Сказки На Ночь

Джинни не видела Гарри примерно полгода. Несмотря на их печальное расставание, он оставался ее любимым. Лучшую Подругу, Полумну Лавгуд, сняли с поезда на рождественских каникулах. Верный товарищ, Невилл Лонгботтом, с головой ударился в борьбу за справедливость в Хогвартсе, где царил поистине тоталитарный режим. Джинни понимала всех. Она сильно переживала за Полумну, ночами не спала, боясь за Гарри, помогала Невиллу, как только могла, но никогда она еще не чувствовала себя так одиноко. Одна девчонка из комнаты, куда ее перевели из-за сокращения количества учеников, Парвати Патил, уехала — их богатый отец забрал ее вместе с сестрой из Равенкло. Вторая ее соседка, Лаванда Браун, в данный момент тихонько постанывала за пологом под Симусом Финиганом. Джинни хмурилась и злилась. Не в силах больше терпеть их возню, она схватила палочку, сунула босые ноги в грубые ботинки и в одной сорочке на цыпочках пошла прочь из комнаты в ванную старост. Ванную старост те немногие студенты, которые знали пароль («Океанский бриз»), не всегда использовали по прямому назначению. Более того, использовать роскошную, оборудованную всеми удобствами ванную, по прямому назначению было бы чуть ли не кощунственно. Проскользнув в пустую комнату, Джинни скинула ботинки и одежду у входа и, легонько ступая по холодному белому мрамору, подошла к прямоугольному бассейну в центре. Включила горячую воду и заодно открыла парочку любимых кранов. Из одного валила густая голубая пеной, а другой испускал розовые и зеленые облака с запахом весенних цветов. Ванна наполнилась на две трети за считанные минуты, и Джинни, выключив воду, залезла внутрь. Девушка с удовольствием окунулась с головой, откинула с лица мокрые волосы и вжалась животом в дальнюю стенку ванной, обхватив одной рукой бортик. Пенная вода, нежный аромат сирени и ландышей нежно обволакивали ее, настраивая на нужный лад. Совсем скоро она разомлела, блаженно закрывая глаза и принимаясь неспешно гладить себя рукой между ног. Очевидно, причиной того, что произошло позже стало мастерски наложенное заклинание Оглохни, но малышка Джинни не услышала, как в ванную комнату старост проникли два слизеринца. Блейз Забини и Драко Малфой проскользнули за дверь, выждав десять минут, чтобы она и ее тело расслабились, а ароматные масла немного затуманили разум. Джинни прижималась к бортику у противоположного от двери края, расслабленно закрыв глаза и самозабвенно лаская себя. Она даже не услышала, как Забини, скинув с себя спальную одежду, нырнул в огромную ванну. Невероятно легко и бесшумно ступая по гладким камням, устилавшим пол, Блейз подошел к ней и ухмыльнулся Малфою, вставшему сбоку так, что Джинни при желании вполне могла бы заметить его боковым зрением. Но глаза Джинни были закрыты, а влажные рыжеватые ресницы легко трепетали. Она старательно терла клитор и не слышала тихого плеска воды позади. Как бы расслаблена Джинни ни была, в то мгновение, когда сзади к ней прижалось гибкое мужское тело, а грудь накрыли и сжали мягкие мокрые руки, она тут же очнулась, отдернула от себя руку и вскрикнула. — Здравствуй, Уизли, давно я этого ждал. Не смущайся, продолжай, — над ухом раздался ехидный шепот, от которого по спине побежали мурашки, а в животе затрепетали бабочки. Очень приятные мурашки, от которых все тело, начиная от затвердевших под чужими ладонями сосков и заканчивая сжавшимися на ногах пальцами задрожало от желания. Очень приятные бабочки, от которых хотелось раздвинуть ноги, чтобы восхитительный Блейз Забини сделал все, что задумал. — Ты тоже ждала, признайся, — прибавил парень, обдавая горячим дыханием ее шею — одну из ее самых чувствительных зон. Вырываться и бежать Джинни не хотелось ни душой, ни телом, и сумасшедшая перспектива добровольно отдаться горячему слизеринцу нисколько не пугала. Джинни даже вновь зажмурилась от удовольствия. Одна из рук Забини опустилась на ее талию, а другая неспешно гладила бритый лобок. Джинни, вцепившись пальцами в бортик ванны, выгнулась, так что ее грудь