Очень разный Модестас Паулаускас

— Мама, мама! А-буз! — маленький мальчик лет четырёх забежал в гостиную и потянул брюнетку за подол платья — папа абуз пинес! — Да что ты говоришь, сынок? — улыбнулась Оля, вставая и беря аккуратно на руки свёрточек, из которого только соска, та самая, из далекого Уругвая, и торчала — беги тогда помогай ему скорее! А мальчику повторять два раза и не надо было. Со скоростью ветра тот убежал обратно в коридор, где и оставил секундой ранее капитана сборной. — Я сам — когда Модестас попытался помочь сыну, тот недовольно отмахнулся и покатил огромный сочный арбуз на кухню по паркету. Баскетболист лишь усмехнулся, провожая сына взглядом. — А где мои princesės (*Принцессы)? — ласково спросил Паулаускас, завидев в проеме жену с дочуркой на руках. — Привет, милый — Оля тоже расплылась в улыбке при виде мужа и с радостью оказалась в его объятиях, ловя губами поцелуй — ты сегодня даже рано. — Да представляешь, Гомельского с поста сняли. Как всегда, нужно обязательно испортить все, idiotai. Теперь не новая сборная по баскетболу, а сборище каких-то малолетних дегенератов — начал бурчать литовец, снимая пиджак. — Моденька, ну дай им шанс. Ты своему Белову в первый день тоже мячом в нос специально заехал, а теперь вон отлипнуть друг от друга не можете — попыталась умерить пыл ворчащего капитана Оля, а потом дала ему в руки свёрточек — на вот лучше, а я пойду посмотрю, что там наш сын с арбузом делает. Надеюсь, и тот и другой ещё целы, а то подозрительно тихо — удостоверившись, что Паулаускас начал смешно сюсюкаться с малышкой на родном литовском и отвлёкся от проблем в спорте, Оля прошла на кухню и ахнула. Маленький негодник так хотел арбуз, что не дождался родителей и не нашёл ничего лучше, чем взять хлебный нож со стола, распилить, как мог, арбуз и начать выедать ложкой из середины. Теперь младший Паулаускас с довольной улыбкой сидел на полу, обнимая руками и ногами арбуз, сам был весь липкий от сока, с косточками даже в волосах и с огромной столовой ложкой в руке. — Мама, вкусный осень — заверил мальчик, протягивая девушке ложку. — Сына, и чего ж ты натворил — засмеялась брюнетка, принимая подарок из рук мальчика — папа увидит, ругаться будет. — Не, не будет — махнул ручкой непоседа и полез в ящик за второй ложкой. Оля, не переставая улыбаться, села рядом с сыном и тоже принялась за уничтожение сладкого плода, иногда вступая с мальчиком в ложкарные баталии. — Ну как, вкусный хоть? — уложив своё маленькое сокровище в кроватку, Модестас прошёл на кухню, но чуть не поскользнулся на самом входе. Его густые брови поползли вверх от такой картины, ведь если поведение мальчика было оправдано его возрастом и непоседливостью, то от жены баскетболист уж точно не ожидал одобрения такой инициативы. — Вкусный! — радостно заверил мальчик, уплетая арбуз уже руками и измазав все вокруг. Оля перевела взгляд на мужа, тоже улыбнувшись и протянув ему ложку. — Давай, иди к нам — Модестас с минуту смотрит на все это великолепие, а затем забирает у девушки ложку, добродушно бурча под нос kas vyksta šioje šeimoje (*что творится в этой семье). Арбуз сладкий, сочный, младший уплетает кусок за куском, а потом отваливается на пол. Родители смеются, отправляя ребёнка в ванную отмываться, а сами продолжают наслаждаться лакомством. Ложки уже тоже давно покинуты, баскетболист берет один из сахарных кусочков и подносит к губам брюнетки, которые с аппетитом захватывают мякоть. Ради таких моментов и стоит заводить семью пролетает мысль в головах у обоих, когда тёплый взгляд карих глаз встречается со светлым. Вдруг спортсмен резко валит Олю на пол, целуя в ее сахарные губы, а та звонко смеётся, пытаясь выпутаться. — Модя, ну что ты! — улыбается брюнетка, игриво увиливая от настойчивых губ мужа. — Ты слишком сладкая — ему наконец удаётся вновь поцеловать Олю, которая на этот раз уже отвечает со всей любовью на этот сладкий во всех смыслах поцелуй. — Вы сто делаете? Убилайте, давайте. Балдак устлоили! — в дверях вновь появляется только уже чистый ребёнок, отчитывает родителей и, покачав головой, совсем как взрослый, уходит в детскую. — Вон, капитан какой, весь в тебя. Сам натворил, всех втянул, а теперь мы отдувайся — засмеялась Оля, смотря на улыбающегося литовца. — Вот и правильно, в баскетбол его отдам — кивает Паулаускас, утягивая жену в очередной поцелуй.