14.

Вслед за окончанием салюта подошёл к концу и праздник. Нам ничего не оставалось, кроме как отправиться в мотель. После нашего поцелуя настроение Блейка отчего-то переменилось, и он вдруг стал угрюмым и задумчивым. Несколько попыток завести диалог не увенчались успехом, и я бросила эту затею, продолжая семенить за ним прямиком в номер. После полуночи заметно похолодало, из-за чего тело пробивал лёгкий озноб. Мне не терпелось поскорее добраться до тёплой кровати и провалиться в сон. Не скажу, что слишком уж хотелось спать, просто я понятия не имела, чем ещё себя занять. Из-за странного поведения Беллами мне было немного не по себе. Этот поцелуй, как и его слова всё ещё вертелись голове, отчего было ещё неприятнее видеть его таким поникшим. Однако я отгоняла тревожные мысли, списывая его поведение на усталость и нервы из-за поездки. С полной уверенностью того, что завтра мы сможем спокойно поговорить, я наконец завалилась в кровать и приняла удобное положение. Внутри теплилась надежда, что Беллами ляжет рядом и мы сможем перекинуться хотя бы парой фраз, но она улетучилась сразу после того, как он занял свой диван и уставился в потолок. Разочарованно выдохнув, я попыталась уснуть, но сон всё никак не приходил, из-за чего я постоянно ворочалась и периодически сверлила Блейка взглядом. Он, как и я, не спал, однако его лицо, освещённое полной луной, выражало лишь глубокую печаль. Было видно, что его терзали мысли, из-за чего он постоянно хмурился. В эту ночь никто из нас не проронил ни слова. Заснула я только под утро, поэтому, проснувшись, чувствовала себя довольно скверно. Не обнаружив поблизости кудрявой макушки, я почувствовала облегчение, радуясь, что смогу спокойно привести себя в порядок. Освежившись в душе, я оделась и поправила волосы. Удостоверившись в отражении, что выгляжу вполне сносно, я начала волноваться за своего спутника. — Где, чёрт возьми, его носит? — тихонько выругалась про себя я. Подойдя к окну, я распахнула его настежь, и в нос ударил сладкий цветочный аромат, который тут же заполонил всё комнатное пространство. Нежась в лучах летнего солнца, краем глаза я уловила аккуратно собранные в углу вещи Беллами. Только сейчас я заметила, что в номере не было наших вещей. Как позже выяснилось, они все были уже упакованы в походный рюкзак, который был на готове вновь отправиться в путь. Неужели мы сегодня уезжаем? Почему Беллами ничего не сказал мне? И куда запропастился он сам? Тысяча вопросов атаковала мою голову, и от былого умиротворения не осталось ни следа. Набрав его номер, я услышала в трубке лишь протяжные гудки, из-за чего я начала буквально закипать. Когда моё состояние достигло наивысшей точки кипения, в дверях послышался шум, а затем в номере появился и сам виновник "торжества" с огромным пакетом наперевес. Я, разумеется, тут же накинулась на свою жертву. — Неужели так сложно ответить? Беллами, где ты был? — Воу-воу, спокойнее, принцесса. Я покупал продукты в дорогу, а телефон забыл в номере. Вот, кстати, и он, — мужчина указал на тумбочку, где и вправду лежал гаджет. — Но я звонила тебе несколько раз... — немного растерявшись от того, что сразу не заметила телефон, промямлила я. Беллами неспеша подошёл к тумбе и взял телефон в руки, поводил пальцем по экрану и констатировал, что тот был на беззвучном. Из-за всей этой ситуации я почувствовала себя неловко. Мы ещё не даже встречаемся, а я уже выношу ему мозг, будто мы какая-то супружеская парочка. Однако у меня оставалось к нему ещё несколько вопросов, и я была намерена получить на них ответы. Прямо сейчас. — И как скоро ты собирался мне сказать? — кивнув в сторону собранных вещей, я требовательно уставилась на Блейка. — Это было спонтанное решение, я принял его ночью, — как ни в чём не бывало, Беллами повернулся ко мне спиной и стал выкладывать содержимое пакета на кровать, избегая дальнейших вопросов. Ну уж нет, не в этот раз. — И ты принял его в одиночку, даже не поговорив со мной? — вся злость, что накопилась во мне за утро, наконец решила выйти наружу. — Хочу напомнить, что я имею право голоса! Грёбаный патриархат... — Кларк, не нужно так драматизировать. Я всего лишь нашёл пару мест, которые мне не терпится показать тебе. На, вот, поешь. Когда ты голодная, я начинаю тебя бояться, — он сунул мне в руки пачку печенья так, будто это и вправду должно меня успокоить. Но, к несчастью, это имело в точности обратный эффект. Сейчас я была словно бомба замедленного действия, а печенье стало самым настоящим детонатором. Взрыв обещал быть мощным. — Да что с тобой не так, чёрт, ты постоянно отмалчиваешься! Сколько ты хранишь