Ни разу не фея

На пляже Валтор нашел разодранную карту — мы с трудом собрали ее по кусочкам. Оттуда же притащил побитые камнями кастрюльки, порванную местами одежду и в конец испорченные книги, которые пошли на костер. Ему-то хорошо — его достоинство прикрывала странная то ли складка, то ли пластина. А мне первые дни пришлось краснеть и бледнеть за прорезанную до груди футболку. Впрочем, потом стало все равно. Камень-портал Валтор тоже нашёл, но тот оказался ожидаемо бесполезным. Валтор не собирался кормить меня по доброте душевной. Пришлось учиться выживать. Благо он помогал — показывал какие фрукты можно есть, какие не стоит. Со слезами на глазах пришлось включить в меню суп из местных лягушек, а в качестве второго вылавливать помесь крысы и кролика. Помимо азов кулинарии я освоила пять способов разводить костер без дыма. За прошедшие две недели мы успели соорудить вокруг пещеры парочку ловушек от аборигенов и прикрыть вход ветками и камнями. Но мы оба понимали, что это временная мера — племя о нас явно знало, так что со спокойным сном я попрощалась. Ко всему прочему здесь было скучно. После тяжёлого дня хотелось простого человеческого отдохнуть. Но сон на травяном матрасе на отдых походил мало. А если и мог считаться таковым, то только для тела, поэтому с безнадеги я начала плести корзины. Валтору жизнь на острове давалась тяжелее. Он уставал меньше, чем я, и не нуждался в еде и воде. В целом он мог бы сидеть в пещере целыми днями без движения, и это его убивало. Как выяснилось вся жизнь Валтора крутилась вокруг беспрерывного изучения и совершенствования магии, которой здесь не было. Развлечения ради Валтор начал повторять приспособления презренных смертных. Так у нас появилась никому не нужная подвесная корзина и несколько ловушек для живности. Впрочем за две недели в них никто не попал. Полоски а-ля тюремное творчество множились на стене пещеры, и я с ужасом думала о том, сколько еще их предстоит нарисовать. Надежда вернуться раньше все еще тлела в груди, но откровенно говоря таяла. Была бы я ведьмой, сломала бы планету с концами, чтобы нерадивые ученички не дай бог не вернули все обратно. Иначе придется придумывать новое наказание, да и можно получить от рассерженной, окрыленной маленькой победой молодежи. А если, наоборот? Вдруг ведьмы хотели, чтобы Валтор и Гриффин разрушили аномалию? Так сказать, сдали маленький экзамен. Я вынесла карту из пещеры и разложила ее на земле у костра. Тот светил поганенько, но такова цена маскировки. Набрала поблизости мелкие камни и прижала ими листочки. Не знаю, чего я ожидала. Валтор, конечно, умен и явно более опытен, но сидеть сложа руки тоже не охота. Рано или поздно на нас наткнутся аборигены. В лучшем случае мы снова сбежим, в худшем — превратимся в шашлык. Оба варианта мне категорически не нравились. Итак. Ведьмы создали аномалию. Логично предположить, что заклинание не смогло бы лишить магии целую планету. В общем-то я в этом не уверена, но по идее если магия исчезнет, заклинание должно само себя отменить. Или нет? Может, проблема во времени? Замедлили время — значит, магия тоже могла «застыть». Ведь Валтор сам сказал, что здесь практически нет магии. К тому же он буквально живёт за счёт магии и каким-то образом все еще функционирует, как и кулон-переводчик, между прочим. Это должно быть что-то мощное… Как какой-нибудь артефакт? Набор артефактов? Но где они? С магией проблема на всей планете. Да, она практически вся в воде, но наш остров не единственный — значит, артефакты могут быть где угодно. Впрочем, на месте ведьм я бы вообще утопила их в местной Мариинской впадине. Давай, Аня, думай! Магический мир — сплошное клише! Все гораздо проще! Я уставилась на карту. Камешки легли так, что закрыли часть объектов, поэтому я потянулась, чтобы их сдвинуть, но тут же замерла, не веря своим глазам. Тень от костра упала на карту так, что темное пятно соединило гору, на которой мы находились, водопад и деревню аборигенов. Хм… Я поставила камушки на точки, а остальные убрала. Получается треугольник. Треугольник и в Африке треугольник, но этот расположен как-то не гармонично на почти идеально круглом острове. Хотя тройка это магическое число… Но что если поставить ещё один камень на плато и один на гору поменьше? Да передо мной классическая пентаграмма! — Валтор! Иди сюда! Уж что я успела выяснить, так это то, что у демонюги слух хоть куда. Через пару минут он пришел из пещеры и недовольно уставился на меня, сложив руки на груди. — Посмотри. Если соединить эти точки, получится пентаграмма. Может ли то, что создаёт аномалию, находиться в ее сердце? Валтор опустился рядом и недовольно засопел. — Не в сердце. На вершинах. — Он тут же выпрямился. — Оставайся здесь. Я проверю ближайшую точку. Я не успела даже кивнуть, как он взлетел ввысь. От волнения захотелось срочно что-нибудь выпить. И, увы, теплая вода совсем не то, в чем я сейчас нуждалась. Хоть бы я оказалась права! Хоть бы получилось! Вселенная, если ты и правда во мне нуждаешься, помоги, а? Валтор вернулся ещё до темноты. По его каменному лицу было сложно что-либо понять. — Ну что? — Я нашел какой-то механизм, но чтобы его активировать нужно двое. Он протянул мне руку, и я без сомнений ее приняла.

