Обманщица Усопп

4. Девочка, которая вкусила дух приключений Любопытство боролось со здравой осторожностью, но всё же победило, и я с опаской полезла наверх. А на палубе происходило создание нашего пиратского флага. Но я бы скорее выбросилась за борт, чем согласилась ходить под тем флагом, что нарисовал наш несравненный капитан. И мои новоиспечённые накама были со мной полностью согласны: — Может, это какая-то абстракция? ― с умным видом спросила Нами. — Я, конечно, знал, что пиратский флаг должен внушать ужас… Но это скорее ужас от твоего «таланта», ― с дёргающимся глазом произнёс Зоро. — Тц-тц-тц, ― поцокала я языком, не в силах сдержать свой лживый язык, который уже придумывал новую «историю». ― Что же вы сразу ко мне не обратились? Вам крупно повезло, что у вас на борту находится великий художник. — Великий художник?! ― кто-то скептически это произнёс, а кто-то восхищённо. — Я целых пятьдесят лет расписывала… Л! стены всей деревни. В живописи меня никто не переплюнет! — Круто! Тебе уже пятьдесят лет! ― в глазах Луффи сверкали звёзды. — Так у тебя уже и внуки должны быть, ― поддержала беседу Нами. — Поздравляю, ― ухмыльнулся Зоро. — Может, хватит уже? ― надулась я. После чего, под заливистый смех накама, я быстро принялась рисовать пиратский флаг, но и сама не заметила, как нарисовала флаг своего нового тела, за что и получила по макушке сдвоенным ударом от Зоро и Луффи. Подумаешь, не сильно-то и хотелось… На этом я нарисовала череп в соломенной шляпе со скрещенными костями. Вроде получилось неплохо, да и ребятам понравилось. — Круто! ― восхитился моим рисунком капитан. ― Можешь такой же нарисовать и на парусах? — Есть! — я шутовски отдала честь. После этих слов Зоро на пару с Луффи, под чётким руководством Нами, сняли главные паруса, и я принялась за работу. На рисование настолько большого черепа у меня ушло где-то около двух часов, но рисунок оценили все. Я аж смутилась ― всё же приятно, когда твой труд оценивают по достоинству, да ещё и так восхищаются. А я… что уж тут скрывать, была несколько самолюбива! Ещё около пары часов ушло на высыхание парусов и вешание их обратно на мачту. — Фух… устал! ― протянула я, падая на палубу. Однако мой отдых накрылся медным тазом, когда на горизонте капитан углядел надвигающийся на нас чёрный грозовой фронт. Поджилки предательски затряслись. — А-а-а-а-а! Мы все умрём! ― я всё же не удержалась от крика. Подскочив с деревянного пола, повернулась к Зоро ― он показался мне самым сильным и надёжным. Прыгнув ему на спину и обвив его всеми конечностями, я заверещала ему диким голосом на ухо. Я настолько была напугана предстоящим штормом, что не заметила, как мечник стал хрипеть и синеть, по всей видимости, я пережала ему горло. — Упс… ― протянула я, наконец-то заметив изменения в моём предполагаемом защитнике. — Усопп… ― прохрипел Зоро. ― Я убью тебя… На этом я сочла за лучшее сбежать: быстро отпустив парня, я метнулась в мужскую каюту, не забыв забаррикадировать люк в потолке. Облегчённо выдохнув, я поняла, что никто не пытается выбить дверь в моё убежище, поэтому с осторожностью подползла к окну и уставилась в бушующие волны, что объяли наш кораблик, отчего я не могла устоять на ногах без дополнительной поддержки. С неба срывались крупные капли дождя, буквально стеной стоя, и ослепляющие молнии. А ветер свистел с такой силой, что его было отчётливо слышно даже сквозь плотно закрытое окно. Брр… не, я на палубу точно не пойду, пока не утихнет буря — тут как-то понадёжнее будет. А наверху и без меня прекрасно справятся. Ведь справятся? Всю ночь море бушевало, ни в какую не желая успокаиваться, и лишь, когда на горизонте стало светлеть от восходящего солнца, ветер стал утихать, а волны оседать. И только после этого я рискнула высунуть свой длинный нос на палубу, на которой обессилено развалились мои новоиспечённые накама. В глубине души привстала спящая мёртвым сном совесть и стала меня грызть изнутри. Как-то не красиво получилось… Они всю ночь боролись со стихией, а я такая вся красивая