секретов, Беллами Блейк?! Хочешь сделать из меня дуру, но я всё прекрасно вижу. Вижу, как ты бежишь от чего-то или от кого-то. Расскажи мне, прошу... Неужели я не заслуживаю знать правду? — я со злостью швырнула печенье обратно на кровать. Внутри было столько обиды. Совру, если скажу, что она была лишь из-за его скрытности. Мне было невыносимо видеть то, как он делает вид, будто вчера между нами ничего не произошло. Что вообще значил тот поцелуй? Неужели для него он не имел значения? Ведь мне показалось, что Беллами что-то почувствовал. Так же, как и я. — Понятия не имею, какая муха тебя укусила, но если мы не уберёмся отсюда в ближайшее время, то подобные сцены придётся закатывать администратору. Мы просрочили номер уже на двадцать минут, — весь его вид говорил о том, что он не собирается поддерживать этот разговор, а тон выдавал опасные нотки. Блейк тоже начинал закипать. — И это всё? Всё, что ты можешь ответить мне, это попросить убраться из чёртового мотеля? — А что ты хочешь услышать? Что я не тот прекрасный принц, которого ты нарисовала у себя в голове? Или ты думала, мы будем останавливаться в дорогих гостиницах и разъезжать на люксовых тачках? Уж прости, принцесса, в таком случае, поездочка не задалась, — Беллами стал выходить из себя, метая в мою сторону яростные взгляды и повышая тон. — Открою тебе секрет, Кларк, у меня за душой нет ни цента. Последние деньги, что у меня были, я отдал за грёбаный мотель, чтобы твоя королевская задница понежилась на мягком матраце. — То есть теперь я для тебя обуза? — его слова выбили из меня буквально весь воздух. — Зачем ты вообще взял меня с собой? — Я думал, что делаю это для тебя, но кажется... — на мгновение мужчина замялся, но затем продолжил. — Кажется, я сделал это ради себя. Это было моей ошибкой. У меня будто земля ушла из-под ног. Я не могла поверить своим ушам. — Ты пошатнул весь мой мир, а теперь говоришь, что это было ошибкой? — слёзы градом покатились из глаз, его слова стали самой настоящей пощёчиной. — Знаешь, Беллами, ты прав, я действительно ошибалась на твой счёт, — наградив мужчину разочарованным взглядом, я в спешке покинула номер. У самой двери я столкнулась с разгневанным администратором, который что-то говорил о просроченной оплате и выселении, но, честно говоря, я его не слушала. Выйдя на улицу, я выдохнула и пошла куда глаза глядят, совершенно сбитая с толку и потерявшаяся в пространстве. Как он мог так поступить? Я не узнавала того Беллами, что говорил мне все эти ужасные вещи. Кто этот мужчина? Неужели это его настоящее лицо? Самое обидное то, что я действительно поверила, что у нас может что-то получиться. Глупая, глупая Кларк. Как можно построить отношения с незнакомцем? Я ведь ради него и вправду отбросила всю свою жизнь, а в конечном итоге осталась ни с чем. Совершенно одна в чужом городе. Да что уж мелочиться, я, мать его, в чужой стране! Ещё и документы забыла в номере. Хотя они мне вряд ли понадобятся, ведь у меня нет денег даже чтобы вернуться домой. Когда осознание происходящего накрыло с головой, я в ужасе оглянулась и поняла, что понятия не имею, где нахожусь. Кажется, я забрела не в самый благополучный район, напоминающий мне тот, в котором мы с Блейком были вчера. Вспомнив озлобленных собак, я поёжилась и пошла обратно, однако не имела представления, откуда пришла. Передо мной было несколько развилок, и я не придумала ничего лучше, кроме как пойти по одной из них. Нервы были на пределе, и я постоянно оборачивалась, пугаясь каждого шороха. Побродив так ещё около получаса, я наткнулась на старую лавочку с видом на иссохший водоём. Решив немного передохнуть, я уселась на неё и принялась продумывать дальнейшие действия. Куда идти? Что делать? Кажется, я ещё никогда не была в более беспомощном состоянии. Возможно, придётся просить Финна о помощи... От этой мысли меня передёрнуло, и я тут же выбросила её из головы. Ну уж нет, я это заварила, мне и расхлёбывать. К тому же, моя гордость не позволит просить о чём-либо этого подонка. Чем больше я размышляла, тем быстрее успокаивалась. В конечном итоге внутри остались лишь пустота и разочарование, а мысли то и дело возвращали меня к утренней перепалке. Где он сейчас? Уехал без меня? Не удивлюсь, учитывая, что этот мужчина полон сюрпризов. Горько усмехнувшись своим мыслям, я не заметила, как рядом кто-то присел. — В какую же, Гриффин, ты глушь забралась, — услышала я бархатный тихий голос, который узнаю из тысячи других. Не удостоив брюнета и взглядом, я оставила его реплику без ответа. — Кажется, ты что-то потеряла, — боковым зрением я увидела в руках Блейка протянутый