***

С другой стороны горы нашлась ещё одна пещера. Я удивилась, что Валтор в принципе ее заметил — с высоты птичьего полета не было видно ничего, кроме деревьев и редких валунов. Но вот мы спустились на землю, прошли немного вглубь и остановились у груды камней. Валтор схватился когтями за каменный выступ и потянул в сторону. Если у него и не было мышц, то глина прекрасно имитировала их движение. Камень сдвинулся с места, и Валтор поманил меня в открывшийся проход. — Я ни черта не вижу. — Тебе не понадобится свет. Он взял меня под руку и повел по коридору. Мы быстро вышли на площадку. Со стен свисали тонкие, не вызывающие никакого доверия ниточки, которые светились мягким голубым светом. — Это магия? Валтор фыркнул. — Разновидность грибного комара. Ты видишь личинок, которые приманивают добычу с помощью света. — Грибного комара? — возмутилась я. — Ты прикалываешься? Валтор изогнул широкую бровь. Ясно, не прикалывается. Уайт мне было мало с ее пауками. Я присмотрелась: нити свисали с вполне себе жирного пятнистого червяка. Гадость какая. Сделаю пометку держаться подальше. — Тут два коридора. Они расположены почти параллельно и разделены тонкой стенкой. Каждые четыре фута в стене есть небольшое окошко. — Допустим. — Ты пойдешь в правый, я в левый. Наша задача решить все головоломки с помощью друг друга. Я вскинула брови. Головоломки? А у трех древних ведьм особо извращенное чувство юмора. Мы разделились. Шли так минут десять, не меньше. Окошки в стене были настолько маленькими, что в них даже я не могла просунуть руку. Так что скорее всего они предназначались для общения с соседом по несчастью. — У тебя тоже тупик? — Так точно. И не просто тупик. Каменная стена, состоящая из шестидесяти пустых квадратов. — Я дернул за рычаг. У тебя что-нибудь изменилось? Квадраты развернулись и на них вспыхнули символы. Черт знает как эта ересь работала без магии, но произошедшее я Валтору передала. — Превосходно, — довольно сказал он. — Нажимай на круг. — Какой? У меня их двадцать. Повисла недолгая тишина. — С двумя палочками. — Все двадцать. — Одна палочка длиннее другой. — Таких четырнадцать. — Одна сверху, вторая снизу. — Снизу длинная или короткая? — Короткая. Я нажала на значок и тот сменил цвет. — Следующий: квадрат с двумя палочками сверху, левая длинная. — Нашла. — Так… Каменная стена затрещала. Квадраты развернулись чистой стороной ко мне. — Ты все верно нажала? — Да! — Точно? — Да точно! — воскликнула я. — Тогда у нас всего девяноста три секунды на поиск семи символов. — Это по тринадцать секунд на каждый? Тишина была долгой. Закончилась она тихим нецензурным шипением и моим многострадальным вздохом. *

