когда местный Аполлон очнется — неизвестно. Да и пускай руководство посмотрит кого приютило, а я так и быть оставлю «ну я ж говорила» при себе.       Фей в коридоре было мало, но почти все на мою просьбу спрятаться в комнате ответили насмешливым взглядом и предложением проспаться после пьянки. И убеждать их в серьезности моих намерений совершенно некогда.       Я ворвалась в кабинет Гризельды без стука и чихнула от стойкого запаха благовоний.       Женщина полулежа расположилась на хорошеньком кресле и, закинув изящные тонкие ноги на стол, читала книгу с кричащей надписью на малиновой обложке «После сорока жизнь только начинается!». И судя по приятному мужскому баритону из магнитофона, который пел «Всё для тебя, рассветы и туманы», новая философия активно познавалась.       Гризельда окинула меня недовольным взглядом, но, видимо, быстро поняла, что что-то не так. И я под короткий кивок начала свой сбивчивый рассказ — выбрать с чего начать было сложно.       — Юная леди! Прекратите тараторить и объясните нормально!       Я кое-как рассказала. Гризельда кое-как поверила и пообещала заставить драить библиотеку до конца жизни, если я снова наговорила на профессора. И как бы я не упрашивала вызвать Фарагонду и Саладина (да кого угодно!), она пошла проверять в одиночку.       В комнате Авалона уже (или еще) никого не было. Гризельда придирчиво оглянула набор одинаковых костюмов, шкаф с десятком маек с надписями типа «Первый парень на деревне» и достала из-под кровати чей-то кружевной лифчик. Мы обменялись молчаливыми взглядами. Не знаю о чем думала Гризельда, но я, во-первых, обрадовалась, что имею размерчик гораздо поболее, и, во-вторых, позавидовала феям одинаковой комплекции: поди тут пойми чей он. Хотя если воспользоваться магией…       — А вы можете как Фарагонда быстренько просканировать школу и выяснить местоположение Авалона?       — Директриса Фарагонда, — поправила профессор и добавила: — Могу, но с некоторыми оговорками.       Она застыла точно так же, как в свое время Фарагонда. Стеклянные глаза составили серьезную конкуренцию очкам и выиграли в этом небольшом соревновании.       — Его нет на территории школы, но в вашей комнате остался магический отпечаток.       — Кодекс… — тихо вырвалось у меня.       — Что?       — Поспешим, — уже громче сказала я, молясь местному чешуйчатому в который раз.       Совесть у змеюки должна же быть, верно? Хоть какая-то.       В моем логове царил бардак. Гризельда, конечно, попыталась свалить на мое свинство (в какой-то степени правда здесь была), но даже ей пришлось признать очевидное — кто-то в спешке перелопатил все, включая доски в полу, шкафы, и даже сорвал подоконник. Тайник в виде пары носков, которые по вине моей неряшливости провалились за ящики, оказался надежнее всяких замков и уверток.       — Зачем ему ваши вещи? — задумчиво спросила Гризельда, почесывая нос. — Это странно, нужно сообщить директрисе.       — Ну как вам сказать…       Я заметила бумажку у кровати. Подняла с пола, развернула и, еле разобрав почерк похуже моего в несколько раз, громко выругалась.

Меняем кодекс на фею

Срок до девяти часов четверга.

      И мало того, что сегодня среда, так еще и Гризельда заглянула за плечо. В силу своего преподавательского опыта она поняла послание быстрее и угрожающе       прошипела:       — Анна, вы ничего не хотите сказать?!

