10. Быть кому-то нужным
22 июля 2018 г., 17:40
Габриэль неподвижно сидел на кушетке и, почти не моргая, смотрел в одну точку. Состояние у него было не из лучших. Он ни на что не реагировал – ни на слова, ни на окружающих его людей, и не произносил ни слова сам. Казалось, архангел был словно не здесь, а где-то очень далеко отсюда, а перед ребятами сидела лишь его пустая бездумная оболочка.
Перед своим уходом Кроули посоветовал спрятать Габриэля в бункере. В каком бы состоянии архангел ни был, его сверхсилы сейчас служили самым настоящим маяком для плохих парней. Демон не сомневался, что когда Асмодей обнаружит пропажу своего “золотоносного гуся”, то придёт в ярость и бросит все силы на его поиски. Нужно было хоть немного сбить ощущение присутствия архангела с помощью защитных знаков и символов, которыми был, буквально, исписан бункер Сингера.
Так и поступили. И теперь вся команда свободной воли собралась в бункере. Новоприбывший Кастиэль пытался разговорить старшего брата, охотники хмуро наблюдали за его попытками со стороны.
– Здравствуй, Габриэль. – Он осторожно присел на кушетку рядом с ним. – Это я – Кастиэль. Брат твой младший .
Ответом было молчание. Кас печально переглянулся с Винчестерами и продолжил говорить:
– Я знаю, что в последнее время близки мы были не слишком. С тех пор, как мы были детьми, прошли века. Но я не забыл того, что ты сделал для меня.
Ангел устало вздохнул, опустив голову. Сэм и Дин обменялись непонимающими взглядами, но вмешиваться в семейные дела пернатых не решались. Похоже, для Каса это было важно.
– Ты был единственным архангелом, который оставался с остальными ангелами на равных, – хрипло произносил он. – Пусть ты никогда не был похож на нас. Слишком своеволен – наверное, это вас и сблизило с Люцифером, слишком несерьёзнен и свободолюбив. Но ты был так же и самым добрым и милосердным. Я рад, что ты жив, Габриэль.
Бобби нахохлился и скрестил руки на груди. Ему стало даже неловко от того, что он стал свидетелем внезапного проявления братских чувств их обычно немногословного ангела.
– Ты позаботился обо мне, одному из множества твоих младших из братьев, до которого почти никому дела не было, и я хочу помочь тебе. Я хочу поговорить, Габриэль.
Но старший брат на его просьбу поговорить никак не реагировал. На его лице не дрогнул ни единый мускул, а в остекленевших потухших глазах отсутствовала даже искорка жизни. Он будто бы не слышал Каса.
– Ангелы не должны быть такими, – несмотря на молчание, вдруг как-то задумчиво изрёк Кастиэль. – Мы задумывались Отцом иначе, как холодные орудия Небес без чувств, без эмоций, без сопротивления чужим приказам. Должно быть, со мной и с тобой что-то пошло не так.
Губы ангела тронула слабая, немного неумелая улыбка.
– Но в действительности то, что я представляю из себя сейчас, это заслуга твоя и Дина и Сэм Винчестеров. Ты посеял во мне зерно сомнений, научил тому, что ангел не должен быть слеп, и поступать так, как считает правильным, даже если это противоречит общепринятому поведению воина Небес. А Дин взрастил во мне это зерно, научил различать правильное от неправильного и поступать по совести. Как это говорят на Земле? “Идти по велению сердца”. Они с Сэм показали мне, что значит семья. Но и ты, Габриэль, моя семья.
Дин молчаливо смотрел на Каса и нервно сглотнул. Он никогда бы не признал этого вслух и даже не выдал бы внешне, но его тронули слова ангела. Кас действительно стал для охотника лучшим другом, братом, частью семьи! Такой же полноправной её частью как Сэм или Бобби.
– Винчестеры, – будто ухватился за эту мысль Кас и внимательно посмотрел на Габриэля, указывая на охотников. – Габриэль, это Сэм и Дин Винчестеры. Ты помнишь их?
Сэм почти физически ощутила боль и разочарование, когда Гейб в очередной раз никак не отреагировал на слова Кастиэля. Их попытки достучаться до Трикстера были тщетны. Кас, похоже, тоже это понял и поднялся с кушетки.
– Ты не сказал, что он так плох, – приблизившись к Дину, покачал головой он.
– Что с ним, Кас? – встревоженно поинтересовалась Сэм.
