Сиднейская мыльная опера

- Что я наделал… - голова Бэкхена устало свисает с кровати. Он смотрит в окно, часто-часто моргая глазами и изредка их закатывая. - Я чокнулся. Определенно. Попрощавшись с Чанёлем, звукорежиссер сразу поехал домой. И сказать, что это был легкий путь, просто нельзя. Что в такси, что сейчас, в компании мягких подушек и пушистого одеяла, голова парня буквально вскипает от сожаления. Всяческие попытки принять ситуацию и просто расслабиться заканчиваются неудачно. Бэкхен, честное слово, изо всех сил старается доказать самому себе, что ничего плохого он, по сути, не сделал, но в голове, как назло, ни одного подтверждения этому не всплывает. - Чанёль такой хороший.. что он обо мне подумает? - парень нервно сминает пальцами плед и переворачивается на живот, скрывая несомненно грустное выражение лица за многочисленными подушками. Все-таки Бэкхен по-настоящему скромный и стеснительный молодой человек. Казалось бы, переживать не из-за чего. В голове Бэка порой даже пробегали мысли о том, что он мог понравится Чанелю, и их легкий поцелуй в щеку точно не отпугнет его. Тем более, повар выглядит весьма раскрепощенным парнем, да и слишком добрым и вежливым для того, чтобы избегать того, кто, хоть и однажды, но повел себя рядом с ним как маленький влюбленный мальчик. И Бэкхену было стыдно за свое поведение как никогда до этого. С одной стороны, ему хотелось все исправить, но в тоже время хотелось оставить все как есть, вспоминая, каким одиноким он чувствовал себя в этом огромной городе вдали от родины вплоть до вчерашнего вечера. Стоит сказать, что обычно до безумства ответственный Бэк сегодня решил забить на работу, поэтому перенес запись песни, которая должна была состояться буквально через пару часов, на несколько дней позже. И, казалось бы, он уже готов провести весь день, лежа на кровати и пытаясь отпустить все произошедшее, обдумать, как не упасть в обморок от смущения при следующей встрече с Чанелем, если она все-таки состоится, но его планам помешал звонок в дверь, который раздался настолько внезапно, что парень чуть не закричал от испуга. - Эй, поганец, открывай быстрее! Твой любимый сосед пришел! - раздается на всю квартиру мужской крик, сопровождаемый ударами кулаком по железной двери. - У тебя есть три секунды, чтобы открыть мне дверь, иначе я расскажу твоей религиозной соседке снизу, что тебя совсем не привлекает ее упругая грудь, в то время как мужские причиндалы - очень даже. - Не кричи, я тебя прошу, - раздосадовано сипит Бэкхен, мигом подрываясь с кровати. - За что мне все это?! Сколько людей я должен был убить в прошлой жизни, чтобы в этой за мной увязался этот раздолбай... - Я всё слышу вообще-то! - опять кричит сосед, кстати говоря, настоящий китаец, пока Бэк торопливо открывает входную дверь, которую, к своему сожалению, привык закрывать на два замка. Эту привычку, без всякого сомнения, можно назвать вредной, потому что она значительно продлевала время мучений для Бёна, уши которого сворачивались в трубочку каждый раз, когда сосед внезапно решал заглянуть в нему на чашечку чая. Как только Бэк приоткрывает дверь, в квартиру вваливается красивый парень с растрепанными после сна волосами и в ужасно мятой одежде. Он, не медля ни секунды, проходит в гостиную, на ходу снимая грязные кроссовки и бросая их в разные стороны. Бэк на это только закатывает глаза и, переведя дыхание, спешит вслед за соседом. - Чондэ, что тебе надо? - спрашивает Бэкхен, усаживаясь на диван и тут же натягивая на себя теплый плед, присланный мамой на прошлое Рождество. - Йа! И куда делась вся твоя гостеприимность? - цокает в ответ. - Пришел на твои рыдания. Так