illegal

             

♡

              Юнги понимает, что он пиздец какая лошара, когда слышит на другом конце провода невнятный из-за шума на заднем фоне голос Чимина, а не Чонгука, как, вообще-то, предполагалось. Намджун пихает Хосока, когда видит расширяющиеся в ужасе глаза Юнги, и тихо ржет в кулак. Хосок хрюкает и поспешно закрывает постепенно краснеющее от сдерживаемого хохота лицо ладонями. Юнги думает, что он просто не может проебаться еще сильнее перед этими двумя идиотами, поэтому глубоко вздыхает и, не до конца выдохнув, хрипит: — Секс по телефону. Хосок орет почти в голос, пока Намджун сгибается пополам и со всей дури бьет его своими широкими ладонями по всем местам, до которых дотягивается, потому что Намджун придурок и ржать, как все нормальные люди, не распуская свои грабли, не умеет. Трогательное в своей невинности «так», сказанное подлетевшим от волнения нежным голосом, заставляет Юнги мучительно покраснеть по двумя пристальными и не совсем адекватными взглядами, но он думает, что самое время применить технику спокойного, блять, дыхания и говорит: — Что на тебе надето, малыш? Называть Чимина так очень приятно и волнительно. Чимин, кажется, полузадушенно пищит в трубку, прежде чем ляпнуть: — Одежда. Юнги тонет в этой невинности, мученически стонет «бля», хлопая себя ладонью по лицу, и под ехидное перешептывание Хосока, почему-то уже перебравшегося на колени к Намджуну, который совершенно не против, просит Чимина ее снять. — Мне немного неудобно, — быстро дышит в трубку Чимин. — Тут куча народу. Юнги смотрит на густо краснеющего Намджуна, которому Хосок что-то настойчиво шепчет в ухо, ведя руками по его бокам, и раздраженно поднимается, потому что он определенно не готов видеть трахающихся друзей. Он шепчет в трубку «ладно», пока идет в туалет: — Зайди в туалет, — советует он Чимину, щелкая замком на двери и расслабленно растягиваясь на крышке унитаза. — Быстрее. Он совершенно не имеет в виду, чтобы Чимин сделал это быстрее, потому что Юнги нужно, чтобы он трахнул себя прямо в эту секунду. Просто ситуация в соседней комнате, откуда он только что вышел, может приобрести пиздец какой характер, и Юнги определенно не хочет выйти и наткнуться на картину 18+ в собственной спальне, но не со своим участием. — Окей, — оповещает слегка запыхавшимся голосом Чимина смартфон. — Расстегни ширинку и приспусти немного штаны, — чуть помедлив, говорит Юнги и тихо хмыкает. — Прикоснись к себе. Раздавшийся затем из динамика звук обдает Юнги жаром, прокатывающимся по позвоночнику, и вспышками, мелькающими под закрытыми веками белыми пятнами, отдается на нервных окончаниях. Внутри, у солнечного сплетения, что-то дрожит и трепещет, падая к паху стотонными булыжниками, и Юнги чуть задыхается и захлебывается, ощущая, как внизу становится до раскаленного горячо, а член пульсирует, твердея и упираясь головкой в стык молнии на джинсах. Чимин хныкает. Он, сука, хныкает и почти скулит, вероятно, трогая себя и разминая плоть. Юнги откидывается назад, невольно представляет себе картинку, как Чимин, также сидящий на унитазе в тесной кабинке туалета, выгибается, прижимая одной рукой телефон к уху, а другой скользя по набухающему члену, задыхаясь, ощущая бьющее по нервам напряжение, смешанное с удовольствием и томлением. Чимин вынужден сдерживаться, потому что он в общественном месте, но Чимин стонет так оглушительно, что у Юнги дрожит и немеет под коленями, поджимаются на ногах пальцы, и удушающая волна прокатывается огнем по телу, с размахом ударяя в пах. Юнги судорожно втягивает воздух через нос, пока просит (приказывает) сжать и двигаться. Чимин снова оглушительно стонет, и Юнги резко сжимает член сквозь жесткую ткань джинсов, невольно вскидывая бедра к руке и внутренне содрогаясь: — Кончи, — хрипло выдыхает он в трубку, слыша проскальзывающие в голосе рычащие нотки, и, стоит только Чимину начать всхлипывать и выстанывать, Юнги сжимает руку и дергается. У него внутри и снаружи ебаный пиздец, когда Чимин почти кричит из динамиков, потому что Юнги дергается снова, дрожит и кончает следом, почти не прикоснувшись к себе нормально ни разу, а потом слабо стонет-всхлипывает в унисон с Чимином. Пока они оба приходят в себя, царит тишина. Потом, когда Юнги думает, что Чимин собирается отключиться, тот вдруг выдыхает: — Пойдем на свидание? У Юнги, который имени своего не называл и в принципе не должен был себя никак выдать, ломается временной континуум и взрываются галактики. То есть, так можно было? Хочешь встречаться со своим крашем, просто ошибись номером и заставь краш дрочить себе в туалете? — Богом клянусь, Юнги, если ты скажешь «нет», я приеду и выебу тебя, — сердится вдруг Чимин, и звучит это чертовски мило. Юнги слегка теряется и, прочищая горло, осторожно отвечает: — Окей. Окей. Я собираюсь ответить «нет». Можешь приехать и объяснить мне, почему я не прав. — О Боже, — стонет Чимин в ответ, и Юнги кажется, что он немного проебался. — Господи. Юнги хмыкает и в панике отключается. Он надеется, что Чимин понял, что он имел в виду «да».               Намджун и Хосок встречают его красноречивыми взглядами: «ты не вовремя» и «съебись отсюда, чмошник, ты обломал мне секс». Оба они выглядят так, как будто секс им все-таки никто не обламывал. Юнги буквально выпинывает друзей и из комнаты, и из квартиры, потому что его не отпускает ощущение, что что-то будет, и не ошибается. Через полтора часа на пороге его квартиры стоит Чимин и широко улыбается. Юнги улыбается в ответ, затягивает его в квартиру и, прижимая к закрытой двери, глубоко целует.              

♡