***

Всего было четыре испытания. За эти прекрасные часы в компании сильнейшего мага Магического измерения, я узнала, что он не способен отличить розовый от фуксии, а голубой от цвета морской волны. Зато он довольно быстро бегает по лабиринту. И, пожалуй, я не буду добавлять, что бегал он от смертельного механизма, а я выступала в роли навигатора. — Ты где бумагу взяла? Валтор подкрался так тихо, что я от неожиданности подпрыгнула и выронила ручку. — Где-где, вырвала из книг раздел заметок перед тем как их сжечь. — И зачем? — Дневник веду. Каждый уважающий себя колонист ведёт дневник. Ты книг что ли не читал? — Лучше бы ты написала, что путаешь право и лево, — фыркнул Валтор, усаживаясь на соседнюю деревяшку. — А еще тормозишь, когда не надо. Подумаешь! Я с самого начала предупредила, что навигатор из меня так себе. — В своем дневнике такое пиши. Но учти: бумагой делиться я не намерена. — Ну, конечно… Кто бы сомневался… После четвертого испытания мы вышли в небольшую пещеру. В самом центре стоял постамент с камнем земли. Как Валтор объяснил, пентаграмма обозначала соединение пяти стихий: воды, воздуха, огня, земли и эфира. Пентаграмма позволяла концентрировать колоссальное количество энергии на относительно небольшом участке. В общем, если мы уберем все камни, заклинание, поддерживающие аномалию, перестанет функционировать. Работа обещала быть не пыльной, если в других точках нас ждут те же самые головоломки. За уже пройденные испытания мы действительно нашли минимальное взаимопонимание, хотя всего несколько часов назад о таком было страшно даже подумать. — Предлагаю с утра отправиться ко второй горе. Я согласилась. Потом, если не будем возвращаться в пещеру, можем сразу махнуть на плато и к водопаду. — Собери себе еду. Будет гораздо проще, если мы после слетаем на плато и водопад. Я тихо хмыкнула. Если это проявление нашей мистической связи, то слабовато. — Деревню лучше оставить напоследок. Ну вот опять. Ладно. Если понимать друг друга с полуслова — хорошо, то понимать друг друга без слов, наверное, замечательно? Раз так, то самое время начать второй сеанс нашей семейной совместной психотерапии. — Я предлагаю продолжить беседу по душам. Валтор состроил недовольную мину. — Опять? Ты в курсе, что у меня души нет? — Во-первых, не опять, а снова. Во-вторых, сам подумай: мы не можем воспользоваться магией друг против друга. Разве это не значит, что мы должны помочь друг другу без магии? — Ты можешь воздействовать на меня магией, разве нет? — Всего одним заклинанием, и это исключение лишь подтверждает мое предположение. Злыми ведь не рождаются, и если мне под силу тебе помочь, то разве есть причины отказываться? — Я уже видел помощь от фей Любви. — Я не Мелисса, а ты не Даркар. — А что ты сделаешь? Ты говоришь, что злыми не рождаются, но я и не рождался. Меня создали для убийств и уничтожения миров. — Разве ты не погибнешь, когда выполнишь предназначение? Он скривился — понял, что я узнавала про големов еще до нашей вылазки. — Погибну. Но и ослушаться я не могу. Задача, данная наставницами, подлежит к обязательному исполнению. Иначе никак. Хорошо хоть не увиливает. И раз у нас аттракцион невиданной щедрости, стоит брать по максимуму. — Но ведьмы же давно мертвы? Валтор закатил глаза. — Травить мне жизнь им это не мешает. — А что именно они хотели? — Чтобы я подчинил для них Магическое измерение. Пазл сложился. — То есть ты специально тянешь время? — Да. Я хочу прожить как можно дольше. Валтор столько времени носился по мирам, захватывая самые разные артефакты и заклинания. Какие-то сильные, какие-то не очень. Его выборка казалась бессмысленной, но теперь понятно — важно было отнюдь не содержание Он создавал иллюзию деятельности, которая практически не приближала к заданной цели. Стоит ли бессмертие такой жизни? Хотя почему бессмертие? Валтора создали взрослым, а потом заперли в Омеге. Сколько лет он реально жил? Десять? Еще меньше? Это не вопрос борьбы за бессмертие, это вопрос банального выживания. — А если бы ты мог стать человеком, то чем бы занялся? Давай, скажи что-нибудь, что пробудит во мне чертов фейский дар. — Захватил бы парочку планет на окраине Магического измерения. Пожалуй, запишу карандашиком, что это был великий сарказм. — А хобби попроще у тебя нет? Носки вязать, например? Займись изучением магии, построй научную карьеру. В чем проблема? Тебе же нравится магия. — Это бессмысленный разговор. Мелисса оживила Даркара, и что в итоге? Он превратился в ходячий труп. Ты понимаешь насколько должен быть искусен маг, чтобы оживить мертвеца? А у меня нет органов, мышц и сосудов. Ты не сделаешь меня человеком, это невозможно. — А… — Не вздумай! — рявкнул Валтор. Я тихонько хрюкнула. Подумаешь, хотела уточнить про наличие мозгов. — Ладно, извини. Я услышала тебя. Но что если мы поменяем твою цель? Прикажем жить счастливо, например. — Ты представляешь, как проходит этот процесс? Я покачала головой, на что Валтор закономерно ответил: — Вот значит не лезь туда, в чем тебе не дано разобраться. — А если поменяю цель не я? Гриффин, по-твоему, не сможет? — Помимо знаний необходимо доверие. А никому из вас я довериться не могу. — Как будто мы можем довериться тебе, — проворчала я. — Вот значит не нужно и начинать. Да-да, вот это выражение мне знакомо. И я понимаю его: вдруг напишем, чтобы он ушел в рабство какому-нибудь извращенцу, или отправим на каменоломню так далеко, что о нем никто и не вспомнит. Хотя — я глянула на недовольную демоническую морду — труд, говорят, сделал из обезьяны человека. Может, и тут подействует.

