Пособие по мазохизму или "Как полюбить монстра?"

***

      Дни тянулись своим чередом: тяжелые дождевые тучи, подгоняемые ноябрьским ветром, в конце концов добрались и до Хогвартса. Теперь солнечные лучи проникали в окна замка всё реже, и жизнь вошла в привычно-унылый ритм, являя собой бесконечную череду учебных будней.        Минерва, наконец, освоилась и теперь почти каждый вечер проводила в уютных креслах перед камином в учительской. С Помоной и Поппи они обсуждали прошедший день, спорили о неоднозначных статьях в «Проблемах чароведения» (Надо отметить, что профессор МакГонагалл почти всегда оказывалась права), а иногда даже пропускали стаканчик сливочного пива. Конечно, исключительно перед выходными.        Снейп же появлялся в учительской лишь по острой необходимости – на общие собрания или же за какой-нибудь важной информацией, вывешенной на огромной доске на стене, которая была доверху обклеена обрывками пергаментов с жирными кричащими заголовками. Разговоров с коллегами он предпочитал не завязывать, а когда те сами подходили к нему, пытаясь начать светскую беседу, через силу изображал улыбку и при первой возможности исчезал в запутанных коридорах, ссылаясь на важные дела.       Отношения двух деканов, казалось, стали еще более натянутыми. Студенты будто чувствовали напряжение между профессорами, и межфакультетская борьба вспыхнула с новой силой. Сколько баллов сняла МакГонагалл со Слизерина за неподобающее поведение и хамство на уроках в отношении её учеников, столько гриффиндоцев притащил ей за шиворот Снейп после отбоя. Каждый раз Минерва выдавливала в ответ язвительное: — Спасибо за бдительность, обязательно приму меры. — а после отпускала испуганных до лёгкой дрожи детей со строгим наставлением больше не попадаться никому на глаза.       Только однажды после затяжного собрания с директором Минерва случайно пересеклась взглядами с зельеваром. Северус смотрел на неё внимательно, будто изучал каждый её жест, пока она говорила Дамблдору что-то о новой научной статье. Женщина кивнула ему головой в знак приветствия, но Снейп лишь вздрогнул и тут же отвел глаза в сторону. Через минуту его уже не было в помещении. МакГонагалл раздраженно выдохнула, не обращая внимания на хитрую полуулыбку стоящего рядом Альбуса.

***

      Затем как-то незаметно настала зима, и привычные лужицы у входа покрылись коркой льда. Повсюду искрилась атмосфера робкой радости от ожидания стремительно приближающихся Рождественских каникул. В коридорах уже появлялись еловые веточки, украшенные праздничными свечами, а Большой зал начал пополняться огромными пихтами и венками из белой омелы с ветвями остролиста. Даже в кабинете директора лимонные дольки были выложены на тарелочку с нарядной красной каймой и нелепыми пряничными человечками. Профессор Снейп усмехнулся про себя, бросая на них мимолетный взгляд, а потом вновь поднял глаза на Дамблодра. Тот с самым беспечным видом сделал очередной глоток подозрительно пахнущей жидкости и приветливо улыбнулся гостю: — Доброй ночи, Северус. — на зельевара пристально смотрела пара сверкающих глаз поверх очков-половинок. — Хочешь чаю?       Снейп ещё раз с подозрением посмотрел в директорскую чашку, еле сдерживая появляющееся на лице выражение праведного отвращения: — Пожалуй, сегодня откажусь, директор. Так по какому поводу Вы хотели видеть меня в столь позднее время? — стрелки на массивных часах с множеством циферблатов давно перевалили за полночь, а урок у третьего курса стоял завтра в самое раннее время. — Ах, об этом, — Дамблдор, наконец, оторвался от чаепития и медленно подошёл к окну. Он отодвинул тяжелые шторы и задумчиво взглянул на звёздное небо над спящим замком. — Должно быть, ты помнишь ужасно ворчливый портрет Тибальта Гриммера в длинном переходе восьмого этажа, — Альбус поморщился, вспоминая лысого старикашку, который считал своим долгом отсыпать недовольный комментарий каждому, кто оказывался рядом. — так вот, сегодня я обнаружил в своей библиотеке весьма интересные записи, согласно которым Тибальт, по всей вероятности, является дверью в затерянный когда-то класс углубленного изучения Защиты от Тёмных Искусств. — директор оторвался от Чёрного озера, виднеющегося вдали, и снова посмотрел на Снейпа. Тот вопросительно приподнял брови. — Это... весьма