Отсчёт пошел

— Беги! — У тебя всё получится, ты же мой мальчик, ты сильный, ты всё сможешь! — Наш лучший капитан! — Г-о-ол! Месси снова делает это, он снова забивает мяч в ворота Реала, Лионель лучший! —…и обладателем Золотого мяча становится Лионель Месси! — Папа, ты у меня самый лучший! — Если ты проиграешь, я отыграюсь за тебя. Лионель не помнит, как они прилетают в Россию. Полёт длится долго, с пересадками где-то в аэропортах и наигранной весёлой атмосферой в команде. Они делают несколько фотографий перед вылетом, а потом в салоне наступает тишина. Маскерано по-хозяйски падает в кресло рядом с капитаном и улыбается, пока тот включает музыку в наушниках. Месси уже не помнит огромную страну, в которую они направляются. Вроде он был там, а может и нет, мозг отказывается работать, предпочитает наслаждаться музыкой пока есть возможность. Хавьер вытаскивает из рюкзака бутылку с чем-то газированным и жадно пьёт, пока Лионель пытается отключиться от реального мира. Ему всегда говорили, что он сильный. Бабушка гордилась своим внуком, всегда желала для него лучшего будущего, всегда поддерживала и трепала по голове, когда маленький мальчик радовался очередному забитому голу. Вся семья верила в него, пусть тогда с ним остался один отец, но Лионель знал, что мама тоже поддерживает и ждёт результатов. Он никогда не подводил их, всегда бежал только вперёд, сражался на пределе своих возможностей и сил. Просил товарищей по команде мазать свою спину в синяках и играл ногами, которые были усыпаны фиолетовыми большими пятнами. Травмы в футболе — обычное дело, вот только не каждый с ними выходит на поле. У Месси вообще много было проблем со здоровьем, отчасти он этим пользовался на тренировках, предпочитая проводить своё свободное время где-нибудь на скамейке. Тренеры, наверное, всегда были недовольны им, каждый раз наставляли, делали замечания и отправляли лечиться, но проверять желудок, пока его не увезут на скорой помощи с кровью изо рта, нет смысла. Фанаты, как и полагается, переживали, а игроки, находящиеся рядом, только рычали, когда пробегали очередную дистанцию, пока каталонец спокойно сидел и попивал водичку. В этом, наверное, они с Роналду отличались сильно. Лионель не раз слышал, как Криштиану работает на износ, тренируется и не даёт телу отдыха, пока не достигнет желаемых результатов. Где-то он слышал, что талант и упорная работа отличаются именно этим. Усмешка ненадолго искривила спокойное лицо, вызвав у Маскерано секундный приступ страха. Лионель коротко провёл языком по сухим губам и переключил песню. Ему не нужны были пятичасовые тренировки, после которых он не мог дышать, не нужны были наставления, что не пригодились ни разу, ему не нужно было потеть, чтобы забивать, потому что даже без груды мышц и накаченного пресса он загонял мяч в ворота, как Бог. Собственная самовлюбленность сейчас казалась чем-то на грани сумасшествия после прошедших дней. Он всё ещё катился на сотворённое его же руками дно и не понимал, как сможет выкарабкаться. В прошлый раз, когда он хотел упасть, его подхватил Рональдиньо. Схватил за плечи и со всей силы вытолкнул из-под толщи воды, подхватывая под грудью и буквально заставляя дышать. Бразилец опекал его, как младшего брата, удивительно, что тогда он смог подойти вплотную к такому закрытому человеку, как Лионель. И не только подойти, Роналдо стал семьёй. Сам он был открытым и всегда улыбался, всегда заботился об игроках, помогал, поддерживал. Наверное, поэтому, стоя в стороне поначалу, Месси приглядывался к нему, изучал, пытался понять, на самом ли деле плескалась искренность в чёрных глазах или ему просто казалось. Когда его соперником впервые нарекли такого же, как он, умелого футболиста Криштиану