Купи меня

Я ждал тебя 28 бутылок виски, 17 заказанных пицц, 706 кругов проиграли диски В ожидании взмаха твоих ресниц. Я ждал тебя 160 пересадок, 3305 сигарет, Я 207 раз вымыл чайный осадок И даже сходил на балет. Практически 2 путешествия в Вену, 3 тюбика пасты, 25 книг, 17 пустых восхождений на сцену: Я ждал тебя так, что от жизни отвык. И вот твоя тень на истертом пороге, Твоё отражение в море зеркал… Сказала — «Прости, я забылась в дороге.» И улыбнувшись спросила — «Ты ждал?»

***

Москва. 10:05 Огненно-алая вспышка бегло промелькнула на одной из оживлённых трасс Москвы, круто заворачивая в глубь широких дворов. Дорогущий Porsche с визгом затормозил напротив здания Главкино, облизывая шинами до одури сухой асфальт. Лето в этом году выдалось на удивление жарким, однако сегодня погода была явно не готова к возвращению в столицу третьего наставника из нашумевшего шоу. Таня Денисова. Да, она снова здесь. Третья. Вы не ослышались. Третья и не лишняя на этом празднике жизни. Денисова изящно выпорхнула из своего авто, бережно поправляя полы белоснежного пиджака, что выгодно подчёркивал глубокое декольте и тонкую талию. Зауженные к низу брюки и высокая шпилька обрамляли её длинные стройные ноги, что сейчас твёрдо ступали ближе ко входу в огромное здание. Казалось, что за время отсутствия в столице она похудела ещё сильнее. Машина дважды пронзительно пискнула, запирая свои двери изнутри. Шелковистые пряди смешались с колючим ветром, путаясь друг с другом и нарочно мешаясь перед глазами. Таня аккуратно поправила свои волосы, зачёсывая их назад. Едва уловимые кудри небрежно рассыпались по острым плечам. Тонкие женские пальцы впились в металлическую ручку двери, с силой потянув её на себя. Она, как в первый раз, после долгой разлуки ступила на порог телецентра, обнимая свои плечи руками, полной грудью вдыхая уже до боли знакомый запах, доминировал в котором терпкий парфюмом Шестепёрова. Денисова тяжело выдохнула, предвкушая их нелегкую встречу.

даже если вы были вынуждены отпустить чью-то руку, которую казалось будете держать вечно, не расстраивайтесь, он с вами, он навсегда останется с вами, потому что родственные души не забываются.

После того, что между ними было, Таня предпочла просто исчезнуть из его жизни. Уже на следующий день она сидела в самолёте Москва — Киев на привычном месте около окна, заведомо погружая телефон в режим полёта. Куда она так спешно улетела не знал никто. Даже Катя, что в последнее время стала её самой близкой подругой. Денисова сменила номер, полностью отдала себя сыну, слетала в Германию и вновь поставила шикарнейшее танцевальное шоу, которое восстановило подпорченную репутацию девушки. Она была счастлива. Она вернулась в своё привычное амплуа. Она вновь стала одной на миллион. Она вновь — эталон идеальной женщины, матери и хореографа. Однако, после очередного концерта, сидя в своей уютной гримёрке перед тускло освещённым зеркалом, Денисова чётко поняла, что душой она опустела. Те чувства, эмоции и переживания, наполнявшие её до краёв остались в грубой Москве, с которой наставница, казалось бы, так легко рассталась. К тому же, те слова Мигеля, что по кругу крутили по телевизору и разобрали уже, буквально, вплоть до каждой паузы, не давали Тане покоя. Даже после её гнусного ухода он всё равно хотел вернуть Денисову, уже не скрывая своих тёплых чувств к сбежавшей из-под его крыла брюнетке. Она долго не решалась вернуться в Москву, в проект, в разбитое мигелевское сердце, но всё-таки решила дать столице второй шанс, хотя тысячу раз слышала, что ничего хорошего из этого не выходит. Девушка сообщила Константину о своём внезапно изменившемся решении, слёзно попросив пока не рассказывать об этом никому. И вот, спустя почти полгода она вернулась покорять сердца российских телезрителей, а заодно и разобраться со своей личной жизнью. Денисова смело дёргает ручку двери кабинета продюсера на себя, застывая в проёме с натянутой широкой улыбкой. В паре шагов от неё Мигель что-то эмоционально рассказывает Дружинину, который сразу же перевёл удивлённый взгляд на вошедшую брюнетку.