***

Тем временем в Алфее. Уайт долго собиралась с мыслями — в столовой было шумно и тесно. Преподаватели, конечно, наколдовали дополнительные столы, чтобы ведьмам было где разместиться, но пространства стало явно меньше. А шума — больше. Тем не менее вокруг нее все равно образовалась зона отчуждения — несколько пустых стульев по обе руки от нее уже привычны. Она и до Феникса была изгоем. «Без Ани грустно». Феникс прокряхтел — он недоволен, считает, что достаточно его одного. Фея хмыкнула — она же не настолько необщительная. Уайт молча протянула кусочек мяса по тарелке, собирая соус. Прикусила губу, мельком посмотрела на стол в другом конце зала и проглотила почти безвкусную еду. Там сидели ее сестры. Они болтали с ведьмами, перебрасывались проклятиями и ехидно смеялись — словно ее не существовало. «Я их спасла! — со злостью подумала Уайт. — Если бы не я!..» Она почувствовала как сил разом не осталось. Смахнула едва собравшуюся слезу и отодвинула от себя тарелку. «Я должна привыкнуть». «Смириться». «Нет смысла пытаться что-то изменить». «Никогда не было». «Никогда…» Уайт вздрогнула — по плечам пробежался ток. Она дернулась в сторону неосознанно — тело напряглось, а кончик языка закололо. «Те девицы, — прогудел Феникс. — Они изменили внешность». Уайт прищурилась. Вгляделась в тонкие фигуры в попытке найти хоть какую-то деталь, за которую можно зацепиться. Их трое. Они подсели к феям, но те смотрят на них настороженно — как на ведьм. Но были бы они ученицами Облачной башни, то сели бы к своим. Они что-то спрашивают. Аккуратно, улыбаясь до самых ушей. Но улыбка кажется оскалом — ведьмы, но не свои. «Одна бьется током, вторая, как ты, ледяная. Третья… Не пойму. От нее веет темнотой и обманом». Уайт с шумом встала и поспешила к нужному столу. Всего несколько мгновений, и все вокруг замолчали. Она почувствовала на себе сотни недоумевающих взглядов. Где-то за спиной прозвучал вопрос Фарагонды, ей вторил Палладиум, а потом… Ха! Неужели ее сестрички решили подать голос? Уайт ускорилась. Девушки заметили ее — на их лицах появилось удивление, его сменил вопрос… И, наконец, испуг. Уайт махнула рукой — магия послушно заплелась чернеющими змеями вокруг запястья. — Остановись! За спиной повеяло холодом — в мгновенно появившийся щит попало заклинание. — Покажите свои истинные лица, — прошептала она. Черные всполохи окружили девушек, сжали хрупкие тела — с громким, протяжным воем они упали со стульев. Путы оплели их животы и прижали к полу. Поднялась паника. Студентки закричали — кто-то понесся к дверям, кто-то спрятался под столами, а кто-то испуганно вжался в стены. Палладиум и Фарагонда подбежали к Уайт. Их заклятия сыпались и оседали у ее ног. В ушах Уайт шумело. Знакомый голос шептал слова защиты и казалось крылья — не ее, феникса — прикрыли спину и плечи. — Уайт, прекрати сейчас же! — воскликнула Фарагонда. — Иначе мне придется тебе навредить. Уайт обернулась и, шагнув в сторону, указала на девиц, навалившихся друг на друга. Это были Трикс.

***

Аргасия. С утра пораньше мы отправились к горе. По прибытию выяснилось, что это потухший вулкан. К счастью, потухший основательно — земля под ногами практически не отличалась по температуре и твердости от земли вокруг. Валтор самодовольно похвастался, что вулкан потух как минимум несколько сотен лет назад — иначе бы почва еще не остыла. Да и ведьмы не стали бы прятать артефакт в жерле активного вулкана. Строго говоря они его и не прятали — мы нашли артефакт в центре жерла под грудой камней. Если первый артефакт напоминал грязный кусок глины, то этот светился в солнечных лучах, точно янтарь. Валтор прокрутил его над головой, и внутри засверкало что-то яркое, огненное. — Это не опасно? Валтор прищурился, коротко покачал головой и сжал лапу — раздался чавкающий звук. По его ладони потекла стремительно темнеющая жидкость.

