Death online 2

      Лёгкий тёплый ветерок развевает длинные золотисто-рыжие пряди и голубой подол платья. Солнце греет лучиками бледную кожу, не портя её загаром. Это место достаточно просторное, и я по-настоящему чувствую себя свободной. Всё вокруг создавало атмосферу спокойствия и умиротворения... Если бы её не нарушали пищащие звуки. Передо мной копошились птицеподобные монстры, но вместо перьев у них сочные зелёные листья. Я сжимаю кулак, чтобы активировать своё кольцо "полёта Икара". Оно блеснуло синевой, и за спиной распустились белоснежные крылья. Маленькие, правда, но милые. Взлетая над землёй, легонько улыбаюсь. Отсюда они выглядят точно как маленькие цыплята. Суетливые и встревоженные. Сейчас я спою для них свою смертельную колыбельную, и они обретут покой. Я проверила свой микрофон, посвистев в него, словно птичка. Всё в исправном состоянии. Итак, начнём же… Раз, два, три.       Песнь полилась из моих уст плавными волнами, будто накрывая местность цунами. Мобы вокруг, не испытывая ни малейшей боли, спокойно засыпали, находясь в состоянии, сравнимым с анальгетическим действием успокоительного средства. Они иссыхали, рассыпались, и сухие жёлтые листья клочьями улетали прочь, стремясь к небесам.       Хм...Что-то я немного подустала. Пение отнимает много сил у меня, тем более, что поднятием левела я занималась с раннего утра. Думаю, на сегодня хватит тренировок. Сейчас отдохну, сдам квест и пойду на следующий уровень. А вечером вернусь в отель и по дороге закуплюсь шоколадными конфетами. Ням-ням! А пока...       Я вернулась в Solstitium и прогуливалась по улочкам, идя по тонкому бордюрчику тротуара, стараясь удержать равновесие. Вдоль аллей по всему городу находятся красивые клумбы с подсолнухами и ухоженные небольшие здания, чьи фасады усыпаны зеркальной мозаикой. Солнечные зайчики резво бегают вдоль узеньких улочек. Вокруг много милых девочек в пышных юбках с ажурными зонтами от солнца. Светло и тепло. Здесь хорошо принимать солнечные ванны, вот только толка от них никакого. Да и загар к коже не пристанет. Так и останусь болезненно-бледной на всю жизнь. Чтобы купить другой цвет кожи, нужно иметь много самоцветов, а у меня даже золотых монет почти никогда не бывает. Но ничего, ведь такой цвет кожи же считается достаточно аристократичным. Надо искать плюсы во всём! Мне вообще посчастливилось жить в таком приятном городе, как этот. Настроение у меня было замечательное. Такие ясные дни всегда предвещают что-то хорошее. Я чувствую всем сердцем, что сегодня меня ждёт успех.       Наконец, подойдя к андроиду Эта Эфта, я отдала ей десять золотых листьев. Робот обменяла их на золотые монетки и назначила следующий квест — одиннадцать рогов сильванусов. Жаль, конечно, что я в соло, ведь в команде очки зарабатывать намного проще и быстрее. Но я даже не знаю, с кем бы образовать её. Ну, мне хотя бы дуэт создать. Я сама по себе очень стеснительная, замкнутая, но довольно разговорчивая, если, конечно, я доверяю человеку. В жизни из-за своего здоровья я мало общалась со сверстниками, поэтому мне трудно завести разговор с кем-нибудь. Я часто жалею об этом.       А тем временем я шла вдоль переулка, и моё внимания привлекла девушка с волосами цвета морской волны. Вокруг неё словно сумерки сгустились, и там и сям суетились странные светящиеся сферы. Что это такое? Не могу разглядеть из-за яркого солнца. Глянув на солнечные часы на главной площади, я заторопилась. У меня и своих дел полно. Мне нужно получить ту ачивку[1] за сегодняшний день.       