Кошмары во сне и наяву

      Человек и архангел вот уже несколько долгих секунд сидели в бункере в полном молчании, не в силах разорвать крепкие объятия. Габриэль хватался за неё почти с отчаянием. Он так много времени пробыл в заточении, что почти забыл каково это обнимать женщину. Кого-то, кто был по-настоящему важен. Он почти ощущал, как его руки сводит от напряжения.       Сэм дрожала в его объятиях, уткнулась носом в его шею, будто пытаясь быть как можно ближе к архангелу. И тепло, чувство уюта и безопасности, что она ощущала при этом… Это было странным, но казалось до ужаса правильным.       – Я думала, что ты погиб, – наконец, послышался в тишине негромкий голос Сэм Винчестер.       – Прости, Сэмми. Я не хотел тебя расстраивать. – Габриэль потёрся носом об её скулу и несдержанно усмехнулся, подтрунивая над ней. – К тому же, я не думал, что так нужен тебе.       Ощутив волну смущения, охотница даже позабыла исправить это его ненавистное обращение “Сэмми”.       – Придурок! – сквозь улыбку проворчала она и легонько ударила его кулачком в грудь.       – Оу! Потише, Сэмминатор! – ойкнув от боли, насмешливо закашлялся Трикстер. – Меня уже и до тебя достаточно поколотили.       – Прости-прости! – Чуть отстранившись, Сэм спешно рассыпалась в извинениях и виновато посмотрела на него. – Я не хотела. Больно?       Она осторожно коснулась его обнажённой израненной груди, стараясь не задевать раны. Её щенячий взгляд был таким участливым и виноватым, что невольно сам начинал испытывать муки совести. По всему телу пробежалась дрожь, когда Гейб ощутил на себе тепло её пальцев. Это было непривычное чувство.       – Ничего. Всё в порядке, Сэм, – уже без насмешки снисходительно сказал он. – В конце концов, я это заслужил. Нужно было рассказать вам, что я жив. Возможно, тогда ничего этого и не было бы.       Винчестер сглотнула и печально посмотрела на него. Габриэль с удивлением обнаружил, что её тонкая рука всё ещё покоится на его груди, неосознанно и очень осторожно поглаживая.       – Я скучала по тебе.       Архангел возвёл на неё удивлённый, но заметно потеплевший взгляд и чуть улыбнулся:       – И я по тебе.       Казалось, всё вокруг замерло. Они долго смотрели друг другу в глаза в молчании. Габриэль начал медленно наклоняться к ней. Сэм опустила взгляд, из-под ресниц наблюдая за его губами. Его пальцы коснулись её щеки. Горячее дыхание Сэм вырвалось из рта, обжигая губы Гейба, которые были уже совсем близко.       Вдруг послышался надрывный неловкий кашель. Сэм Винчестер вздрогнула и отстранилась от Габриэля, замечая на пороге обомлевших Дина и Каса. Трикстер удивился её реакции и, вскинув бровь, через плечо посмотрел на дверь, в сторону которой был устремлён взгляд Сэмми.       Только сейчас он понял, что так смутило охотницу. Дин Винчестер выглядел довольно сурово. Сэм под его взглядом даже неловко отвернулась. Кастиэль же был потрясён и во все глаза смотрел на пришедшего в себя архангела.       – Приветик, Кас. – Габриэль широко улыбнулся младшему и даже приветливо помахал рукой.       Ангел решительно устремился навстречу старшему брату. Сэм встала с кушетки и отошла к Дину, тактично давая братьям немного личного пространства. Гейб по-братски обнял подошедшего Каса за плечи одной рукой и крепкой дланью похлопал того по спине. Он даже предположить не мог, что настолько соскучился по этому маленькому пернатому засранцу. Кастиэль думал примерно о том же и с силой обхватил спину старшего брата.       – Стоило мне отвернуться на несколько минут, – наблюдая за происходящим, скрестил руки на груди Дин Винчестер, – а он уже живее всех жив и даже флиртует с моей сестрой.       Трикстер не сдержал усмешки и, отстранившись от брата, смерил охотника озорным, но несколько усталым взглядом:       – И тебе привет, Дино.       – Дин, он не… – попыталась было встрять младшая Винчестер.       – Я серьёзно, Сэм, – перебил её тот и погрозил архангелу пальцем. – Руки прочь от неё, Дэнни ДеВито.       Габриэль развел руками, озорно улыбаясь. Дин ухмыльнулся, и они, наконец, приветственно пожали друг другу руки. Винчестеры переглянулись и понимающе кивнули друг другу. Ангелам нужно было время поговорить. Всё же они были братьями, одна семья. А уж что значит семья, Сэм и Дин Винчестеры знали не понаслышке.       – По крайней мере, чтобы я этого не видел, – направляясь с Сэм к выходу, бросил Трикстеру напоследок Винчестер.       Тот растянулся в ухмылке и пошловато приподнял брови:       – То есть, когда ты не смотришь, мы можем…       – НЕТ!       Габриэль заливисто расхохотался. Дин поспешно взял младшую сестру за руку, уводя её из бункера. Сэм обернулась к архангелу, едва сдерживая рвущийся наружу смех. Гейб озорно подмигнул ей и ещё больше расплылся в улыбке.