***

Ржаво-коричневую землю усыпали сухие кустарники с острыми листьями. С высоты они казались темными кляксами на однотонном холсте. На плато было ветрено. Я пожалела, что мои волосы слишком короткие, чтобы заплести хвост — обесцвеченные пряди лезли на глаза, из-за чего их приходилось постоянно смахивать. Валтор ехидно радовался облику безволосого демона. Я же подумывала после возвращения натравить на него волшебный фен гигантского размера. В холодном режиме, разумеется, я же не изверг. Мы искали артефакт несколько часов. Солнце уже склонилось к закату, и надежды разобраться с еще одним артефактом у водопада стремительно таяли. — Идем за мной, — наконец сказал Валтор, и я послушно поплелась следом. Ему с его двухметровой колокольни однозначно виднее. Он остановился у края плато. Жутковато: земля так резко оборвалась, будто кто-то вырезал кусок острым ножом. Я не могла разглядеть рельеф в глубине — там то ли текла грязная река, то ли вовсе осталось высохшее русло. Через добрые пару сотен метров возвышалось такое же плато, оно уходило вдаль, до белеющих гор. — Он внизу? Валтор молча указал чуть в сторону. Там, рядом со обрывом, темнела крупная трещина. Камешек застрял в одном из углублений — будь я одна, не заметила бы его вообще: на вид он как кусок мутно-желтого стекла с неровными краями, да и размер едва превышал деревенское яблоко. — Я помогу тебе спуститься и подняться. — То есть ты хочешь, чтобы я залезла прямо туда? — с сомнением уточнила я. Трещина была узкой. Очень узкой. Даже если я не застряну, она слишком глубокая, чтобы я смогла вылезти самостоятельно. Можно попробовать отбить кусок стены — в идеале часть просто свалиться вниз вместе с камнем, который разобьется. Но на вид стенки трещины держаться крепко. — По-твоему я пролезу? Я окинула Валтора внимательным взглядом. Н-да, в человеческом облике пролез бы. А в виде глиняной глыбы — однозначно нет. Да и крылья скорее всего сломает, а этого допустить никак нельзя — мы останемся без транспорта. — Не пролезешь, — выдала очевидное. — Но мне туда совсем не хочется. Я села на самый край. Посмотрела еще раз на дно, надеясь разглядеть хоть что-то хорошее: например, уступы, по которым я смогу подняться. Или чудо-рычаг, который откроет чудо-лестницу. Но магический мир как и прежде повернулся ко мне задом. — Тебе же не выгодно оставлять меня здесь, да? — нервно спросила я. Валтор изогнул бровь. — Ты серьезно? — Да, серьезно. Я читала о том, как люди застревают в узких проходах. В особо тяжелых случаях они медленно умирали от полученных травм, голода или жажды. Если я застряну, — я сглотнула, — и ты меня бросишь… Вздрогнула. Не хочу думать, насколько мучительна подобная смерть. — Мне не выгодно бросать тебя сейчас. Если ты не забыла, первое испытание подразумевало командную работу. — Ты прав. Дай мне минуту. Я сделала пару глубоких вдохов. На издевательскую улыбку Валтора старалась не обращать внимания. Не он сидел в трещине на Домино. Там была Кири. Она и подлечила, и помогла с Чармиксом. Здесь же — шансов примерно ноль. — Ладно, давай. Я повернулась спиной к трещине и ухватилась за руку Валтора. Он держал на удивление крепко. Аккуратно опустила одну ногу, нашла на ощупь точку, на которую оперлась кончиком ботинка, и опустила вторую. — Не спеши. Не спешу. Но у меня начали трястись коленки. «Еще шажок, и еще… Давай, Анька, ты справишься». Руки онемели от страха. Я чувствовала, как стенка пещеры касалась спины. Или там еще было место в… десяток сантиметров? Чуть больше? Чуть меньше? Я не могла оценить расстояние. Но развернуться однозначно не получится. — Отпускай. Я зажмурилась и плюхнулась на дно. Осторожно посмотрела наверх. Выдохнула. Смогу допрыгнуть. Теперь камень. Я с трудом дотянулась, чтобы мазнуть воздух у самой поверхности и сжала губы. Блять. Застрять тут точно не охота, но выбора нет. Я вытянулась, что есть силы и зацепила ногтем — камень сдвинулся на жалкий миллиметр. — Эй, принеси палку или что-нибудь длинное! — крикнула я. Валтор исчез. Совру, если скажу, что сердце не екнуло. Но вот показалась широкая лапа демонюги. — Я как будто играю в какую-то детскую игру, — пробурчала я, пихая палкой камень. Он поддавался неохотно, а в последний момент и вовсе по-скотински выскользнул — я дернулась, чтобы его поймать, и шершавая стена процарапала по плечу. Но я все же успела. — У тебя все хорошо? — Да-да, вытаскивай. Как только Валтор поднял меня наверх, я плюхнулась на сухую землю. Отдала ему камешек и стерла с висков парочку капелек пота. Раздался треск камня. Валтор разжал кулак и осколки упали рядом со мной. Ожидала я, конечно, другого. Например, того, что стоит разбить один камешек, как вся система рухнет и мы сможем вернуться домой. Или что с каждым разбитым камнем магия будет становится все более и более осязаемой. Но нет. Я по-прежнему чувствую себя… Обычной. Странное чувство. Я не так давно стала феей, чтобы отвыкнуть. — Готова отправиться дальше? — А у меня есть выбор? — отозвалась я. — Полетели. С водопадом разобрались быстро. Загадка была банальной — камешек лежал на постаменте за стеной воды. Валтор, естественно, мокнуть отказался — якобы демонюга растечется как шоколадка на солнце. Проверять я не решилась, хотя и была уверена почти на сто процентов, что Валтор врал самым наглым образом. Но так или иначе мокрая и злая я выползла и отдала предпоследний камешек Валтору. — Учти, следующий бью я, — недовольно пробубнила я. — А то хорошо ты устроился. Достаю я, а бьешь ты. Валтор молча вернул мне камень. Мы переглянулись — я прищурилась, но выяснять причину внезапной щедрости не стала — замахнулась и с превеликим удовольствием разбила артефакт.