– Боюсь, Габриэль не отвечает нам не потому, что не хочет, а потому что просто не слышит, – со вздохом ответил Кастиэль. – Он слишком глубоко ушёл вниз.
– Как это “ушёл вниз”? – не понял Дин Винчестер.
– Его силы истощены, – пояснял ангел. – Время проведённое в Аду, пытки и тот факт, что Асмодей вытягивал из него благодать, не прошли для него даром. Целостность его благодати повреждена. И поэтому когда Габриэль спас вас, он потратил слишком много своих сил. Ему нужно снова накопить их.
– Это-то понятно, – нетерпеливо кивнул Дин. – Но почему он молчит?
– Ты только посмотри на него, сынок, – невесело прыснул Бобби Сингер. – На нём живого места нет. Я бы после таких пыток тоже не горел желанием языком чесать.
Сэм мысленно отметила про себя, что он был прав. Габриэль был весь в крови, его лицо было покрыто ссадинами, нос разбит, а руки… Запястья были стёрты в кровь от тугих кандалов, на руках были вырезаны енохианские символы – кожа вокруг них была слегка обуглена, видимо, символы наносились для того, чтобы они проели ангельское существо изнутри. По крайней мере, тот же Кас после воздействия Сигила Еноха ещё до конца не оправился, и страшно представить, что подобный знак мог сотворить с архангелом будучи вырезанным прямо на его плоти. Потрёпанная окровавленная рубашка висела на Габриэле мешком и открывала на широкой груди глубокие порезы и страшные ожоги от святого масла. На него было больно смотреть.
– Ты можешь его исцелить? – сглотнув, едва слышно обратилась к Касу охотница.
– О себе бы сначала подумала, – нахмурившись, проворчал Бобби. – Сама вся в дырочку ходит.
– Я в порядке. Сменила пару повязок и как новенькая, – отозвалась Сэм Винчестер и снова возвела взгляд полный надежды на ангела. – Ну так как, Кас?
– На Земле ангелу очень трудно восстановить свои силы, – сказал тот. – Я восстанавливаюсь, но медленно. Поверхностно лишь я могу залечить раны Габриэля, но не стереть полностью.
– Думаю, этого будет достаточно, – кивнула она и, чуть помедлив, виновато добавила. – Если ты, конечно, сможешь.
– Ты будешь после этого в порядке, Кас? – поддакнув Сэм, беспокойно спросил Дин.
– Более чем, – подтвердил он. – Осложнений не будет.
Кастиэль приблизился к старшему брату и мягко опустил ладонь на его лоб. В глазах появился синий огонь, из пальцев ангела вырвался немного блеклее, чем обычно, но всё ещё яркий свет. Страшные раны на теле пленника Ада начали затягиваться. Вылечить до конца Кас его не мог, но, по крайней мере, раны выглядели уже лучше и не казались такими страшными. Ссадины на лице разгладились, глубокие порезы на груди и руках почти затянулись и выглядели как свежие поверхностные ранки, а страшные ожоги стали бледнее.
Когда Кас закончил, то устало опустился на кушетку рядом. Габриэль за время всех его манипуляций даже не шелохнулся. Он всё ещё молчал.
– Мдаааа, жаль его. Да и нам в таком состоянии парень точно не помощник, – проговорил Бобби и, тяжело вздохнув, произнёс. – Пойду посыплю под окнами и дверьми солью. Нужно приготовить ловушки, на случай если Асмодей вломится сюда за своим архангелом.
– Разве Асмодей сможет обнаружить его здесь? – спросила Сэм. – Кроули сказал, что бункер должен заглушить ощущение его присутствия.
– Несколько минут назад мне вынесли стёкла двое демонов, – выглядя очень недовольно и нетерпеливо, напомнил он. – Я бы не стал в такой ситуации пренебрегать мерами предосторожности и полагаться на слова ещё одного такого же демона.
С этими словами Сингер решительно поправил засаленную кепку и вышел из бункера заниматься своими делами.
– В одном Бобби прав, – когда старый охотник ушёл, неожиданно произнёс Кас. – Если Габриэль слишком глубоко ушёл в себя, в таком состоянии он беспомощен. Если сюда явится Асмодей, он не сможет защитить ни себя, ни нас.
– У нас уже шла речь об альтернативах, – скрестив руки на груди, задумчиво кивнул Дин Винчестер. – Ты был у Рафаила. Что он сказал?
– Рафаил не станет нам помогать, – покачал головой ангел. – Как я уже говорил, теперь, когда Небесам ничего не угрожает, его мало что интересует.
