Обещай мне

Сквозь туманные образы я слышал шаги и тихие голоса. То приходя в себя, то вновь отключаясь, я понял лишь одно: я уже не в помещении для заданий, а где-то отдельно, и рядом со мной почти всё время врач — девушка, с которой иногда разговаривают знакомые голоса — директора, Лэйка и, возможно, Эрика, хотя поверить в это трудно, если, конечно, они не обсуждают то, что я вылетел… Нормально вздохнуть и насладиться тишиной в голове я смог, по ощущениям, через полчаса. Разлепив глаза, я огляделся. Я был в своей комнате, на своей кровати. Рядом никого не было. На удивление, сев и осмотрев себя, я не увидел ни одного следа от тех тварей, хотя обычно, даже после мощных заживляющих, шрамы затягиваются только через несколько часов, но ведь не могло пройти столько времени? И я, и форма были целы, поэтому я не постеснялся выйти из комнаты. Есть хотелось адски. В коридоре было пусто. Должно быть, половина участников еще отлёживалось, а другие, также как и я, отправились утолять голод. Интересно, где Лэйк: видеть его в столовой я не горел желанием. Кстати, то, что он приходил во время моей поправки, может означать либо то, что он вылетел раньше меня с задания и, соответственно, раньше меня оправился, либо, что он дошел до конца, почти не получив повреждений, если в этом набеге монстров вообще предусматривался конец. Второй вариант, конечно, крайне маловероятен, поэтому настроение моё улучшилось. Как я и ожидал, в столовой было много людей, участники веселились, обсуждая результаты, которые я даже не посмотрел. А зачем? Я и так знаю, что прошел. Взяв себе сразу много всего, я отправился за свободный стол. Общаться с соперниками точно не в моём стиле. Хотя, какие они мне соперники. Съев больше половины своей мега-порции мяса, овощей и инопланетных ягод, я решил остановиться. Не в том положении, чтобы объедаться и, тем самым, временно терять форму. Развалившись на стуле и попивая легкий коктейль, я осматривал участников. На самом деле, людей значительно поубавилось. Должно быть, и к этому заданию Эрик подошел весьма строго. Но его можно понять. В этом. Внезапно в поле зрения появился Лэйк. Он подошёл к столу и поприветствовал меня. Я в ответ лишь нахмурился. — Все хорошо, Арчи? Как самочувствие? Я заходил к тебе во время лечения. — О, все прекрасно. Готов и дальше побеждать. Мой голос звучал слишком холодно. — Ээ… Я рад, да… Кстати, поздравляю, ты ведь в пятерке лучших! Скрыть удивление было очень сложно. В пятерке лучших! Я знал, что хорош в стрельбе, но чтобы настолько… — Я… Не считаю это таким уж достижением. Могло быть и лучше. — Ну… А для меня это было бы… гордостью. Лэйк, кажется, совсем растерялся от моего поведения. Он что, серьезно ничего не понимает? — А у тебя что? — А? — С результатом. На каком ты месте? Я усмехнулся, предвидя ответ. — О… Всё не так хорошо… На самом деле, я был близок к провалу… Немного неожиданно. — Отчего так? Давно не практиковался? — Я… не люблю убивать. Хах? Что?.. — Тогда зачем ты здесь?.. Ничего не понимаю. Убивать — одна из основных задач военного, в том числе космического. — Это… сложный вопрос… Но ты ведь мой друг. Я расскажу. Лэйк понизил голос, чтобы другие участники нас не подслушали. — Мои родители, они… Ты мог слышать о них. Хоггарт — моя фамилия. Ничего не напоминает? Хоггарт, Хоггарт… Ой… Как я сразу не вспомнил?! — Твои родители — Марта и Джеймс Хоггарт?! Предки основателей и текущие владельцы самой огромной фабрики по изготовлению деталей для космических кораблей, которая на протяжении десятков сотен лет сотрудничает со Штабом?! — Да, да… Тише ты. Лэйк немного покраснел, но больше испугался того, что я привлекаю внимание. — В общем, они, помимо постоянно контроля моей жизни и расписания «моих» решений и желаний до самой смерти, заставили меня пойти на Отбор, как только о нём стало известно. Это было даже хуже, чем престижный университет, там