уж и быть, подотру тебе слезки, выслушаю, дам совет. А то без меня ты совсем от рук отбился, - говорит, присаживаясь на диван рядом с Бэком, а после закидывает на его плечи руку. - Что ты несешь? - пожалуй, Чондэ - единственный человек на этой планете, с которым Бэкхен может позволить себе так свободно общаться, без всякого стеснения. - Вали из моего дома. - Так, теперь я точно уверен, что что-то случилось. Ты превысил все пределы своей грубости, - Чен показывает выражение лица уверенного в своих словах человека. Он толкает Бэка, заставляя его лечь на диване, и, пока тот не успел ничего сообразить, садится на него сверху, удерживая коленями руки дезориентированного парня. - Рассказывай давай. - Чен, я убью тебя. Слезай, быстро! - раздается крик. - Ничего не случилось, - Бэк пытается выбраться из захвата соседа, но у него ничего не получается. "Как же жалко, что я бросил хапкидо в детстве" - пронеслось в голове, пока руки бессильно дрожали под накаченными ногами Чондэ. - Так я тебе и поверил, - на лице парня растягивается широченная, немного зловещая улыбка. И тут Бэк понимает, что ничего хорошего от него ожидать точно не стоит. Сейчас бомбанет. - Неужто наш маленький Бэкхенни втюрился? - Чен выжидающе смотрит в глаза напротив. - Не называй меня так! - Хаха, а ведь ты даже не отрицаешь, - ухмыляется парень, затем радостно обнимая совсем сникшего Бэкхена, который уже был готов попрощаться со своей жизнью в обмен на исчезновение Чондэ. - Какой милашка. Выглядишь, как ребеночек, которому нужен любовный совет, - звукорежиссер отводит глаза в сторону, пытаясь не встречаться взглядом с проницательными, заинтересованными зрачками соседа. Если быть до конца честным, на секунду в голове Бэка появилась мысль поделиться с Ченом своими чувствами, попросить совета, ведь сосед уже как несколько лет состоял в отношениях с очаровательнейшим молодым человеком, которого даже уговорил ради их любви переехать из Китая в Сидней, когда семья Чондэ перебралась сюда из-за работы отца. Тем не менее, в то же время Бэкхен понимал, что Чен - парень открытый, и, более того, совсем не умеет держать язык за зубами. Но больше всего парень переживал о том, что тот начнет поддразнивать его еще сильнее. А краснеть Бэку совсем не хотелось. - Прошу, давай потом. Я так устал на работе, - в попытке состроить из себя великомученика, произносит парень. - Ой, да ты прям актер! Посмотри на себя: домой заявился только к утру, я ведь переживал. Какая работа, я тебя умоляю, - говорит со знанием дела. - Пока не расскажешь мне все свои тайны, я даже не подумаю отстать. Будем так с тобой валяться вечно. - Твой парень тебе голову за это не оторвет? - сейчас Бён понимает, что это его последняя возможность избежать расспросов, потому что любимым Сюмином сосед дорожил по-настоящему. - Не оторвет, - снова ухмыляется. - Он скорее тебе голову оторвет. Это ты заставляешь меня идти на крайние меры. Я тут тебя спасать пытаюсь. Каждый раз боюсь, что приду, а ты тут себе венки режешь, - уже с совершенно серьезным выражением лица произносит парень, поднимаясь с порядком затекшего тела Бэка. - Я же твой наставник, а конце концов! Захомутаем твоего принца за пару дней. Теперь Бэк и правда не знает, что делать. Безумно хочется рассказать этому парню все в мельчайших подробностях, он ведь единственный его друг, да и действительно переживает за него. Но его жуткая стеснительность снова берет над ним верх, заставляя подчиняться своим правилам. - Чен, давай потом поговорим, правда. Я тебе обещаю, - опускает глаза в пол, потому что не может по-другому, ведь, в конце концов, он всегда сдается под напором Чена. - Не нужны