Век мозазавра

      Тёмная дождливая ночь. Молния изредка освещала тёмную воду бассейна. Ничего не видно. Вот в воде зажглись небольшие огоньки, и вскоре в воде стала видна небольшая субмарина. Она была круглая и стеклянная. Там сидело два человека. Они плыли вглубь бассейна и думали что одни. Но ошибались. Они даже не подозревали, что за ними следят, и что их судьба уже выписала им смертный приговор. — Ты уверен что мы здесь одни? — нервничал один из них. — Да успокойся ты. — сказал второй — Они все уже передохли давно.        Но первый, хоть и сделал вид что успокоился, на самом деле заволновался ещё больше. Ему вообще не нравилась вся эта идея, да и атмосфера была какая-то… Жутковатая. Он хотел сейчас только одного: уплыть отсюда, сесть на вертолёт, улететь домой и больше никогда в жизни сюда не возвращаться. Но уже поздно, он подписал контракт, и теперь вынужден выполнить его условие.        Субмарина вскоре доплыла до дна. Все стены и дно бассейна заросли тиной. — Вот и она. — сказал второй — Индоминус рекс.        Он нажал на несколько кнопок на панели, и от субмарины отделилась механическая рука и пила, которая отпилила от скелета ребро. Механическая рука, держа кость, прикрепила к ней что-то наподобие шара и отпустила. Кость начала подниматься вверх.        Мозазавр спал. Его синеватая спина чуть видна была на поверхности, но сливалась с водой и была практически незаметна. Дождь приятно моросил по ней, и ящеру это нравилось. На его морде была еле заметная улыбка. Волны тоже омывали спину и качали мозазавра, но он к этому привык. После того, как люди перестали приходить к нему, он стал чувствовать себя свободным, люди теперь не властны над ним, ему не надо выныривать из воды, когда люди хотят этого, он теперь свободен. Но чего-то ему всё-таки не хватало.        Вдруг он почувствовал, как в него что-то ударилось, что-то маленькое и еле заметное. Он медленно открыл глаза. Его внимание почти сразу же привлёк тусклый свет на дне от маленькой подлодки. Мозазавр не был рад непрошеным гостям. Ему больше нравилось одиночество, а вторжение людей в его владения привело его в бешенство. Он медленно погрузился почти на самое дно и открыл свою огромную пасть с сотнями зубов прямо за ничего не подозревающими людьми, после чего его челюсти внезапно захлопнулись, и ящер проглотил подлодку даже не разжевав.        Тут он понял, чего ему не хватало всё это время. Охоты. Медленно приближаться к ничего не подозревающей жертве, после чего хватать её и разрывать на кусочки или проглатывать целиком, после чего чувствовать боль и страдания жертвы. Несколько лет назад он убил индоминус, но это чувство давно забылось. Это не то чувство, когда он выныривал и хватал акулу, нет. Это была не охота, просто кормёжка, а эта ловля подлодки вызвала у него восторг, он хотел ещё.        Вдруг он заметил что-то на поверхности. Мозазавр подплыл ближе и увидел вертолёт со свисающей лестницей прямо над ним. Он не мог устоять и вынырнул из воды, схватив лестницу зубами. До вертолёта он добраться не смог, он был слишком высоко. Ящер упал в воду, вызвав огромные волны. Вдруг он заметил, что ворота, которые всегда были закрытыми, были наполовину открыты. Он никогда не видел полностью того, что было там, в большом мире за вратами. Он хотел увидеть всё, что там было. Водный ящер хотел увидеть других живых существ, ведь в его бассейне никогда не было никого кроме его самого.        Он поплыл прямо к воротам, ему не терпелось поскорее проплыть туда и увидеть весь этот мир. Наконец он выплыл за пределы бассейна. Океан был намного глубже, чем он ожидал, даже глубже чем его бассейн. Мозазавр был в восторге.        