***

Оказывается, сидеть в кустах не только нервно, но и щекотно. Нервно потому что в паре сотен метров от нас поселение аборигенов. Несмотря на то, что им явно не до нас из-за какого-то местного праздника, сердечко екало каждый раз, когда кто-нибудь из них поворачивался в сторону леса. А щекотно потому что то листья, то насекомые так и норовили почесать мне по спинке. Я постоянно вздрагивала и мысленно молилась, чтобы коснувшаяся меня хтонь не была ядовитой. И змеей. Любой змеей. — У них есть алкоголь? — Надеешься, что они свалятся? Я кивнула. — Есть, но у них не принято так напиваться. А жаль. — Но большая часть все равно уснет под утро. Вряд ли они хорошо защищают свою деревню. Не от кого же. — Защищают, — сказал Валтор. — Не так далеко находится остров покрупнее. Враждебное племя периодически строит простые плоты и приплывает сюда грабить местных. Логично. Иначе бы они не были каннибалами — не своих же есть? Хотя… — Но ты права. Проникнем ночью. Валтор прищурился. Я посмотрела туда же. Деревня как деревня: множество мелких хлипких домиков из палок и листьев стояло кривыми рядками; между ними ходили аборигены в банальных юбках из листьев; на их темной коже белели узоры из глины. В общем-то тоже банально. Из-за домиков выглядывала крыша то ли храма, то ли жилища вождя. Это было самое высокое и крупное строение. — Думаешь, артефакт там? — Предполагаю. — Хреново. Мы обменялись короткими взглядами — Валтор нехорошо сверкнул голубыми глазами. Согласился.

***

На костре жарилась рыба, которую Валтор поймал между делом по дороге в пещеру. Рядом кипела вода в кастрюльке, а я, следуя великой мудрости, смотрела на язычки пламени, надеясь, что гениальная идея придет в скором времени. Но она определенно задерживалась. — Слушай, ты же как голем бессмертный, так? — сказала я, когда Валтор очередной раз оставил палкой тонкой росчерк на песке. — Может, сам сходишь за артефактом? Я так и быть копья из спины потом повыдергиваю. — Нет, не так, — отрезал он. — Особенно здесь. — И что же тебя убьет? Он промолчал. — Понятно, не скажешь, — кивнула я. — Предположу, что огонь заставит твое тело в нынешнем состоянии затвердеть, а вода его размочит. Но интересно: а если тебе оторвут руку, можно ли ее присобачить обратно? А если тебя отправить в пустыню, то ты подсохнешь? Что? Это просто рассуждения вслух. — Может, я тогда начну рассуждать, что будет с человеческим телом в аналогичных же ситуациях? — Это скучно. Люди хрупкие создания. Но к вопросу о глине: я читала, что если глина была подвержена температуре ниже трехсот градусов, ее еще можно восстановить до пластичного состояния. С тобой это работает? — Ты строишь планы по моему убийству? — Нет, мне правда интересно. Смею предположить, что големы в процессе создания получают физическую силу и некую устойчивость к различным факторам. А ты еще и живешь за счет темного пламени Дракона, — продолжила я. — Думаю, если бы тебя можно было убить одним огнем, то с тобой бы давно справились. Валтор неожиданно сел напротив меня. — Что еще? — Эээ, не знаю. Ну, может, наличие искры Дракона позволило тебе обрести чувства? Он разочарованно цокнул языком. — А я уже было решил, что в отличие от других фей, ты умеешь думать. — Да ладно тебе. — Я нахмурилась. — Про големов я мало что знаю, но в моем мире они… Просто куклы. Сильные куклы, которые не понимают ничего, кроме слов хозяина. Я действительно вспомнила парочку смутных отрывков из фильмов, которые, увы, не дали конкретики в вопросе создания и уничтожения големов. — Они не хотят жить. Они не понимают, что такое жить. А ты, кажется, понимаешь. Валтор хмыкнул. Он скривил жёсткие, покрывшиеся мелкими трещинками губы и почти выплюнул: — Кажется? Я проигнорировала выпад. Не я в конце концов назвала глупостью предположения о чувствах. — Но почему у тебя конкретный приказ, а не приказ слушаться Трёх Древних Ведьм во всем? — Предположи. — Потому что они не решили кому именно достанется власть над тобой? Валтор почти незаметно кивнул. — А ещё они боялись, что я найду способ их ослушаться, поэтому после захвата Магического измерения я должен был умереть. Впрочем, наставницы боялись зря. — Почему же зря? Ты довольно долго сопротивляешься. Если бы обстоятельства были бы немного благосклоннее, ты бы смог освободиться. Повисла тишина. Жалко феи Любви не могут заглянуть в голову своему злодею. Знакома ли Валтору боль? Любовь? Страх? Есть ли у него вообще будущее как у живого создания? Кажется, что есть. Но как говорится: когда кажется — креститься надо. Да и что, мало ли в моем родном мире оправданных злодеев? Убийц? А ошибочно осужденных? Я далеко не судья, чтобы решать достоин человек или нет. — Ты боишься, что если дашь кому-то тебе помочь, то этот человек захватит над тобой власть? — По-твоему это невозможно? — Это весьма вероятно. Я понимаю, почему ты не никому не доверишься. — Я сняла с огня поджаренную рыбу. — Думаю, я поступила бы так же. Но что теперь делать? Должен же быть хоть какой-то смысл или его нет? — Спасибо за откровенность. За похищение извиняться не буду — я рада, что смогла с тобой нормально поговорить и узнать тебя ближе. Если ты все ещё согласен, я бы хотела сохранить нейтралитет. Только, пожалуйста, постарайся без жертв, иначе мне придется хоть что-нибудь сделать. Я протянула Валтору руку, он пожал ее — мне полегчало. Не хочу думать правильно ли я поступаю. Мы оба жертвы обстоятельств, и я не хочу строить из себя святую — кто знает, как я бы действовала на месте Валтора. Да и осточертело все. Сначала попаданство, потом стремное отношение от руководства, потом Даркар, снова загадки Фарагонды и, наконец, Валтор. Пора жить новой жизнью. Получать образование, работу и искать место под чужим солнцем. А Валтор как-нибудь сам разберётся. Уайт же смогла. К тому же Винкс его в покое не оставят — у него и без меня уйма проблем. Вспомнилась Земля. Готова ли я ее бросить? Или лучше сесть демонюге на шею и заставить вернуть домой? В груди защемило. Там осталось столько планов, надежд, да хоть бы привычек! Но я не уверена, что они все еще важны. Дело не в том, сколько я нахожусь в Магическом измерении — со мной произошло столько всего, сколько не происходило за всю жизнь на Земле. Я словно прожила в Магическом измерении не год с небольшим, а целую вечность. Но здесь ли мое место? Да и оставят ли меня в покое те, кому интересна сила любви?