с розовыми стоящими сосками, блестящая от влаги, поднялась над водой. — Не будь так невежлива, — прошептал Блейз, проводя ладонью по ее телу и накрывая ее правую грудь. — Поздоровайся с моим другом. Джинни тут же в панике открыла глаза, натыкать взглядом сначала на ноги в мягких пижамных штанах, оттопыренных ниже пояса, а потом на ухмыляющееся лицо Драко Малфоя. Теперь он уже стоял прямо перед ней, незаметно сменив местоположение. — Она вся твоя, Забини, ты столько ждал этого. Мне много не надо, — он криво улыбнулся и погладил свой возбужденный член через ткань штанов. — Нет! — воскликнула Джинни то ли от неожиданности, то ли пытаясь выразить свое несогласие. Так или иначе руки Блейза вжались в бортик мраморной ванны по обе стороны от нее, отрезав пути к отступлению. Развернувшись и оскальзываясь на каменном дне, Джинни чуть не ушла с головой под воду. Забини успел подхватить ее за бедра, а Джинни в свою очередь вынуждена была обнять его за шею. — Хочешь, Уизли? — чуть раскосые глаза Блейза лукаво щурились, прямые темные волосы были влажными и прилипли ко лбу. Он медленно закусил нижнюю губу. Джинни не могла оторвать глаз от его губ. В приглушенном свете ванной под воздействием пара они стали очень яркими и словно сочными. Казалось, у них вкус каких-то фруктов. Может, ее любимых персиков… Джинни сама невольно облизнулась. — Не знаю… — Возможно, это поможет решить… — лицо Блейза было уже слишком близко. Он покрепче сжал ее бедра, и Джинни на какое-то время забыла, что сзади стоит и ласкает себя еще один слизеринец. Она ощутила его губы на своих, не сопротивляясь приоткрыла рот. Глаза Джинни снова были закрыты. Она обхватила ногами тонкую талию Забини, и он мог теперь положить одну ладонь ей на спину, а другой неспешно массировать грудь. Блейз Забини даже целовался с небрежной грацией. Джинни казалось, что прошла уже целая вечность, когда язык Блейза наконец коснулся ее языка. Она думала, что итак находится на пределе, но жар внутри нее разгорелся с новой силой от такой простой ласки, от его вкуса и невольной ассоциации с любимыми персиками. Малфой за их спинами гладил себя и с ухмылкой наблюдал, как их языки мягко ласкают друг друга. Джинни вжималась в Блейза, крепко обнимая его, потираясь о его тело возбужденной грудью и промежностью. Он подтолкнул ее к стенке ванной и приподнял, так что она легла спиной на запотевший мраморный бортик. Джинни не открывала глаз. Она слышала, как два парня рядом с ней тяжело дышат. Как неправдоподобно громко капает вода из краников. Даже как Забини облизывает губы. Блейз заставил ее раздвинуть пошире ноги и вжался в нее стоявшим членом. Он не входил, лишь легко терся об нее. Джинни этого не видела, но Забини подмигнул Малфою. В следующую секунду Джинни почувствовала, как ее грудь накрыли руки — не Блейза. Другие — сухие, чуть поменьше. Джинни, ахнув, распахнула глаза, встречаясь взглядом с серыми глазами Драко Малфоя, потемневшими от возбуждения. Он стоял на коленях на запотевшем полу ванной для старост и ласкал ее грудь. Когда Джинни посмотрела на него, он злорадно улыбнулся и резко наклонился вперед, обхватывая влажным ртом ее правый сосок и поглаживая его кончиком языка. Блейз все еще терся об нее, и Джинни не знала, куда себя деть от разрывающего ее возбуждения, постанывая и выгибаясь. От напряжения глаза слезились. Малфой посасывал ее грудь с характерным причмокиванием, а Забини к огромному ее сожалению вообще перестал двигаться, лишь наблюдая, как кривится ее лицо и тяжело вздымается грудь. От возбуждения внизу живота Джинни становилось уже больно. Она дернулась было, чтобы хотя бы коснуться себя рукой, и тогда Малфой тут же отстранился от нее. Она почувствовала на лице уже такое знакомое фруктовое дыхание. Блейз прошептал. — Бедная Уизли… хочет, чтобы ее трахнули? — он легко погладил ее поясницу, внезапно скользя пальцами между ягодиц, задевая анус, а затем опухшие половые губы. — Хочешь трахаться — соси. Чтобы понять его совершенно прозрачный намек Джинни нужно было лишь