***

      Братья остались наедине в бункере и разговаривали о последних событиях, произошедших с момента пленения архангела Асмодеем. Кас рассказал Габриэлю о том, как они узнали, что он жив, о встрече с Локи и видениях Сэм.       Чем больше Гейб узнавал, тем сильнее округлялись в шоке его глаза. Он почувствовал почти праведный гнев, услышав, что Сэм разделяла с ним пытки, которым подвергал его Асмодей. Его кулаки с силой сжались. Ему потребовалось приложить немало усилий, чтобы гнев не вылился во вспышку архангельских сил.       Сдержаться удалось отчасти и благодаря Кастиэлю. Младший ангел, почувствовав настроение брата, поспешил сменить тему и рассказал о том, кому именно Габриэль обязан своим освобождением.       – Кажется, я у него большой должник, – невесело хмыкнул Трикстер. – Можете передать вашему демону, что получит он свой трон назад. Я Асмодея по стенке размажу за то, что тот сделал.       – Асмодей истощил твою благодать, – напомнил Кас. – А последние силы ты потратил, спасая Дина и Сэм. Тебе нужно восстановиться, прежде чем столкнуться с Асмодеем.       – Не здесь, – покачал головой Габриэль. – Стоит мне воспользоваться своими силами, как Асмодей сможет отследить меня и тут же прибежит сюда. Я у него на крючке.       – Речь и не шла о бункере.       Архангел посмотрел на него с подозрением. Он ещё не понимал, к чему именно клонит его младший брат, но это ему уже не нравилось. Кастиэль же выглядел крайне серьёзным.       – Небеса.       Услышав такой ответ, Гейб округлил глаза и поспешно замахал руками:       – О нет-нет, бро! На Небеса мне ход заказан! Я – дезертир, если ты не забыл. Я не появлялся на Небесах уже много веков. Рафаил тебя-то записал в предатели за помощь Винчестерам, а теперь представь, какие обвинения будут выдвинуты мне? Неее, Раф не позволит мне восстановить силы в своих владениях.       – Он не хочет, чтобы Небеса были “его владениями”, – незамедлительно отозвался ангел. – Он устал от правления. И насчёт обвинений опасения твои напрасны. Известно Рафаилу, что жив ты. Желание изъявил он поговорить с тобой в доме нашем Отчем.       – Погоди-ка, – взмахнув указательным пальцем, ухмыльнулся Трикстер, начиная понимать, откуда растут ноги. – Дай мне угадать. Рафаил упивался своим могуществом, чувствовал себя чуть ли не самим Богом и в ус не дул, пока Михаил делал на Небесах всю работу. Но как только старший братец оказался в Клетке, старина Рафаил столкнулся с реальными проблемами и задачами, которые раньше мог игнорировать при правлении Михаила, короче – его настигла суровая реальность. А так как он понятия не имеет как (да и, впрочем, совершенно не желает!) этим заниматься, то решил свалить бремя управления папочкиными Небесами на меня. Я ничего не упустил?       – Я не оправдываю нашего брата, Габриэль, – сломался под его проницательным взглядом Кас, – но и в его мотивах разумное зерно можно узреть. Пойми, Небеса – непосильная ноша для одного архангела. Ты и Рафаил – последние из высших творений Отца.       – О, я очень всё хорошо понимаю, Кастиэль. Тебе легко говорить! – позволив себе горькую усмешку, не на шутку разошёлся Габриэль. – Конечно, я должен забить на себя, свои желания, на свою жизнь, снова исчезнуть и оставить Сэм, которую только-только обрёл, вызвать её гнев и разочарование, запереть себя на Небесах и упорно расхлёбывать кашу, которую заварили наши мудобратья, а ты в это время будешь развлекаться здесь с Дином, практикуя позу 69!       – Я не понимаю, о чём ты говоришь, – нахмурился тот.       – Ой, да брось! – Трикстер многозначительно пошевелил бровями. В глазах плясали чёртики. – У нашего фика рейтинг R, так что мы вполне можем об этом поговорить.       Ничего не понимающий Кастиэль, казалось, запутался окончательно:       – Прости?       – Ай, ладно, проехали! – отмахнулся Гейб. – Сам не знаю, какой Дэдпул меня укусил.       Младший брат смотрел на него настороженно, но допрашивать не стал, а потому сменил тему:       – Я понимаю, много веков провёл ты на Земле. Я тоже в этом месте Дом обрёл свой. Но в нашем Отчем Доме действительно всё неспокойно. Небеса увядают.       Услышав это, архангел вскинул голову и с тревогой посмотрел на него.       – Райский сад почти погиб, – добившись его внимания, продолжал Кас. – Он высыхает. Небеса теряют былую красоту и могущество.       – Ты серьёзно? – будто оглушённый этой новостью, переспросил Габриэль.       – Абсолютно, – подтвердил он. – Рафаил, как ты верно, заметил, не горит желанием браться за правление. Он считает, раз Люцифер мёртв, то Небесам более ничего не грозит. Ему не думается, что увядающая сила Райского Сада – это нечто значительное. Но последствия, Габриэль…       Архангел хотел было выругаться, одарив старшего брата самыми нелестными эпитетами, но он был действительно слишком потрясён словами Каса, чтобы сквернословить.       – Думаешь, я могу помочь? – вопросительно посмотрел на него Габриэль и устало вздохнул. – Не знаю… Я сбежал с Небес, Кастиэль. Меня там никто не ждёт. И вообще они считают меня неудачником. Чёрт, да я сам считаю себя неудачником!       – Достойные ангелы привели Небеса на край гибели, – слабо поведя плечами, заговорил Кастиэль и чуть улыбнулся брату. – Возможно, для разнообразия Им нужен неудачник?       Гейб возвёл на него поражённый его словами взгляд. Опустив голову, он какое-то время молчал и, нервно покусывая губу, будто над чем-то раздумывал.       – Ладно, – наконец, произнёс Трикстер, скрепя сердце. – Хорошо, я встречусь с Рафаилом.       Ангел одарил его благодарным кивком:       – Спасибо, Габриэль.       – Не благодари пока. У меня есть условие, – покачав указательным пальцем, непривычно серьёзно проговорил он. – Мы уйдём не сейчас, а ночью. Всего-то повременим на несколько часов.       – Габриэль, мы не можем терять время, – поспешил вразумить его Кас. – Ты должен восстановить свою благодать.       – Пожалуйста, Кас, – подняв ладонь, попросил Габриэль и устало вздохнул. – Просто дай мне время попрощаться с Сэм. И мы уйдём.       Мгновение ангел молчал, неотрывно глядя на него. Архангелу, казалось, что ярко-синие глаза Кастиэля смотрели в душу. Ну, если можно вообще говорить о наличии души о небожителей!       Неожиданно Кас понимающе кивнул, уступая. Габриэль благодарно улыбнулся и пожал брату руку.