Активировав кольцо, я полетела обратно на то же самое поле, только чуть дальше. Мобы, что господствовали на этой равнине, выглядели как человекоподобные монстры с зелёной кожей и конечностями из веток и корней. На их спине красовались два листа-крыла, а из головы торчали рога-ветви. Это и есть сильванусы. Я завела ирландскую детскую песенку, что мама мне пела когда-то на ночь. Слова, словно остро-наточенные ножи, резали и кромсали монстров. Зелёная жидкость текла по их телам — возможно, кровь вегетативных существ. Но тут же я потеряла дар речи, песня оборвалась на полуслове. Взгляд задержался на той самой девушке с волосами цвета морской волны, что сражалась внизу. Что-то нарисовав на белом листе, она тут же зачеркнула это одним резким движением кисти, отчего полетели красные капли краски. Стоящего позади неё сильвануса распилило напополам. Невероятно! Почему-то я первый раз вижу художника-игрока, к тому же, с этими странными шариками, что окружали её.       Собрав все одиннадцать рогов, я спустилась на землю передохнуть. Да, тело при жизни у меня было слабое, и в этом мире это сказывается быстрой усталостью. Так что я отошла на безопасную дистанцию и уселась на травку. Но та девушка неожиданно ко мне подошла... Уж очень неожиданно: — Konichi-wa[2]! Ты очень красиво поёшь, — улыбнулась она мне. — Как тебя зовут?       Боже, боже! Она со мной заговорила! Что же мне делать? Господи, у меня щёки горят! Значит, у меня сейчас всё лицо красное! Наверное, я выгляжу как дура. Что же ей сказать? Ой, а что она вообще спросила? А-а-а-а-а-а-а! Паника-паника! Ох, ну чего же я молчу? Надо что-то ответить! — П-п-привет! Я Л-Л-Ли-рика И-Инглил.       Девушка посмеялась: — Ты милая. А я Хотару Тецуя, будем знакомы, — художница протянула мне руку.       Она японка? Интересно. Первый раз в жизни встречаю японку. Ах, да! Я же должна подать ей руку! Приняв рукопожатие, я улыбнулась, всё так же смущаясь.       Хотару была очень красива. Правда! Восточные черты лица, рыжие глаза, длинные ресницы, бирюзовые волосы, заплетённые в два озорных хвоста, выраженная осиная талия и достаточно пышная грудь. Ну, как "пышная"? У меня-то всего первого размера, а у неё точно не меньше третьего. Приглядевшись, замечаю, что руки её измазаны в краске, некоторые капли попали на одежду и лицо. И это придавало ей даже какой-то своеобразный шарм.       Мы с Хотару разговорились. Она очень милая и добрая. Когда-то она жила в Японии и училась в художественной школе, но про свою смерть она мне так и не рассказала. Мне интересно было бы услышать, хоть я и очень впечатлительна. Наверное, всё же мне не стоит волноваться. А что я могу сказать о своей жизни? Мама и папа меня очень любили. Они содержали собственный паб, и я во многом им помогала. Я расстраивалась всякий раз, когда не могла следить за порядком в пабе из-за высокой температуры. Медицина в наше время была достаточно плохо развита. Но когда я чувствовала себя хорошо, я пела. Многим нашим гостям нравился мой голос, и они все приходили к нам послушать мои песни. Правда, жизнь здесь скорее кипела ночью. И ночью здесь было много дебоша, драк и прочих жестокостей. Хоть я и росла, видя это, моё сердце не почернело, и я всё так же верила в светлость людей. Но... лихорадка поглотила меня. Это унесло меня в пучину туманности и духоты. Мне казалось, что я видела длинный сон, в котором мы с родителями были счастливы. Иногда я слышала их крики. Они звали меня и пытались пробудить ото сна, но я не просыпалась. И вот однажды я очнулась на поле под белыми облаками...       