даже если пуля разочарования попала прямо в сердце, даже если на душе наступили вечные холода родственных душ не отнять друг от другa

Шестепёров, словно сердцем почуял присутствие своей самой большой в жизни проблемы, что тревожила его мысли днями и ночами все долгие месяцы её отсутствия. Мужчина круто развернулся, застывая на месте, не в силах вымолвить ни слова. Внутри всё резко оборвалось. Сердце сделало тройной кульбит и плюхнулось раненой птицей в пятки. В ушах встал истошный звон. Вернулась. Та, которую он так долго искал. Та, из-за которой он не спал ночами. Та, из-за которой он опустошил примерно два алкогольных и три табачных полностью. Голос охрип, перегар уже не выветривался. На пальцах мозоли от бесконечных попыток дозвониться до неё. Бороду сбрил только вчера и то, потому что Решетникова приехала уже заполночь под предлогом того, что вытащит из этой хандры в два счёта. И ей это почти удалось. Благодаря Кате он стоял сейчас перед любовью всей своей жизни трезвый, в чистой, глаженной одежде и еле заметной улыбкой на лице. А Денисова была как всегда прекрасна. Дежавю, правда! Словно их первая встреча в прошлом году, когда внутри у него всё затрепетало под натиском глубоких серых глаз. —Таня…? —неуверенно выпалил наставник, глухо прокашлявшись кулак. Сейчас она казалась Мигелю миражом. Её прикосновения хотелось ощутить на себе, дабы убедиться, что все это действительно не сон. Денисова сделала неуверенный шаг навстречу, приветствуя сначала Егора, который вовремя сориентировался, пока Мигель пребывал в дичайшем шоке. Таня обнажила свои белоснежные зубы, приветственно целуя его в щёку, невесомо обнимая за плечи. Девушка быстро перекинулась с ним парой фраз, неуверенно подступая к Шестепёрову, который всё так же неподвижно стоял напротив неё.

Он смотрел на неё особенным взглядом — всякая девушка мечтает, что когда-нибудь на нее будут так смотреть. Фрэнсис Скотт Фицджерал

—Здравствуй, Серёж, —приглушённо протянула Денисова, мягко погладив ладонью напряжённое плечо. Затяжные взгляды, полные недопонимания и немой просьбы не выносить конфликт за рамки своих взаимоотношений. Она скомканно пачкает его щёку помадой, а он даже не успевает к ней прикоснуться — так быстро Таня удаляется ближе к Косте, вступая с ним в восторженный диалог. Егор тихо смеётся, обводя оппонента взглядом, указывая на яркий след женских губ в области острой скулы. —На себя посмотри, — фыркнул наставник, небрежно стирая помаду с лица рукавом, коротко стреляя глазами в до боли родной силуэт.