***

      Бобби, Дин и Сэм сидели на кухне и обсуждали, как им быть дальше. Дом старого охотника был, буквально, нашинкован ловушками. На подоконниках и у дверных проёмов были посыпаны дорожки соли, для профилактики кое-где даже провели и вторую линию ведьмовской смеси против адских псов. Пол и потолок пополнили коллекцию дьявольских ловушек – Сингер не без недовольства подумал про себя, что превращается в любителя граффити.       Вдруг на кухню, пританцовывая и насвистывая какую-то мелодию, зашёл Габриэль. Он уже принял душ, отмывшись от крови, и переоделся в нормальную одежду, по доброте душевной предоставленной старшим Винчестером. Джинсы Трикстеру были, конечно, немного длинноваты, а вот чёрная футболка, тут же обтянувшая широкие плечи, и ботинки, на удивление, оказались как раз по размеру.       Почти не обращая внимания на Сингера и Винчестеров, Габриэль остановился посреди кухни и, надув губы, задумчиво постукивал пальцем по подбородку. Он легко развернулся на пятках к холодильнику и, как у себя дома, с интересом заглянул внутрь. Охотники пребывали в лёгком шоке.       – А у вас есть что пожевать? – рыская взглядом по полкам, осведомился Гейб.       – Нет, ну вы посмотрите – вот это наглость, – скрестил руки на груди прислонившийся к стене Бобби Сингер.       – Вы, должно быть, Бобби Сингер? – Архангел обернулся и поднял руку в приветствии. – Моё почтение.       – А ты – архангел, который не успел очнуться, а уже совершил налёт на мой холодильник.       – Я слишком долго пробыл в шкуре трикстера, – усмехнулся Габриэль и снова вернулся к изучению содержимого холодильника. – Есть что-нибудь сладкое?       – Прости, приятель. – Старого охотника ситуация, казалось, забавляла. – Держу только пиво и пару бутербродов.       Трикстер, не глядя, протянул ему пиво, а себе достал бутерброд. Бобби усмехнулся, но бутылку принял. Сэм не сдержала улыбки, глядя на этих двоих. Они удивительно быстро нашли общий язык, и это не могло её не радовать. Чего нельзя было сказать о Дине.       – Ну всё хватит! – Винчестер отобрал у растерявшегося Габриэля бутерброд и с недовольством посмотрел на него. – Тебе нельзя выходить. Ты должен находиться в бункере.       – Ну вот, приехали! – всплеснув руками, хохотнул Габриэль. – Что за судьба у бедного архангела? Сначала сиди под замком у Асмодея, теперь – под замком у Винчестеров!       – Если не хочешь, чтобы он почувствовал твоё присутствие здесь и обратно запер в Клетке – топай в бункер.       С этими словами Дин поспешил выпроводить наглого архангела с кухни. Подталкиваемый Винчестером в спину Габриэль был вынужден послушно топать вперёд, но выглядел при этом крайне недовольным.       – А пожевать? – возмущённо посмотрел на него через плечо Трикстер.       Оба мужчин скрылись за дверью, но Бобби и Сэм всё ещё могли слышать их препирательства и едва ли не давились смехом.       – Ты архангел! Тебе не нужно есть, – доносилось издалека ворчание Дина.       – Но к сладкому я пристрастился! – в ответ слышался затихающий голос Габриэля.       Не выдержав, охотники рассмеялись. Через несколько секунд на кухне снова появился Дин. Взъерошенный, недовольный и с чувством выполненного долга отряхивающий ладони.       – Вот увидишь, ты мне ещё спасибо скажешь! – высунув голову в дверной проём, прокричал архангелу он, а затем перевёл взгляд на смеющихся Бобби и Сэм. – Что? Это для его же блага.       – Ладно, – наконец, отсмеявшись, сказала Сэм Винчестер. – У меня в рюкзаке осталось два сникерса с заправки, пойду отнесу ему. А то он в бункере с ума сойдет без сладкого.       Её старшему брату это не понравилось. Он встал в дверном проёме, преграждая ей путь, и демонстративно скрестил руки на груди.       – Не надо никуда идти. Обойдётся.       – Дин… – с укором посмотрела на него Сэм.       – Хорошо, – сдался тот. – Тащи свои батончики – я ему сам отдам.       – Чтобы ты сам их за обе щеки сжевал пока нёс? – усмехнулся Бобби.       – Это я-то? – Дин Винчестер картинно округлил глаза и, не слишком правдоподобно отвернулся, оскорбившись. – Неееет.       – Ну-ну, – ещё шире улыбнулся Сингер и мягко сжал плечо младшей Винчестер. – Ладно, Сэм, неси паёк нашему сладкоежке, а Дин пока поможет мне починить стеллаж, что разнесли демоны.       Улыбнувшись, она послушно кивнула и, подхватив рюкзак, направилась в сторону бункера. Дин попытался возразить, но Бобби многозначительно пихнул ему молоток, прижимая к его груди.       Как только Сэм ушла, Винчестер выплеснул на него всё своё недоумение:       – Чёрт возьми, Бобби! Неужели этот стеллаж тебе действительно так нужен?!       – Нет, не нужен, – прошествовав в гостиную, на ходу бросил тот. – Просто хотел, чтобы ты оставил девчонку в покое.       – Я ничего не сделал! – уныло плетясь за ним, возмутился Дин.       – Ну да, конечно, – разгребая завалы книг, оставшиеся на полу после столкновения с демонами, фыркнул Бобби Сингер. – Носишься за Сэм как квочка. Перестань её так опекать. Она не маленькая, в конце концов.       – Я не опекаю, – обиделся он. – Просто мне не нравится её тесное общение с Габриэлем.       – Он воскресил её из мёртвых. – Старый охотник с грохотом опустил стопку увесистых книг на свой стол. – Затем Кас начал травить байки про особенные связи людей и небожителей. Неудивительно, что у неё есть вопросы к архангелу.       – Лишь бы он не начинал отвечать ей на эти вопросы горизонтально, – проворчал Дин Винчестер. – Габриэль неприкрыто флиртует с Сэм. Он даже меня не стесняется!       – Дин, твоя сестра не в столь отдалённом прошлом силой мысли убивала отряд демонов, – устало напомнил Сингер. – Уверен, если она захочет, то как-нибудь справится с одним обессиленным побитым архангелом.       – Но…       – А если не захочет, – перебил Дина он, – то это уже её личное дело. А теперь гвозди – в зубы, молоток – в руки, и принимайся за работу!

***

      – Я принесла тебе немного сладкого, – протянула Трикстеру шоколадные батончики Сэм.       – Спасибо, – с благодарностью принял их он.       – Кхм... – Охотница неторопливо кивнула, не зная, на чём остановить взгляд.       Повисло неловкое молчание. Мимолётно посмотрев на Сэм, Габриэль вздохнул и уселся обратно на кушетку. Пальцы неторопливо разворачивали упаковку шоколадки. Его нога при этом нервно притопывала, отбивая только ему самому известный ритм. Сэм Винчестер же опустила взгляд вниз, подвергнув пол бункера пристальному изучению, и неловко заправила прядь волос за ухо.       Неожиданно Гейб нарушил молчание:       – Дин опять подглядывает за дверью бункера?       – Нет, – рассмеялась она. – Кажется, он помогает Бобби.       – Вот и замечательно.       С этими словами он за руку притянул её к себе и, усадив на кушетку рядом с собой, поцеловал. Сэм на мгновение застывает, а затем охотно отвечает на поцелуй. Ей казалось, что она нуждается в этом, будто это было острой единственно правильной необходимостью.       Кровь архангела кипела и бурлила. Габриэль чувствовал, как где-то глубоко внутри разгорается его повреждённая, истощённая, почти тлеющая благодать, как она растекается невероятным теплом по всему его существу. Огромные крылья трепетали за спиной, в полной мере ощущая всю эйфорию своего хозяина. Это было действительно то, чего он хотел на протяжении последних лет.       “Наконец, моя. Вся моя!” – торжествовал архангел, удовлетворённый тем, что, наконец, может быть рядом с человеком, с которым связал себя отпечатком своей благодати и ладони.       Они отстранились друг от друга, обменявшись тёплыми взглядами. Габриэль улыбался. Сэм тоже пусть и немного неловко улыбнулась и, вдруг почувствовав, как что-то мягкое пощекотало ей нос, засмеялась.       – Что это?       