– Ты объяснил ему ситуацию с Габриэлем и Асмодеем? – подняв на него взволнованный щенячий взгляд, уточнила Сэм.
– Да, – ответил Кастиэль, – я рассказал ему о том, что Габриэль в плену у Асмодея.
– И что? – Дин резко передёрнул плечами, начиная закипать. – Его ненависть к нам и всему человеческому роду настолько велика, что он был готов позволить сгинуть собственному брату в Аду?!
– Он убеждён, что Габриэль “и сам в состоянии справиться с каким-то жалким демоном”, – процитировал Рафаила он. – Ради этого спускаться в Ад он нужным не посчитал.
– Мдааа, я всё больше и больше понимаю, почему Габриэль в своё время решил сбежать из этой ненормальной семейки, – не особо выбирая выражения, пробурчал охотник.
– Полегче, Дин, – осёк его Кас. – Я ведь тоже ангел, не забывай об этом.
– Да, но ты не такой как, например, Рафаил, – мягко произнесла Сэм Винчестер.
– Ты – часть нашей семьи, Кас, – со всей серьёзностью подтвердил слова младшей сестры Дин. – Ты лучше многих своих братьев.
Он по-братски похлопал его по крепкому плечу. Кас на это слегка улыбнулся, признательно кивнув.
Винчестер на мгновение замолчал и бросил долгий взгляд на Габриэля:
– Осталось только растормошить твоего единственного нормального брата.
Сэм печально опустила глаза, нервно переминаясь с ноги на ногу. Она просто не могла смотреть на забитого и непривычно молчаливого Трикстера.
***
Асмодей вернулся в свои владения в приподнятом настроении. На его губах играла победная ухмылка. Сегодня он расправился с последним соперником. Рамиель был мёртв. Теперь Асмодей – единственный Князь Ада, и больше никто не посмеет претендовать на трон Преисподней. Желтоглазому демону определённо понравилось ощущать то могущество, которым его наделила архангельская благодать. Слабейший из князей стал сильнейшим из демонов и ангелов. Сила архангела действовала безотказно. Асмодей даже не вспотел, убивая Рамиеля. Чрезвычайно довольный собой Князь Ада вошёл в тронный зал и тут же почувствовал напряжение. Ему показалось странным, что Локи здесь не было. Он ведь должен был дожидаться, когда его сыновья приведут Сэм Винчестер сюда, а после сообщить Асмодею об этом. Да и поиздеваться над беднягой Габриэлем языческий бог, казалось, желал больше всего на свете… Что-то здесь было не так. Его взгляд метнулся в сторону Клетки. За секунду на его лице сменились самые разные эмоции от удивления и непонимания до паники и гнева. Асмодей в миг оказался возле Клетки, с силой сжав ледяные прутья решётки. На полу лежал труп его пленника. – Языческая тварь!!! Князь Ада разразился в грязных ругательствах. Он был готов разнести всё вокруг. И ярость, закипающая в нём сейчас, требовала крови. “Я же предупреждал его, чтобы не увлекался!” – бесчинствовал Асмодей. – “Локи! Истеричный кретин всё-таки убил его! Где мне теперь взять нового архангела?!!!” От одной только мысли о том, что он больше не получит новой дозы архангельской благодати, у желтоглазого демона началась ломка. Его всего трясло гнева. Он был убеждён, что сильнее его уже ничто не могло разозлить. Но как оказалось могло. Вдруг тело Габриэля покрылось рябью. Асмодей нахмурился. Иллюзия архангела растаяла, и вместо Габриэля в Клетке на полу оказался труп Локи. Тронный зал сотрясся от громкого крика ярости. В тот день Князь распылил в Аду не одного попавшегося под руку демона. В это время Кроули с ухмылкой потягивал виски на одном из пляжей Шотландии и испытывал злорадное удовлетворение. Пусть его враг был Князем Ада, но он – чёртов Кроули! И он получит свой трон назад. Любыми способами.***
