Death is Gold — 2

      На последнюю встречу она шла, будучи совсем подавленной. Она смотрела в белое пространство насквозь, даже не пытаясь рассмотреть что-то в этом странном нескончаемом месте. Белые плиты были с полупрозрачными белыми узорами и плавно переливались. Мэйбл, если бы ранее не растеряла всю свою оптимистичность, могла бы обратить на это внимание. Но когда происходит столько ужасных вещей… хочется просто раствориться в воздухе.       Глаза были заплаканными, но под ними не было ни затертых от утирания слёз красных следов, веки не опухали. Мэйбл шла всю дорогу молча, а Стар лишь сочувственно поглядывал на неё, возможно, где-то в глубине души понимая, что она сейчас чувствует. Она едва осознавала, что видела родного брата и своих родителей в последний раз. Это было так больно. Ей казалось, что быть душой ещё хуже, чем быть человеком, носящим в себе душу, способную чувствовать. Если же с моральной болью ранее что-то можно было поделать, как-то отвлечь себя, то теперь ничего нельзя предпринять, потому что каждая эмоция и каждое чувство шли напрямую.       Это не контролировалось.       Последнего человека она хотела видеть одновременно и больше, и меньше всего. Меньше, скорее всего, по той самой причине, что потом будет тяжело с ним расставаться. Этот человек не был Биллом, но он имел большое место в её добром сердце, он разделил с ней всю её жизнь, множество различных воспоминаний. Он заменил ей отца с тех пор, как Пайнсам пришлось похоронить своих родителей. Она очень сильно любила его.  — Дядя Стэн! — В этот раз не дожидаясь слов Стара о прибытии, Мэйбл отпускает его руку и бежит к силуэту, который бы она узнала из тысячи подобных. Она знала, что время скоротечно, и что на прощание не хватит всех нужных слов, потому решила поторопиться. Она бежала, не уставая, почему-то чувствуя, что её ждут. Улыбка сама по себе растянулась на её лице от счастья видеть его.       Старик обернулся, сразу распахнув объятия руками, чтобы Мэйбл могла кинуться прямо в них.  — Детка, ты здесь! — Закричал он, и через несколько секунд девушка попала в крепкие объятия. Она готова была рыдать вечность, стоя вот так вот, рядом с ним, но ради Стэна решила потерпеть, чтобы сразу же не излить свои эмоции. Ведь чем крепче эти объятия, тем сильнее она чувствует, как морально ломается в его руках; уже чувствует тянущее её на дно отчаяние, когда придётся отпустить его навсегда. Это представить было даже страшно. — Я так рад видеть тебя, дорогая!  — Я тоже, дядя Стэн! — Отвечает Мэйбл, но голос предательски дрожит. — Господи, я не хочу, чтобы этот момент заканчивался! — Она отстранилась от него, обхватив его лицо руками. Заглянув в его серо-голубые глаза, улыбка Пайнс дрогнула. Она не могла поверить в то, что видела эти родные глаза в самый последний раз. Мэйбл очень надеялась, что сумеет сохранить Стэна в памяти.  — О чем ты?.. — Беспокойно и тихо пробормотал дядя, из-за чего Мэйбл снова загрустила. Она мешкалась несколько секунд прежде чем рассказать ему.  — Моё время ограничено, дядя Стэн… Через некоторое время я снова останусь одна. Я прощалась с Диппером, я прощалась с родителями, теперь я прощаюсь с тобой! — Тяжело и громко говорит она, а глаза стеклянные, вновь наполняются эмоциями. За считанные минуты до исчезновения они снова станут пустыми, мокрыми, потерянными. — Мне так больно это делать, но я счастлива, понимаешь? — Она медленно опускает руки, проводя кончиками пальцев по его щекам. — Я счастлива, что у меня есть хотя бы такая возможность увидеть тебя.  — Блондинчик не врал, — досадно вздохнул Стэнли, — он и вправду забрал тебя к себе.  — Он?! Ты про Билла? — Она немного удивилась, когда дядя заговорил о нем.  — Про Смерть. Он забирал мою душу и я был поражен, когда узнал, что образ Смерти подобен человеческому. — Старик хохотнул, но весело это явно не звучало.  — Я благодарна ему за то, что он для меня сделал. — Прошептала Мэйбл. — Я рада, что он не забрал тебя раньше. После того, как ты оказался в больнице с приступом.  — Я должен был умереть раньше?! Звучит здорово, детка.  — Неправда! Как ты можешь так говорить?! — Она сглотнула ком в горле. Сердце обливалось кровью от его слов. — Я так…  — Нет ничего ужаснее, дорогая, чем момент, когда приходиться хоронить своих детей…       Детей.       Глаза очередной раз наполняются слезами.       Стэн считал их своими детьми, и отчасти это было правдой.       Он взял опекунство над ними и под своё крыло, когда близнецы нуждались в этом; он воспитал их и вырастил без посторонней помощи. Он в самом деле смог заменить им отца. Было много хороших воспоминаний, вроде тех, когда они ездили на рыбалку; когда делали странные экспонаты и занимались незаконными делами. К примеру, подделкой подписей и созданием поддельных денег. Возможно, некоторое из этого было плохо, то так или иначе — весело. Мэйбл не жалеет, что на протяжение стольких лет дядя Стэн не оставил их и смог заново показать им, что значит жить.       После слов Стэна в её голове предстал один момент. Тот, где дядя ещё был жив, а она мертва. Она вспомнила день, когда она попросила Стара отвести её к старику. Он выглядел потрёпано, с мешками под глазами; она вспомнила его шепот, как он обвинял себя в том, что произошло. Как он ходил у двух открытых гробов, поправлял челку Диппера, как смотрел на мертвые тела тех, кого, казалось, он не похоронит.       Мэйбл поднимает руки и накрывает глаза ладонями, стиснув зубы. Она старалась сдерживать себя, но очередной раз сдаётся и отпускает всё на самотёк. Уж лучше открыто выразить эмоцию, чем воссоздавать иллюзию порядка на лице. Он заслуживал знать правду, но не заслуживал того, чтобы нести вину за чужие жизни.  — Не вини себя, дядя Стэн. — Найдя в себе продолжать, сказала Мэйбл. Руки медленно отнялись от лица и опустились. Стар, стоящий за её спиной, держал руки перед собой, но под плащом. Они были сцеплены друг с другом настолько сильно, что даже немного трясло. — Если это и была ошибка, то только моя. Я не должна была поступать в колледж где-то, где не было тебя. Я приняла это решение с Диппером, и он охотно поддержал меня в этом нелегком выборе. Но мы думали, что обременяем тебя, потому и вздумали «вылететь из родного гнезда», чтобы получить специальность, устроиться на работу и в будущем обязательно отблагодарить тебя за всё, что ты сделал для нас. — Поделилась она с ним тем, что очень давно хотела ему сказать. — Я должна была умереть, но я не должна была тащить вас всех за собой…       Стэн рукой смахнул слезы, скопившиеся в глазах, и прыснул.  — О чем ты, детка? Все мы должны были прожить столько, сколько нам дано. — Он с досадой пожал плечами. Глаза Мэйбл округлились, когда после этих слов она представила Билла. Эти чертовы губы, растянутые в широкую ухмылку, а затем его голос в своей голове. И слова, которыми он заявляет, что смерть всегда нависала над её головой. И он был тем, кто забрал её.       «Звезда… пора».       Она резко вздрогнула, издав громкий всхлип. Воспоминание в её голове пронеслось внезапно; её скручивало, как только она вспоминала выражение его лица. То самое выражение, когда она умирала в его руках и видела его, казалось, в последний раз. Тогда-то она знала, что чуда не случиться, но он, несмотря ни на что, пообещал быть с ней и вернуться. Только вот… когда?       Она очень скучала.  — Мэйбл… — обеспокоенно прошептал Стэн, заставив её вновь поднять на него взгляд своих печальных глаз.  — Я с рождения была с клеймом смерти, — объяснила она. — Я должна была умереть тогда, когда Билл прикоснулся ко мне в больничной палате. В ту самую ночь, когда умер дядя Форд.  — Что за бред? — Фыркнул Стэнли. — Кто тебе такое сказал?       Стар крепче сжал руки, до боли.  — Билл. Он должен был забрать мою душу, когда пришло время. И он сделал это. Мы тянули с ним неминуемое слишком долго, — выдохнула она. — Он защищал меня от Тэда, чтобы спасти мою смерть, а я полагалась на собственную интуицию и инстинкты самосохранения. До тех пор, пока мы не сели в салон автомобиля пьяного водителя.  — Тэда?  — Убийца, орудовавший в городе. — Твердо ответила она, отмечая про себя, что дядя совсем не в курсе произошедшего в те дни. — Он один из Коллекционеров Душ, такая же Смерть. Только он… убивал людей ради удовольствия. Поэтому его отпечатки полицейские не могли обнаружить. Их не было, ведь Тэд… не был человеком.  — Мне жаль, — пожал плечами Стэн и расслабился, позволяя им немного опуститься. — Я не смог уберечь вас. Когда скорая прибыла на место ДТП, вы все были мертвы. Так мне сообщили. — Рассказал Пайнс. — Если бы я мог что-то для тебя сделать, то сделал бы непременно. Но теперь слишком поздно.       Мэйбл с горькой улыбкой на лице коснулась его лица.  — Ты можешь сделать кое-что для меня, дядя Стэн. — Он внимательно её слушал. — Просто перестань винить себя в этом. Хорошо?  — Хорошо. — Сдался он. — Я надеюсь, что с тобой всё будет в порядке там, где бы ты ни находилась.  — О, дядя, я не одна! Со мной ещё один Жнец. Он помогает мне освоиться в новом мире! — Мэйбл оборачивается, надеясь, что хотя бы он сможет увидеть Стара. Но он посмотрел и ничего не увидел также, как и Диппер, когда та упомянула некоего Стара Глифула. По взгляду старика она сразу всё поняла. — Ты тоже его не видишь?..  — Вижу. — Хохотнул Стэн через пару секунд. Стар позволил вуали иллюзии спасть и открыть свой образ покойному человеку. На его лице была нервная улыбка, а руки по-прежнему сомкнуты под плащом. — Я рад, что есть кто-то, кто может позаботиться о тебе, детка. И это не я. — Стэнли ласково потрепал её волосы своей большой ладонью.       Именно в этот момент Мэйбл осознала, что её время на исходе.       Она забегала глазами, уже зная, что вот-вот случится, и резко бросилась обнять Стэна, наконец дав волю слезам.  — Прощай, дядя Стэн…  — Прощай, детка. — Он закрыл глаза и мягко улыбнулся, последний раз обняв её в ответ прежде чем раствориться в пустоте.       Стар глубоко выдохнул, наконец расцепив руки. От них исходило радужное свечение, пока через некоторое время не исчезло. Он старался тянуть это время для неё с помощью своих собственных сил. Он прекрасно знал, как много для неё значит этот человек, и знает это далеко не понаслышке.       Мэйбл хмурится, когда силуэт дяди полностью пропадает. Ею овладевает злость на саму себя за всё, что она сделала; она во многом была виновата. Она опускается на колени, склонившись к полу сего пространства, вглядываясь в своё отражение на плитах широко распахнутыми глазами.  — Мэйбл? — Оправившись, позвал её Стар и сделал несколько быстрых шагов в её сторону.       Её слегка затрясло, когда она закусила губу, чтобы предотвратить всхлип. Затем рука сжалась в кулак, когда её беглый, застеленный слезами взгляд, пал на те же переливающиеся в плитах узоры, чем-то напоминающие период Рождества, когда она, родители, Диппер и дядя Стэн…       Нет.       Она бьет кулаком по плите, когда Стар оказывается поблизости, и это его настораживает.       Пайнс глухо всхлипнула и раз за разом стала кулаком долбить в плиту. Яростно. Жнец выглядел потерянно, пока наблюдал за этим. Он знал, что боль не ощущается так сильно, как это бывает при жизни, но так или иначе она есть даже у душ, покинувших тело. И возникает она тогда, когда последняя переходит грань.       Черная кровь брызнула по блестящим плитам, и тогда Стар не смог стоять на месте, резко поднимая её за свободную руку.       Билл по другую сторону резко замер, ощутив всё, что она только что сделала.  — Успокойся, Мэйбл. — Он потряс её за плечи, как куклу. — Уже ничего не поменять.  — Ты не понимаешь меня! — Она оттолкнула его, даже не подозревая о том, что Стар тянул всё это время, проведенное со Стэном. Только чтобы позволить ей высказать всё, ничего не упустив.       Он вновь остановил её и посмотрел ей в глаза.  — Если бы я мог изменить что-то, то не стоял бы здесь сейчас с тобой. — В ответ сказал Жнец. — Поэтому прими всё, что случилось здесь и сейчас.       Мэйбл закрыла глаза, разжав кулак окровавленной руки, и опустила голову, совершенно не обращая никакого внимания на то, что у неё была черная кровь.