2. July

Ты должна была знать, что я — беда. Ты должна была понять по моему взгляду. Тебе стоит быть осторожней с теми, в кого влюбляешься.

      Я думала о Джастине намного больше, чем обычно. И мне становилось страшно не только за себя, но и за Мэйси. Передо мной в какой-то важный момент открывалась новая черта Джастина. И я не знала, хочу ли я знать его ещё больше, потому что мне было не по себе.       Его психика не контролировалась, потому что он не умел этого делать. Джастин не умел сдерживать признаки ревности, он не мог различить агрессию от нормального состояния, поэтому пребывал часто в не очень хорошем положении. Он не хотел как-то повлиять на себя, чтобы улучшить умение держаться в любой ситуации.       Прошло около двух месяцев, а я уже знаю, что мне не стоит делать в каждой ситуации, связанной с Джастином. Я знала, что если он зол после работы, то мне лучше его не беспокоить, потому что он не умел сдерживаться. Если прошлое затмевало его разум, мне нужно было забрать Мэйси к себе, потому что ребёнок не должен был видеть, как отец напивается до такого состояния, что потом не помнит, как его зовут. И в конечном итоге, я знала, что мне делать, когда Джастин смотрит на меня здравым разумом... я просто должна была радоваться, потому что он не кричит, не устраивает разборки со мной или другими людьми и не поднимает руку.       Я должна была радоваться...

***

— Привет, Несса.       После работы я собиралась уже уходить в одно из уютных мест этого города, но Джастин все ещё не забрал Мэйси, поэтому я ждала его. И я ждала не только его, я ждала каких-то переменчивых событий, которые сделают мою жизнь лучше. И я ждала, что Джастин возьмёт себя в руки. — Извини, что задержался на работе.       Я улыбаюсь, но улыбка эта усталая и совсем не от работы, а от эмоций, которые я переживаю в последнее время. Я устала от того, что чувствую и от того, чего совсем не ощущаю. — Всё нормально.       Но этот ответ не верный, и Джастин замечает это, поэтому говорит Мэйси подождать его в машине и подходит ко мне, когда малышка покидает класс. Он смотрит на меня так, словно хочет знать все мои переживания. — Что-то не так?       Джастин хмурит брови и подходит ко мне настолько близко, что я могу почувствовать аромат его тела. Закрываю на мгновение глаза, подавляя слёзы, и молчу.       Я устала, Джастин. — Несса, смотри на меня, — настойчиво говорит он, обвивая мою талию руками.       Я открываю глаза и смотрю на Джастина, не понимая того, как мы дошли с ним до такой ситуации. Мне хочется обнять его, укутаться в его тёплое объятие и почувствовать самое лучшее чувство в этом мире. Но мне так страшно. — Прости, — в сотый раз говорит Джастин и обнимает меня, прижимая к тёплому телу.       Как же я скучала по таким моментам, которые заставляют меня верить в то, что не всё ещё потеряно. Я думала, что смогу помочь Джастину, потому что изучала психологию, но теперь я не знаю, что мне делать. Потому что я никогда не смогу понять, почему он поступает не так, как нужно. — Я не хотел.       Теперь я знала, почему у Мэйси были синяки на коленках, и нет, это не потому, что Джастин бил её. А из-за того, что в некоторые моменты, Джастин не может сдерживать себя и не замечает маленького человечка, которому нужно намного больше внимания, чем она получает.       Я не знала, что Джастин может приносить боль, но была готова к этому. Несколько недель назад, в один из вечеров, когда он приревновал меня к знакомому отца, он не смог сдержаться и толкнул меня, после чего я упала. Падать было совсем не больно, больно было чувствовать толчок от человека, который постоянно держал меня рядом с собой.       Я и не собиралась обращать на это внимания, потому что я знала, что это когда-нибудь произойдёт, но когда Джастин не подал мне руки, чтобы подняться, я почувствовала себя настолько низко... я впервые ощутила страх потерять себя, потому что я ждала помощи от того, кто подтолкнул меня вниз.       И это страшно.

Никто не предугадает, когда рука на бедре может привести к ножу в спине.