***

Валтор разбудил меня уже посреди ночи. Я умылась холодной водой и мысленно попросила, чтобы местный чешуйчатый божок помог с нашей авантюрой. Не сторонник молитв, но я не Джеймс Бонд, чтобы вылезать из подобного целой и невредимой. Полет прошел в тишине. Чтобы отвлечься, я размышляла над тем насколько реально, чтобы крылья, как у Валтора, были рабочими. У него же нет мышц, тело как будто бы не из мяса и костей, а из какой-то странной плотной глины, которая и не трескалась, и не деформировалась. Остановилась на том, что Валтор слукавил — оживить его, конечно, очень сложно (если не сказать нереально), но и нынешнее состояние его тела весьма любопытно. Явно не каждому под силу сотворить крепкого летающего голема. Валтор опустился недалеко от деревни. Несмотря на внушительный рост и такие же внушительные крылья он двигался тихо. Я старательно повторяла за ним. Словив парочку злобных взглядов, опустила голову и прислушалась. Так же бесшумно не получается, но делаю что могу, демонюга. Показалась деревня. Как и обещал Валтор, дозорные были на месте. Он ткнул меня в плечо и показал пять пальцев. Я кивнула. Он согнул два пальца и указал в сторону. Я еще раз кивнула и, сжав топорик, поползла. Дозорный стоял спиной ко мне, привалившись к столбу. По опущенным плечам и протяжному зевку стало ясно — он все же в нужной кондиции. Уже хорошо. А вот копье в руке — плохо. Я сделала осторожный шаг — почва под ногами заскрипела, и абориген дернулся. Слава местным и не местным богам не в мою сторону! Не подойду — не успею. Он поднимет всех на уши раньше. Я наклонилась к земле и нащупала камень. Не меткая, но рискну. Я замахнулась, прицелилась и… Попала! О боже, я попала! С глухим стуком мужчина осел. Я замерла. Вслушалась. Вокруг гробовая тишина — до ушей доносятся лишь тихий ветерок, перешептывание леса и едва слышный шум реки. Я подошла к мужчине и проверила пульс. Жив. Оторвала кусок от футболки и крепко перевязала ему руки за спиной. Мало ли. Следующий дозорный и вовсе спал. Я оставила его так — рисковать еще одним ударом по голове не решилась. Вернулась в условленное место и спряталась в кустах. Шума нет — Валтор справляется. Минута тянулась за минутой. От нарастающего волнения вспотели ладони — пришлось вытереть о шорты. Что-то Валтор слишком долго ходит. Странно. Моя внутренняя эгоистка и вовсе вопела — он мог справиться сам, я обуза и зря подставляю свою многострадальную филейную часть. Но я все заварила. Хоть поучаствую. В тишине раздалось чье-то дыхание — за секунду до позорного вскрика мой рот зажала крепкая ладонь. — Молчи, дурная, — прошипел Валтор. Я вырвалась и злобно шикнула: — Не подкрадываться не пробовал?! Хоть бы намекнул, что возвращаешься! — Я и намекнул. Весьма прозрачно между прочим. Да-да, если он намекнул, то я балерина. Красться между домов было волнительно. Костры не горели, застывшая на небе луна едва освещала местность. Окна закрывали деревянные ставни, некоторые прикрывали листья — узнать, спят ли хозяева просто нереально. Если нас заметит хотя бы один из них, все пропало — может, мы успеем сбежать, но в следующий раз местные будут готовы. Мы вышли на некое подобие площади, в центре которой догорал огромный костер. Запах жженного дерева, нотки чего-то ароматного и редкие лепестки, разбросанные по земле — единственное, что говорило о прошедшем празднике. Надеюсь, я не наступлю на человеческие кости. А то мало ли — вдруг действительно своих же жрут. Возле крупного домика, который я окрестила храмом тире пристанищем вождя, стояли подносы с фруктами и предметы быта: корзины, статуэтки, копья и трубки. Я поймала Валтора за руку. — Мне кажется, камень не там. Если совсем честно — сомнения у меня, что