Курт Кобейн

Наше время :       Им всем было тяжело вспоминать об этом даже спустя 5 лет, но все они осознали, что теперь он стал их хранителем. И возможно получил свой второй шанс на жизнь в своём сыне. Именно об этом думали Кристина и Серёжа, на берегу моря, который так любил свобода 10 лет спустя       Еве сегодня 20 и праздновать она начала у памятника, самого дорогого человека. Час ночи, а она сидит одна в темноте, но она не одна рядом ее отец, и, наверное, ее уже потеряли, но она больше не могла играть идеальную дочь. 15 лет играла, хватит. Макс с мамой сейчас в Москве, у него прослушивание. А она уехала в Краснодар. Именно в этом городе она чувствует себя дома. Она была готова отдать все, только чтобы ее отец был с ней, а ее фамилия была Анисимова, а не как у мамы Кошелева. Чтобы лучший друг отца не грустил, когда слышал, как поет его копия. Ей бы хотелось знать, каким человеком был ее отец, не со слов его друзей, родных и мамы. Но все, что ей оставалось это пересматривать «ПЕСНИ» и курить его любимые сигареты. Все прочили ей великое музыкальное будущее, а она же никогда и не хотела эти заниматься, ей больше было интересно играть на струнах души. Да у нее был прекрасный слух и голос, но она хотела спасать людей, помогать им. Поэтому пошла на психолога, где была крайне успешна. Там в универе начала курить, а бросить теперь, кажется, невозможным. Но продолжает прятаться от мамы, чтобы не расстраивать и не слышать в очередной раз о том, что пошла вся в отца. Помнит, что имен тут в Краснодаре ее спалил дядя Сережа. Как он ругался тогда, надо было слышать. Чертов Анисимов, наследственность никуда не деть, но не дочери же передавать свою привычку дышать смогом. И с этого момента всегда называет меня Анисимовой, мама сначала это жутко напрягало, но потом смирилась. Эх, папа, знал бы ты, как ей тяжело. А Максу всех больше, он тебя совсем не знал, но именно он собрал в себе всего тебя. Правда на свободу рваться перестал, о матери заботится, дядя Сережа все же смог на него повлиять и дядя Макс тоже. Так что теперь моя очередь пришла мечтать о свободе. Но мои мечты будут яркими, они будут вести меня по моей дороге. И я знаю папа, что ты где-то там присматриваешь за мной, а с таким ангелом ничего не страшно. Все до сих пор сравнивают тебя с Кобейном, но вы совершенно разные, ведь ты мой отец.       Ева оставила бутылку любимого коньяка отца у памятника, села в машину и уехала к морю, смотреть, как разбиваются мертвые чайки в порту…