Охотница легонько коснулась этого мягкого невидимого нечто, ощущая приятное тепло, слегка растёрла между пальцами. Гейб почувствовал прилив тепла, участившийся ритм биения сердца. Его взгляд изменился, потемнел. И Сэм это заметила.       – Что-то не так?       – Нет, всё хорошо, – подавляя вздох, возразил Габриэль. – Это просто… – Он запнулся. – Это мои крылья, Сэм.       Она была удивлена:       – Крылья???       Сэм Винчестер с ещё большим трепетом провела по зажатым между пальцами невидимым перьям, ощущая их лёгкую пушистость и удивительную мягкость. Архангел чуть не задохнулся от нахлынувшей на него волны ощущений, но старался ничем себя не выдавать.       – Я бы очень хотела их увидеть. – Винчестер смотрела на него с почти детским восхищением и любопытством. – Можно?       – Боюсь, что нет, – покачал головой Габриэль. – Лишь избранные или святые люди могут увидеть истинный облик ангела. Не говоря уже об архангеле. Остальные могут заплатить за это жизнью.       – Ну да, до святой мне далеко, – понимающе склонила голову Сэм и не сдержала улыбки. – Зато я могу их потрогать.       Пальцы мягко провели по невидимым крыльям, слегка зарываясь в перья. Гейб прикрыл глаза. Он едва себя сдерживал, чувствуя прилив возбуждения. Благодать бунтовала внутри него, грозясь выплеснуть свои силы наружу. А ему это в данных обстоятельствах с Асмодеем было совершенно не нужно.       – Они потрясающие, – восхищённо прошептала охотница.       Архангел шумно втянул воздух. Она почувствовала, как дрожат его крылья и резко одёрнула руку. Габриэль открыл масленые глаза и выдохнул, ощущая при этом облегчение и разочарование одновременно.       – Прости, – держа всё ещё вытянутую руку на почтительном расстоянии от архангельских крыльев, негромко сказала Сэм. – Больно?       – Нет. Это скорее… – Трикстер замолчал, пытаясь подобрать подходящее слово.       – Что?       Габриэль молчал, пока хрипло не вымолвил:       – Приятно.       Он отвёл потемневший взгляд от Сэм и сложил возбуждённые от её ласки крылья. Однако на своей спине Габриэль по-прежнему чувствовал её внимательный, немного встревоженный взгляд.       – Даже не знаю… Ты им нравишься! – передёрнув плечами, нервно посмеялся архангел. – С самой нашей первой встречи было в тебе нечто такое, что заинтриговало меня. Я даже начал присматривать за тобой. Мне было любопытно.       – Забавно. – Сэм Винчестер широко, но как-то грустно улыбнулась, опустив взгляд. – Я всегда верила в ангелов, в Бога… Даже молилась в тайне от отца и брата. Но в один день я потеряла эту веру. Было одно дело. Мы с Дином думали, что охотились за ангелом, который направлял людей карать грешников. Но этим ангелом оказался лишь призрак святого отца, застреленного на ступенях церкви.       Габриэль в удивлении вскинул брови. Он впервые слышал эту историю.       – Дин не переставал расспрашивать, почему я молюсь, взываю к Небесам, зная, какие ужасы происходят вокруг, какие монстры таятся в темноте, – эмоционально продолжала охотница. – И в тот день я, наконец, ему ответила. Я призналась, что часто молилась лишь потому, что хотела верить, что в мире существуют не только Зло вроде демонов, призраков, зомби и прочей нечисти. Что есть некая высшая сила. Величайшее добро. Мне было необходимо думать, что за мной, там наверху, кто-то присматривает, понимаешь? – Сэм усмехнулась под молчаливым взглядом архангела. – Знаю, ты думаешь, что я несу чушь, но в то время мне казалось, что тогда я, возможно, буду спасена.       – Вовсе нет, – возразил он. – Ведь в некотором роде меня теперь, действительно, можно считать твоим архангелом-хранителем.       Сэм признательно посмотрела на него и негромко произнесла:       – Я так и не поблагодарила тебя. Спасибо, что воскресил меня.       – Не за что благодарить, – покачал головой Габриэль. – Тем более, что это впоследствии принесло тебе немаленькие проблемы.       