Роналду, бразилец сказал, что ни один человек в мире не сможет его остановить. Он постоянно был рядом: на поле, на тренировке и в жизни. Они стали братьями, к тому моменту у Лионеля роднее, чем он, в большом городе не было никого. Рональдиньо не старался его учить чему-то, хотя Месси сам научился многому у него, но вот сейчас у него нет того, кто вытолкнет его на поверхность, нет того, кто откроет лёгкие и впустит туда воздух. Родные далеко, сыновей перед важным турниром он видел нечасто, а Неймар, кажется, больше никогда не заговорит с ним. В общем-то… это не было трагедией. Его уход в ПСЖ не был снегом на голову, потому что Лионель знал, что так будет. Он услышал разговор своих одноклубников случайно, просто закончил тренировку позже, чем нужно, и возвращался в раздевалку. — Слышал, наш маленький Джуниор наконец вырос. Говорит, ему надоело постоянно находиться в тени нашего великого капитана, и он решил свалить, о́ру будет, мать моя! Месси тогда стоял, прижимая край футболки ко рту, и слушал, слушал, слушал. Впитывал в себя каждое слово, понимая, что он такого не заслужил. Не от близкого человека, который всегда старался помочь ему, который оберегал, делал вид, что ему не всё равно. Неймар хотел оттолкнуться от Лионеля, заслужить свой луч славы, доказать всему миру, что он не просто один из трио с великим футболистом во главе, а что-то большое. Обида расползалась по телу, перемешиваясь с воспоминаниями и подталкивая Месси к действиям. У них было всё, они могли по несколько часов лежать в объятьях друг друга, целоваться, трахаться, делать всё, что угодно. Неймар тогда был привычкой, от которой избавиться было не так просто, поэтому и в тот раз Лионель прогнулся. Не стал устраивать разборок или ссор, просто улыбнулся, когда Джуниор сообщил, что уходит, хотя для бразильца одной улыбки было мало. Он будто старался достать из Месси эмоции, которых не было, внутри было пусто, как в картонной коробке, раздавалось эхо собственного голоса. Неймар захотел стать великим без помощи лучшего друга и ушёл, но как только он вышел на солнце, сразу же сгорел. Хотя… букмекеры ставят большие суммы на Бразилию, Лионель давно не видел, как играет Джуниор, зато в память въелось знакомое число. Его число. Десятка. Это снова заставило улыбнуться. Мадрид, блять, проклятый город, который умеет сталкивать людей. Только сейчас каталонец понял, что цеплялся за бывшего одноклубника просто потому, что больше не за кого. У них были общие воспоминания, какие-никакие чувства, что испытывал каждый. У них было время на двоих, именно поэтому Лионель тогда набрал знакомый номер, не особо ожидая дружелюбного ответа, но тот был незамедлительным, и через двадцать минут Неймар уже был у него. Проклятый блядский Мадрид, что ты делаешь с людьми? Неймар всегда был тёплым, всегда накрывал собой, как цунами, уничтожая мысли, уничтожая раздирающие душу чувства. Несмотря на то, что Джуниору плохо сиделось в тени, его беспокойство было искренним, его забота затапливала пустоту, обволакивала внутренности, с Джуниором было хорошо. Лионель запускает пальцы в волосы, понимая, что запутался в себе, в жизни, в своих чувствах. Он даже не хочет думать, для чего Неймар тогда приехал к нему. Чтобы поддержать? Дать выместить на себе боль? Тогда в нём кипела агрессия, бешенство, похоть, а сейчас он больше похож на мешок с дерьмом, к которому никто не хочет подходить. Он сам затянул себя в болото, трясина опутала ноги и не отпускает, тянет под густую воду, сжимается вокруг горла. Месси чувствует себя трудным подростком с переходным возрастом и ему стыдно за себя, но эмоции не переключишь по щелчку, так не бывает. За свою силу, за превосходство и своё величие придётся платить. Рано или поздно.

