Кошмары во сне и наяву

      Окончание Армагеддона никто не праздновал сильнее проказника, лицедея, обманщика и редкостного проныры Трикстера. Он гулял ночи напролёт. Вино, девочки, танцы и бесконечное веселье, сопровождающее его везде, куда бы он не пошёл, привлекали к себе немало внимания несколько завидующих простых смертных. Однако его это ни капельки не беспокоило. Наоборот, он даже позволял присоединиться к своему веселью, и вскоре вокруг объявленного мёртвым архангела образовалась большая и шумная компания.              – Веселись, народ, сегодня мои вторые похороны! Юхууу! – обнимая двух раскрепощённых девиц за талии, пытался навеселе перекричать орущую музыку Габриэль.              – Юхуууу!!! – несколько настороженно вторили ему женские и мужские пьяные голоса.              Возможно, кто-то из них и задался вопросом почему хозяин вечеринки сделал такое странное заявление, но, впрочем, им было плевать. Халявная еда и выпивка делали своё дело. Нарушать веселье никто и не думал.              Выпивая шот за шотом, Габриэль ни в чём себе не отказывал. Он отплясывал на танцполе, объедался сладостями, которые сам же наколдовал, развлекал себя мелкими шалостями, разыгрывая своих особо взбалмошных гостей (не без помощи сверхъестественного, конечно же), и позволял себе быть обласканным девушками, сходивших с ума от обаяния Трикстера и столького количества выпитого алкоголя.              Мук совести Габриэль не испытывал. В конце концов, он сделал более, чем достаточно. В некотором смысле он помог спасти этот мир, подсказал как упечь Люцифера на пожизненное заключение в раскалённую клетку и все дела… Инсценировав свою смерть, беглый архангел хотел лишь одного – чтобы его оставили в покое. Других своих желаний, к сожалению, он осуществить не мог. Казалось, нигде ему не было места. Ни на Небесах, ни с языческими богами, ни среди людей… Так почему же в таком случае не посвятить свою жизнь себе любимому и сиюминутным удовольствиям, притворившись мёртвым, чтобы никто не смел прерывать бесконечное веселье?              Впрочем, философскими мыслями Гейб предпочитал голову себе не забивать. Он был увлечён жарким поцелуем с эффектной брюнеточкой и, кажется, уже разгорячился. О да, дамочка знала толк в поцелуях, а как она владела своим язычком… Ммм, это определённо стоило того, чтобы попрактиковаться с ней в “постельном твистере”.              Так-то оно так, но отчего-то в груди что-то ныло. Девушка перешла к его шее, покусывая и оставляя следы помады на коже. Габриэль открыл прикрытые в приятной неге глаза и нервно сглотнул, неотрывно глядя в толпу. Среди гостей он увидел знакомый женский силуэт: очень высокая, складная фигурка, остриженные по плечи густые тёмные волосы, миловидное лицо, украшенное смущённой улыбкой и знаменитым пронзительным щенячьим взглядом.              – Эй! – Эффектная брюнеточка возмущённо воскликнула, когда Трикстер, неотрывно глядя куда-то вперёд, легонько отодвинул её от себя и поспешно ринулся в толпу.              Просачиваясь мимо гостей, едва-едва успевая войти в повороты, обходя столы с выпивкой и едой, он быстрым шагом следовал за высокой девушкой, пока не догнал. Его рука легла на хрупкое плечо, обтянутое клетчатой рубашкой. Девушка обернулась, и широкая улыбка тут же слетела с губ Габриэля.              – Тебе чего? – пожёвывая жвачку, недоумённо и несколько грубовато спросила девушка.              Плечи архангела поникли. Это была не она.              – Извини, куколка, я обознался, – выдавил из себя улыбку Габриэль и поспешил удалиться.              “Ты сходишь с ума, Габриэль”, – мысленно отчитывал сам себя он. – “Тебе уже везде мерещатся чёртовы Винчестеры!... Да и разве могла она здесь быть?”              Без настроения Трикстер плюхнулся на никем не занятый кожаный диванчик и, уныло разглядывая поднос с пирожными, влил в себя ещё один шот.              – Скверно выглядишь, Габриэль.              Архангел недоумённо моргнул и перевёл взгляд на говорившего. Рядом с ним на диване, закинув ногу на ногу и поигрывая элегантной тростью, в дорогущем костюме сидел человек… Ну, не то что бы человек! Это создание было богом, как две капли воды похожий на него самого.              – Локи! – признав в мужчине старого друга, не сдержал довольной ухмылки Габриэль. – Безумно, рад тебя видеть. Смотрю, никак не закончишь грызть свой трёхсотлетний чупа-чупс?              – А ты никак не закончишь шутки шутить, – покручивая леденец на палочке, хмыкнул бог хитрости. – Слышал, ты помог Винчестерам остановить Конец Света.              – Всего-то подкинул им диск “Casa Erotica”, – картинно смутившись, пустяково отмахнулась Трикстер.              Едва не подавившись чупа-чупсом, Локи округлил глаза и удивлённо уставился на компаньона. Тот, удовлетворённый зрелищем, рассмеялся.              – А что? Иногда даже порнушка способна спасти Вселенную.              Локи всё ещё в непонимании приподнял брови, но, тем не менее, решил не уточнять и продолжил развивать свою мысль:              – Как бы то ни было, оба твои забияки-братья повержены, а Земля, хвала Одину, по-прежнему вертится и даже не выжжена дотла. Моё почтение, Габриэль.              Гейб молчаливо улыбнулся и, отсалютовав ему рюмкой, опрокинул ещё один шот. Бог хитрости пристально наблюдал за ним, опасно сузив глаза и что-то обдумывая. К несчастью для себя, расслабленный архангел ничего подозрительного не замечал. Тем временем, Локи едва сдерживал клокочущую внутри себя злость. Однако пока он благоразумно решил держать себя в руках. Оплошностей быть не должно, и он решил задать Габриэлю последний вопрос – так, чтобы убедиться! В конце концов, месть – это ведь блюдо, которое подают холодным.              – Ты знаешь, странно, что оба Винчестера остались в живых, – поглаживая свою трость, медлительно проговорил Локи. – Равно как и двое их друзей. В конце концов, там была такая заварушка. Удивительно, что им удалось обойтись без потерь.              – Это же Винчестеры! – насмешливо прыснул Трикстер и одним махом засунул себе в рот целое пирожное. – Им всё сходит с рук.              – Это, конечно, так… – несколько брезгливо поглядывая на говорящего с набитым ртом собеседника, согласился бог. – Но Михаил убил Люцифера, пронзив его сосуд. Значит Саманта Винчестер тоже должна была погибнуть.              Мурлыча себе под нос какую-то приставучую мелодию, Габриэль как-то по-детски подобрал с верхушки торта вишенку и без всякого смущения отправил её себе в рот, выглядя при этом жутко довольным. Интерес к разговору он, казалось, уже потерял. Локи начинал злиться.              – Подозреваю, – старательно сдержанно продолжал он, – её чудесное воскрешение из мёртвых – это всё твои шалости.              Губы Гейба тронула хитрющая улыбка, делая его сейчас похожим больше на пронырливого лиса, чем на грозного архангела Господня.              – Я достаточно поиздевался над Сэмми и Дино в прошлом, так что… – уклончиво отвечал Габриэль. – Скажем так, я решил сделать ей небольшой подарок. Жест извинений, если тебе угодно.              – Понятно.              Именно такого ответа Локи и ожидал. Его подозрения подтвердились… Но ничего, Габриэль ему ещё за всё ответит. Он был уверен, что новый Владыка Ада найдёт спесивому архангелу применение.              – Помнится, ты просил у меня убежища, старый друг, – широко улыбнулся бог обмана. – Я с сыновьями нашёл замечательный отель в этом унылом городишке. Присоединишься? Устроим веселье, достойное богов!              Трикстер растянулся в улыбке и, подавшись вперёд, одарил приятеля заинтересованным взглядом. Локи нехорошо ухмыльнулся – наживка была проглочена.