Трикстер осторожно коснулся трёх ожогов в виде пальцев на её подбородке, оставшихся от Локи. Сэм опустила взгляд.       – Кас рассказал мне, что пока я был в плену, часть моих пыток передавалась и тебе, – поглаживая большим пальцем её ожоги, пояснил он.       – Это не результат моих видений, – отозвалась Винчестер. – Это Локи.       – Сукин сын! – выругался сквозь зубы Габриэль. – Ну ничего больше он не навредит никому из вас.       Охотница посмотрела на него настороженно:       – В котором смысле?       – А я убил его, – как ни в чём не бывало брякнул Трикстер. – И Асмодея убью за всё, что он сделал. Только попадётся он мне!             Сэм Винчестер поплохело, когда голову снова посетили воспоминания о тех ужасающих пытках, которым подвергал Асмодей Габриэля. Она как-то отрешённо коснулась его руки, которая была усыпана бледными шрамами и не до конца затянувшимися порезами – вырезанные на плоти енохианские символы. – Почему ты не излечишь себя? – сипло осведомилась Сэм.       – Любой всплеск моей силы Асмодей почувствует и придёт за мной сюда, – отвечал архангел. – А я сейчас, мягко говоря, не в форме. Не хочу испытывать судьбу и подвергать всех нас опасности. Если бы я мог, я бы излечил и себя, и тебя.       – Гейб, не нужно, – уловив в его голосе виноватые нотки, покачала головой она. – Мои раны – не твоя вина.       – Спасибо, конечно, Сэм, но нет – моя, – невесело усмехнулся Габриэль. – И в плен к Асмодею я попал тоже по своей вине. По собственной глупости доверился Локи и его сыновьям. Знал бы, что всё так обернётся, сто раз бы подумал прежде, чем инсценировать свою смерть. Ну, или хотя бы обращаться снова за помощью к язычникам или нет.       – И всё-таки почему ты не рассказал мне, что ты жив? – задала главный вопрос, мучающий её всё это время, Сэм Винчестер.       – Я не думал, что это важно для тебя, – просто пожал плечами он. – Ты, казалось, была зла на меня.       – Да, – подтвердила охотница, – я была зла за то, что ты вдруг исчез без предупреждения после смерти Дина, а когда возвратился попытался нас заставить сказать “да” Михаилу и Люциферу. Но это не значило, что меня не обрадовала бы новость о том, что ты жив.       – Я не исчезал. Просто посчитал, что ты во мне не нуждаешься.       – Интересно с чего ты это взял? – скрестила руки на груди Сэм.       – Демон твой сказал.       – Что?! – не сдержалась она, аж подскочив на ноги. – Какого чёрта, Гейб?!       – Какого чёрта? Хм, ну не знаю, – картинно задумался тот и саркастично протянул. – Возможно, метр восемьдесят пять, жгучий брюнет, чёрные демонские зрачки, дебильная ухмылка….       – Ты свалил и заставил меня волноваться только потому, что какой-то демон тебе так сказал? – не скрывала своего возмущения Винчестер.       – Не какой-то, а весьма конкретный, – резонно заметил Габриэль. – И вы, казалось, были очень близки. Он тебе даже бинты в душ приносил!       – Твою мать, Гейб! – устало простонала она, схватившись за голову. – Это не то, что ты подумал.       – Оу, да? – с сомнением приподняв бровь, воскликнул Трикстер. – Ещё скажи, что между вами ничего не было.       – Не было бы, если бы ты не сбежал, оставив меня совсем одну!       Гейб замер и тут же замолчал, когда Сэм сорвалась на крик. Она дрожала и пыталась унять свой гнев, понимая, что сейчас по большей части срывается на него за дела минувших дней, но ей было действительно тяжело вспоминать о событиях того года.       – Дин погиб, и я не смогла его спасти, – старалась говорить спокойно младшая Винчестер. – Я просто не могла вернуться в дом Бобби и смотреть ему в глаза после этого. Я облажалась! – Её голос снова дрогнул. – А потом ещё бесследно исчез ты. Я звала тебя, но ты не приходил. В одно мгновение я лишилась сразу двух близких людей – Дина и тебя.       