✖ ✖ ✖

— Завтра после обеда тренировка, пока можете отдохнуть, — Лионель разворачивается сразу же, выходя из комплекса на свежий воздух. Россия встречает ночной темнотой и прохладой, бежит мурашками по рукам. Поле рядом гудит тишиной и парой ярких фонарей, которых достаточно, чтобы ступить на зелёный газон обычными кроссовками и выдохнуть, заметив около скамеек одиноко лежащий мяч. Он ничего не ел около пяти часов, желудок недовольно ругается, материт своего хозяина и просит еды, пока нога наступает на резиновую сферу, в которой заключается вся его жизнь. Весь мир сужается до одного мяча, которого он касается ногами на протяжении многих лет. Его называли талантливым, гордым, сильным, самовлюблённым и эгоистичным, но никогда не называли слабаком, даже когда сезоны были плохие, игра не шла, а мячи попадали в руки голкиперов, его всегда звали лучшим, радовались его победам, грустили после поражений и кричали его имя на весь стадион, который вторил эхом крику болельщиков. Его ненавидели и любили, презирали и уважали, на его плечи всегда ложился основной груз ответственности за себя и за команду. Даже Марадона, когда-то сказавший, что хватит с ним нянчиться, сейчас боготворит его, уверовав в его сольную победу на поле. Выиграть на поле в одиночку невозможно. — Тренер же сказал отдыхать. Голос Агуэро вызывает дрожь в ногах, и мяч косит, отбиваясь от перекладины. Блять. — Поебать мне, что сказал тренер. Пусть засунет свои слова себе же в ж… — Серхио качает головой и расстёгивает свою толстовку, кинув её на скамью. — Давай один на один, — Лионель смотрит неверящим взглядом на аргентинца, пока тот поднимает мяч и направляется к нему. — Победишь, и я куплю тебе шоколадку, чтобы ты на завтрашней тренировке не переубивал нас. — Не понимаю, как вы с Маскерано можете смотреть на меня после всего сказанного и сделанного. — Лео… — Агуэро вздыхает, положив мяч между ними и слабо улыбнувшись. — Мы знаем, что на тебя наши высшие умы возлагают надежды и что, в случае поражения, все будут винить не кривые ноги наших, а именно тебя. — Лионель смотрит на то, как Серхио ставит ногу на мяч. — Поэтому, чтобы нервишки не шалили, ты должен выиграть у меня шоколадку! Ну! Давай же! Месси поддаётся, хотя слово неподходящее. Месси пытается забрать мяч из-под ног аргентинца, когда тот обходит его и бежит к воротам. Ночная прохлада оседает на коже, пробегается холодом по рукам и целует в районе шейных позвонков. Их один на один мало похожа на хоть толику какого-то сражения за чёртов шоколад, Лионель улыбается, вскинув руки в возмущении, когда Агуэро несильно толкает его в плечо и забивает свой первый гол. — Да ты смеёшься надо мной! — Наш капитан растерял форму? Нехорошо! — показательно огорчается Серхио, покачав указательным пальцем. Месси тихо смеётся и, пока аргентинец демонстрирует свои актёрские способности, забирает мяч у него из-под ног. Они бегают так около получаса, иногда даже пасуя друг другу и забивая голы в одни ворота. Чёрное небо над головой светится звёздами, когда Лионель падает на влажную траву, чувствуя, как футболка на спине пропитывается росой. Агуэро встаёт рядом, тяжело дыша. — Ладно, ты выиграл. Шоколадка твоя! — Лионель цепляется ладонью за крепкую руку и поднимается, выдохнув. Серхио немного смог раскачать его, заставил хоть что-то делать и вызвал на лице улыбку. Это маленькая победа аргентинца. — Надеюсь, завтра на тренировке всё будет хорошо. Месси кивает, слабо пнув мяч и наблюдая за тем, как тот закатывается под красную скамью. Агуэро перекидывает руку через его плечо, забирает свою толстовку, и они вместе двигаются до комплекса, в котором уже нет света нигде, кроме первого этажа. — Сампаоли сказал, что будешь жить один пока мы тут, дабы избежать неприятных ситуаций, — Лионель кивает и хлопает аргентинца по плечу, когда они поднимаются на второй этаж. Слава Богу, что душ тут у каждого свой. В его комнате пахнет чем-то приятно сладким, когда он открывает дверь и заходит. Свет немного режет глаза после темноты второго этажа. Ванная оказывается светлой и просторной, вещи падают на холодную плитку перед тем, как каталонец забирается под тёплые струны воды и вспоминает, как в детстве мчался на кровать под одеяло, не желая мыться в горячей воде, после которой обычно становилось теплее. Одеяло было тёплым и уютным, принимало в свои объятья худое мальчишеское тело, закрывало от всех проблем и страхов. Даже от монстров под кроватью, которые со временем превратились в монстров на футбольном поле, в фотографов на встречах и журналистов, что, кажется, могли вылезть даже из холодильника. Популярность давалась легко, его замечали, о нём говорили, и тогда для юного парнишки это было незабываемо, а сейчас Лионель бы собственноручно сжёг все издательства, сдавшись полиции Испании. Невозможно жить, когда за тобой постоянно наблюдают, когда тебя узнают за стёклами солнечных очков и просят автограф. Нет, Месси любит болельщиков, но порой они бывают неадекватны, и лучше он обнимет больного ребёнка, которому требуется помощь, чем амбала, не знающего границ. Дети, какие бы они ни были, — счастье. Они — твоё будущее, твоя жизнь, твоё солнце. Лионель улыбается и вытягивает ноги, чуть не застонав от приятного чувства в мышцах. Он так давно не тренировался, что ноги гудят даже от получасовой не слишком напряжённой пробежки. Тьяго светится в голове ярким всполохом, улыбается, зовёт его и обнимает. Месси отдал бы сейчас всё, чтобы снова оказаться рядом с сыном.