мне твои обещания, - Чондэ кладет ладонь на голову Бэка и начинает легко поглаживать того по пушистым, слегка растрепанным волосам, чтобы успокоить парня, чье учащенное сердцебиение можно услышать, кажется, даже за переделами этого района. - Я просто хочу помочь тебе, поэтому я тут. - Я знаю, - произносит совсем тихо. - Ну ладно, я тогда пойду... - Чондэ медленно, буквально нехотя встает с дивана, подходит к дверному проему между гостиной и прихожей. Он оборачивается, поднимая глаза на Бэкхена, который неспокойно перебирает кисточки от пледа тонкими пальцами. - И вместо того, чтобы, прогуливая работу, сидеть здесь и плакать, иди прогуляйся, сходи к океану, в конце-то концов. Чен снова отворачивается и идет к двери, чтобы выйти из квартиры друга, но вдруг слышит тихое: - Не уходи, - Чондэ резко останавливается и, едва скрывая победную ухмылку, произносит: - Ты что-то сказал? - Как будто ты не слышал, - Бэк, так и не отрывая глаз от пола, мелкими шажками подходит ближе к соседу и слабо льнет к его телу. Чен лишь еле-слышно вздыхает и крепко-крепко обнимает парня, начиная покачиваться на месте. - Ох, Бэкхенни. Впервые вижу тебя таким ласковым, - Чен аккуратно обхватывает руками шею парня. - Тебе так хочется любви, да? - говорит на ухо, практически касаясь губами чувствительной кожи. - Черт, - Бэк тут же отталкивает от себя хохочущего Чондэ, и наконец-то поднимает на него галаза. - Расскажу тебе все только в том случае, если прекратишь смеяться и не будешь больше трогать мои уши, - Чен резко успокаиваться и теперь уже с совершенно серьезным выражением лица проговаривает: - Лаааадно, так уж и быть, - он легко щелкает Бэка по носу и снова проходит к дивану, удобно устраиваясь на нем. - Только налей мне чая, я с вечера ничего не пил, - еле-еле сдержавшись, чтобы не кинуть тапок в своего нахального друга, Бэк, пыхтя как одна из соседских старушек во время уборки, идет к кухне, где быстро заваривает чай. По дороге в гостиную он даже захватывает с собой печенья к чаю, искренне надеясь, что они заткнут рот эмоционального Чондэ хотя бы на ближайшие полчаса. Примостившись на краешек полностью оккупированного вражескими силами дивана, парень еще раз думает, а стоит ли говорить о своих чувствах именно Чондэ. Ведь вряд ли он сможет понять Бэка, характер которого отличается от его характера на все 180 градусов. Бэкхен всегда думал, что соседу легко заводить новые отношения. До встречи с Сюмином, по рассказам того же Чондэ, тот постоянно ходил в разные бары с друзьями, где находил себе еще больше друзей, и даже несколько раз парней, с которыми имел достаточно длинные, хоть и не всегда счастливые отношения. Все это время Бэкхен был один, и даже живя до этого в Корее, никогда ни с кем не встречался, ни разу не целовался, не говоря уже о сексе. Конечно, встретив Чанеля, которого он так ненавязчиво засосал в щеку, ему хотелось получить любовный совет от человека, который бы по-настоящему смыслил в отношениях между парнями. Но, зная, какой занозой в заднице был Чен, Бэкхен сомневался до последнего. И даже сейчас он не до конца уверен в правильности своих действий. Но, придя к выводу, что хуже он точно не сделает, начинает: - Вчера после работы я решил погуляться по набережной и зашел в один из ресторанчиков, - Бэк слега замялся. - Продолжай, продолжай, - заинтересованно протягивает парень, набив рот сладким печеньем. - В общем... я там встретил одного парня. Он очень милый и красивый. А еще он - владелец того ресторана и кореец, ты представляешь? Кореец! Он меня всю ночь комплиментами заваливал, мы разговаривали обо всем. И это даже несмотря на то, что я вел себя при нем как