Архангел почувствовал стыд. Он вдруг очень разозлился на себя за то, что пошёл на поводу у своего оскорблённого эго и оставил свою Сэмми одну с этим демоном. Ему никогда в голову не приходил вопрос, как там обходится без него Саманта Винчестер. Тогда он очень сомневался, что она вообще заметила его отсутствие. Но всё оказалось совершенно иначе.       – Я почувствовала, что никому не нужна, – едва слышно продолжала Сэм. – Я начала много пить, оплакивала Дина, а тут ещё Лилит маячила на горизонте! И никого не было рядом, кроме Рубеуса. И да, чёрт возьми, по пьяни я позволила ему! – на повышенных тонах созналась она. – Но это было один гребанный раз, потому что снова я просто не могла!       Габриэль сглотнул, осторожно касаясь её руки:       – Сэм…       – Что “Сэм”? – одёрнула руку в возмущении та и без сил плюхнулась на кушетку. – Это было один раз! Сомневаюсь, что у тебя есть нимб над головой.       Архангел многозначительно поднял указательный палец вверх.       – Фигурально!       Гейб тут же его опустил.       – И вряд ли у вас ничего не было с Кали.       – Что, прости?! – Прыснув от смеха, он смотрел на Саманту, как на чудо природы, но, поняв, что она это серьёзно, несдержанно расхохотался. – Лосёнок, ты что, ревновала меня к Кали?       – Перестань, – процедила Сэм, отворачивая от него заалевшее от стыда лицо.       – Ух, Сэмми! – демонстративно смахнул пальцем подступившую слезинку смеха Габриэль. – Если бы я только знал, то начал бы действовать гораздо смелее.       – Это не смешно, – нахмурилась обиженная Винчестер.       – Почему же? – всё ещё давясь смехом, удивился Трикстер. – Я считаю иначе.       – Она к тебе на колени запрыгнула.       – Чтобы убить. Ага, мармеладка? – напомнил он и, завидев, что она всё ещё хмурится, устало закатил глаза. – У меня ничего не было с Кали. Это была возлюбленная Локи, а не моя.       Взгляд охотницы прояснился. Ну, конечно! Память услужливо подсунула ей воспоминание об их первой встречи с богом обмана. Локи был разъярён, когда говорил о смерти Одина и Кали. И если с Одином было всё понятно – он был отцом Локи, то с Кали было сложнее. Сэм Винчестер не понимала, да и, если честно, не задавалась вопросом, почему Локи так свирепствует и из-за гибели богини-разрушительницы тоже. До этого самого момента.       – Но признаться, мне приятно, что ты меня ревнуешь. Не знал, что ты такая….– Габриэль растянулся в вальяжной, довольной ухмылке, в очередной раз закладывая в голову Сэм сравнение с хитрым лисом. – Пылкая.       – Дурак, – улыбнулась Сэм.       Она слегка толкнула его плечом, мягко глядя на него. Трикстер картинно схватился за сердце, делая вид, что оскорблён до глубины души. Младшая Винчестер насмешливо прыснула, наблюдая за его маленьким представлением, и улыбчиво покачала головой. Гейб растянулся в улыбке и, обхватив руками её талию, притянул к себе.       – Надеюсь, мы во всём разобрались?       Сэм коротко, но с готовностью кивнула.       – Вот и замечательно, – поцеловал её в висок он, ещё крепче обнимая.

***

      Ночь. В доме Сингера было темно – все охотники уже спали. Хозяин дома смотрел второй сон в своей спальне. В гостиной в раскладном кресле храпел Дин, на соседнем диване, завернувшись в тонкое одеяло, спала Сэм.       Старший Винчестер отчего-то спал в эту ночь беспокойно. Он поёжился во сне, замерзая от ночной прохлады. Силой мысли Кас натянул на него сбившийся плед, и охотник, наконец, перестал ёрзать и мирно засопел.       Габриэль остановился напротив дивана, на котором тихо спала Сэм, и вздохнул. Он не удержался. Его пальцы тоскливо провели по её волосам в нежном жесте, прощаясь. Она застонала во сне и, потеревшись щекой об подушку, продолжила спать, даже не проснувшись. Губы архангела тронула умилительная улыбка.       – Пора.       Кастиэль кивнул и, коснувшись плеча старшего брата, перенёс их на Небеса.