***

После совещания Денисова одной из первой сбежала из общей гримёрки в свою, тихо прикрывая дверь. Она властно оглядела небольшую уютную комнату, сделав несколько уверенных шагов навстречу широкому, хорошо освещённому зеркалу. Как будто и не выпадала из этой проектной жизни на целый год. Пальцы аккуратно проскользили по гладкой поверхности стола, собирая тонкий слой пыли мягкими подушечками. Девушка ловко схватила свою любимую пудру, краем глаза замечая недостатки своего повседневного макияжа. Таня присела на край чёрного кожаного дивана, ровным невесомым слоем нанося косметику на лицо, как вдруг в дверь кто-то отрывисто постучал. —Войдите, —бархатно отозвалась девушка, тяжело выдохнув, в последний раз поймав себя в маленьком круглом зеркальце. На пороге показался никто иной, как Мигель, что сейчас просто застыл на месте, не решаясь сделать ни шагу навстречу. Он разучился общаться с той Таней Денисовой, которая обломала его тогда на парковке в начале четвёртого сезона. Она чужая. Отформатированная. И ему не по плечу. —Честно сказать, я знала, что ты придёшь, — с лёгкой ухмылкой выдала брюнетка, глухо хлопнув крышкой мраморной пудры. Таня коротко посмотрела на Мигеля через плечо, что, вальяжно навалившись спиной на стену, нервно отбивал ногой ритм чечётки. —Я настолько предсказуемый? —искренне удивился Шестепёров, аккуратно прикрыв за собой дверь. —Нет, просто… Нам действительно есть, о чём поговорить, —невесело протянула наставница, садясь вполоборота к мужчине. —Проходи, —кивнув головой в сторону свободного места рядом с собой, приглушённо выпалила Денисова. Он с секунду помедлил, не решаясь сокращать между ними расстояние, однако та химия, та особая гравитация, что повисла в воздухе после долгой разлуки, убедила наставника в обратном. —Ну, рассказывай, как ты? —непринуждённо поинтересовался Мигель, мягко опускаясь на кожаный диван. Эта дежурная фраза очень удивила Денисову, что уже настроилась на весьма серьёзный разговор. —Тебя серьёзно интересует именно это? —горько усмехнулась Таня, откладывая пудру на журнальный столик. Она медленно проскользила взглядом по напряжённому профилю наставника, шумно втягивая воздух носом. Брюнетка уже и вовсе отчаялась, многозначительно прокашляв в кулак. —Хорошо, я…—безэмоционально начала девушка, однако договорить ей не дал грубый мужской голос. —Почему ты пропала почти на полгода? —поставил вопрос ребром Шестепёров, переплетая пальцы в замок. С каких пор он стал таким нерешительным? Хотя это, впрочем, не так уж важно. Главное — что ответа, на вопрос который она так ждала от Мигеля, не было. Сказать неправду — не сказать ничего. Возвращаться в Москву, чтобы всё исправить, а в итоге вновь водить мужчину за нос Таня и не думала. —Мигель, я запуталась. Мне нужно, как ты говорил, определиться, чего я вообще от жизни хочу, от этого проекта… От тебя, —монотонно проголосила Денисова, разглаживая невидимые складки на полах своего пиджака. Последнее «от тебя» она добавила скомкано и неуверенно, будто сомневаясь, а ему-то это вообще надо? Может, в чужой голове сейчас рой непонятных мыслей о том, как бы побыстрее отсюда свалить? Хотя тогда смысла не было приходить в принципе. —В любой ситуации виноваты оба, ты же знаешь. И то, что произошло с нами — не исключение, —резко поднявшись на ноги, вспыхнула девушка. Она словно сама себя убеждала в этом, всплеснув руками от негодования. Она даже не искала себе оправданий, хотя любая другая бы на её месте заистерила, тыча указательным пальцем в свою вторую половинку, обвиняя молодого человека во всех смертных грехах.

Во всём, что с нами происходит, ищите женщину.