***

      Как выяснилось, в случае чрезвычайной ситуации Фарагонда умеет включать феноменальную способность возвращаться в Алфею с невероятной скоростью. Надеюсь, она была не у молодого любовника. А то жалко старушку обламывать. Чай ей недолго осталось.       Контрольный сбор в нашем негласном штабе начался с упреков в мою сторону.       — Аня, как ты могла скрывать?!       Фарагонда впервые повысила голос в моем присутствии.       — Такова была воля пикси Облачной башни. — Я в общем-то не чувствовала себя виноватой, особенно учитывая, что Авалон оказался все же поддельным. — И я не думаю, что вы можете рассчитывать на мою честность, пока не расскажете правду.       — Какую?       — Зачем Даркару Реликс? И для чего он пытался подчинить Блум?       Она прикрыла глаза и скрестила перед собой пальцы.       — Не имеет значения.       — Как это не имеет?       — Что ты от меня хочешь услышать?       — Правду.       Фарагонда резко вскочила, хлопнув ладонями по столешнице.       — Правда в том, что если Реликс попадет в руки Даркару, он уничтожит всех нас!       — Зачем? Зачем ему это делать?              — Потому что он злодей. Зло. Зло стремится повергнуть мир в хаос. Понимаешь?       — Нет, не понимаю. Зачем ему Блум? Вы же не хотите сказать, что она просто так с катушек съехала и отдала Кодекс? Это мог сделать лже-Авалон, разве нет?              Я из вредности добавила приставку «лже», как бы намекая, что я же говорила-а-а. Не удержалась.       — Блум единственная из ныне живущих способна открыть Кодекс, — нехотя ответила директриса.       — Потому что?..       — Потому что именно ее предки заперли силы Темного Феникса. — Фарагонда вздохнула. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Да, носителей Феникса преследовали и убивали еще до того, как они расцветали. Да, это в каком-то смысле неправильно, хотя никто не знает навредили бы они миру или нет. Но уже ничего не изменишь. Даркар зол, и он точно будет только мстить. Пострадает весь мир, в том числе и невинные. И только Блум способна его остановить.       Приехали! Нет, смысл в ее словах был, но почему все как обычно идет через одно место? Почему нельзя с самого начала озвучить все по пунктам, чтобы и я, и девушки подготовились. Да ладно мы! У нас тут целое Магическое измерение! Неужели здесь нет какой-нибудь армии света?       — Что случится завтра?       — Парад планет. Они встанут в один ряд. В эту ночь можно будет открыть Кодекс.       — Тогда я не понимаю проблему. Почему вы не спрячете Блум? Да хотя бы в своей потайной комнате.       Я вспомнила своего двойника и вздрогнула. А ведь правда забыла про кровиночку. Интересно, она хотя бы жива?       — Через шестнадцать лет все повторится.       — У вас будет время подготовиться. Винкс всего лишь студентки.       — Они уже готовы, — возразила Фарагонда. — Через шестнадцать лет у девочек будут мужья и дети. Они перестанут быть такими безрассудными и смелыми. Семья станет их слабостью, особенно для Блум. Надеюсь, ты понимаешь меня.       Понимаю-понимаю, фейский Дамблдор.       — Какова моя роль в вашем спектакле? И какова роль Уайт?       — Не знаю. Честно говоря, я ожидала от твоего появления гораздо большего. А Уайт… Пожалуй, мне ее жаль. Если она еще жива, мы ее вытащим.       Меня пробило на смех. Тихий, истеричный и до боли в горле резкий. Она и ожидала большего! Серьезно? Утаивая правду, не давая нормально учиться и даже не изобразив хоть какое-то понимание и адекватность? Ждала, что меня осенит свыше? Уж простите, без антенки переместилась сюда. Связь с космосом без инструкции настраивать не умею.       — И что вы планируете?       — Завтра ближе к вечеру Винкс вместе со специалистами отправятся в логово Даркара. Ты можешь присоединиться.       — А что насчет Кодекса? Мы могли бы спрятать его. Тогда у Блум будет больше шансов.       — Это не совсем так.       Я схватилась за голову. Она уже трещала.       — Я не понимаю.       Фарагонда снисходительно улыбнулась.       — Все идет так, как должно идти. Я не была с тобой откровенна именно поэтому. Это сложно объяснить, но поверь мне — так все и должно идти. Иначе мир окажется в опасности.       Я не могла сказать, что Фарагонда открылась мне с принципиально новой стороны. Но что-то да изменилось в наших отношениях. Правда, принесло это изменение лишь больше хаоса.       Она верила своим словам и говорила серьезно. Я не понимала этой логики и взаимосвязи событий от слова совсем. И если честно, отказывалась понимать.       Да, я формально в мультфильме, а логика в них страдает почти всегда, но не настолько же. Да проще Блум грохнуть, чем в этом разбираться! И раз директрисе не жалко Уайт, то почему жалко свою любимицу? Ради общего блага же.       — Что насчет пикси? — вспомнила я.       — Я могу показать тебе, если хочешь. — Глаза Фарагонды не хорошо сверкнули. — Может, тогда ты поймешь.       Директриса протянула руку. Прежде чем я подумала, что она довольно сухая и хрупкая, будто сей же час рассыпется в труху, мир завертелся и померк.       Сначала была вонь. Резкая. Тошнотворная, как бывает, когда кровь начинает тухнуть на солнце. От привкуса железа на языке захотелось промыть рот чистой водой и почистить зубы.       Зрение вернулось — чернота сменилась расплывчатой картиной, которая с каждой секундой приобретала четкость.       Я же бродила здесь всего несколько часов назад…       Вместо цветущей поляны пепелище. Сквозь копоть ползала черная вонючая слизь. Кровавые потеки засохли на обломанных деревьях. На некоторых ветках даже висят… Части тел? Я зажмурилась - перед глазами плыло. Но темные рваные куски могут же быть чем-то иным, правда? Одеждой? Тканью? Подпаленными листьями?       — Аня?       — Это иллюзия… Скажите, что просто хотите меня убедить с помощью страха.       — Увы, — глухо прозвучал голос Фарагонды. — Но древо пикси осталось живым. Оно оправится — и на свет появится новое поколение пикси. А те, что находились во время нападения в Алфее, научат их всему необходимому.       Я открыла глаза и посмотрела по сторонам.       — И где же тогда трупы? Их было бы очень много! Сожрали наколдованные монстры, которых я не вижу? Как удобно!       Фарагонда сочувственно улыбнулась и повернула меня в сторону. Я застыла на несколько секунд и тут же согнулась в рвотном позыве.       Черная слизь поедала трупы, оставляя после себя лишь белые кости.