пятиклассник на первом свидании. А он ведь буквально идеальный: и в меру накаченный, и добрый, и высокий очень, - тараторит Бэк, забывая дышать. - И я даже подумал, что мы можем стать друзьями, или чем-то большим. Он даже дал мне свой номер телефона. Понимаешь, мне впервые кто-то так сильно понравился. Но я все испортил. - Что ты сделал? - Чен убийственным взглядом смотрит на Бэкхена, представляя, как тот уворачивался от объятий и комплиментов. Это, должно быть, выглядело для Чанеля, как отказ. В общем-то, Чен уже готов был бежать за ножом на кухню, чтобы быстро и навсегда расправиться с сидящим рядом скромняшкой, но его желания опередили слова: - Я поцеловал его. - Что?! - печенье вываливается у Чондэ изо рта. - Ты наконец отдал кому-то свой первый поцелуй? - парень подпрыгивает от радости за друга и хлопает в ладоши, начиная походить на умалишенного. - И он ведь ответил тебе, я вижу все по твоему красному лицу, - прищуривает глаза, пытаясь указательным пальцем достать до пухлой щеки Бэка. - Это был поцелуй в щеку, и... я сразу же, как сделал это, убежал, - и тут на Чондэ находит настоящая ярость. - О Боже, Бэк! Ты что, первоклассник, чтобы убегать после поцелуя в щеку? Ты даже не дал тому парню ответить тебе, а просто смылся, - парень хватается за волосы и, как всегда эмоционально топчет ногами. - В чем твоя, блядь, проблема? - произносит спокойно. Бэк, съежившись, отодвигается от Чондэ еще на несколько сантиметров ближе к краю дивана. В такие моменты ему становится страшно находиться рядом с другом, в котором эмоции бушуют покруче, чем волны в Тихом океане. Но, тем не менее, он продолжает свою речь: - Понимаешь... я такой обычный по сравнению с ним. Если он красивый белый лебедь с шикарными крыльями, то я серая мышь, которая медленно помирает на помойке в самом грязном районе Сиднея, - Чондэ уже тянется своей ладонью ко рту Бэкхена, чтобы прервать этот поток, как казалось парню, бессвязного бреда, но Бэк успевает перехватить его руку. - Он очень открытый человек и веселый. Я уверен, рядом с ним крутится огромное количество по-настоящему красивых девушек и парней, которые готовы ради его внимания на все. А я вообще не такой. Мое лицо.. да и характер тоже.. разве я могу понравится кому-то настолько идеальному? Последний вопрос так и остается без ответа, потому что Чондэ, еще около минуты раздосадовано покачавшись на диване из стороны с сторону, встает и направляется к выходу из комнаты, и только потом, обернувшись, произносит: - Я искренне надеюсь, что скоро ты поймешь, насколько милое у тебя лицо. И что твое тело, которое ты так ненавидишь, привлекает внимание каждого чертового гея на улице. И твой характер.. Ты - милашка. Милашка! Слышишь ты меня или нет? - глаза Бэка мгновенно расширяются, потому что точно не такие слова он ожидал услышать в свой адрес. - Не знаю, кто вселил в тебя эти жуткие комплексы, но, теперь ты обязан услышать меня. Понял? - на это Бэк лишь удивленно и совсем чуть-чуть испуганно кивает. - Тебе нужен член. Член, который выбьет из тебя все это дерьмо. И поэтому, чтобы тебя, так сказать, смотивировать, не звони мне, пока не сходишь с этим парнем на свидание. Когда решишь представить мне этот член, тогда и увидимся. А теперь звони этому чуваку и умоляй о свидании. Раздается сильный хлопок входной двери. Чен ушел, дав Бэкхену понять, что теперь ему придется действовать не только потому, что он обещал Чанелю прийти в его кафе еще раз, но и потому, что, иначе, Чондэ с Минсоком на самом деле убьют его, даже не думая о том, что где-то в Корее у него есть мама, папа и младшая сестра, которые будут переживать за него. - За что мне все это...