Милая Хотару, я чувствую, ты сможешь вытянуть меня из этой пучины одиночества. В этой клетке я томлюсь уже столько веков. Я, правда, сбилась со счёту... И эта клетка мне уже как родная, мне страшно из неё высвобождаться. Но с тобой этот страх рассеивается. Я хочу достигнуть этих манящих облаков. Я жажду свободы. Жажду вкусить свежесть ветра. Расправить свои крылья и полететь высоко-высоко в небеса. Ты только сломай мои оковы. Я знаю... Я верю... — Лирика!       Что? Какой-то знакомый голос. — Лирика! Проснись!       Мама? Нет. У мамы нет такого акцента. Это же Хотару! Зачем она меня будит? — Лирика! Прошу! Очнись!       Я открываю глаза и вижу небеса. Огромное цветное полотно рассвета. Рука болит. В горле пересохло. И чувствуется какая-то приятная лёгкость. Проснувшись окончательно, я осознаю, что вишу над пропастью, и за руку меня держит Хотару. — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — Не кричи так громко! — Подними меня! Подними меня! — Активируй кольцо!       Точно! У меня же есть кольцо Икара! Синева сверкнула на среднем пальце, и я с завидной лёгкостью взлетела и приземлилась на землю. Точнее говоря, рухнула. Мы обе тяжело дышали, переводя дух. — Ты знаешь, как я испугалась?! — кричала японка. — Прости, не знаю, как так вышло. — Ты что, лунатик? — Не знаю. Похоже на то.       Вдруг мы обе пристально друг на друга глянули. — Бли-и-ин, тут же никто не умирает! — протянули мы обе.       Как же мы могли об этом забыть? Инстинкт самосохранения, по-моему, никогда не вытравить из человека. И, вообще, с каких это пор я луначу? Не обращая внимания на эти мысли, я смеялась над глупым случаем вместе с новой знакомой.       Вообще, это первый раз за долгое время, когда я ночую на природе, а не в гостинице. Мы пришли на этот склон после изнурительных тренировок и расположились тут на ночь. — А как давно ты здесь? — спросила она, наблюдая за восходящим солнцем. — Я не знаю, наверное, очень давно, — я чесала затылок, пытаясь представить, сколько веков утекло. — Я застала в этом мире ещё то время, когда работали Загробные Академии Элизиума. Я была безграмотной, но меня многому научили. И форма у нас была очень милая. — Да?! А я здесь не так давно. Может года четыре... или пять. Точно сказать не могу. Там где я была, трудно отслеживать время. Да и не до этого было, — казалось, она неохотно это вымолвила, как будто содержалась в неком плохом месте. — А сколько тебе лет? — Мне пятнадцать было, когда сюда попала. — А мне - шестнадцать. — Слушай, — Хотару резко вскочила на ноги, указывая вдаль на светило, частично скрывающееся за горой. — А давай отправимся на Солнечный пик? — Ты с ума сошла? Там же очень опасно! — Ну, а что? Я люблю рисковать! Уже предвкушаю! Гонка обещает быть захватывающей!       Мне бы её энтузиазм, ведь с тех пор, как я осела в Solstitium’е, ещё ни разу не участвовала в "забеге". И меня совершенно не привлекало данное мероприятие. И то, что Хотару пытается втянуть меня в эту авантюру, беспокоит меня ещё сильнее. — Не дрейфь! Чего тебе стоит один раз попробовать? Вот увидишь, время пролетит незаметно. — Но я никогда ничего подобного раньше не делала! И там будет много людей. Я боюсь столпотворений, — завела я панику. — У-у-у, милочка, да у Вас социофобия. Но доктор Тецуя Вас мигом вылечит. — Я здоровая! Это вполне нормально ведь, — отрицала я. — Нормально, но тебе стоит выйти из своей зоны комфорта, — она ходила вокруг меня, изучая взглядом. — Ты словно маленькая улиточка, что забилась в свою раковину. Но, поверь, если сломать скорлупу, ты не иссохнешь на солнце, ведь ты не слизняк какой-нибудь там. Возможно, ты - настоящая бабочка, что рождена парить до самых облаков. — Вау, а ты умеешь убедить! — мой взгляд задержался на её янтарных глазах.       