Вода была тёмной и тёплой, совсем не такой как в бассейне, прозрачной и холодной. Плыть было так приятно, волны омывали его огромное, синеватое тело. Ящер понял, сколько всего он пропустил, сколько всего таит этот огромный, неизведанный мир, в который он впервые попал. Он захотел погрузиться глубже, и медленно стал опускаться на дно. К его удивлению, оно было покрыто не твёрдой плиткой, а мягким и светлым песком, прямо из которого росли водоросли, между которых плавали маленькие рыбки. Кое-где лежали всякие камни, по которым ползали какие-то крабы. Мозазавр с интересом рассматривал всё: каждый предмет, каждое существо, каждое растение. Он гордо плыл мимо всего этого и чувствовал себя неким царём, повелителем морского мира. Все в страхе спешили уплыть от него или же где-нибудь спрятаться, пока он не видит. Хотя он ещё никого здесь не убил, все боялись его из-за размера, зубов и того, что он такой единственный, таких как он в океане никогда не видели.        Ящер уже отплыл достаточно далеко от бассейна. Он ужасно устал, ласты болели, желудок пустовал. Вдруг он увидел акулу, совсем как ту, которую ему обычно давали во время кормёжки, но живую, двигающуюся и сопротивляющуюся, его новую жертву. Он подплыл к ней и открыл пасть. Акула в панике попыталась уплыть, но монстр был быстрее. Он одним уксусом откусил половину акулы и проглотил её хвост. Голова осталась плавать в воде, из неё вытекала кровь, всё пространство вокруг стало красным. Мозазавр улыбнулся. Это то, что ему нужно. Смерть, кровь, паника и бессердечие к жертве, которая уже на твоих острых, огромных зубах, и тебе остаётся лишь сомкнуть челюсти и ощутить всю её боль, страдания, вкус мяса и крови, почувствовать, как хрустит её позвоночник, и как уже мёртвая, но иногда всё ещё живая, жертва попадает в твою глотку и медленно движется прямо к желудку.        От акулы ящер был в восторге, это не та мёртвая и безвкусная туша на кране, которую ему давали раньше, нет, это живое существо, тёплое, сочное, мягкое. Мозазавр был беспредельно рад тому, что ему наконец удалось сбежать оттуда, из той тюрьмы, в которой его держали много лет.        Ящер осторожно опустился на дно и расслабился. Теперь всё хорошо. Он медленно закрыл глаза, его мозг постепенно переставал думать, и вскоре он заснул.        Солнце ярко освещало волны, а его лучи проникали почти до самого морского дна. Шкура мозазавра красиво блестела и переливалась, купаясь в лучах солнца. Веки распахнулись, и доисторический ящер увидел океан в ярком дневном свете, освещающем практически всё. Он всплыл на поверхность. Вода стала ещё теплее, море было спокойным. Мозазавр поплыл на разведку. Ночью он так и не рассмотрел внимательно свои новые владения, поэтому он решил осмотреть их сейчас, а заодно и позавтракать. Тут он увидел нескольких акул и направился к ним. Когда его пасть захлопнулась, в ней оказалось две акулы, а третья в панике уплыла. Теперь у морских жителей появился настоящий повод бояться этого монстра моря. Он жаждал крови, мяса. Ящер ненавидел людей, они держали его взаперти, бросили его и бесили, он сходил с ума и чуть не сошёл.        Наевшись, мозазавр направился на осмотр территории. Он внимательно осматривал каждую скалу. Ему всё здесь было интересно. Вдруг он почувствовал сильное колебание вод и обернулся. В нескольких сотнях метрах от него проплывали огромные синие создания: киты. Их было много. Они казались мозазавру похожими на него, и он был прав. Киты и вправду были сильно похожи на него, такие же огромные, синие и гордые существа как и он. Ящер жестоко улыбнулся. Он жаждал приятной крови, тёплого мяса. Их огромные туши словно сами просились к нему в зубы.        Ящер поплыл к ним. Они вызвали к него восхищение. Хотя он удивлялся всему, что видел здесь, они поразили его больше. Теперь у него неограниченный запас еды, они его выводили из себя, вызывая жуткий голод. Он подплыл к ним, оставаясь на безопасном расстоянии. Киты гордо плыли мимо, не обращая на него внимания, но даже не подозревали, что он задумал. Он выбирал жертву.       Мозазавр пристроился с краю и, выбрав крупного китёнка, слегка отставшего от стаи, резко подплыл к нему и схватил за шею своими зубами. Детёныш с ужасом запищал, пытаясь вырваться из зубов монстра, но челюсти ящера уже сомкнулись на его мягкой и хрупкой шейке. Клыки монстра всё глубже входили в тушу, мозазавр чувствовал на языке приятный и сводящий с ума вкус свежей крови.        