Белые комнаты

Помнишь, как мы боялись начала осени? Помнишь как нам казалось, что все измениться? Помнишь как мы не хотели отпускать друг друга ни на секунду? Помнишь как я боялась снова возвращаться к тем толпам, совершенно чужих для меня людей, а ты меня успокаивала, стараясь доказать мне, что будет лучше. Что обязательно станет лучше. У тебя были светлые волосы, чуть с желтизной у корней, их выжигало летнее солнце, будто одно давно желало сжечь тебя заживо. Мёртвых пчел на асфальте дорог становилось все больше, ты собирала каждую из них и хранила в маленькой бархатной коробочке. Ты знала, чем больше мёртвых насекомых ты собирала, тем ближе сентябрь. У тебя было маленькое бледное личико с улыбкой такой, будто ты ощущаешь одну только жалость, вместо счастья. Иногда я вдруг понимала, что ты просто не можешь чувствовать что-либо, как другие, но я так боялась этой мысли, что отгоняла её каждый раз. Я ведь всегда знала, что я - очередная попытка почувствовать хоть что-то Ты рада была проваливается, будь то в водку, будь то поцелуи со мной, ты так любила не думать, ты так хотела чувствовать страх, тонкими иголками в коже. Ты разжигала костры, лизала раскаленный металл, ты пыталась добраться до костей, ты пыталась завязнуть в пыльце искусственных цветов. Ты говорила без умолку или молчала по нескольку дней, ты ногтями царапала свою тонкую кожу, ты щипцами вытягивала из меня паразитов, что высаживали в меня другие люди. Ты была моей панацеей, спасительницей, и я гордо несла крестовые походы во имя тебя, запивая вином и кровью наши победы. Но ты была холодна, совершенно поверхностна, но и прозрачна, и за твоими стеклянными венами скрывалась лишь пустота. Ты так хотела, смотреть костями, и слышать через поры, ты так хотела называть себя живой, а не бить меня кулаками. Октябрь ты жила урывками, порошками, таблетками, шприцами. Я крутилась, лежала у коленей, ожидая очередной подачки. Я умоляла я так просила, но ты так же вливала в меня нечто чёрное, вязкое - рот в рот Я рвала на тебе колготки чтобы по ним забраться и посмотреть в глаза. В ноябре все закончилась, я уползла от тебя , стирая колени. Ты не заметила, настолько ты была увлечена толчеными таблетками и новой собой. Я не хочу знать, что с тобой стало, не хочу снова звонить твоему отцу, я так хочу отделаться от того кошмара, и пропасть в складках кровати. Ты застрелила меня в день нашего знакомства, ты застрелилась в последний день лета. Я не хочу верить, что та холодная девочка с кухни Это ты