я даже не пытался возразить. Но космический военный! Это так опасно! И, как я сказал, я не люблю убивать. Но они даже слушать меня не стали! А я боюсь их больше, чем карьеры военного и даже больше Эрика Грэхема… Он сильно расстроился, вспоминая о своей участи, но я не знал, что сказать, я вообще был в шоке. Это… Это так ужасно. И хуже всего, наверное, только то, что у него ведь нет выбора. Ему придётся сражаться до последнего, выкладываться в полную силу… — А что будет, если ты провалишься? Парень пожал плечами, но я знал, что в голове у него масса нехороших предположений, ведь он мог намеренно проиграть с самого начала, но не сделал этого. В итоге мы всё же провели немного времени вместе, прогулявшись по Штабу. Я не знал, как реагировать на его ситуацию и предпринимать ли что-то. Не могу же я сдаться просто потому, что его родители чокнутые? Ну накажут его за провал, но не убьют же. А вот в космосе его могут убить. Замешкается со стрельбой из-за жалости, так и сожрут его какие-нибудь губители, магуб-атты или тельхины... *** Через пару дней за завтраком я узнал кое-что интересное: кто-то из участников прознал, что в Штаб привезли инопланетного посла. Мне бы очень хотелось на него посмотреть, но на кону также было четвёртое задание, а оно, по-идее, должно быть гораздо сложнее предыдущих. Нужно было готовиться, так что я и не пытался пробраться к этому послу в комнату. Зато большинство других моих соперников потратили весь день, лишь бы подкараулить его, да разговорить. Но у них ничего не вышло, посол был немногословен, да и его охраняли сам капитан Грэхем и еще капитан Ни́та Мо́ллиган. Этот инопланетянин был с планеты Хё́рбе, галактика Мессье 64 (Чёрный Глаз). Живущая на ней раса не обладала особыми достижениями в науке, даже немного отставала от нас. Её жители — хёрбийцы, или травоеды, большую часть жизни трудились в огородах и полях, лесах и горах, на благо тамошней природы. Единственное, что в них было плохо (для других) — они до жути жадные и с другими планетами у них жёсткие правила договоров и торговых соглашений. Между собой они душки, но других убить готовы за одно лишь зёрнышко того же Тиннесахда (дерево, которое они выращивают по несколько штук на километр по всей своей планете). Должно быть, этот посол здесь как раз из-за обсуждения импорта или экспорта какого-нибудь продукта. В общем, день пролетел быстро, и настал другой, а вместе с ним началось и четвёртое испытание. На этот раз нас не собрали в каком-то общем зале или ещё где. Нам сказали быть наготове, потому что вызывать будут по-одному… Ждать пришлось долго. Когда меня вызвали сообщением на экран в кабинете, в коридоре я встретил мистера Клифорда. Он и должен был проводить меня. По дороге я ненавязчиво спросил его, в чём суть задания, не надеясь на ответ. — Ты должен быть терпеливым, подключить все свои извилины и знания. Это всё, что он сказал, а я лишь кивнул. Мы подошли к двери, помеченной крестом-голограммой, что означало «Не входить». Я вошёл. Внутри было просторно, так как мебели почти не было. Был лишь стол, два стула, робот-автомат с напитками и, конечно, спокойно восседающий, улыбающийся, со стаканом чего-то в руках посол-хёрбиец… *** Прошло ровно 2 часа и 32 минуты, когда я смог выйти из этого ужасного помещения. За это время можно было починить деталь корабля, прочитать среднюю книгу, провести несколько тренировок, сразиться с абнауаю или оборотнем, да хотя бы поспать, поесть и прогуляться! Но мы… разговаривали. Моё задание состояло в том, чтобы уговорить посла (и это были ещё не настоящие переговоры!), отдать его участок земли на нашей планете и вернуться жить на свою. Я клянусь Млечным путём, это самый душный и трудный, жадный и расчётливый хёрбиец, инопланетянин, да и в принципе индивидуум во всех галактиках! Сначала я пытался договориться, обещая за его участок большие суммы и звания. Он же