***

      Утром приехали Винкс. Я с трудом дождалась их приезда — мысль рвануть самостоятельно в бой крепко засела в голове. Сон пришел ко мне только под утро, но стоило кораблю специалистов подлететь к Алфее, я понеслась во двор. Преподаватели оказались быстрее. Фарагонда, показывая невероятную скорость для старушки на каблуках, сбежала по лестнице и оказалась в первых рядах.       Я аккуратно проталкивалась к кораблю. Тот уже затих.       Открылся транспортный отсек, но вместо ожидаемой радости со стороны преподавателя я услышала панику.       — Мадам Офелию! Срочно!       — Она ещё не приехала!       — Палладиум?!       — Ранен!       — Разойдитесь! — прогремела Фарагонда.       Я наконец-то увидела, что случилось: с корабля спустились специалисты и феи. Все целы, кроме Текны — ее голень искривилась под неестественным углом. Бинт напитался кровью. Кажется, перелом.       Стоп, а где Блум?       — Положите ее на носилки.       Гризельда вскинула руки — в воздухе появились сверкающие носилки, на которые Скай и Брендон положили девушку. Тимми беспокойно вился вокруг.       — У меня нет целительского профиля, но помочь я смогу.       Директриса произнесла несколько заклятий: в воздухе появился чистый бинт, большая капля воды и несколько веточек растений. Грязная повязка змеей расплела голень феи и испарилась в воздухе. Капля обволокла ногу и очистила от крови.       Я увидела обломок кости, торчащий из рваной раны, и едва не вывернула все, что осталось в желудке с ужина. Текна не кричала. На бледной коже испарина, под закрытыми веками беспокойно дергались глаза, а губы бессильно шлепали раз за разом.       — Она без сознания, — вырвалось у меня.       Фарагонда коротко глянула в мою сторону. Кость щелкнула и вошла в плоть — Текна дернулась, на несколько мгновений открыла глаза и снова провалилась в беспамятство. Растения превратились в зеленую массу и покрыли воспаленную красную кожу, а бинт лег плотным слоем.       Фарагонда тяжело вздохнула и объявила:       — Возвращайтесь в школу, скоро проснуться ученицы! Не поднимайте панику! Девочки, за мной в лазарет!       Только сейчас я поняла, что Блум среди Винкс не было. Уже в лазарете Фарагонда и Гризельда уложили Текну на дальнюю койку и поставили ширму.       — Офелия прибудет через пару часов, — отрапортовала Гризельда.       — Спасибо, — Фарагонда устало потерла переносицу. — Подумать только: стоило ей взять отпуск впервые за семь лет и столько всего произошло.       Палладиум еще не очнулся, хотя по словам Фарагонды активно шел на поправку.       — Перелом серьезный. Боюсь, даже с помощью Офелии Текна не сможет к вам присоединиться.       Если верить девочкам, Блум неожиданно взбесилась как только корабль покинул территорию Диких земель, где отсутствовала магия. Она устроила взбучку всем. У Стеллы на руках обнаружились ожоги, а Лейле даже подпалили волосы. Текна пострадала больше всех. Вынужденная посадка привела к тому, что Блум исчезла на своих двоих в неизвестном направлении, а ребята после починки корабля поспели в Алфею.       — Мы должны вылететь как можно скорее, — выдавила я. — Времени почти не осталось.       Винкс согласно закивали. А Фарагонда даже не попыталась скрыть мрачную мину, по которой я поняла, что все ее разговоры про предначертанное будущее накрыло самым тяжёлым медным тазом во всем Магическом измерении.

***

      Мы летели в тишине. Стелла мрачно смотрела в окно, нервно накручивая белесую прядь на палец. Лейла сжимала кулаки, периодически доставала короткий охотничий нож и крутила его в руках. Флора искусала до крови губы, Муза слушала музыку через наушники, и судя по доносящемуся грохоту, это был самый зубодробящий рок в ее плейлисте. Парни что-то делали в грузовом отсеке.       Приборы на мгновение моргнули стоило перейти границу владений Даркара, но наша бравая железная лошадка продолжила ход и достигла цели.       — Ты уверена? — поправляя очки, неуверенно спросил Тимми. — Ты хуже владеешь магией.       Я проверила рюкзак: нащупала Кодекс (панически страх его потерять ой как засел в голове) и минимальный набор для выживания в виде спичек, веревки, пачки печенья и бутылочки воды.       — Уверена ли я, что Даркар выполнит условия обмена и отпустит хотя бы меня и Уайт? Нет. Шансов мало.       — Может тогда…       — Нет, я фея Любви. Зачем-то же меня сюда прислали.              «В конце концов если ни Трикс, ни Авалон не мои злодеи, значит это Даркар… Давно пора было с ним встретиться лицом к лицу».       Правда, что делать с отсутствием магических кристаллов я не знала. Винкс хотя бы успели получить Чармиксы в Диких землях.       — Ты же сама говорила, что безрассудная смелость это плохо.       — А с каких пор люди следуют своим же советам? Оружие дашь?       — Да-да, конечно.       Тимми лихорадочно открыл бардачок, из него вывалился самый разный хлам: запасные очки, моток проводов, пара зарядок, пакет шурупов, микросхема и тот самый пистолет из космооперы.       Я поблагодарила парня за все и, надеясь, что это не наша последняя встреча, спустилась вместе с остатками Винкс по трапу.