***

С момента разговора Чена и Бэкхена проходит день, который последний проводит в размышлениях и негодовании. Бэк думает, что, с одной стороны, друг на то и друг, чтобы сподвигать на важные и безрассудные поступки, когда это необходимо, но, с другой стороны, он просто в шоке от непреклонности, что заставила парня весь прошлый вечер сжимать в руке салфетку с номером Чанеля и переодически набирать этот номер на телефоне, сразу же сбрасывая. Тем не менее, одну победу за прошлый вечер Бэкхен все же одержал - он занес номер Чанеля в список контактов на своем мобильном, искренне полагая, что завтра, именно завтра он обязательно позвонит по этому номеру и пригласит Чанеля на встречу. Нет, не на свидание. А именно дружескую встречу, потому что, как полагает Бэк, на большее тот точно не согласится. Когда Бэкхен приходит на работу, он снова старается улыбаться каждому сотруднику, пока не доезжает на лифте до своего этажа, где возле звукозаписывающей студии его уже ждут клиенты. Парень уверяет себя, что является профессионалом, поэтому не имеет права думать о своей так и не состоявшейся личной жизни на работе, поэтому сдерживает себя, сосредоточенно вслушиваясь в каждый звук в своих наушниках. Лишь после окончания как никогда долгих десяти часов беспрерывной работы над несколькими песнями, Бэк встает со стула и закрывает глаза, утыкаясь носом в звуконепроницаемое стекло. На часах уже 8:00, и парню не дает покоя тот факт, что именно сегодня у него есть возможность позвонить Чанелю и, вероятно, даже навестить его в ресторанчике, поэтому он собирается с мыслями и уже достает телефон из кармана, когда понимает, что тот сел. И в этот момент от отчаяния его спасают только воспоминания об угрозах Чена, благодаря действию которых Бэкхен сейчас натягивает на себя ранее снятую накидку и выбегает из студии, даже забыв закрыть дверь. Он просит охранника здания, в котором работает, заказать ему такси до набережной, и терпеливо ждет той минуты, когда желтая машина появится у входа. Все это время он наблюдает за снующими туда-сюда работягами, которые носятся с документами по разным этажам, и лишь изредка замечает среди них тех, кто спокойным шагом движется к выходу из здания, нежным голосом разговаривая по телефону со своими детьми, женами, мужьями, парнями и девушками. Тогда в нем снова просыпается зависть, которая хоть и не так сильно, как раньше, но бьет по сердцу, которому все еще не известно чувство, что возникает у человека, когда он состоит в романтических отношениях. Когда такси подъезжает к зданию, Бэк думает, что еще не поздно поехать домой. Но потом снова одолевает себя, отвечая на вопрос таксиста: "это вы заказывали до набережной?", короткое и четкое "да". Проходит не больше 20 минут, и Бэкхен оказывается у ресторанчика, в котором два дня назад впервые, как ему кажется, по-настоящему влюбился. Ему не хватает смелости сразу зайти внутрь, поэтому он прислоняется лицом к слегка запотевшему окну ресторана, чтобы посмотреть, находится ли Чанель на своем рабочем месте. Но вместо Чанеля он видит в зале только двоих парней, что сидят за одним из столиков в центре зала, прижимаясь друг к другу так, как будто они находятся на Северном полюсе совершенно голые, и служат друг для друга батареями. Решив, что, видимо, наблюдать за этими парнями - его судьба на этот вечер, он медленно, боясь оступиться на невысоких ступеньках, расположенных у входа, заходит в ресторанчик и садится за один из дальних столиков. Легкая музыка, разносящаяся по залу, расслабляет. И Бэкхен безумно благодарен за то, что может подготовиться перед встречей с Чанелем, чтобы не заикаться, когда тот посмотрит на него. Проходит около минуты, и из-за двери, ведущей на кухню, выходит несколько официантов. Один из них