—А ты не могла мне всё это сказать перед тем, как умотала неизвестно куда? Зачем было отказываться от участия в пятом сезоне, если в итоге ты всё равно здесь? — с вызовом бросил Мигель, смотря на наставницу снизу вверх. Он совершенно не понимал Денисову, считал, что было бы проще и лучше, если бы они нормально поговорили после той глупой ошибки, к которой мужчина, кстати, тоже немало причастен. Смысл убегать от проблем и недопониманий, если они всё равно тебя рано или поздно настигнут? —Тогда я, правда, не хотела больше принимать участие в новом сезоне, —умело спрятав от мужчины свои мокрые глаза за шоколадными прядями, твёрдо отрезала Таня. Упёрлась рогами в свою работу, в попытках заглушить щемящее в груди чувство. Первые пару недель это ей очень даже помогало, однако позже, такое, своего вида, обезболивающее перестало действовать, и сердце вновь отчаянно сжималось от боли. Грела лишь мысль о том, что теперь с Лёвой они виделись чаще, что заставляло её натянуто улыбаться и «держать лицо» при сыне, чтобы у того не возникло никаких подозрений. —Что заставило тебя изменить своё решение? —стремительно поднявшись с насиженного места, непонимающе спросил наставник. Ты. Да, ты. Ты и тысячу раз ты. Она не смогла тебя забыть, вычеркнуть из своей жизни и никогда больше не появляться в твоей. Но она не скажет об этом сейчас, а, может, и вообще никогда, потому что сама этого не осознаёт. Насколько ты ей нужен, важен и дорог, раз она вновь здесь. Она — дура, а ты — дурак. Отличная пара. Вам по судьбе написано быть вместе. —Не смогла я влиться в свой привычный ритм жизни. Ну не сидится мне на мягком месте ровно, что теперь сделать? —парировала Денисова, активно жестикулируя руками, часто хлопая пушистыми ресницами. —Тянет меня в эту столицу, будто мёдом здесь намазано, —устало закатив глаза, невесело выдала девушка. —А я думал, ко мне тянет, —горько усмехнулся Мигель, невесомо коснувшись пальцами её острого локтя. —Дурак, —приглушённо рассмеялась Таня, судорожно обмахивая себя ладонями в попытках прогнать непрошеные слёзы. —Можно тебя хоть обнять? —тепло раскинув руки в стороны, неуклюже протянул Шестепёров. К ней безумно хотелось прикоснуться. Неужели он слишком глубоко вошёл в её сердце острым ножом? Эти солёные капли, что застыли в пустых серых глазах, наставник не мог терпеть. Мигель в принципе не переносил женских слёз. Ему сразу становилось неловко, он терялся и не знал, что делать. Но её слёзы были особенными. Ему тут же хотелось прижать Таню к себе, насухо стирая мокрые дорожки, к чертям размазывая всё косметику, плавно уходя ко дну в океане бушующих глаз.

умирать от твоей руки оказалось не весело, посмотри на меня, ты ведь сам это сотворил: у меня не четкие мысли в голове, а сплошное месиво и мне, черт возьми, день без тебя не мил.

—Да, конечно. Я, кстати, соскучилась, —приветливо обнажив свои белоснежные зубы, растерянно прощебетала Денисова, параллельно смахивая со щёк кристально-чистые слёзы. —Я, кстати, тоже, —довольно протянул Шестепёров, цепко обхватив руками тонкую талию. Сейчас он схватился за неё, как за спасательный круг, чтобы окончательно не сойти с ума в сомнениях от того, что всё это лишь плод его разгулявшейся фантазии. Таня бархатно рассмеялась, переплетая ладони на его шее, блаженно прикрывая глаза, прижимаясь щекой к его крепкому плечу. В этих до боли родных объятиях жутко хотелось раствориться, напрочь забывая обо всём вокруг.

«лучший подарок — объятья»

—Катя знает, что ты вернулась? —резко задал вопрос Мигель, скользя ладонями по гладкой ткани белоснежного пиджака. —Нет, я хотела после собрания как раз к ней поехать, —скомканно протараторила Денисова, ловко разрывая долгожданные объятия. —Тебе, может, компанию составить? —аккуратно заправляя прядь шелковистых волос за ухо, непринуждённо предложил мужчина. Таня понуро опустила взгляд в пол, поймав себя на мысли, что безумно хотела бы сейчас поехать с ним куда угодно, но щемящее чувство в груди, напоминающее ей о так и не рождённом члене их недосемьи, останавливало. —Спасибо, не стоит, —упираясь ладонью во вздымающуюся мужскую грудь, приглушённо отрезала Денисова. Она в два счёта обошла наставника, удаляясь к двери, изящно виляя бёдрами. Девушка решительно коснулась холодной ручки, потянув её на себя. —Серёж, у нас с тобой всё ещё впереди. Просто… Давай не будем торопиться? —заговорчески бросила Таня, скрываясь в полумраке коридора. Мигель проводил наставницу восторженным взглядом, следом приземляясь на край стола, где у девушки хранились разнообразные баночки с косметикой, глупо улыбаясь.