только в самом конце решила появиться. — Извините, ― пристыженно пропищала я, покаянно опуская голову. — Да ладно, Усопп, ― с улыбкой в тридцать два зуба провозгласил капитан. ― Мы же накама! — Будешь мне должен десять тысяч белли, ― приоткрыла один глаз обессиленная Нами. — … ― и только Зоро решил промолчать, хотя он, кажется, вообще спал. Неожиданно раздался громкий свист, а потом в море недалеко от «Гоинг Мерри» ― так назывался наш корабль ― что-то взорвалось, чуть ли не переворачивая наш корабль. Однако на ногах я не устояла и грохнулась на палубу, больно стукнувшись копчиком — наверняка, появится синяк на полпопы — а сверху ещё и придавило солёной волной. На тело накатила слабость. Пока я постанывала и пыталась за что-нибудь ухватиться, чтобы встать хотя бы на четвереньки и осмотреть причинённый ущерб нашему кораблю, произошло что-то странное. На палубе появилась огромная тень чего-то. Предчувствуя что-то нехорошее, я медленно повернулась назад — и так и застыла с распахнутым ртом с застывшим в горле диким визгом страха. Из воды торчала огромная морда динозавра. Если я не ошибаюсь, это был платеозавр, по крайней мере, размер этого монстра — около десяти метров в длину — этому соответствовал. Однако, судя по его хищному оскалу, сомневаюсь, что он травоядный. Хотя, если судить по тому, что он был водоплавающим, то это скорее мифическое Лох-Несское Чудовище! Стоп! Какого чёрта у него на башке шлем японского самурая?! — Круто! ― раздался рядом со мной оглушительный крик Луффи, который растянул свои руки и выстрелили себя катапультой в сторону монстра. Не знаю, что он планировал этим, но явно не того, то монстр его проглотит. — А-а-а?! ― уверена, моя челюсть, да и челюсти Зоро и Нами стукнулись об палубу от увиденного зрелища. — Луффи, какого чёрта ты делаешь?! ― первым отошёл от происходящего мечник. На этом монстр круто развернулся и двинул огромным хвостом по нашему кораблю, отчего Гоинг Мерри чуть снова не перевернулась, зашатавшись опасно по волнам, а я повторно грохнулась на палубу, хорошенько на этот раз приложившись головой. А сверху меня накрыла волна, смыв с корабля. Я попыталась выплыть на поверхность, но у меня ничего не получилось: моё тело было полностью обездвиженным, да я даже рукой не могла пошевелить! Как будто не человек, а… топор! Что происходит?! Я ведь всегда отлично плавала, да и Усопп, кажется, тоже. «Тогда какого чёрта?!» ― эта мысль была последней, прежде чем я потеряла сознание.

***

Очнулась я от того, что на меня кто-то наступил — хотя скорее пробежался туда-обратно. С трудом открыв глаза, я уставилась ими в чистое голубое небо. Рядом слышался тихий шум прибоя. Скосив взгляд, наткнулась им на сверкающий золотом песчаный пляж. «Красота… похоже, я в Раю…» — Долбанная мелюзга! ― раздался крик буквально в пяти метрах от меня. Что происходит? Повернув голову, я увидела, как двое ― явно бандитской наружности ― окружили ребенка в рыцарских доспехах и копьём. А? Похитители? По-хорошему, мне бы слинять по-тихому, пока меня никто не видел, но тут взыграла моя покойная совесть, которая в последнее время стала просыпаться всё чаще. Нащупав на боку сумку, в которую я засунула рогатку, металлические шарики и кое-что по мелочи — чудо, что её не смыло с меня, пока я была во власти морской пучины — быстро выудив из недр сумки рогатку и несколько металлических шариков, привстала с песка и прицельно запустила подряд два шарика прямо в затылки агрессоров. С приглушёнными вскриками пара свалилась отдыхать на мягкий, прогретый летним солнцем песочек. Я же облегчённо выдохнула и, пошатываясь, встала на неустойчивые ноги. ― Ты как? ― прокаркала я ребёнку. — Н-нормально, ― ответила с некоторым запозданием, открывая забрало. Ребёнком оказалась, девчушка лет восьми с вьющимися светло-каштановыми волосами. — Слушай… а у тебя есть что-нибудь поесть? ― спросила я, почувствовав тянущую боль в животе. Всё же со вчерашнего обеда ни крошки во рту не было. — А… ага, ― неуверенно ответила она. ― Пойдём. С этими словами девчушка