***

      Рука нового Короля Ада ласково потрепала голову огромному адскому псу, который бренча тяжёлой цепью шёл рядом со своим хозяином. Кроули был чрезвычайно доволен собой. Бодро шагая по коридорам “Адской резиденции”, он был уже в предвкушении своего воцарение на троне.              После того, как Люцифер пал, бывший Король перекрёстков заимел вполне определённые притязания на должность Владыки Преисподней. Путь достижения поставленной им цели был, конечно, не из лёгких, но демон-торговец душами как никто другой знал всему цену. Наконец, подавив восстание, Кроули удалось победить в адской гражданской войне за престол и даже заручиться поддержкой сильнейших демонов, которых когда-либо знала Преисподняя.              Теперь он чувствовал себя здесь хозяином. Надменно ухмыляясь, Кроули силой мысли распахнул массивные двери и вальяжной походкой вошёл в тронный зал… Улыбка тут же стёрлась с его лица.              Отовсюду несло серой, а на залитом кровью каменном полу лежали трупы. У кого-то были выжжены глаза, от кого-то едва-едва осталась горстка пепла, несколько демонов были пригвождены к высокому потолку, образуя пятиконечную звезду. С ужасом новоиспечённый Король Ада узнал в убитых демонах своих последователей.              Его ошарашенный тёмный взгляд пробежался по цепочке из трупов, пока не остановился на преданнейшем слуге Кроули – Аграиле, голова которого была придавлена дорогим белоснежном ботинком, лениво притопывающим на макушке пленника.              Вдруг ботинок с силой надавил на голову. Послышался противный жмякающий звук. Голова в секунду оказалась раздавлена в кровавое месиво. Кроули брезгливо поморщился. Пальцы осторожно коснулись лица – кровь брызнула ему в глаза.              Наконец, Кроули поднял взгляд на того, кто сотворил всё это. На троне (“На МОЁМ, мать вашу, троне!!!” – выругался про себя Король Ада) восседал статный мужчина в классическом белоснежном костюме с иголочки и в таких же ботинках, пусть один из них и теперь был перемазан кровью и мозгами бедняги Аграила. То, что это был демон у Кроули сомнений не было. Этот мажористый гавнюк самым наглым образом расселся на его месте и, поглаживая выдающуюся козлиную бородку, издевательски ухмылялся.              – Ты кто, чёрт возьми, такой?! – рассвирепел Кроули, в три шага преодолевая расстояние между ним и демоном. – И кто дал тебе право просиживаться на моём тро…              Невидимая рука сдавила горло Короля Ада, не давая тому произнести ни слова. Хватаясь за шею, Кроули беспомощно хрипел, повиснув высоко над полом, и оторопело смотрел в глаза демона. Те горели ярко-жёлтым пламенем.              – Князь Ада…? – едва слышно прохрипел ополоумевший от страха Кроули.              Желтоглазый растянулся в нехорошей усмешке:              – Ты чертовски прав.              Он отшвырнул демона перекрёстков как жалкую псину. Тот, протаранив спиной резные колонны, врезался в стену и тяжелым мешком рухнул на окровавленные трупы. Кроули еле-еле поднял отяжелевшую голову, с ненавистью глядя на непринуждённо поднявшегося с трона Князя. Из уголка рта стекала кровь, нижняя губа была разорвана, но это едва ли помешало ему произвести коронный свист.              – Мелани, милая, – кровожадно осклабился Кроули, – фас!              Желтоглазый демон непонимающе нахмурился, как вдруг послышался страшный лай. Скрежет когтей и топот мощных лап выдавал несущуюся на него огромную адскую псину. Князь замер, во все глаза глядя на надвигающуюся опасность.              “Ну вот сейчас моя девочка разорвёт тебя на куски, выскочка”, – уже мысленно торжествовал Король Ада.              Но Князь не растерялся. Ему даже взмаха руки не понадобилось! Лишь пристального взгляда. Со стороны Мелани послышался жалобный скулёж. Кроули почувствовал, как напряглась спина. Секунда и шерсть адского пса задымилась, а затем вдруг резко вспыхнула синим огнём. Демонов оглушил истошный собачий вой. Комнату наполнил запах жжёной шерсти и горелого мяса.              Кроули шокировано уставился на рухнувший у ног желтоглазого обугленный собачий скелет и не мог поверить глазам.              “Да будь он даже трижды проклятым Князем Ада, он всё равно не должен быть таким сильным!”              Тот между тем неторопливо приближался к демону перекрёстков.              – Моё имя Асмодей – Князь Ада. И теперь, когда Люцифер мёртв, здесь буду править я как единственный наследник его дела, – надменно проговорил он и презрительно указал на демона пальцем. – А ты, Кроули, лишь торгаш, лакей и самопровозглашенец. Неужели ты думал, что достоин?              Почувствовав, что дело плохо, Кроули включил режим скользкого и угождающего всем змея:              – Я и не предполагал, что у Владыки остались верные наследники. С его смертью Ад погрузился в хаос, кто-то должен был взять всё под контроль. Смерть Люцифера – это большая потеря для всех нас.              – Лжёшь! – яростно выплюнул Асмодей. – Ты один из первых предал Люцифера и даже пытался помочь Винчестерам заточить его в Клетку!              – Всего лишь пытался выжить! – поднял руки в сдающемся жесте, оправдывался он. – Я ведь демон перекрёстка, сами понимаете. Я всегда в первую очередь ищу способы договориться. Но предать Люцифера… Я готов служить и Вам! Я хочу искупить свою вину.              Князь Ада на мгновение замолчал, оценивающе оглядывая демона и задумчиво поглаживая свою бородку. Наконец, его губы тронула ухмылка.              – Хорошо, – всё ещё ухмыляясь, кивнул своим мыслям Асмодей. – Лакей мне не помешает. Будешь выполнять то, что я говорю – будешь жить.              – Благодарю, Ваше Величество, – подобострастно склонил голову уже бывший Король Ада.              Ухмылка желтоглазого стала ещё зловещее, и он, повернувшись к новому слуге спиной, зашагал обратно к трону. Кроули облегчённо выдохнул. Конечно, пришлось немного поунижаться, но его в очередной раз чудом пронесло! Разве это того не стоило?              – Что же до Винчестеров, то им смерть Люцифера так просто с рук не сойдёт. Они мне за всё заплатят. – Князь выдержал паузу. – Но позже. Для начала мне нужно подзаправиться. Я достаточно потратил сил на то, чтобы вывести из Ада всех этих жалких крыс!              С этими словами Асмодей пнул лежащий на полу труп демона и, неожиданно обогнув трон, зашагал вглубь зала. Кроули нахмурился. Только сейчас он заметил расположившуюся в тёмном углу справа от трона клетку, в которой определённо кто-то находился.              Новый Владыка Ада с силой дёрнул за тяжёлую цепь, переливающуюся енохианскими символами. Шатающийся на ватных ногах пленник от неожиданности, буквально, влетел в прутья клетки, больно протаранив их лбом. Послышался сдавленный стон. Асмодей усмехнулся.              – Надеюсь, что ты, Кроули, даже не помыслишь о том, чтобы предать меня, – не глядя на него, проговорил желтоглазый. – Ты же не хочешь занять его место, верно?              Князь сорвал с головы пленника мешок, исписанный енохианскими символами, и выудил из внутреннего кармана пиджака шприц.              “Твою ж мать! Это же тот архангел, который рассказал Винчестерам о Клетке Люцифера,” – узнав пленника, выругался про себя Кроули. – “Но… это невозможно. Он же должен быть мёртв”.              Бледный как смерть Габриэль, казалось, ничего не соображал и едва стоял на ногах, всё ещё находясь под действием зелья, которое ему подлил Локи в отеле. Он был не в состоянии защищаться. И Асмодей знал это.              Шприц с силой вошёл в напряжённую шею Габриэля. Задрав голову, архангел истошно закричал. Зал заполонил ослепляющий яркий свет, стены задрожали… На секунду Кроули даже показалось, что вот-вот обрушится потолок!              Но ничего не произошло. Габриэль рухнул без сознания, едва Князь Ада вытащил из шеи пленника иглу шприца, наполненного сияющей архангельской благодатью. Асмодей смотрел на синие сгустки света, как закоренелый наркоман на новую дозу. Не успел Кроули подумать о глупости подобного сравнения, как желтоглазый воткнул себе шприц в вену рядом с желтеющим следом от предыдущего укола, насыщаясь архангельской благодатью.              Кроули в ужасе смотрел на то, как расплывался в блаженной улыбке Асмодей, который, буквально, упивался распространяющейся по его венам неведомой ни человеку, ни демонам, ни языческим богам силой.