мне бы старый пикап, бутылку сухого вина и тебя к морю. я не пью, да и плавать не особо умею, но с тобой, я бы пьяный переплыл все море

***

Нижний Новгород. 23:45. Кастинги тянулись чересчур медленно. Возвращаться в проект оказалось не так просто — за время отсутствия в шоу Таня серьёзно отвыкла от, казалось бы, привычного динамичного ритма съёмок, поэтому после выключения камер ей хотелось поскорее уехать прочь от пристальных взглядов коллег и массовки. Двойственные чувства были абсолютно у всех — так просто принять Таню сверхукомплектованного состава непросто. Не сомневался в правильности решения девушки лишь Мигель, что пока даже на знал, как к ней лучше подступиться.

Если человек захочет быть рядом — он будет.

В прохладном отельном номере, что тускло освещала лишь полная луна, истошно затрезвонил телефон, заставив сонную девушку непонимающе распахнуть глаза. Вернувшись в гостиницу после съёмок, Денисова поспешила снять с себя весь тяжёлый макияж и шёлковый леопардовый костюм, который ей так пришёлся по душе. Она, собрав волосы в небрежный пучок, прогнувшись в спине, словно мартовская кошка, залезла под одеяло, небрежно выключив небольшой ночник, следом блаженно прикрывая глаза. Однако поспать ей удалось от силы минут двадцать. Разбудил брюнетку тот самый звонок. На экране высветился незнакомый номер, на которые Денисова обычно не отвечала. Она наскоро сбросила входящий, вновь укрываясь одеялом с головой. Однако, звонок повторился. Девушка тихо выругалась, стаскивая телефон с тумбы. Смысла сбрасывать не было — кто-то на том конце отчаянно хотел до неё достучаться. Денисова плавно чиркнула по экрану ногтём, прикладывая телефон к уху. —Татьяна, доброй ночи. Вас беспокоит Сержант Орлов из девятого отделения, —эхом в трубке раздался приятный мужской бас. —Доброй. А что, собственно, случилось? —с неохотой приподнимаясь на кровати на локтях, сонно пробурчала брюнетка. —Прошу прощения за столь поздний звонок, конечно, но не могли бы вы подъехать к нам в участок и забрать вашего коллегу? —тактично выпалил полицейский, метко стрельнув глазами в понуро опустившего плечи Мигеля. —Какого именно коллегу? И почему именно я? —изогнув одну бровь в немом вопросе, непонимающе отозвалась Денисова, спуская ноги на холодный пол. —Шестепёров Сергей Мигельевич, —монотонно протараторил участковый, нервно стуча ручкой по очередному нижегородскому «глухарю». —Понятно теперь, почему именно я. А что натворил хоть? —устало закатив глаза, как бы невзначай поинтересовалась Таня. —Распивал с шумной компанией спиртные напитки в неположенном месте, —добродушно ответил ей на вопрос мужчина, по-прежнему не отрываясь от весьма сложного дела. —Хорошо, я скоро буду, —скомканно ответила Денисова, резко сбрасывая вызов. Она обречённо помотала головой, предвкушая очередную бессонную ночь с Мигелем. —Где ж я так нагрешить-то успела, что мне в жизни так с мужиками не везёт? —глухо прохныкала наставница, небрежно приземлившись на белоснежные простыни, упираясь пустым взглядом в зеркальный потолок.

Мне в пору  разбить  твою  голову  об асфальт,  Да боюсь  разбудить  терпеливых  и добрых  соседей.  Я могла бы,  не дрогнув,  снять  с тебя  лезвием  скальп.  Но мама  сказала,  так  не делают  леди.