Сэм Винчестер сидела в бункере рядом с Габриэлем и с болью смотрела на него. Дин и Кас пошли помогать Бобби с ловушками, рассудив, что хоть старый охотник и был временами излишне ворчлив, однако из ума пока что не выжил. Если демон поймёт, что архангел у них, то тут же явится за ним сюда, принося с собой смерть и разрушения. Необходимо было подготовиться. – Дин, вы с Касом идите, а я, наверное, побуду здесь, если вы не против, – в немой просьбе посмотрела на них Сэм. – На случай, если он всё же придёт в себя. Он больше месяца пробыл в Аду и подвергался ужасным пыткам, кто знает, как он после всего этого поведёт себя, оказавшись в незнакомом месте. Вдруг он запаникует? Думаю, Бобби рад не будет, если его дом, кроме демонов, разнесёт ещё и паникующий архангел. Ошарашенный таким заявлением, выплеснувшимся на него внезапным потоком длинных слов и путанных оборотов речи, Дин Винчестер слегка приподнял бровь, но даже если и нашёл оправдание своей сестры странным, то ничего на это не сказал и ушёл помогать Бобби. Она принесла в бункер чистую воду и смочила в ней полотенце. Сэм приблизилась к Габриэлю с опаской и неуверенностью. Да, конечно, архангел был неподвижен и находился в своего рода трансе, не обращая внимания ни на кого и ничего, но охотница боялась, что после всех пыток, которым его подверг Асмодей, он мог просто испугаться её. Тем не менее, Сэм остановилась напротив него и медленно опустилась на пол так, чтобы сохранять с ним зрительный контакт. Даже если взгляд Трикстера был по-прежнему безжизненным так или иначе. Она неуверенно протянула руку со смоченным полотенцем и пробно провела по грязной щеке архангела. – Они заплатят за то, что сделали, – смывая с его лица засохшую кровь, прошептала Сэм. – Обещаю. Холодное полотенце заботливо прислонилось ко лбу мужчины, слегка задевая спутанные пряди волос. Охотница тяжело вздохнула. Ей всегда нравились волосы Габриэля. Волнистые, густые, мягкие. Они сладко пахли и приятно щекотали ей лицо всякий раз, как Трикстер пытался подбадривающе её приобнять в прошлом. Это случалось крайне редко, но всё же. – Да ладно тебе, – насмешливо протянул над её ухом Габриэль. – Не дуйся. Это всего-то невинная шутка. – ТВОЙ ЗАКОЛДОВАННЫЙ ШАМПУНЬ ПРЕВРАТИЛ МОИ ВОЛОСЫ В СПАГЕТТИ! – А мне казалось, тебе нравится итальянская кухня, – рассмеялся он, плюхнувшись рядом с ней на кровать. Охотница сидела на кровати за ноутбуком, лишь изредка отвлекаясь от работы для того, чтобы одарить Трикстера недовольным взглядом. – Ах, так ты слышал наш спор с Дином по поводу вреда еды из тайского ресторана, и решил меня проучить? – Сэм улыбнулась. – Не знала, что ты с ним на одной волне. – Да! Потому что ты покушаешься на святое! – Но здоровое питание… – Да к чёрту твоё здоровое питание, Сэмми! – воскликнул Габриэль. – Только вредная еда приносит человеку подлинное удовольствие. – Ты – не человек, – продолжая что-то печатать, сквозь улыбку напомнила Винчестер. – И не называй меня “Сэмми”. Чувствую себя щекастым маленьким ребёнком. – Ну, – слегка качнул головой архангел, – небольшие щёчки у тебя всё же есть. Он приподнялся на кровати и, подкравшись сзади, слегка потеребил её за щёки. – Ммм, даже с ямочками! – Я работаю, Габриэль. – Подчеркнуто выделив слово “работаю”, старалась сосредоточиться охотница. – Я не поддамся на твои трикстеровские провокации. Если тебе скучно и не хватает внимания, это не моя проблема. Она пыталась говорить серьёзно, но в действительности едва сдерживала смех. Волосы Трикстера, задевшие её щёку в ходе “провокации”, щекотали кожу. Сэм наморщила нос, пытаясь сдержать улыбку, но было поздно. – Ой, ну вы посмотрите на это, – лилейно протянул Габриэль, и его озорные глаза нехорошо заблестели. – Наша Сэмми, оказывается, боится щекотки! – Габриэль. – Винчестер повернулась к нему и предупреждающе подняла указательный палец вверх. – Не смей. Трикстер растянулся в хитрющей улыбке и игриво приподнял бровь: – А ты останови меня. С этими словами он принялся её усердно щекотать. Сэм взвизгнула и вся сжалась. Задрав голову, она начала хохотать. – Пожалуйста! – сквозь слёзы смеха умоляла та. – Не надо! Но Габриэль останавливаться не собирался, уже войдя во вкус их игры. Он с коварным смехом повалил её на кровать, пальцами “залезая под