глянуть вверх — Малфой стоял над ней, приспустив штаны, от чего его вставший член с выступающими венами, когда он немного наклонился вперед, почти коснулся ее лица. Джинни затравленно глянула на Блейза, а потом снова на нависшего на над ней Малфоя. Опершись руками о борт ванной, еще сильнее прогнувшись, обхватила влажными губами головку и невнятно всхлипнула. — Умница, — Забини оскалился и мучительно медленно вошел в нее. Вода смывала естественную смазку, проникновение было не особо приятным, но внутри она все равно была влажная. Джинни заскулила, из-за совершенно неудобной позы задевая зубами чувствительную головку, от чего тут же получила по пощечине от каждого — и сверху и спереди. Блейз потянул ее на себя. Джинни посмотрела на него полными слез глазами, и Забини, сжалившись, поцеловал ее, на этот раз горячо и страстно, вырывая из ее груди такие сладкие стоны, что у Малфоя, который не был удостоен подобного внимания, немного окружилась голова. Блейз перестал нагло лапать и целовать Уизли так, словно хочет сожрать ее, только когда Малфой вежливо кашлянул. — Ах да, — Блейз улыбнулся, отрываясь от Уизли. Его грудь тяжело вздымалась, а губы совершенно опухли. Как и губы Уизли. — Так тебе будет удобнее, — Забини развернул ее спиной к себе. Теперь Драко Молфой стоял перед ней, и когда Забини напомнил ей шепотом об их сделке, Джинни решительно обхватила возбужденный член Малфоя губами. Не то чтобы ей этого хотелось, быть с одним Забини было бы предпочтительнее, но поскольку тот видимо привык все делать с другом, это было необходимо. Джинни не заботилась о том, что ей этого не совсем хочется, но пока она получала желаемое, она готова была делать, что угодно. К тому же, она вполне могла представить, что перед ней тот, кто нужно. И Джинни усердно ублажала Малфоя, истинное удовольствие получая от действий Забини. Она наслаждалась его движениями, самим его присутствием здесь и внутри нее. Тем, что он действительно хотел ее, каждым его дрожащим вздохом, когда он толкался особо глубоко. В эти моменты, отстраняясь и двигая рукой по влажному члену Малфоя, она оборачивалась, чтобы посмотреть, как Забини, держа ее за бедра, прикрывает глаза с густыми ресницами и закусывает яркие губы. Она отдавалась ему с упоением, закрывая глаза и стараясь не думать о том, что кроме них здесь есть кто-то еще. Их злобные взгляды друг на друга в Большом Зале, его насмешливое «Нищебродка», ее гневное «Избалованный педик», случайные прикосновения в коридорах, от которых ее тело против воли горело, наконец завершились тем, чего оба отчаянно желали, но чего ни один не хотел признавать. Она отстранилась от Малфоя, чтобы иметь возможность стонать без члена во рту, и Забини пару раз с нажимом погладил ее клитор, помогая. Джинни задохнулась от накрывшего ее оргазма, в то время как Блейз продолжал двигаться, а Малфой, рвано постанывая, начал снова толкаться в ее рот, не обращая внимания на то, что иногда она задевает его зубами. — Уизли… — прошептал Блейз, заставляя ее оставить Малфоя и разворачивая к себе. Глядя в ее глаза, он резко вошел в нее, кончая спустя пару движений. И стоявший позади Малфой уже никого не заботил. Джинни цеплялась за плечи Забини, не веря в то, что только что произошло. Ее сердце бешено билось, а Блейз криво улыбался. Через несколько минут Малфой деловито вытерся одним из пушистых белых полотенец, натянул штаны и, подмигнув Джинни и кивнув другу, вышел из ванной. Джинни, находясь на грани истерики, замерев смотрела на Забини, который снова оперся руками в бортик по обе стороны от нее. — Это будет наш секрет, Уизли, — прошептал он, почти касаясь ее губ, но когда она невольно подалась ему навстречу, он поспешил отстраниться. — Кто знает, возможно еще встретимся… в нестандартной обстановке. С этими словами он ушел, даже не став одеваться, а просто захватив свою одежду. Джинни, дрожа, осталась сидеть в остывающей и ставшей противной воде. Встретимся? Возможно… Кто знает, каких величин достигнет непокорство студентов в условиях нового времени