Судьба-пизда

      Ага, как же, заплатит он за перелет. Да еще хоть раз поверить Линку на слово.       Короче, да. Хесус так и так полетел в Одессу. Просто не совсем так, как представлял. Конечно, ведь Игорь ввел бедного и больного Хеса в заблуждение, помахав ему перед лицом “билетом”.       Только вот этот “билет” оказался обычным листом для регистрации. А при регистрации оказалось, что за перелет не заплачено. Хотя и место было выбрано и класс. А как пришлось денюжки платить, так Линк уже слинял под предлогом закупки водички.       Безусловно, после ему хорошо за это прилетело, но всё же в остальном он не обманул. Авиакомпания была… неплохой. Уральские авиалинии. Кто летал, тот поймет. Самолеты из говна и палок, трясет как в консервной банке, стюардессы готовы тебя выпотрошить, но зато, блять, самые безопасные авиарейсы.       В полете Хесус практически помер пару раз, если бы не Линк с его ебланскими шутеечками, водичкой и “нахер это вообще надо было мне”. Хес никогда особо не боялся летать. Для него это было больше необходимость, чем испытание. Но в это раз всё было несколько по-другому. Нет, в аэропорту всё было стабильно, он даже нормально покушал, опять таки за свой счет. Все изменилось, когда они сели в самолет. Леша до конца не был уверен, что всё это хорошая идея. Так и так в таком состоянии лететь было не совсем правильно. Но тем не менее, Линк был уверен, что Хесу надо просто развеяться. Это возможно и правда. Но в глубине души Леша осознавал, что ему нужен педиковатый, очкастый, худой сука-стример, похеривший всю Лешкину жизнь, при этом снившийся ему чуть ли не каждую, сука, ночь, догадайтесь, кто? его истинный.       Хм, ощущение, будто кто-то вычеркивает мысли у него же из головы… Да не, бред какой-то.       Собственно, сесть в самолет то они сели, только Хесу всё казалось не так, как всегда. Внутри зажегся маленький огонек ожидания, который с каждой минутой в воздухе разгорался всё больше и больше. И впоследствии состоял он не только из ожидания, но и из тревоги и раздраженности. Под конец в этом бешеном коктейле проявилась еще и нарастающая паника. Казалось, что даже если Хесус сейчас выпьет бутылек валерьянки, то успокоительное тупо смешается с остальным вихрем чувств и просто померкнет.       Но при этом всем было одно странное чувство. Ох, вот знаете, те моменты, когда, например, надо дописать одно предложение и длинный доклад будет закончен или когда долго убираешься, и вот надо поставить последнюю книгу в шкаф и все, вокруг чистота. Чувство, так сказать, незаконченного пазла. Как бы вот еще деталька и всё, внутри разольется тепло и чувство завершенности.

Такое странное и тупое чувство, особенно в его ситуации. Так ведь?

      С ними в ряду еще сидела дама средних лет, которая так любезно уступила место в проходе. Линк даже потеплел к ней душой, всё же не часто встретишь таких добрых людей. А вот Алексею было не по себе. Он не спорит, что дама действительно была снисходительна к ним, но эти ее сочащиеся жалостью короткие взгляды, что она бросала на руки Хеса, реально заставляли пару раз передернуться. И это ее “всё образуется”, которое она бросила выходя из самолета, погрузили Лешу в еще более глубокую днепру, чем раньше. Линк, естественно, заметил это и не придумал ничего лучше, чем рассказать о том, какой хороший человек, что приютил их на ближайшее время.       Так что долетели они практически в целости и относительной сохранности. В очереди на паспортный контроль их пропускали все без исключений. На самом контроле Лешу долго сравнивали с его фотографией. “Да я и сам тебя с трудом узнаю”, - хохотнул Линк. Уже выходя из кабинки Хес краем уха услышал как хихикают пограничники над шуткой, непосредственно связанной с Хесом. Типо “до защиты диплома и после”. Охренеть смешно, ага. На выдаче багажа, от Хеса все стояли на безопасном расстоянии. Все же выглядел он не особо здоровым и особо шатким. А такая палка может до четырех человек под собой похоронить.       В такси Линк начал верещать в двойне больше, видя как время от времени стремительно зеленеет Хесус. Не синеет, и на том спасибо. Отвлекал он его так же рассказами о прекрасном Алексее. Да так получилось, тёски не редкость в нашем мире.       Из рассказов Хес понял, что жить им придется с ой каким непростым человеком. Конечно, когда у того хорошее настроение он няш милаш и общаться с ним одно удовольствие, но за милотой этого карлика скрывается ужасный характер, готовый унизить тебя и практически в прямом смысле разорвать на части. Ну, а так хороший человек, как сказал Игорь. А еще у этого миловидного гнома-монстра есть пёсик. А пёсики всегда круто.       По приезде, Линк долго разбирался с оплатой такси, а Хес пока проветривался, сидя на лавочке. От всего вихря эмоций остались только отголоски паники. И то странное чувство незавершенности. Оно, кстати, только усилилось. Голова шла кругом от этого всего. Еще всё казалось слишком знакомым вокруг. Как будто он тут был уже тысячи раз. Будто он уже тысячи раз смотрел на эту улицу. И не просто смотрел, а смотрел именно из тех окон на которые показал Игорь. Хес поймал себя на мысли, что он даже знает в какую дверь они сейчас зайдут. Знал, какого она цвета, из чего сделана и какой номер на ней. Знал, какой звук у звонка. Знал всё. Знал, будто всю жизнь прожил здесь. От наредкость неприятных мыслей его отвлек Линк, призывая Хеса хоть чуть-чуть помочь с сумками. Игорь еще что-то говорил, о том куда идти, только вот Хесус находился все это время в прострации, идя так, как ему казалось он уже ходил.       И вот они стоят напротив двери. Именно той самой двери. И вот уже знакомый звук звонка, хозяин квартиры как-то долго идет, возглас Игоря, что они тут не молодеют и вот наконец дверь открылась и в голове пронеслась уже знакомая фраза.

Блять, ну я ж не пидор.