лезть туда хорошая идея. С открытого пространства мы сбежим. А изнутри — вряд ли, окна и те мелкие. — Удиви меня. — Наша гора это земля, водопад — вода, потухший вулкан — огонь, плато — воздух. Это значит, что деревня олицетворяет эфир, — с гордостью пояснила я. — И это намекает нам на то, что скорее всего часть артефакта спрятана в религиозном предмете или идоле. — Вот в том, да? Валтор ткнул куда-то в сторону — туда, где возвышалась статуя девушки с шестью руками. Четыре из них держали деревянные фигурки, посвященные стихиями, а две лежали на груди, прикрывая пальцами сиреневый, слабо светящийся шар. — Сразу бы сказал, — обиженно буркнула я. — Не посмел лишить тебя удовольствия, — растянул вредную улыбку Валтор. — Поняла бы чуточку раньше, я бы тобой даже восхитился. — Тьфу на тебя. Лучше достань его. Он закатил глаза. Раздалась пара глухих хлопков крыльев, и Валтор вцепился в плечи статуи. Я захрюкала, с трудом сдерживая смех — ну ей богу кошак, который подпрыгнул и повис на шторе. Демонюга мой смех не оценил — он посмотрел на меня самым злодейским взглядом и выцарапал из рук идола шар. Валтор сжал камень — поверхность хрустнула так легко, будто была не толще листа бумаги. Вырвавшиеся облачко сиреневого цвета оплело демоническую ладонь и медленно поплыло вверх. В тот же миг остров порядочно тряхануло. Я испуганно дернулась — грешным делом уже решила, что проснулся вулкан или остров вовсе собрался уйти под воду по тихой грусти. Валтор же спрыгнул и громогласно засмеялся, вытянув лапы в стороны. По моему телу пробежали мурашки. Колючие, но приятные, похожие на едва ощутимые удары тока. «Магия… Сказал бы мне кто-то, что я пойму каково быть феей, в жизни не поверила бы». Жители деревни проснулись — точно муравьи они выскочили из домиков. Кто-то в неком подобие одежды, кто-то и вовсе голышом. Завидев нас, они закричали — всего в метре от нас приземлилось копье. — Давай-ка отсюда сваливать, — просипела я. Широко улыбаясь, Валтор протянул руку, и я уже по привычке приготовилась к взлету.

***

Пещера показалась мне чужой. Я поняла, что теперь, когда время вернулось на круги своя, шанс вернуться настолько близок, что нужно всего-то подождать. Я скоро буду… Дома? Эта мысль отчасти меня напугала. — Наконец-то, — довольно протянул Валтор. Его человеческая мордашка аристократа проступила поверх бордовой кожи. Спустя несколько мгновений он стоял такой же лощеный, как и раньше. И везет же мне на крылатых с модельной внешностью! Он наклонил шею в стороны — раздались глухие похрустывания, как будто бы его тело было самым обычным и настоящим. — Признаться, работать с тобой было не так уж и плохо. Я усмехнулась. — Взаимно. — Я уселась на собранную из травы лежанку. Валтор же так и остался у входа в пещеру, словно он не собирался в нее возвращаться. — Ты не пойдешь на корабль, верно? Валтор оскалился. — Хочу нормально отдохнуть. Он сел на корточки и изящным движением пальцев поддел спрятанный в углублении камешек-портал. Тот в его руках блеснул и покрылся ровным блестящим слоем. Ровно то же самое случилось, когда Гриффин перенастроила камень на Аргасию. — Ты если что, подумай над моими словами ещё раз, хорошо? Я готова попробовать тебе помочь. Валтор не ответил. Камень упал на землю и загорелся синим светом. На моих глазах величайший маг всего Магического измерения укатил в неизвестном направлении. Что ж… Ожидаемо. И так даже лучше — несмотря на все обещания Фарагонды его вряд ли встретили бы нормально. Я же подошла к обрывкам карты. До места встречи идти долго. Изначально я рассчитывала за отправную точку пляж. Впрочем, теперь у меня есть крылья. И в чем Валтор был точно прав, так это в том, что я соскучилась по Уайт и Аполлону.