Мемуары о твоих глазах

Жизнь стала редким явлением. Большинство людей не живет, а существует. Оскар Уайльд

Дни стали проходить удивительно спокойно: никаких надписей на партах, даже три подружки перестали издеваться, лишь перешептываются, недовольно смотря на Алису. Девушка не понимала такой резкой перемены. Но жаль, что она так и осталась изгоем. Мистер Стоун при встрече в коридоре улыбался девушке, но на уроках вел себя как положено учителю. Его уроки литературы были прекрасны. Разобрать произведение в четыре тома за четыре урока? Легко. Разобрать его так, что всем кто не любит читать, захотелось окунуться в это творение прошлого века? Нет проблем. Джек Стоун обожал свой предмет и никогда этого не скрывал. Он считал, что литература — это величайший вид искусства. Он мог часами восхвалять Уильяма Шекспира, Гете, Льва Николаевича Толстого, Александра Сергеевича Пушкина, Данте, перечитывать их произведения в сотый раз. Может поэтому он может сказать что-то прекрасное? Учитель смотрел в глаза Алисы. Почти черные. Прекрасные. Бездонные. И кажется, что в них тонет твоя душа и выбраться не только не можешь, но и не хочешь. — Таким глазам бы позавидовала Джульетта, ведь тогда Ромео забыл обо всем и похитил даму своего сердца. Если бы Александр Пушкин увидел красоту этих глаз, то посвятил бы им целый сборник. Евгений Онегин сразу же влюбился в Татьяну Ларину, если бы у нее были такие глаза, и конец этого чудесного романа был бы совсем другим, — Джек смотрел в эти глаза. На его лице появилась улыбка. — Мне еще такого никогда не говорили, — Алиса была поражена. Она едва заметно улыбнулась. — Твоя улыбка тоже прекрасна, дорогая Алиса. Наверное, Михаил Юрьевич Лермонтов написал это произведение о тебе. - Какое, Мистер Джек? - Из-под таинственной, холодной полумаски Звучал мне голос твой отрадный, как мечта. Светили мне твои пленительные глазки И улыбалися лукавые уста. Сквозь дымку легкую заметил я невольно И девственных ланит, и шеи белизну. Счастливец! видел я и локон своевольный, Родных кудрей покинувший волну!.. И создал я тогда в моем воображенье По легким признакам красавицу мою; И с той поры бесплотное виденье Ношу в душе моей, ласкаю и люблю. И все мне кажется: живые эти речи В года минувшие слыхал когда-то я; И кто-то шепчет мне, что после этой встречи Мы вновь увидимся, как старые друзья. После уроков мисс Блэк шла в школьную библиотеку. Это было ее любимое место. Книги помогали ей забыть о проблемах, притупить боль в душе, окунуться в другую реальность. Да и библиотекарь была довольно милой женщиной. Она часто предлагала постоянным посетителям этого тихого местечка чай с конфетами или печеньем, редко с пирожными. Она любила детей. Иногда можно было ей поведать о своих печалях и даже рассказать их причину. Добродушная женщина всегда выслушивала и обнимала. А ее объятья такие теплые. Оставалось только завернуть за угол, как Алиса встретила в коридоре его. Такие любимые карие глаза, светло-каштановые волосы, мрачное лицо. Его черты лица были такие родные, но теплые и нежные чувства к парню уже не приносили спокойствие душе. Так радостно стало на душе, но одновременно очень больно. Старые раны стали кровоточить. — Да. Мне на тебя все равно. Больно… Сердце разорвалось на части. Стало тяжело дышать. Почему? Почему не слышу шума машин, смеха двух подружек, обсуждающих косметику, голоса птиц и его голос? Он что-то говорит еще. Но не слышу. Выражение его лица не меняется. Значит это не злая шутка? Больно… Девушка смотрела на него, не отрывая взгляда, пока парень не скрылся за поворотом. Ее взгляд был печален, и той пустоты уже не было. За всем этим наблюдали… Так прошла неделя. Джек продолжал мило улыбаться ученице. Но после одного из уроков он, проходя мимо парты девушки, незаметно оставил ей записку. Алиса взяла ее и прочитала: «Приходи в этот кабинет сегодня в шесть вечера. Надо поговорить. Я беспокоюсь за тебя». Следуя записке, ученица ждала мужчину в кабинете. Уже без пяти шесть. Она сидела за своей партой и читала учебник по истории, чтобы убить