✖ ✖ ✖

— Японский… — голос Маскерано долбит по ушным перепонкам. Лионель морщится и чувствует, что тело затекло, но двигаться откровенно лень, хотя… — Лео, я, конечно, всё понимаю, но заснуть в ванной — это даже для тебя перебор, — Месси резко открывает глаза и поднимает голову с бортика. Зря. Боль в шее ударяет в затылок и оттуда бежит по всей голове, пока тело приходит в себя, с каждой секундой всё больше чувствуя холодную воду. Мышцы гудят ещё больше, кожа покрывается мурашками от холода. Лионель поворачивает голову в сторону стоящего в дверях аргентинца. — Я подожду около двери, пришёл позвать на завтрак. Месси тихо матерится себе под нос и дотягивается до крана, кипяток смешивается с холодной водой, обжигает щиколотку и подбрасывает вверх сонное тело. Лионель пытается сделать воду тёплой, но руки не слушаются. Блять.

✖ ✖ ✖

— Ты серьёзно заснул в ванной? — вскидывает от удивления брови Серхио, пока Месси хмуро смотрит на него и утыкается вилкой в салат. Завтракать после резкого и неприятного пробуждения — извращение. — Я устал. Уточнять от чего именно он не собирается. Завтрак за их столиком проходит в тишине, Маскерано что-то говорит Рохо, когда тот обращается к нему, пока Лионель пытается съесть глазами салат. Не помогает. Агуэро недовольно смотрит на него и вдруг втыкает вилку в огурец, заставив поднять голову. — Либо ты ешь, либо я высыплю его тебе за ворот футболки, — Месси недовольно рычит и резко встаёт, оставляя тарелку на столе. Желудок не хочет еды, так как уже привык к голоду со вчерашнего вечера. Он чувствует на своей спине десятки взглядов и покидает столовую, так ничего и не съев. В холле комплекса находится автомат с газированными напитками. Кола неприятно шипит и пенится на языке, пока Лионель идёт в свою комнату, чтобы переодеться для дневной тренировки. Краем уха, только придя в столовую, он услышал, что на ней будут журналисты. Нужно показать, что капитан тоже работает с командой. Хотя… кому это нужно? Экран телефона загорается, когда на него приходит сообщение. Последние дни ему почти никто не звонил, так что это кажется странным. • Как тебе Россия? Серьёзно, блять? После случившегося пару дней назад этот придурок спрашивает, как ему Россия? Серьёзно? Месси почти минуту смотрит на входящее от Криштиану, решая отвечать или нет. Последний их разговор, мягко говоря, не задался, а теперь португалец пишет ему с наитупейшим вопросом. • В Санкт-Петербурге дождливо. • Ты совсем тронулся? Лионель вздыхает, откладывая телефон, чтобы переодеться в тренировочную форму. • А что, на дне нет связи, чтобы ответить? Бедный смартфон с откусанным яблоком на задней панели чуть не трескается в крепких пальцах. • Для тебя нет. • О, не ври мне. Для меня у тебя связь будет всегда. Бессмысленная переписка, не значащая ровным счётом ничего. Или Лионель просто не видит её значимости? Просто не замечает скрытого посыла в чёрных буквах на ровном синем облаке? • Что тебе нужно от меня? • Просто решил поинтересоваться, не умер ли ты ещё. • Не дождёшься. • Ну, учитывая то, куда ты катишься, я бы поспорил. Многие футболисты покончили с собой. • Зачем мне эта информация? Месси подходит к широкому окну и смотрит на то, как солнце касается лучами деревьев. Хорошая погода на улице настраивает на прекрасное расположение духа и отсутствие дурных мыслей, которые приходят вслед за сообщениями португальца. Как бы ему ни было плохо, как бы пустота ни душила собой, как бы он ни опускал руки, покончить с собой — последнее дело. С жизнью собственноручно расстаются только слабаки, а он, пусть немного не в себе сейчас, не настолько сумасшедший. Солнце слишком прекрасно, чтобы резать вены или вешаться. Тьяго ещё не вырос, чтобы задыхаться угарным газом. Он ещё не взял свой трофей на Чемпионате, чтобы прыгать с крыши. • Я хотел сказать не делай с собой ничего. • Я не настолько идиот, Криш. • Не настолько, но всё же идиот. Если решишься спрыгнуть с крыши — позвони мне. • Ты будешь последним, кто узнает о моей смерти. • Нет, я буду убийцей. Лионель снова зависает на последнем сообщении, понимая, что продолжать печатный разговор дальше нет смысла. В дверь стучится Агуэро, оповестив о том, что тренировка начнётся раньше. Когда они выходят на улицу, взгляд тут же натыкается на объективы чёрных камер.