увлекательная находка, однако какое отношение она имеет ко мне? Если Вы не забыли, я преподаю другую дисциплину. — Моя память не настолько плоха, Северус, — Дамблдор весело улыбнулся, но через мгновение вернул себе крайне серьёзный тон: — Я уверен, что класс действительно существует, но не могу представить, что может в нём скрываться. Никто не заходил туда более сотни лет. Я бы хотел попросить тебя осмотреть помещение и, в случае непредвиденных обстоятельств, принять соответствующие меры. В конце концов, у тебя огромный опыт взаимодействия с Тёмными Искусствами. — зельевар почувствовал весьма ощутимый укол в сторону его нелицеприятного прошлого. Директор всегда знал, куда давить. — Займусь этим завтра после уроков. А сейчас позвольте откланяться. — Снейп уже развернулся в сторону выхода, но Дамблдор вновь окликнул его. — Ты не совсем меня понял, я думаю. Эта комната может быть очень опасной. — Тогда прихвачу углубленный учебник по ЗоТИ, должно помочь. — раздражение нарастало с каждой лишней минутой, проведённой в директорском кабинете. — Думаю, тебе лучше взять с собой помощника. Мало ли, что может случиться... — загадочный и насмешливо-всезнающий тон Альбуса выводил из себя не меньше, чем сама ситуация. — Действительно, почему я вдруг подумал, что в этот раз мне не придется кого-нибудь спасать? — Северус закатил глаза. — И кого же Вы предлагаете? Лучше бы это была кошка Филча, потому что за человеческие жизни я ответственности не несу. И за своё рукоприкладство тоже. — С кошкой ты, однако, угадал. Только завхоза оставим на этот раз в покое. — в глазах Дамблдора искрилось откровенное веселье, — Я уже попросил профессора МакГонагалл составить тебе компанию. Она любезно согласилась. К тому же, может понадобиться помощь в трансфигурации некоторых предметов. — По-моему, у миссис Норрис больше шансов на выживание, директор. Но как скажете. Пусть подойдет завтра к 9 часам к портрету Тибальта Гриммера. — Снейп исчез из кабинета раньше, чем директор успел открыть рот для следующего благоговейного нравоучения.

***

      Утро выдалось каким-то смятым и сумбурным; сначала Поппи срочно понадобились новые зелья в больничное крыло, потом двое второкурсников со Слизерина устроили ожесточённую дуэль в коридоре, и Северусу пришлось не только оттаскивать их друг от друга, но ещё и превращать утиный клюв обратно в человеческий нос, хотя делать этого не хотелось категорически. В итоге в Большой Зал на долгожданный завтрак зельевар попал с серьёзным опозданием, к тому же весь помятый и злой. Дверь у учительского стола за ним захлопнулась, очевидно, громче необходимого, потому что почти все коллеги вздрогнули от неожиданности и подняли глаза. Снейп бросил на них красноречиво-испепеляющий взгляд, поэтому вопросы ему задать никто так и не решился. Мужчина запихнул в себя несколько кусков омлета и огляделся. Раздражало решительно всё. Раздражал шум студенческих столов, недовольное фырканье Филча, очередное глупое предсказание Сивиллы, обеспокоенный взгляд МакГонагалл, бесконечные причитания Помо... Стоп. Обеспокоенный взгляд МакГонагалл?! Северус ещё раз посмотрел на декана Гриффиндора. Наверное, показалось. Такая же прямая осанка, чуть вздёрнутый подбородок и уверенный тон. Северус подумал, что она делает идеально всё, потому что куски пирога в её тарелке явно не могли быть отрезаны так ровно без линейки и циркуля. И ещё, что Минерва всё-таки раздражает его решительно меньше остальных соседей по столу. Она вообще чуть ли не единственная в этом замке, кто находится в пределах значения "Выше ожидаемого" по личной шкале адекватности Северуса Снейпа.       День пролетел стремительно, и зельевар почти не заметил, как каминные часы пробили без пятнадцати девять. На восьмом этаже он оказался слегка заранее, но МакГонагалл уже ждала его в начале длинного коридора. — Я думал, Вы будете у портрета, — кинул Северус вместо приветствия и двинулся в сторону Тибальта. Он даже не обернулся в сторону своей спутницы, будучи уверенным, что она всё равно пойдёт следом. — Помилуйте, профессор Снейп, слушать его ворчание дольше пары минут просто невыносимо. К тому же, при виде гриффиндорцев он удваивает свои старания. — мужчина ухмыльнулся. Гриммер был одним из самых ярых последователей Салазара Слизерина и рдел за чистоту волшебной крови. Ни то, ни другое совершенно не относилось к Минерве.       