встает рядом с барной стойкой и направляет свой взгляд к окну, засматриваясь на бушующие у берега волны. А вот второй подходит к Бэкхену, улыбаясь завораживающей профессиональной улыбкой. - Здравствуйте, что бы вы хотели заказать? - спрашивает официант, ни на секунду не прекращая улыбаться. В ответ Бэкхен так же мило улыбается и, набравшись смелости, тут же задает встречный вопрос: - Извините, вы не подскажите, управляющий Пак сегодня на месте? - кажется, официанта ничуть не удивила заинтересованность посетителя к их директору, поэтому тот лишь спокойно ответил, что Пак находится на кухне и скоро выйдет в зал. Но для Бэкхена спокойствие официанта значило куда больше: видимо, Чанеля часто ищут разные парни и девушки, пытаясь достучаться до него. Стоит сказать, что эта мысль порядком подпортила Бэку настроение. - Может быть, вы хотите что-то из наших напитков? Сегодня на улице довольно прохладно, поэтому я могу предложить вам наш новый напиток из лайма, меда и брусники. Он очень согревающий. Управляющий Пак сам только сегодня придумал рецепт, - официант показывает Бэкхену фотографию напитка на планшете, который до этого держал двумя руками, готовясь записать заказ клиента. - Да, можно, пожалуйста, один напиток, - говорит Бэкхен, пытаясь вести себя как можно более прилично, несмотря на то, что каждый раз, когда кто-то произносит имя Чанеля, его сердце начинается вырываться из груди. - Конечно, ваш напиток скоро будет готов, - официант радостно хлопает глазами. - Отдыхайте. Если захотите сменить музыку, сообщите нам об этом, - говорит напоследок и удаляется на кухню. Бэкхен подумал, что в этом ресторане удивительно хорошая атмосфера. Официанты очень вежливые и, более того, их вежливость не кажется такой наигранной, как в остальных кафе и ресторанах, в которых удалось побывать Бэкхену за последние пару лет. Должно быть, Чанель очень сильно заботится о своих сотрудниках. Все время ожидания своего заказа Бэкхен с интересом наблюдает за теми самыми парнями, которых он заприметил еще до того, как решился зайти в ресторан. Они весело болтают и постоянно смеются над шутками друг друга. Невозможно не заметить, как эти двое ненавязчиво касаются друг друга при любой удобной возможности. Бэкхен понимает, что, скорее всего, их связывает нечто большее, чем просто близкая дружба, и думает, что было бы совсем неплохо однажды также посидеть в этом ресторанчике с Чанелем, когда здесь не будет посетителей. От своих мыслей Бэк краснеет, как помидор, и поэтому старается отвернуться от парней и сосредоточиться на чем-нибудь другом, что бы не заставляло его снова вести себя как мальца. Но не тут-то было. Из-за кухонных дверей вместе с официантом, что обслуживает сегодня столик Бэкхена, выходит Чанель. Но направляется он вовсе не в его сторону, а в сторону тех парней, которые за тот короткий промежуток времени, что Бэкхен смотрел в пол, пытаясь снять покраснения со своих щек, уже успели несколько раз поцеловаться в щечки, а теперь совсем беззастенчиво лезли друг другу под футболки. "Неужели он не заметил меня? Или он меня игнорирует?" - проносится в голове Бэка, пока официант ставит только что приготовленный для него напиток на столик, а затем, пожелав посетителю приятного времяпрепровождения, снова удаляется. - Чонин, Кенсу! Прекратите этот беспредел, немедленно, - слышит Бэкхен мягкий, проникающий под кожу голос управляющего. Он проговаривает это без единой нотки злости в голосе, и становится понятно, что те ребята для Чанеля совсем не простые посетители. - А ну-ка отлипли друг от друга. Дома пообжимаетесь. Тот парень, что повыше, нехотя отодвигается от своего более миниатюрного спутника и, облизнувшись, произносит: - Мы же никому не мешаем. - Вы мешаете мне работать, - улыбаясь во