Blood. More blood.

      Я пришла в себя в каком-то странном месте. Я плохо видела, мои глаза не могли сфокусироваться. Единственное, что я могла различить это белый цвет, окружавший меня со всех сторон. Я почувствовала странную, тянущуюся боль в районе живота. Обратив внимание на живот, я увидела красное пятно. Посреди белого было красное пятно. Я дотронулась до живота и почувствовала… Бинты? Неожиданно послышался странный скрип, кажется, это была дверь. Кто-то зашёл в помещение, в котором я находилась. — Ты пришла в себя? Рановато. Как самочувствие? — это был мужской голос, в нём прослушивалась фальшь. Он подошёл ближе и я могла различить другие цвета. Внезапная вспышка осветила мои глаза, казалось, что он светил мне в глаза фонариком. — зрачок плохо реагирует, ты видишь что-нибудь? — Д… — я не могла что-либо выговорить. — Речевая функция нарушена. Тебе придётся помолчать некоторое время, пока ты не сможешь говорить. Не стоит напрягать связки. — Чт… Вы…сд? — пыталась я, выговорить что-нибудь. — Я же сказал, не напрягай связки. — М? — Знаю, у тебя много вопросов, но всё по порядку. Я скажу тебе одну вещь. Теперь ты — гуль. — последние слова он прошептал мне на ухо, в его голосе прослеживалась ухмылка. Дверь захлопнулась и в помещении наступила темнота.       Я была в недоумении. Ведь я человек, как я могу быть гулем? Это просто невозможно. Я? Гуль? Сама мысль об этом, кажется мне глупой и неказистой. Невозможной. Это просто сумасшествие. Я — человек. И гулем быть не могу. Однозначно.

***

      Неизвестность — одно из самых страшных ощущений. Часы, минуты, секунды — неизвестно сколько времени я провела здесь. Интересно, как там Рей-кун? Сейдо-кун? Акира-тян? Вспоминали ли они обо мне? Говорили ли что-нибудь о моём отсутствии преподавателям? Следователям? Неизвестно. Надеюсь с ними всё хорошо.       Моё зрение полностью восстановилось, но через некоторое время у меня появилось непреодолимое желание есть.

***

      Казалось, что я провела в этом месте несколько месяцев, хотя не стоит исключать возможность того, что это так и есть. Чувство голода пожирало меня изнутри. Это бы невозможно терпеть. Я рассматривала пальцы и решила съесть их, если я гуль, то они отрастут снова. Идея каннибализма уже не казалась такой сумасшедшей. В этот момент, в помещении зажёгся свет и из отсека появилась миска с едой. Я, что, собака? Я попыталась встать с кровати, что было довольно тяжело поначалу. Попытавшись встать, я пошатнулась и снова упала, приземлившись на спину. Я не почувствовала боли, что было довольно странно, также для человека это было бы довольно болезненно. Странно, не могло же это действительно случиться? Не верю.       Взяв себя в руки, я поднялась, но каждый шаг был довольно болезненным, скорее даже не болезненный, а неприятный. Еле дойдя до двери, я взглянула в то, что было в миске. Сырое мясо? Я ужаснулась и отползла от миски. — Тебе нужно есть, если ты не будешь этого делать, то мне придётся тебя заставить. — Я не буду это есть. Это даже не обсуждается. — у меня прорезался голос и я наконец могла говорить. — Ты уже можешь говорить, отлично. Жаль, а ведь я хотел по-хорошему, — сказал он. — так и быть, придётся по-плохому.       Дверная щель закрылась. Несколько минут ничего не происходило. Затем появилась питательная трубка, прошла по глотке и пищеводу, затем попала в желудок. Это чувство было отвратительно. Из трубы пошло мясо в огромных количествах. Меня чуть не вырвало. Эта пытка продолжалась около тридцать минут. — Я же предупреждал. — смеялся мужчина. Я ничего ему не отвечала, а только обессиленно лежала, съежившись клубком. Он с улыбкой отошёл от камеры, предварительно, погасив свет.