Через несколько секунд она все-таки находит в себе силы подняться и отыскать в своём чемодане что-то менее броское и удобное, чем сегодняшний эфирный костюм. Денисова ловко натягивает на себя уже привычные джинсы и худи, скрывая весь свой смертельный недосып под плотной тканью чёрного капюшона. У входа в отель её уже ждёт серый Киа, водитель которого сам не блещет бодростью, да и не особо разговорчив. Таня уныло утыкается виском в запотевшее стекло, провожая смазанные пейзажи города за окном, изредка дуя пухлые губы. Пустой двор полицейского участка встретил её гулким лаянием бездомных собак и тусклым светом фонарей. Она неуверенно захлопывает дверь уютного такси, в которое сразу же захотелось вернуться, однако назад пути не было. Её непутёвого коллегу нужно было срочно выручать. Узкие, обшарпанные коридоры привели девушку в светлое помещение, в котором стоял дичайший запах алкоголя. Денисова аккуратно прошагала вглубь, крепче сжимая руками свои плечи, осматривая непривычную для неё обстановку вокруг.

милая, правда, угомонись. всё вокруг — просто сплошная бессмысленность. ты давай, с океана на сушу вернись, хватит в грубости видеть изысканность.

—О, спасительница моя явилась! —окликнул Таню уже знакомый голос из-за решётки. Девушка приветливо улыбнулась молодому приятному участковому, что сидел за столом напротив, подходя ближе. —Иди нахрен! —едко прошипела брюнетка, коротко стрельнув глазами в помятого Шестепёрова. —Скажите, а он может у вас тут до утра посидеть в целях профилактики? —ловко оперевшись одной рукой на стол, с вызовом спросила Денисова. Молодой человек в форме удивлённо на неё посмотрел, следом медленно переводя взгляд на опешившего Мигеля, что в секунду ловко подорвался с насиженного места. —В принципе, камеры свободные есть — не жалко, —непринуждённо отозвался полицейский, копошась в куче бумаг перед собой. —Не-не, какой до утра, начальник? Таня, блин, пожалуйста! —мгновенно возмутился наставник, обнимая тяжёлый металл ладонями. Денисова пуще свела брови к переносице, прожигая недовольным взглядом Шестепёрова. Не этого она хотела, когда возвращалась в проект. Не о таких отношениях она грезила, засыпая каждую ночь в Германии одна. Хотя, честно признаться, по его чудачествам девушка скучала. —Где расписаться нужно? —тяжело выдохнув, робко протянула Таня. —Вот здесь, —наскоро выпалил молодой человек, ткнув пальцем в графу толстого журнала, вручив брюнетке свою ручку. Пока Денисова размашисто расписывалась на белоснежном листе, участковый в два счёта открыл тяжёлый замок, выпуская Мигеля на свободу. Девушка небрежно бросила ручку напротив чужих каракулей, спешно прощаясь с молодым человеком. Она стремительно вылетела из участка, схватив наставника за руку, словно провинившегося мальчишку. —Как ты умудрился, Шестепёров? Как? Тебе в отеле спокойно не бухается что ли? —внезапно вспылила Таня, как только железная дверь за ними глухо захлопнулась. —Ну, а вдруг я начну к тебе приставать? —ловко отшутился Мигель, мягко обнимая её одной рукой за талию. —Получишь тогда, —твёрдо отрезала Денисова, смачно ударив мужчину по ладони, что покоилась на её теле. —И где ты компанию-то себе вообще нашёл? —искренне удивилась наставница, зачёсывая шоколадные пряди, что так удачно путались у неё перед глазами на ветру, назад. —Я человек общительный, ты же знаешь. Присел к молодёжи в парке, а там пить нельзя, оказывается, —ни капли не сожалея о содеянном, на одном дыхании протараторил Шестепёров, становясь напротив Тани. —Это сейчас, конечно, неправильно, но… Ты убежать не мог что ли? —парировала девушка, активно жестикулируя руками. —Я и не пытался. Сам сдался, —довольно выпалил мужчина, обнажая свои белоснежные зубы. Таня шокировано распахнула глаза, часто хлопая пушистыми ресничками. Сейчас она вообще ничего не понимала. Если он хотел устроить ей экскурсию по местным отделениям полиции, то это была очень плохая идея. —Ну и чего ты этим добился? —растерянно протянула Денисова, удивлённо вскинув брови вверх.