рёбра”. – Гейб! – Сэм Винчестер заливисто смеялась, пытаясь вывернуться из его рук. – Прекрати, Гейб! Тот картинно надул губки и, промычав что-то вроде “не-а”, продолжил подвергать охотницу весёлым пыткам. Казалось, что он получал от этого удовольствие. Сэм уткнулась носом в его грудь, хихикая сквозь слёзы. Она бы ни за что не призналась бы, что ей, к своему стыду, тоже было весело. Сэм Винчестер хмуро мотнула головой, будто пытаясь стряхнуть с себя наваждение. Это было давно, глядя на теперешнего Габриэля – замученного, молчаливого, ни на что нереагирующего – казалось, и неправда. Она снова смочила полотенце. Вода окрасилась в кровавый цвет. В горле встал ком, когда дело дошло до груди. Даже после лечения Кастиэля этот участок требовал особого деликатного обращения. Шмыгнув носом, Сэм осторожно стирала кровь с его груди, касаясь почти невесомо и нежно, стараясь не задевать ожоги и ещё не затянувшиеся ранки. – Габриэль, прошу тебя, поговори со мной, – подняла на него свой убитый щенячий взгляд она. – Ты помнишь меня? С каждым разом, как Винчестер пыталась с ним заговорить, её надежда всё больше умирала. Архангел молчал. – Гейб, я понимаю, ты очень много пережил, – чувствуя себя виноватой, торопливо заговорила Сэм и тяжело вздохнула, – но, пожалуйста, помоги нам! И снова тишина. Её слова будто бы разбивались о невидимую стену, возведённую вокруг Трикстера. – Ты нужен нам, – начиная впадать в отчаяние, надрывно произнесла Сэм Винчестер. – Ты нужен своему брату, Касу. Но Габриэль по-прежнему ни на что не реагировал. Винчестер расстроенно прикусила губу и отвела взгляд. Это медленно убивало её сильнее, чем все кровавые кошмары, от которых она просыпалась со всё новыми и новыми ранами. – Боюсь, он тебя не слышит, Сэм. Охотница вздрогнула, услышав голос внезапного появившегося на пороге ангела. Она даже не слышала, как он вошёл. – Он слишком далеко, – покачал головой Кас. – Я знаю, просто… – Сэм беспомощно повела рукой. – Просто пытаюсь понять, есть ли у него что-то в голове. – Не изводи себя. Лучше отдохни, – посоветовал ангел. – Нам всем нужен отдых. – Кас!!! – послышался крик Дина, который явно что-то хотел от своего друга. – Я скоро вернусь, – объявил он. С этими словами Кастиэль ушёл на зов старшего из Винчестеров. Сэм чувствовала, как её захлестнуло отчаяние. Она поднялась на негнущихся ногах и, сделав несколько шагов, устало забралась на кушетку, дрожащими руками обхватив колени. Не изводи себя. Да как же тут не изведёшься! На глаза наворачивались слёзы, и Сэм Винчестер, с болью закрыв глаза, едва слышно прошептала: – Ты нужен мне.***
Габриэль сидел глубокого в своём сознании и наслаждался играми своего разума. Звучала расслабляющая музыка, царила пикантная обстановка того самого номера отеля из “Casa Erotica 13”, а на шикарной кровати, покачивая стройными ножками, на животе лежала сексуальная блондинка – воплощение эротических фантазий если не всех, то многих мужчин. Это было довольно забавно, но почему-то чтобы восстановить силы его разум выбрал схорониться именно в образе воспоминаний о том видео, диск с которым Трикстер передал в своё время Дину Винчестеру с подсказкой как остановить Люцифера. Гейб даже выглядел так же! Тот же костюм официанта, те же зализанные назад волосы, те же нелепые накладные усы… Всё как в тот раз! Он чувствовал себя по-настоящему в безопасности. Здесь было так хорошо, что не хотелось уходить! Но было одно “но”. “Габриэль, прошу тебя, поговори со мной”, – послышался в голове знакомый женский голос. – “Ты помнишь меня?” Подсознание будто бы тоже заметило это его “но”, и иллюзия слегка видоизменилась. Габриэль моргнул, и теперь напротив него вместо знойной блондинки стояла мило улыбающаяся Сэм Винчестер в откровенном нижнем белье и накинутом на хрупкие плечи тоненьком коротком халатике. Стройные ножки, облачённые в чёрные чулки, ступали мягко. Слегка покачивая бёдрами, она неторопливо