Убив жертву, хищник отплыл с ней в сторону и стал есть его, жестоко разрывая на куски и выпуская его внутренности наружу. Съев его, он понял, что лучше ему держаться рядом с ними. Куда они плывут, он не знал, но делать ему нечего, и эта миграция, которая будет смертельной для китов, ему понравилась. Ему нравилось плавать неподалёку от этих огромных туш. Он плавал на безопасном расстоянии от них, каждый день жестоко убивая хотя-бы двух китов, отставших от стаи, и издеваться над ними. Он не мог продержаться ни дня без убийств и видов изуродованных китов, без этого он начинал сходить с ума.        Прошла неделя. Ящеру нравилось плавать с китами, он удачно и с особой жестокостью охотился, и киты его почти никогда не видели и даже не подозревали, что неподалёку от них плавал ужасный, кровожадный и жестокий убийца.        Киты и мозазавр приплыли в какое-то море. Стая устроила привал. Но так как отставших в этот раз не было и все были вместе, мозазавр решил осмотреть здесь всё. Но больше всего он хотел только одного: убивать, чтобы получить невероятное удовольствие и есть. Он поплыл в сторону берега, в надежде найти хоть какую-то еду. Там был песчаный пляж, на котором было множество людей, столько мозазавр никогда не видел. Но он всё помнил. Они ужасно бесили его, снова он слышал тот самый оглушающий шум, который ужасно сводил его с ума и делал его сумасшедшим. Вдруг он заметил, что несколько людей плавают на волне, в которой он плывёт. Он не упустил свой шанс: открыл пасть и проглотил трёх, после чего медленно погрузился на дно и, более-менее удовлетворив неутолимую жажду убийств, стал наблюдать за этими ужасными и бесящими людьми. Он слышал, что люди с пляжа, после того как увидели его, закричали и побежали как можно дальше оттуда. Ящер даже не думал, к чему всё это приведёт… Ему сейчас было главное лишь одно: месть, жестокость, сумасшествие.       Плавали киты долго, и мозазавру это как-то надоело. Он сильно уставал, времени на охоту почти не было, ведь привалы были короткими, а пока найдёшь отставшую жертву, то киты начнут уплывать, и когда мозазавр доест, то они уже будут слишком далеко. Тогда он всё-таки решил уйти от китов. Но только он привык нападать на огромных и медленных китов, еда и «антистресс», который он использовал, когда снова начинал сходить с ума, всегда была у него под ластой. Он не знал что делать, остаться с ними, или уйти и охотиться на других животных? Жизнь одиночки, как ему казалось, была создана для него, ведь всю жизнь он жил один, и ему это нравилось, а киты снабжали его всем необходимым для жестокого убийцы. Выбор был точно не для него…        Прошло четыре дня. Они плыли сегодня дольше, чем обычно. Ящер ужасно устал, ласты отказывались работать. Ему всё это ужасно надоело, и он решился. Впервые за полторы недели с китами. Он осторожно стал отплывать от них. Некоторые оглянулись и недоумевающе смотрели на него, радуясь, что маньяк их покидает. Вдруг он услышал какой-то шум на поверхности и взглянул наверх. Там летело два самолёта. От одного из них внезапно что-то упало в сотне метрах от них, как вдруг раздался взрыв. Мозазавр был в ужасе, он знал: они открыли на него охоту…        Киты тем временем в панике расплылись кто куда. Ящер в страхе не знал что делать, как вдруг раздался взрыв в трёх метрах от него. В глазах всё потемнело, вода становилась красной…        Прошло два часа. Море было спокойным. Солнце еле пробивалось сквозь толщу воды. Солнечные лучи освещали спину мозазавра, огромного мозазавра. Она блестела и переливалась, но была недвижна. На его боку не было шкуры, там была огромная, ужасная рана. Ящер одиноко лежал на дне, не шевелился, не дышал… Вдруг его глаза слегка приоткрылись. Он попытался всплыть, но не смог. Ему было так больно, так плохо, так одиноко, он не мог даже пошевелиться. Он чувствовал сильный запах крови. Своей крови. Но он знал, что судьба даёт ему ещё один шанс жить, жить полноценной жизнью.