развернулась и пошла прочь с пляжа. Несколько мгновений посомневавшись, я всё же, покачиваясь, поплелась за ней. Мы пробирались сквозь густой лес, зацепляя руки и ноги о лианы и ветки, пока не вышли к границе какой-то деревеньки — которая выглядела несколько пустынной, разрушенной и местами обожжённой. Девчушка вела меня к краю деревни, где по центру возвышалась странная колонна. При более тщательном просмотре ― зрение, что в прошлой жизни, что в этой у меня было отличным ― мне эта громадина показалась ещё более подозрительной. А всё почему? А потому, что её навершие было выполнено в форме разинутой пасти и пасть мне виделась полой. Очень подозрительно… Пока мы шли, девчушка расспросила меня о том, кто я такая, но я ограничилась только именем. Сама же разузнала, что её зовут Медака, а та парочка — что я с такой лёгкостью вырубила на пляже — была пиратами. За неспешным разговором я и не заметила, как мы подошли к покосившейся от старости избушке, наверное, даже Баба Яга побрезговала бы в такой развалюхе жить. Однако внутри домик был куда более приличным, чем снаружи. — Медака, ― встретил нас в доме старик, покуривая трубку. ― Опять ходила искать себе неприятности? Обычный такой старик далеко за шестьдесят с седыми волосами и редкой седой бородкой, крючковатым носом и глубокими морщинами. Одетый в старую, знатно поношенную и видавшую лучшие времена одежду. — Да, дедушка Скиддо, ― упрямо вздёрнула подбородок девочка. На это старик лишь тяжело вздохнул, выпуская табачный дым, и пропустил нас внутрь своего жилища. — А ты кем будешь, девочка? ― я вздрогнула, так как старик в этот момент явно обращался ко мне. — Как вы узнали?! — Мои старые глаза не обманешь мешковатой одеждой, ― хихикнул Скиддо. ― Ну ты проходи, чего в двери стоишь? — Усопп, так ты девушка?! ― неподдельно удивилась Медака. — Ну так получилось, только это тайна, хорошо? — Ага. — Так откуда ты тут? ― всё продолжал допрос старик, параллельно накладывая в грубо сделанные пиалы жидкую похлёбку, которая, несмотря на свой непрезентабельный вид, пахла вполне себе вкусно. — На корабль, на котором я плыла, напало огромное чудовище, и я случайно выпала за борт. Думала, что уже конец, но очнулась уже тут, ― примериваясь ложкой к тарелке с супом, рассказывала я. — Скорее всего, на вас напал Длинношеий Дракон ― зверюшка «Красного Скорпиона» Тэкуми. — «Красный Скорпион» Тэкуми? ― повторила я с удивлением за стариком, впрочем, не забывая работать ложкой. — Да… ― он выдохнул и отвернулся к окну. ― Ещё несколько месяцев назад этот остров был мирным раем, но… пришли они! Пират Тэкуми и его банда головорезов, ― с ненавистью выплюнул Скиддо. ― Оставив только детей и стариков, они убили почти всё население деревни, а тех, кто выжил… Отец этой девочки… они увели его с собой, в своё логово, заставляя их насильно работать в башне, ― он кивнул в окно, из которого открывался отличный вид на ту самую башню, что показалась мне подозрительной. — Что это такое? ― задала я давно интересующий меня вопрос. — Башня дьявола! ― зловеще произнёс старик, отчего я вскрикнула, вздрогнув всем телом и чуть ли не выронив из рук миску с едой. Нельзя же так пугать! ― Я не знаю, над чем они там работают. Неожиданно прогремел выстрел из той самой башни. Посуда в доме загремела, и даже пара тарелок упала с полок и разбилась, и тарелка в моих руках не стала исключением. Из жерла башни что-то вылетело. — А-а-а-а! ― взвизгнула я и пригнулась, чтобы меня не было видно в окне. Когда первый шок прошёл, я стала анализировать ситуацию, приходя к выводу, что именно этот взрыв чуть не перевернул наш корабль и отправил меня за борт ударной волной! — Усопп, ― обратилась ко мне девчушка. ― А ты сильная? — Э-э-э… Да! Я самая крутая на всех морях! ― всё же вылезло мое хвастовство на первый план и начало производить хвалебные оды в честь меня. ― Да я стольких монстров на своём пути победила и какой-то пират… — Помоги мне спасти моего отца! ― пребила меня Медака, а я поняла, что моё вранье, как и всегда, сыграло со мною злую шутку.