приближалась к мужчине. Трикстер вздрогнул, не в силах отвести восхищённый взгляд от её полуобнажённой фигуры. Он нервно сглотнул, когда Сэм скользнула тонкими пальцами по его щеке, присаживаясь к нему на колени, принялась играючи расстёгивать пуговицы на рубашке, водить тёплыми ладошками по его обнажённому торсу… Очнувшись от наваждения, Габриэль аккуратно поднял даму со своих колен. Она как-то обиженно посмотрела на него и встала напротив, в недовольстве скрестив руки на красивой груди. – Я бы очень этого хотел. Правда. – Архангел выглядел таким несчастным, когда смотрел на неё, виновато сжимая её ладони в своих. – Но ты – не настоящая. Сэм обольстительно улыбнулась и, проведя ладонью по его животу, а затем медленно спустившись к паху, игриво подмигнула: – Не волнуйся. Всё будет очень даже по-настоящем! Но Гейб лишь покачал головой и поспешно убрал её руку со своих брюк. Он со вздохом поднялся с кресла и, запахнув на ней чёрный полупрозрачный халатик, медленно завязал пояс. – Ты – не Сэм, – как-то грустно улыбнулся Габриэль. Взяв бокал вина, Трикстер прошёл к распахнутому окну. Иллюзия разочарованно смотрела ему вслед, а затем вдруг растаяла в воздухе. “Гейб, я понимаю, ты очень много пережил,” – снова услышал он голос Сэм, – “но, пожалуйста, помоги нам!” Архангел уныло покачал головой. Нет, Локи был прав. Он изгой среди ангелов, среди богов и среди людей. Нигде ему нет места. Лучше уж его поглотят собственные иллюзии, где всё может сложиться так, как он, Габриэль, сам хочет, лишь по одному мановению его пальцев. Там, где нет Ада, Асмодея, пыток и боли в сердце при одном только взгляде на совершенно безразличную к нему Сэм Винчестер. “Ты нужен нам”. Гейб горько усмехнулся. Конечно, он понимал, что для того, чтобы победить Асмодея нужен архангел. Но он слишком слаб и слишком трус, чтобы сгодиться для такой работёнки. Трикстер никогда не был героем. В прошлый раз и то случайно и до ужаса нелепо получилось. “Ты нужен своему брату, Касу” . При упоминании младшего брата на душе потеплело. О да, Кас был единственным из его братьев, к которому у Габриэля ещё осталась привязанность. Он всегда любил младшенького засранца. Кастиэль – такой же отверженец Небес, как и Гейб, и архангел слышал недавнее трогательное обращение Каса к нему, но… Но Гейб ему не нужен. У него уже есть своя семья на Земле. Трикстер был уверен, что Винчестеры позаботятся о Касе. Дин так вообще в нём души не чаял. А вот самому Габриэлю нигде не было места в этом мире. Его ждало только забытье. “Ты нужен мне...” – вдруг отчаянно прошептала Сэм. Стук собственного сердца внезапно показался ему грохотом, как от разбившейся вдребезги тарелки. “Ты нужен мне”. На секунду Габриэль решил, что ему послышалось. Настолько тихо были произнесены эти слова. Но затем он услышал её тихий плач, и сердце будто кровью начало обливаться. Трикстер бросил последний взгляд на свои иллюзии и махнул на них рукой. “К чёрту, фокусы!”***
Горячие слёзы обильно скатывались по щекам. Сэм пыталась их сдержать, ведь это было проявлением слабости, совсем не по-винчестеровски! Но сделать с этим ничего не могла. Столько всего накопилось внутри, что подавить в себе эмоции оказалось просто невозможно. – Не плачь, Сэм. – Чьи-то пальцы нежно вытирали с её щеки слёзы. – Я этого не стою. Сэм Винчестер ошарашенно вскинула голову и разинула рот от удивления. Напротив сидел живой и невредимый Габриэль и привычно насмешливо смотрел на неё. – Что? – вопросительно вскинув брови, усмехнулся он. – Ты ведь, вправду, не думала, что я мёртв? Никто не может обхитрить Трикстера! Она молчала, всё ещё с неверием глядя на него. Секунда, и Сэм, судорожно выдохнув, порывисто обняла его, мелко дрожа. Усмешка тут же слетела с губ архангела. На мгновение он замер, а затем крепко обнял её в ответ, прижимая к себе, и с болью закрыл глаза, впервые за эти долгие десять адских лет вздохнув с облегчением.