начинал милым, тихим голосочком убеждать меня в том, что «на его планете ему наскучила сплошная зелень и земля, сплошные растения и деревья, что там люди более равнодушны друг к другу, часто сосед не видит соседа годами, а здесь всё так хорошо, красиво, люди могут дружить и ссориться, могут не работать, посещая всякие парки и кафе…». У меня уши устали слушать, как прекрасна Земля. Тогда я перебил его и начал спрашивать про его родных и близких, есть ли они на той планете. У него были родители и младший брат. Когда я спросил, не скучает ли он по семье, хёрбиец весело посмеялся, сказав, что видит их, когда возвращается туда. Но ему нужна и своя семья, жена или муж, дети, роботы. И что он хочет завести их на Земле. Мне пришлось сделать перерыв на то, чтобы выпить газировки, в тишине. Следующим моим вариантом было описание планет, похожих на Землю. Мол, те ведь тоже сотрудничают с вами, может, даже больше, чем мы, а ещё там есть почти такие же парки, океанариумы и аттракционы, как у нас, люди даже более дружны и общительны, или наоборот там вечные войны, что тоже не скучно. Ответом мне стало: «Войны, это плохо и страшно. А если соседи будут слишком дружны, то не останется времени на личное времяпрепровождение. Земля мне нравится больше». Терпение было на исходе. Я начал давить на жалость и совесть, говоря, что на его участке мы можем построить школу, больницу, лабораторию, лагерь или гостиницу для инопланетян, в том числе и для хёрбийцев. Что угодно из этого будет гораздо полезнее, поможет многим, будет приносить бюджет, дарить счастье и спокойствие. И так далее. Но вся моя уже гневная тирада вдребезги разбилась о несокрушимое «Так возьмите другой участок. Вот мой сосед, Филлип, например, едва ли его достоин…». Я больше не мог терпеть этого зелёно-коричневого насекомоподобного…жлоба. Я уверен, что никому не под силу было выполнить это чёртово задание. А если и было кому-то, то я сразу признаю, что я абсолютно глух в переговорах и совершенно для них не предназначен! Результаты пришли поздно вечером. Судя по всему, договориться с ним, чтобы пройти, было не обязательно. Вылетело только 50% участников, но я, слава космосу, письмо с сожалениями не получал. Осталось посмотреть, на каком я месте и попытаться определить, по каким критериям в этом испытании оценивались участники. Нас осталось 30. И, боже мой, я был на втором месте! Рядом с именем было написано время, а значит… нужно было продержаться максимально долго?.. Наверное, так. Это очень жестокое и морально выматывающее испытание, но… мои страдания окупились. Правда, второе место не первое, а первое занял Лэйк… опять. *** На следующий день наши тренировки, вроде центрифуги, отменили. И сказали отдыхать перед 5, решающим заданием, неделю. Это немного пугало, но я не собирался делать так, как говорят. Тренировки очень важны, а нас просто, возможно, хотят ввести в заблуждение. Очередная проверка. Прошло два дня после этого, за которые я чуть не умер со скуки. Тренировки занимали часов 6 в день, но всё остальное время приходилось гулять по Штабу, по городу, смотреть или читать что-то. Я также один раз пообедал вместе с Лэйком, как раз поздравив его на счёт четвертого задания. Он всё строил теории, какое будет последнее испытание, как и большинство участников. Это нервировало, но я невольно тоже перебирал в голове варианты. Внезапно нам сообщили о том, что нам нужно будет работать в группах. И, собственно, разделили нас на 6 отрядов, по 5 человек. Скорее всего, они объединили 5 лучших, потом всё хуже и хуже. Это нечестно, наверное, но мне на руку. В моей группе был Лэйк, хмурый парень по имени Го́так и две девушки — Лэ́я и Зухра́. Я вынужден буду общаться с ними в течении 5 дней, пытаться слаженно работать на задании, а потом просто… победить, не сказав ни слова? По-крайней мере извиняться я не собираюсь. Надеюсь, они мне ничего не испортят.