Стоило подойти к нужному месту, как послышались возмущённые крики сморщенного лысого старика, изображённого в полный рост на полуразвалившемся кресле при свете маленькой лампадки. На профессоров выливался нескончаемый поток оскорблений, начиная со "Слабаков", "Жалкой пародии на Великих" и заканчивая "Грязнокровками". Краем глаза Северус заметил, как МакГонагалл тяжело выдохнула и свела брови в ответ на последнюю фразу. Пора было прекращать это. — Доброй ночи, сэр Гриммер. Говорят, Вы можете быть ключом к давно забытому классу углубленного изучения ЗоТИ. — Пусть говорят, предатель крови. Тебе-то что с того? Салазар пускал туда лишь избранных, не чета вам двоим! — старик демонстративно скривился и вздёрнул жуткий выпирающий подбородок. — Ты говоришь со школьным приятелем Тёмного Лорда, его прямого наследника, Тибальт. Не думаю, что сам Слизерин был бы рад такому отношению к друзьям Рода. — тон зельевара стал угрожающим. Гриммер на портрете вскинулся и принял самый жалобный вид. — О, сэр, я не знал! Вам не открыть дверь самим! Вы должны использовать одно из заклинаний книги Основателя! — Половина существующих заклинаний из этой книги. Говори конкретнее! — Северус направил палочку прямо на старика. — Не могу, сэр! Не могу! Это запрещено! — Гриммер громко запричитал и вжался в кресло. — Дальше мучать его бесполезно. Придётся самим, — Снейп выдохнул и повернулся в сторону Минервы, которая всё это время тихо стояла у окна напротив. — Должно быть, это что-то из Тёмной магии... — Это класс Защиты от Тёмных Искусств, так ведь? — МакГонагалл озадаченно осматривала картину. — Да, Вы правы. Может, что-то из Непростительных? — Северус сомневался, что это могла быть Авада, но вот Круцио или Империо, кажется, вполне.       Мужчина снова посмотрел на Тибальта и уже поднял палочку в воздух, как вдруг рядом раздалось звонкое: — Экспекто Патронум! — остроухая кошка подошла к портрету, мяукнула старику и вдруг запрыгнула прямо внутрь рамки. Она грациозно провела хвостом по неказистому креслу и скрылась в глубине комнатки, подходя к еле заметной дверце. Стоило только коснуться ее лапой, как дверь отворилась, а вместе с ней сам портрет начал отъезжать в сторону. Снейп удивлённо посмотрел на спутницу. — Но как Вы догадались?.. — Он сказал, что мы не сможем открыть сами. И это самое подходящее заклинание, чтобы защититься от Тёмных Искусств. — Минерва чуть повела плечами, словно это казалось ей чем-то само собой разумеющимся, и шагнула в тёмное помещение.       Факелы, вывешенные по периметру долгое время пустовавшей комнаты, мгновенно вспыхнули. Перед профессорами открылся поистине величественный зал с высокими стеклянными стенами. В центре помещения находился круг из множества длинных зеркал, почти достигающих потолка, обрамлённых массивным позолочённым ветвлением. Зеркала стояли плотно друг к другу, создавая внутри иллюзию бесконечного отражения. Северус осторожно подошёл к ближайшему из них и провел рукой по поверхности. МакГонагалл медленно обошла соседнее. — Я думаю, можно было бы изучить их магическое поле. Только унести их отсюда будет не так просто - размеры впечатляют. — профессор трансфигурации провела взглядом от начала зеркала до его конца под высоким потолком. — Минерва, не говорите, что мне придется учить Вас чарам левитации или уменьшения предметов. — Снейп ухмыльнулся, — Дамблдор говорил, что Вы здесь как раз за этим. — Не думаю, что применять к ним любую магию абсолютно безопасно. — женщина бросила скептический взгляд на коллегу. — Сомневаюсь, что у нас есть выход. Димидуендо! — уменьшающее заклятье зельевара не возымело ожидаемого эффекта. Спустя секунду оно достигло зеркала, будто вобрало дополнительную силу и стремительно понеслось в своего отправителя.       