Любовь требует поступков, свершений, подвигов или хотя бы действий. Иначе она выдыхается и становится просто словами, становится способной только на слова.

Она обняла себя ладонями за плечи, с силой впиваясь острыми ногтями в плотную кожу своей куртки. Мигель молча выпускал пар изо рта в ночную прохладу, дразня женское любопытство всё больше. —Ты пришла ко мне на свидание, —счастливо выпалил мужчина, подходя вплотную к Тане, что тут же напряглась от такой близости. —Дурак! —приглушённо бросила девушка, упираясь ладонью в его грудь. —Прогуляемся по ночному Нижнему? Соглашусь, звучит не очень заманчиво, но…—перехватывая её руку, сжимая озябшие пальцы в своей ладони, заговорчески протянул Шестепёров, неуверенно склоняясь ближе к её опешившему лицу. —Давай на такси до отеля прогуляемся лучше? —вовремя опомнилась Денисова, расплывшись перед ним в лёгкой улыбке. —У нас самолёт рано, —продолжила брюнетка, мягко выпутываясь из его цепкой хватки. Она ловко обошла мужчину, уходя в сторону оживлённой трассы, что сейчас пустовала, параллельно пытаясь вызвать такси. —Идея тоже неплохая, —пробурчал себе под нос Мигель, круто разворачиваясь за ней следом. —Но моя всё равно лучше, —самодовольно усмехнулся наставник, резко срываясь с места. Он в два счёта догнал Денисову, со спины коротко целуя её в румяную щёку. От неожиданности девушка чуть не выронила телефон из рук, непонимающе смотря на наставника, развернувшись к нему лицом. Мигель ловко подхватывает девушку на руки, перекидывая её через плечо наперекор всем возмущениям и побоям со стороны Тани. Он нагло шлёпает брюнетку по попе, за что получает смачный удар по спине, выруливая на хорошо освещённую улицу. —Господи, за что мне всё это? За что мне именно ты на голову свалился, Шестепёров? —взмолилась Денисова, истерически засмеявшись, пряча лицо в ладонях, обречённо мотая головой. —За всё хорошее, —тепло отозвался Мигель, кружа её в воздухе под истошный вскрик.

То ли я с тобой осталась, То ли ты ушёл со мной…

Нижний стал новой точкой невозврата. Точкой обратного отсчёта до того, как они взорвутся громкими петардами, сливаясь воедино в жарком поцелуе. Но этого, увы, сегодня не случится. Ночной город стал для них полем боя, где Мигель пытался умело увести Денисову в нокаут, то и дело приближаясь к её пухлым губам, но девушка, к великому сожалению наставника, отлично защищалась.

***

полюбить тебя заново осенью — это раз. в октябре всегда тянет на прошлое изнутри. это два — перекинуться парой обычных фраз. провести с тобой ночь и оставить записку — три., а четыре — сходить послушать, как ты поешь в опустевшем подпольном баре и все понять. я ползу по обмякшим улицам, ты — идешь. вспоминать, как нам было весело — это пять. шесть и семь — каждый раз в метро на Кузнецком мосту задыхаться от злости, съеживаться в клубок, видя эту картину. да, ту самую. ту, где мы за руки. вместе. в жизни тогда был прок. это восемь — любить октябрь и жить лишь им. это девять — его ненавидеть. я все. я пас. это десять — метаться в прошлом, как у руин. полюбить тебя заново осенью — это раз.