все 32, тянет Чанель. - Завидуй молча, - говорит уже другой парень, переплетая свои пальцы с пальцами возлюбленного. - Все никак не могу понять, как тебя за столько лет еще никто не совратил. Хотя.. может ты от нас что-то скрываешь? - парень поднимает на Чанеля вопросительный взгляд. Своим вопросом он совсем не давит на Чанеля, что, думает Бэк, в корне отличает его от Чондэ. - Я ничего не скрываю, - голос управляющего кажется спокойным, но вот по его телодвижениям становится понятно, что этот разговор задел его за живое. - На самом деле, совсем недавно я встретил одного парня. Но он, кажется, не заинтересован во мне, - в миг глаза Чанеля наполняются грустью. Той самой, что, казалось бы, никогда не увидеть в глазах такого жизнерадостного молодого человека, у которого, ко всему прочему, есть замечательная, любимая работа, приносящая огромный доход, и хорошие друзья. - Как это? - хором почти что кричат от удивления парни. - Он убежал сразу после того, как мы поцеловались, - молодой человек переводит дыхание. В глазах своих друзей он видит только непонимание, а потому решает, что продолжать этот разговор - лишь делать себе хуже. - В общем, закроем тему. Пойду проверю клиента, - улыбнувшись напоследок, Чан отходит от столика своих друзей, направляясь к Бэку, которого в это время уже разрывает изнутри миллионы различных ощущений. Ему хочется одновременно и убежать, и с разбега запрыгнуть на Чанеля, обнимая того за шею и целуя в немного шершавую щеку, как это было несколько дней назад. Сначала Пак не замечает ничего необычного. Он не видит лица посетителя, поскольку тот снова опускает голову в пол, как только замечает, что Чанель шагает в его сторону. Но проходит менее двух секунд, и управляющий, остановившись рядом с диванчиком, оккупированным Бэком, понимает, что перед ним тот самый парень, что убежал после их поцелуя. Он не может поверить своим глазам, поэтому пододвигается к Бёну ближе, мягко хватая его за руку своей большой, но такой теплой ладонью. - Боже мой, Бэкхен, это ты?! - звукорежиссер, наконец, поднимает голову от пола, но все еще избегает зрительного контакта с Чанелем. Он понимает, что сейчас бессмысленно убегать, но все равно продолжает смотреть по сторонам, пытаясь найти поддержу в окружающих его предметах интерьера. Но, к сожалению или, может быть, к счастью, ничто не помогает Бэку переместить его внимание с предмета влюбленности и, подняв глаза выше, он тонет в теплых карих зрачках. - Привет, Чанель, - произносит тихо, но уверенно, понимая, что сопротивление в данной ситуации даже хуже, чем весь тот позор, что он испытал, пока ужинал в этом ресторанчике в прошлый раз. Вопреки представлениям Бэкхена, Чанель не просит его уйти, а только сильнее сжимает его ладонь в своей. - Ты выполнил свое обещание и пришел! - радостно произносит Чанель. Выглядит он при этом как маленький ребенок, которому подарили долгожданную игрушку на день рождения. - Я так рад, - от этих слов в глазах Бэкхена начинают собираться слезы. Чанель присаживается перед ним на корточки, искренне не понимая, что могло так задеть Бэкхена. Он аккуратно поглаживает парня по подрагивающим ногам, касаясь оголенной кожи в районе наколенных дырок на джинсах. Они не говорят друг другу ничего до тех пор, пока над ними не раздается голос Кенсу, которому уже порядком надоела вся эта драма, что развернулась на одном из диванчиков прибрежного ресторанчика: - Бэкхен, я друг Чанеля, - Кенсу кланяется Бэку, слегка пожимая ему руку. - Я здесь со своим парнем. Прекращайте лить слезы и присоединяйтесь к нам. Пойдемте, - он берет в другую руку ладонь Чанеля и аккуратно поднимает его с корточек, после чего, загадочно улыбаясь, тащит обоих парней к столику, где улыбаясь даже шире Кенсу, их уже ждет Чонин.