Северус обязательно отбил бы его, только вот щит МакГонагалл возник перед ним раньше, чем он успел среагировать. Белый сгусток волшебной энергии отлетел в сторону, отразился от стены и снова приближался к профессорам. Минерва с готовностью вскинула палочку: — Может, контрзаклятье? Энгоргио! — бирюзовая нить расширяющих чар сплелась с белой, и они достигли стеклянной поверхности. Та словно отпружинила, принимая их, а затем друг за другом вылетели два искрящихся сгустка разных цветов. — Нет, это, определённо, не то. Придётся что-то делать, иначе они станут слишком мощными, — женщина вновь отбила летящее в нее уменьшающее; рядом Северус отразил увеличивающее. — Нужно время, тяжело сконцентрироваться в таких... условиях. — профессорам ничего не оставалось, кроме как выставлять защиту снова и снова. Скорость и сила летящих в них чар становились больше с каждым разом. — Попробуем абстрагироваться. — МакГонагалл нахмурила брови, явно уходя далеко в свои мысли.       Зельевар бросил на неё изучающий взгляд. Она отбивала заклятья с невероятной лёгкостью. Спина всё также походила на натянутую струну, палочка лежала в руке настолько естественно и непринуждённо, будто подобные сражения были для неё обыденностью. Несмотря на увеличивающуюся силу удара, каждый щит Минервы был способен вынести ещё несколько таких же. Тяжело было не засмотреться на столь красивое сражение - Снейп, кажется, уже пару минут откровенно пялился. Оторваться получилось лишь когда бирюзовый шар значительных размеров пронёсся в нескольких миллиметрах от его лица. Нужно было срочно что-то решать, не будут же они стоять тут вечность. Так, МакГонагалл говорила про магическое поле... — Вы раньше изменяли магическое поле предмета? Это же имеет отношение к трансфигурации? — Да, но ведь не в подобной ситуации! Это сложная магия, лучше бы экспериментировать с таким где-нибудь в лаборатории, — декан Гриффиндора взволнованно посмотрела мужчину, словно отговаривая его от этой опасной идеи. — Доверьтесь мне, Минерва. Нам нужно отправить оба заклинания к противоположной стене, а затем сразу попытаться изменить поле зеркала. Только бить будем по раме, а не по самой поверхности. Когда чары вернутся, пригнёмся, и они угодят в уже обычную стекляшку. — Да уж, Ваш план надёжен, как хранилища Гринготтса. Тем не менее, выбора, я так понимаю, всё равно нет. Действуйте.       Северус силой отразил два огромных сгустка, направив их самый дальний угол помещения. Он кивнул МакГонагалл, и та с готовностью направила палочку на зеркало: — Модифико Энигма! — изумрудно-зелёный луч, идеально сочетающийся с платьем профессора трансфигурации, ударил по золочённым узорам вокруг стекла.       Снейп повторил за женщиной, и через секунду две нити сплелись, усиливая друг друга. Зельевар вдруг почувствовал, как по телу волной разливается магия Минервы, невероятная и чарующе-мощная, словно его резко погрузили на дно бескрайнего океана. Северус вздрогнул, внезапно осознав, что впервые за несколько лет видит кого-то не только равного ему, но и в чём-то его превосходящего. — Садитесь! — женская рука резко дернула его вниз, и как раз вовремя - два огромных сгустка пролетели прямо над ними и устремились к зеркалу.       Дальше события развивались стремительно, практически не давая возможности опомниться. Зельевар оступился и через мгновение оказался на каменном полу, утащив за собой Минерву. Ещё секунда - за профессорами послышался звук разбивающегося вдребезги зеркала; тяжёлые осколки фонтаном брызнули во все стороны. Снейп инстинктивно закрыл собой МакГонагалл, нависая сверху чёрной скалой. Почти сразу же над ними расползлось защитное поле, выставленное перепуганной женщиной.       Некоторое время они провели в таком положении. Северус крепко прижимал коллегу к полу за плечи, опустив лицо прямо над её головой. От женских волос приятно пахло смесью луговых трав, и, кажется, в особенности чертополохом. Мужчина зажмурился, ожидая, пока резкие звуки бьющегося стекла, наконец, прекратятся. Только тогда он медленно отодвинулся от Минервы. Та осторожно приподнялась на локтях, осматривая помещение. Ничего утешительного там, конечно, не обнаружилось - всюду лежали сверкающие от света факелов осколки. Исключением было лишь небольшое пространство вокруг профессоров, над которым находился магический купол.       