Девушка кружила в танце, точно прекрасная нимфа, а я, заворожённая ею, не могла оторваться от невероятного зрелища. Она умеет очаровывать! Вот это харизма! Настоящая богиня!       До проведения гонки с того места, где мы заночевали, было рукой подать, если лететь по воздуху. И мы уже ожидаем начала на старте. Я дико волнуюсь, оценивая снаряжение остальных участников "забега". Уточню, данное событие в пригороде проводится ежедневно. Я бы сказала, что это — фишка нашего города. Сюда слетаются игроки с разных локаций, дабы испытать себя и получить удовольствие. Хотя, как от этого можно получить удовольствие? Ведь вся трасса усыпана препятствиями, а каждый участник готов порвать глотку соперникам ради призового места. Победителем гонки считается тот, кто первым доберётся до вершины пика. Он и получит кучу золотых монет и самоцветов. Я мнусь и думаю, как только Хотару удалось меня завербовать на это дело?       Электронный голос дал всем команду приготовиться, и ребята уселись по своим летательным аппаратам. Я активировала кольцо и жалобно глянула на новую знакомую, что уверенно восседала на большой каллиграфической кисточке, словно маленькая ведьмочка. И, когда объявили начало соревнования, игроки незамедлительно рванули со своих мест. А я растерялась, но Хотару схватила меня за руку, и мы вдвоём взмыли в воздух. — Не бойся, отдайся потоку ветра и лети, как пёрышко, — подбадривала она.       Поток действительно оказался силён. Он по спирали окружал гору, словно воздушный змей, обвивающий своими кольцами Солнечный пик. И мы неслись по его внутренностям прямо к изголовью, влетая в кольца, что ускоряли нас. Неожиданно для меня, это поистине захватывало дух. В глубине меня боролись сейчас между собой зайка-трусишка и отъявленная искательница приключений, которую я так тщательно стараюсь подавить, дабы не влипнуть в какую-нибудь неприятную историю. Если присмотреться, то изначально наш дуэт плёлся в самом хвосте, а сейчас, минуя соперников, он стремительно прорывался вперёд. Художница ни на минуту не отпускала мою руку, оттого я и продвинулась так далеко. — Видишь, всё хорошо, — она отпускает ладонь, позволяя самостоятельно продолжить путь, и устремляется вдаль, с разгона влетая в кольцо. — Юху! Словно в Sonic Heroes играю в реале. — Во что? — переспрашиваю. — Ты что, не гамаешь совсем? — оборачивается она и смотрит на меня, как на дурочку. — Нет, я не то чтобы интересуюсь играми. Мне и в Тулвилагоне как-то сложновато с его-то интерфейсом, но зарабатывать на жизнь же как-то надо.       Из земли и стен вырываются острые колья, и по счастливому стечению обстоятельств я даже успеваю увернуться от их сверкающих наконечников, влетая в кольцо ускорения. Другие игроки не слишком довольны тем, как Хотару ловко продвигается к финишу. Я замечаю перед собой девушку европейской внешности в пёстром китайском платье, что сморщила свой маленький носик, как только художница её обогнала. Погнавшись следом, она выпускает из своей руки красочный фейерверк. — Хотару! Берегись!       