время и заодно подготовиться к завтрашнему уроку. Оранжевые лучи солнца освещали просторный кабинет. Открыто окно. Прохладный весенний ветер гуляет по помещению. Тишину нарушает лишь тиканье часов и…закрывающаяся дверь? Девушка обернулась. У двери стоял Джек со странной улыбкой. В руке он держал ключ. В его светло-карих глазах, которые сейчас были как у сумасшедшего, читалось лишь желание. Казалось, что это другой человек, не добрый и понимающий учитель Джек Стоун, а некто иной. В прекрасных глазах Алисы был только страх. Она сто раз уже пожалела, что пришла. Он же учитель. Он не должен так на нее смотреть. Он не может ей ничего сделать. Или все же может? — Мистер Джек, — ее голос такой тихий, — что вы хотели? — Дорогая, милая, Алиса, — он смотрел на нее, медленно приближаясь к испуганной девушке, — ты его любишь? Все еще любишь? — Кого? — Этого Энди. Я видел вас. Ты на него смотрела так, что я познал чувство ревности. Да, оно такое, каким ты его описывала. Сжигающее все, даже пустоту. Я не хочу, чтобы ты любила его. Люби меня! Я сделаю тебя своей, — Джек улыбнулся шире. Алиса закричала: «Не надо! Прошу!». Ей стало страшно подумать о том, что задумал этот человек. Она так надеялась, что кто-нибудь услышит ее сейчас. Побежать к двери? Она закрыта. Ключ! Он у него в руке. Девушка не знала, что делать, но все же решилась попробовать отобрать ключ. Другого выхода ученица не смогла придумать. Алиса вскочила со своего места и подбежала к нему, стараясь вырвать из его руки ключ, но Джек просто кинул вещицу в угол кабинета, где стоял горшок с монстерой. Она хотела побежать за ключом, но учитель схватил ее за руку, крепко сжимая ее. Надежда на спасение умерла. — Отпустите меня! Помогите!!! — Блэк кричала и пыталась вырвать свою руку. — В школе только охранник и то на первом этаже. А мы на третьем. Как думаешь, услышит ли он тебя? — ответил ей парень и дернул девушку на себя, сжимая ее руку сильнее. — Мне больно! — и в этот момент Алиса почувствовала, как шеи коснулись чужие губы. Началась паника. Она ударила его ногой в колено. — Бесполезно. Лучше не зли меня, — Стоун толкнул ученицу так, что она упала на пол. Ученица вскрикнула, ударившись головой об холодный пол. Он быстро снял с себя галстук и наклонился к своей жертве, привязывая ее руки над головой к ножке парты. Шансов сбежать — нет. От удара болела голова. Девушку окутал дикий страх и из глаз потекли слезы. Джек навис над ней и поцеловал ее грубо, прикусывая ее нижнюю губу до крови. Он быстро сорвал с нее блузку, и оторванные пуговицы рассыпались по полу. Его руки коснулись ее живота и быстро залезли под бюстгальтер, сжимая грудь Алисы, которая пыталась ногами ударить его. Учитель опустился к ее шее и оставил несколько багровых отметин. Блэк закричала, но тут же получила пощечину. «Хоть сейчас… Помогите! Не хочу чувствовать боль», — пронеслось в голове девушки. Слезы продолжали литься из глаз, страх только возрастал. Она чувствовала как мужские руки уже гладят ее бедра. Было страшно, мерзко и обидно, что этот человек только несколько дней назад был к ней так добр и внимателен, выслушал и никому не рассказал об этом разговоре. А сейчас? Человек, который смог заполучить ее доверие, хочет изнасиловать. Послышался шорох и звякнул ремень. Очень страшно. Еще мгновение и ее пронзает резкая боль. Вскрик. В кабинете уже темно. На полу сидела девушка в разорванной блузке, юбка также была порвана. Из ее глаз шли слезы. Она прижимала к груди свой пиджак. На запястьях были красные следы от туго завязанного галстука. Он просто отвязал ее и ушел. Просто ушел, бросив короткое: «Ты моя». Это, наверное, самый ужасный день в ее жизни. Или же нет? — А я знала… Знала же, к чему приведет такая забота обо мне… Эти чувства… — повторяла Алиса шепотом. — Все это ложь, ведь я… — слезы не давали ей договорить. Слова застревали комом к горлу. Обида, разочарование, боль — все это она чувствовала. Но почему-то не было ненависти, лишь легкое чувство свободы. Почему? — Наконец… Я чувствую это… Чувствую! И смех наполнил помещение.