      Мы ехали в машине и молчали, потому что каждый боялся сказать что-то не то, и я боялась больше всего. Мне больше не нужны были проблемы, поэтому я старалась избегать их возникновения. Так было легче. — Ты поедешь домой? — с тоской спрашивает Джастин, и я замечаю боковым зрением, как он смотрит на меня.       Можно ли мне смотреть на него? — Не знаю.       Скажи, чего хочешь ты, Джастин. Только так я пойму, что тебе действительно нужно в этой жизни, и нужна ли я. — Теперь мой дом — твой, потому что без тебя там невозможно находиться.       Я не хотела ехать к нему домой, но я должна была знать в безопасности ли Мэйси. В последнее время я перестала доверять Джастину, потому что своими действиями он доказывает, что не контролирует себя.       Когда я училась в университете, у нас был предмет «Психология», и мы изучали личностный рост. Он состоял из малейших крупиц, как саморазвитие и самореализация. Важнейшей частью является контроль своих эмоций, потому что это один из самых важных и сложных процессов, которые выполняет человек.       И мне было жаль Джастина, потому что он не умел этого делать. Но я готова была быть рядом с ним, чтобы помочь ему. Потому что я сама хотела этого, но страх не уходил. И я думаю, что он никогда не уйдет. — Завтра суббота, я думаю, что мы можем съездить в загородный дом. Мэйси любит там отдыхать.       Когда Джастин говорил о Мэйси, я всегда соглашалась, потому что я хотела всё сделать для неё. Я чувствовала, что она моя маленькая девочка, о которой я заботилась и любила. И я чувствовала ответственность за её жизнь. — Хорошая идея, — коротко отзываюсь я и смотрю на Джастина.       Джастин кивает, и я наблюдаю за тем, как мы едем домой. К нему домой.       Мэйси сидела в автомобильном кресле и молчала, потому что ей тоже было страшно что-то сказать. И теперь я понимала и знала, почему она такая молчаливая. И я была совсем не удивлена.       У меня был только один вопрос: он бил её когда-нибудь? — Как ты себя чувствуешь?       После того, как я упала, у меня был стресс. Потому что это был первый раз, когда ко мне так отнеслись. Я не могу назвать это насилием, потому что он просто толкнул меня. Но это было обидно, потому что я думала, что он может защитить меня, а не наоборот. — Хорошо.       Джастин резко останавливается и сворачивает, включая аварийный режим. Я набираю воздух в легкие и пытаюсь выглядеть спокойной, когда он выходит из машины и подходит к моей двери. Я смотрю на Мэйси через зеркало заднего вида и улыбаюсь ей. Она не виновата в том, что увидит сейчас.       Джастин открывает дверь с моей стороны и аккуратно берёт меня за руку, побуждая выйти из машины. Когда я оказываюсь на морозном и свежем воздухе, мне становится легче, и я смотрю на Джастина, который угрюмо наблюдает за мной. — Я вижу, насколько тебе плохо.       Я складываю руки на груди, защищаясь, и смотрю в его глаза.       Джастин, пожалуйста, не обижай меня. Я готова быть с тобой не только в радостные моменты твоей жизни, но и в такие, когда тебе хочется крушить и метать всё на свете. Я никогда бы не смогла причинить тебе боль, так почему же ты делаешь это? Неужели ты не уважаешь то, что я чувствую к тебе? Пожалуйста, не обижай меня. — Я переживаю за тебя, Несса, — сдержанно говорит Джастин и прижимает меня к себе, — Ты важна для меня, понимаешь? Я знаю, что веду себя как ублюдок, но в некоторые моменты я не понимаю, что происходит.       Я смотрю в его глаза и мне хочется верить в это. — Ты не можешь контролировать свои эмоции, — в итоге говорю я, наблюдая за его мимикой.       Джастин кивает и открывает дверь машины: — Поехали домой.       Я сажусь в машину и смотрю в зеркало, наблюдая за Мэйси, которая всё это время слышала и видела нас. Я не виновата в том, что происходит, но теперь я являюсь частью их жизни, и я должна следить не только за собой, но и за Джастином.

***

      Вечером, когда я уложила Мэйси спать, я пошла в ванную комнату, чтобы позвонить Грэгу и сказать, что со мной всё в порядке.       И я плакала.       Потому что впервые в жизни не могла рассказать ему, как мне больно из-за ситуации, которая произошла. Я хотела сказать ему: «Мне сложно справляться с самостоятельной жизнью, потому что я тоже не умею контролировать свои эмоции».       Джастин не умел сдерживать негативные эмоции, а я не знала, как мне справиться со слабостью, которая засела глубоко у меня внутри. И я не знала, как от этого избавиться.       Когда я поговорила с Грэгом, я посмотрела в зеркало и вытерла мокрое лицо. Мои ресницы были ещё влажными, щёки и нос красными, но я готова была к встрече с Джастином. Я знала, что всё должно было пройти нормально. — Всё нормально? — спрашиваю я, заходя в комнату.       Джастин сидел на кровати без верхней одежды и смотрел вдаль, думая о том, что происходит с ним.       Он не ответил на мой вопрос.       И я решила, что могу пройти вглубь комнаты. — Джастин?       Он переключается на меня и некоторое время рассматривает моё лицо. — Иди ко мне, — шепчет Джастин, и я чувствую, как дрожь проходит через всё моё тело.

«Вовсе ты не плохой, ты очень хороший человек, с которым случилось много плохого. Мир не разделён на плохих и хороших. В каждом есть и светлая, и тёмная сторона. Главное то, какую ты выбрал сторону. Это определяет всё».