✖ ✖ ✖

— Ох, блять, как же я устал! — Адриен растягивается на мягкой траве и прикрывает глаза, чувствуя, как в его бок тычется чья-то бутса. Роналду большими глотками пьёт воду и выдыхает. Кажется, что он сейчас выплюнет свои лёгкие. — Люблю международные турниры за то, что наша сборная собирается вместе. Криштиану улыбается и смотрит на то, как тренер разговаривает о чём-то с его агентом. Жорже пару раз смотрит в его сторону и чешет карандашом за ухом. Тренировка сбавляет темп после двух часов, когда Сантуш говорит, что после отдыха нагружать их слишком сильно — опасно. Португалец благодарит за это тренера и чувствует приятную ноющую боль в икроножных мышцах. После утреннего дождя солнце особенно припекает макушку, ложится жёлтым светом на плечи. Силва рядом потягивается на траве и садится, предлагая передохнуть часик, а потом с новыми силами продолжить тренировку. Никто не против, вот только тренеру об этом не сообщают, поэтому он удивлённым взглядом провожает свою сборную, пока те, как молодые глупые мальчишки, бегут в сторону комплекса, быстро преодолевая небольшое расстояние и забегая в зал с бассейном. Криштиану и сам чувствует себя ребёнком, когда хватает Куарежму за шею и вместе с ним летит в тёплую воду прямо в одежде. Послезавтра матч, а они занимаются всякой хернёй, но херня веселит и гремит по залу громким смехом, что соединяет в себе десятки голосов. Роналду улыбается и снимает в воде толстовку, после тут же нырнув. Кажется, что густая и очень плотная вода выталкивает на поверхность португальца, пока он не отталкивается ногами от стены и касается рукой дна. Вода к низу холоднее, Криштиану хочет выдохнуть, но лишь открывает глаза, проплывает около метра и движется вверх, вынырнув рядом с Седриком, который пугается и чуть ли не топит его, схватившись за широкие плечи португальца. — Твою мать, Сед… — вытирает воду с лица Роналду, увидев виноватый взгляд. Какими бы они ни были разными, кто бы ни стоял с ним на поле, они всё равно команда. Они знают, что он единоличник, который не позволит прикоснуться к мячу, если есть шанс пробить. Роналду отчасти благодарен, но, с другой стороны, не понимает этого, а, быть может, парни очень хорошо скрывают злость на него. Мысль об этом заставляет задуматься. Он цепляется руками за бортик бассейна и подтягивается, вылезая из воды. Они все идут по своим комнатам, чтобы переодеться в сухую одежду. После смены нижнего белья он видит одно входящее сообщение на экране смартфона. • Встань в очередь. Перед тобой вся моя сборная с тренером во главе. Роналду прикусывает губу, не зная, что ответить на это. Все, разумеется, знают о том, какие отношения складываются у капитана сборной с игроками, но Месси никогда в разговоре с ними не затрагивал эту тему. Криштиану представляет какого это, когда ты постоянно слышишь голоса с примесями зависти, злости и презрения за спиной. Пальцы замирают над сенсорной клавиатурой, пока Роналду думает над ответом. По коридору разносятся крики бегущих на тренировку игроков, а он стоит рядом с кроватью и не может выпустить телефон из рук. • Я буду единственным, Что написать после запятой он не знает, поэтому выдыхает и блокирует смартфон. Экран гаснет. — Криш, идём уже! — в комнату заглядывает Силва. — Иду. • Попробуй.

Твоя ладонь – ураган, он заходится волнами, Идеальный шторм, что не даёт тебе уснуть. Но сквозь тишину ты почувствуешь его в огне. bring me the horizon — run