Припадки нежности.

Во время написания в голове и немного в наушниках играл трек Matthew Koma - Kisses back

POV Оля: Знаете, моя работа связана с обилием звуков... Нет, это не работа. Точнее не так. Для меня это не просто работа, не просто карьера и заработок. Для меня это жизнь. Что ж, теперь я могу смело утверждать, что моя жизнь связана с обилием звуков. Концерты, появления на публике, ПЦМФ, всяческие шоу и премии - все это сопровождается постоянным треском, шумом, гулом, голосами и криками. Поэтому, закрывая дверь при входе в квартиру, я пытаюсь расслабиться, насладиться тишиной. В такие моменты вывести из себя может любой, даже малейший шум. Можете считать меня кем угодно и приписывать мне самые разные психические заболевания. Все те, кто узнает о том, что я поставила самые дорогие стеклопакеты, установила в комнаты кондиционеры, чтоб как можно меньше открывать окна, и проела мозги всем соседям на несколько поколений вперед, обычно так и делают. Просто поймите, что для меня это важно. *** Оля открыла глаза и посмотрела на часы: девять с небольшим. Недолго думая, она перевернулась на другой бок и закрыла глаза, но эта попытка уснуть не увенчалась успехом. Впрочем, как и все остальные. Тогда девушка легла на спину и, окинув взглядом комнату, вынула из уха один бируш. Затем, поморщившись, она подумала: «Где включили радио?». Оля приближалась к «студии», как она сама называла совмещенную с кухней гостиную, в негодовании и замешательстве. При этом на ум приходили самые разные мысли. Соседи? Открытое окно? Катя?.. Последнее же в голове укладывалось с трудом. «И главное, зачем? Пусть негромко. Пусть даже в десять утра, или сколько сейчас там. Зачем?» POV Оля: Дойдя до конца коридора, моим глазам предстала весьма неожиданная картина. Серьёзно, это нужно было видеть. Диван был застелен, но видно что на скорую руку. Одна из моих пальм была пододвинута прямо к дивану, так, что листья в некоторых местах даже спадали на его спинку. Барный стол был уже накрыт - на нем стояли две тарелки, солонка и сахарница, два стакана, кувшин с соком. Сама же Катя стояла у плиты, смешно пританцовывая под играющий "Kisses back". Она крутилась на пятках в такт музыки, при этом слегка приседая, и двигала то кулаками, то указательными пальцами. Глядя на все это, я невольно начала улыбаться, а вся злость в миг исчезла. Зрелище было настолько милым, что в один момент с моих растянутых в улыбке губ слетел тихий смешок. Мне стало немного стыдно от того, что я вот так вот внаглую подсматриваю. А что, кто-то поет в душе, а кто-то может и у плиты танцует. Но заставить себя отвернуться у меня не получалось, настолько происходящее было милым. С одной стороны по-детски милым, а с другой по-домашнему уютным. Слегка убавив огонь на плите, Катя подняла телефон и увидела меня в темном экране. Она обернулась и, нисколько не засмущавшись, приблизилась ко мне, все так же пританцовывая. Я не успела опомниться, как она с наигранно серьезным лицом завлекла меня в какой-то странный танец, похожий то ли на танго, то ли на медляк в школьном актовом зале, ускоренный в разы. Немного покружившись так, мы остановились и одновременно рассмеялись. Мы разговаривали, забыв обо всем: о времени, о месте, о том, что мы почти не знакомы. Просто разговаривали, улыбались, смеялись. Я сидела напротив нее и не могла отвести глаз. Она была такая настоящая, такая естественная и такая безгранично милая, без нарисованных бровей, без туши на ресницах и без той ненавистной бордовой помады, так бросавшейся мне вчера в глаза. Я видела ее ямочки на щеках, ее смех, ее улыбку. Мне казалось, будто мы знакомы целую вечность. И почему-то мне дико не хотелось, чтоб снова воцарилась тишина, не хотелось наслаждаться ей как раньше. -Погоди-ка. Катя встала со стула и подошла к кухонному столу. -Я совсем забыла про кофе. Он уже остыл, наверно, - сказала она, ставя возле моей тарелки поднос с чашечками. -Латте? - спросила я, улыбнувшись от неожиданности. -Да. Я угадала? -Угадала, - ответила я и сделала маленький глоток. -Правда, я задумалась и положила тебе столько же сахара, сколько и себе. Но, если тебе не понравится, я как раз сок поставила. Катя улыбнулась и, опустив глаза на свою чашечку, провела подушечкой указательного пальца по пенке латте. Затем отпила глоток и посмотрела на меня. Я посмотрела на нее. В моем кофе было две ложки сахара. *** Вернувшись с вокзала, Оля надела домашнюю рубашку и плюхнулась в кровать. Поезд с Катей будет в Туле уже через пару часов. Она была такая счастливая, теряясь в толпе, идущей к вокзалу. А была ли счастлива Оля? Сложно сказать. Оля включила "Kisses back" и села в свое плетеное кресло. Она кружилась в нем, одновременно вслушиваясь в слова и о чём-то думая. Или о ком-то? Одна из строчек напрочь засела в ее голове. «”Like the shade of your lipstick font you were put on”. Да, ты была такой же неестественной, как оттенок твоей помады. Была таковой для меня еще вчера». Оля вылезла из кресла и легла в кровать. «Встретимся ли мы еще?»