Снейп поморщился, встал и протянул руку женщине. Она бросила на неё быстрый взгляд и вдруг вскрикнула: — Северус! Вы ранены! Видимо, какой-то из осколков успел долететь прежде, чем я выставила защиту. Давайте я наложу кровоостанавливающее и заживляющее, Поппи научила меня. — МакГонагалл уже стояла рядом, готовая в любой момент отодвинуть рукав мантии. — Нет! — зельевар резко отшатнулся в сторону, так, что Минерва вздрогнула и еле слышно охнула. — Нет необходимости, я дойду до больничного крыла. — женщина вопросительно свела брови. — Вы считаете, я не способна сделать это? Может, не доверяете? Не знаю, за кого Вы меня принимаете, профессор Снейп, но я вовсе не собиралась причинять Вам вред. — в глазах МакГонагалл плескалась ярость и обида. Мужчина почувствовал, как сердце противно сжалось. Почему-то захотелось взять её за плечи и со всей силы встряхнуть в ответ на такие бредовые идеи. — Это не Ваше дело. — мужчина сделал шаг в сторону выхода и тут же скривился от боли - видимо, рана была достаточно глубокой. Зелий под рукой не было, приходилось рассчитывать только на свою выносливость. Снейп медленно побрел к портрету. — Да Вы что, в самом деле с ума сошли?! — Минерва со спины кинула в него какое-то невербальное, выбивая из здоровой руки палочку. Спустя мгновение он уже был припечатан к полу и разъярённо шипел сквозь зубы проклятья: — Отпустите меня сейчас же! Я не давал Вам разрешения прикасаться к себе! Да я тебя в нюхля превращу, упрямая гриффиндорка! — МакГонагалл лишь чуть улыбнулась этой угрозе, опустилась рядом на колени и разорвала длинный рукав.       Потускневшая, но вполне узнаваемая Метка Пожирателя некрасивым чёрным пятном расползлась на запястье. Профессор трансфигурации посмотрела на Снейпа, который вдруг затих и как-то болезненно усмехнулся: — Ну что, подлечите труса и предателя? — а после отвел глаза и бросил глухое: — Отпустите, я дойду до медсестры. — Не понимаю, о ком Вы говорите, Северус. — Минерва внимательно посмотрела на зельевара и провела рукой по краям пореза чуть выше локтя. — Эпиксеи! — рана под палочкой МакГонагалл начала мгновенно затягиваться, оставляя после себя большой некрасивый рубец. — Да, над косметической стороной мне ещё нужно поработать. Думаю, Вам все же стоит обратиться к мадам Помфри, чтобы подправить это безобразие. Фините Инкантатем!       Мужчина почувствовал, что снова может двигать всеми своими конечностями. Злости не осталось, но внутри бушевал ураган противоречивых чувств, каждое из которых было зациклено на Минерве МакГонагалл. С этим непременно следовало разобраться. — Вы идёте, профессор Снейп? — женщина уже приоткрывала раму портрета. — Да. — Северус вздрогнул, отвлечённый от своих мыслей. — Да, сейчас, — он вскочил на ноги и через минуту уже стоял рядом с коллегой в тёмном коридоре восьмого этажа.       До Большого Зала они дошли молча. Прощание вышло скомканным. Минерва только чуть улыбнулась и бросила вслед что-то вроде: — Занятное получилось приключение... — Да уж, — Снейп криво усмехнулся в ответ, поворачиваясь в сторону подземелий. — Доброй ночи, профессор. Спасибо за компанию и... помощь. — казалось, слова давались зельевару очень тяжело. Он старался не поднимать глаза на женщину, всё время цепляясь взглядом за кирпичи на стене. — И Вам, Северус. — в тихом голосе МакГонагалл проскользнула тень едва заметной грусти, но мужчина уже исчез в запутанных лестничных поворотах.

***

      Ночь чёрным одеялом окутала замок. Звёзд сегодня не было видно - они скрылись за огромными серыми тучами. Первые снежинки этой зимы, танцуя в тихом хороводе, мягко укрывали замёрзшую землю и предвещали с приходом утра много радостных улыбок крепко спящих сейчас обитателей Хогвартса. Северус Снейп не был в их числе - он до побеления костяшек сжимал каменную полку над тлеющим камином и пытался привести мысли в порядок. Сердце заходилось в бешенном ритме, казалось, мир вот-вот перевернётся с ног на голову. Война забрала всех, кто был дорог, оставила неизлечимые кровоточащие ссадины в душе. Самой большой ошибкой казалось вновь привязаться к кому-то. Казалось, всё обязательно закончится катастрофой. Однако гриффиндорцы имели обыкновение разрушать все барьеры, особенно те, что были выстроены с таким трепетом и упорством.       Снейп бросил взгляд на маленькое зеркало у кровати - длинные сальные волосы, крючковатый нос и измученный угрюмый взгляд вороньих глаз. В чём-то проклятая шайка мародёров была права: на такое даже смотреть противно. Идеальная до мозга костей Минерва МакГонагалл явно ему не пара. Северус вдруг представил выражение испуга и отвращения на её строгом лице и вздрогнул - этого никак нельзя было допускать. Зельевар вымученно закрыл лицо ладонями.       Приближалось долгожданное Рождество.