Цветок разноцветных огней вспыхнул и, разлетевшись на искры, погас. Напарница осталась невредимой, хотя немного замешкалась, что дало атакующей преимущество. Агрессор на изумрудном китайском драконе обогнала художницу, не прекращая посылать в неё потоки магии. Хотару спрыгивает с "метлы" на летающий островок, на бегу использует кисть как бейсбольную биту, отбивая фейерверк, и снова её седлает. Огонёк отлетает обратно и разбивается о чешую дракона, и в это время наездница совершенно не замечает, как спереди на неё катится огромный булыжник. Мы отлетаем в сторону, минуя опасность, а вот девушка кубарем полетела вниз по склону. Я подлетаю к Хотару и радуюсь удаче вместе с ней, но не тут-то было. Участница с фиолетовыми волосами сдувает нас ветром с трассы, и мы, подхваченные воздушным потоком, плюхаемся в пучины озера. Уши заложило водой, а пузырьки воздуха щекочут кожу. Я открываю глаза и вижу перед собой синее водное пространство, в котором ко мне грациозно подплывает русалочка Хотару. Она протягивает мне руку, я хватаюсь за неё как за спасательный круг, и девушка устремляется к лучам солнца на поверхность. Выныриваю, не в силах отдышаться, а японка заливается смехом: — Здорово же было, а? — Не стану лукавить, было весело. Но мы ведь так и не выиграли ничего. — А главное - не победа, главное - участие, — она брызгается в меня водой, увлекая в баловство.       На берегу этого озера мы провели весь день, вплоть до заката. В Solstitium’е есть редкое для Тулвилагона явление — белые ночи, но так как всю свою смерть я живу именно в солнечном городе, я привыкла к этому, и иногда для меня странно наблюдать такую вот темень вокруг. Но под вечер, когда солнце уходило за горизонт, подруга развела небольшой костерок, чтобы обсохнуть после плавания и отогреться. Довольно страшно, особенно рядом с таким чёрным лесом, но Хотару была рядом, поэтому со временем я расслабилась и совершенно забыла о своих страхах за разговорами. У японки оказалась с собой разная еда, а также маршмеллоу. И, после шашлыков, мы жарили зефирки на костре.       Мы много болтали с ней о том о сём, и мне так легко вести с ней диалог. Тем более день был поистине насыщен событиями. И тут я ловлю себя на мысли, что доверяю ей безоговорочно. Я открыта и прямолинейна с ней. Не выйдет ли мне это потом боком? Порой, я бываю слишком наивна. Поэтому и отгородила себя от близкого общения и привязанности к людям. Но я нужна ей. Точно нужна! Я чувствую, что она хочет мне раскрыться, но… Но что-то мешает ей. Может, позже она станет более откровенна со мной. Хотелось бы так думать.       А мы всё разговаривали и разговаривали с ней под треск костра, не хватало лишь только гитары и бардовских песен. Делюсь с ней наблюдением, и тут, откуда ни возьмись, она вытаскивает маленькую укулеле и начинает мне аккомпанировать. Я сражена на повал! Поэтому никак не могу не отдаться моменту целиком, и спеть ей песню со всей душой.       Последние аккорды, и девушка откладывает гавайскую гитару в сторону, встаёт и глядит на звёзды: — Я так рада, что встретила тебя, — вокруг неё снова появились эти зелёные огоньки, и только сейчас я признала в них светлячков. — Я тоже рада нашей встрече. Ты словно моя родственная душа.       Хотару развернулась ко мне в три четверти, слегка улыбаясь, загадочно глядит на меня. В её янтарных глазах отражался свет от светлячков, они освещают её кожу и волосы. Это так красиво. Хотару... Она так... Прекрасна. — Луна сегодня прекрасна, не правда ли?[3]       Я поглядела на небо. — Да, она красивая. — Лирика-тян, скажи, ты когда-нибудь хотела встречаться с девушкой? — А? Я? А... Ну... Никогда о таком не задумывалась.       Она подходила ближе, меня колотила дрожь и окатило холодным потом. Наклонившись, она прошептала: — Может, теперь задумаешься?       И только как губы её стали совсем близки к моим, я всплеснула руками, останавливая время. Боже, что происходит?! Это… Это так неправильно! Я сильно испугалась, поэтому, не задумываясь, убежала в тёмный лес, где сияли меж деревьев светлячки.