мне паспорт, однако всё ещё предпочла игнорировать мужчину. Тот лишь молча положил его рядом и уставился куда-то в даль. Между нами ощущалось дикое напряжение. Каждый сидел и думал о своём, не решаясь начать диалог. Лицо Беллами выражало озабоченность, он нервно постукивал пальцами по лавке, явно намереваясь что-то сказать. Когда мужчина наконец повернулся в мою сторону, он выглядел как провинившийся котёнок. Это меня немного позабавило. — Кларк, я правда очень виноват перед тобой. То, что я сказал сегодня в номере, это... Совсем не то, что я собирался сказать. Я хочу, чтобы ты знала, что я не считаю тебя ошибкой. — А кем ты меня считаешь, Беллами? — повернувшись в его сторону, я посмотрела прямо ему в глаза. Было сложно выстоять натиск этой глубины, но я не имела права отвернуться. — Кто я для тебя? Беллами озадачил мой вопрос. Он разорвал наш зрительный контакт и снова устремил куда-то взгляд, будто обдумывая то, что он собирался сказать мне. — Это сложный вопрос. Я не знаю правильного ответа, но могу описать, что испытываю, находясь рядом с тобой. Когда ты рядом, я чувствую спокойствие, мне хочется заботиться о тебе и оберегать от целого мира. Ты вдохновляешь меня, заводишь, восхищаешь... Смотря в твои глаза, я чувствую безграничное доверие и поддержку. Ты заставляешь меня чувствовать надежду, впервые за много лет ты подарила мне её, Кларк. C тобой я ощущаю себя на вершине мира, даже когда у меня нет ничего, — выпалив на одном дыхании, Беллами остановился и посмотрел на меня со всей серьёзностью во взгляде. — Но одновременно с этим я чувствую ответственность, совсем мне не присущую. Знаешь, я впервые говорю подобное, поэтому моя речь сейчас похожа на монолог сумасшедшего, — Беллами нервно усмехнулся и стал сильнее отбивать пальцами одному ему понятный ритм. Сейчас, сидя передо мной, я знала, что он был как никогда честен. В его глазах бушевал целый шторм, и чтобы хоть как-то его успокоить, я накрыла ладонь Беллами своей. К моему удивлению, он тут же её отдёрнул. — Не нужно, Кларк. Не нужно переходить черту, ведь если мы сделаем это... Пойми, я не тот человек, кем ты меня считаешь. Я делал много ужасных вещей, и продолжаю делать, находясь рядом с тобой. Порой мне становится страшно от одной мысли о том, какую боль я могу причинить тебе, — на секунду мне показалось, что его глаза увлажнились, но он быстро взял себя в руки, продолжая говорить. — Придёт время, и мне придётся сделать больно. Поэтому лучше закончить всё прямо сейчас. — Ты уже сделал мне больно, — борясь со своими эмоциями, я сделала глубокий вдох и поднялась на ноги. Взяв в руки паспорт, я вновь собиралась оставить Беллами, но что-то внутри не давало ступить и шага. — Я уйду, как ты и просишь, но прежде скажи мне одну вещь: вчера ночью ты не соврал? Стоя передо мной, ты сказала мне прямо в глаза, что был счастлив... — Это правда. Каждое грёбаное слово. — Разве ради этого не стоит рискнуть? Наши взгляды встретились, столкнувшись в безмолвном поединке. Каждый из нас пытался просверлить друг в друге дыру, не иначе, ведь стоя сейчас перед ним, кажется, я даже не моргала. Мне хотелось столько всего сказать этому мужчине, но я будто приросла к земле, не в силах сдвинуться с места. Я не посмела нарушить воцарившуюся между нами тишину, ведь все слова были лишними. Его взгляд вдруг смягчился, и я увидела в них проблески того, что раньше рассмотреть не могла. Сейчас в них было столько благодарности и раскаяния, что я готова была простить его за всё. Именно в этот момент я поняла, что буду бороться за этот взгляд до последнего. В следующее мгновение Беллами сократил между нами расстояние и впился в мои губы со всем отчаянием и желанием, что были у него внутри. Этот поцелуй говорил громче, чем все его слова. Одной рукой Беллами по-хозяйски притянул меня за талию, а другую сомкнул на шее, слегка надавив на чувствительные зоны. Он целовал меня жадно, будто снова обрёл то, что давно потерял. Мои руки переместились сначала на его грудь, а позже зарылись в копну смоляных кудрей, которые на ощупь оказались очень мягкими и податливыми. Я отвечала ему с той же страстью и напором, пытаясь показать, что он не одинок в своих чувствах ко мне, что наши чувства взаимны. В какой-то момент я словила себя на мысли, что именно так нужно было начинать это утро. Стоило огромных усилий прервать поцелуй, но мне жизненно необходимо было видеть его лицо. Вся раскрасневшаяся, я переводила дыхание, смотря на радужку каштановых глаз, изучая каждую веснушку, каждую морщинку. Мне хотелось знать о нём абсолютно всё. Но я не собиралась давить, ведь придёт время, и он сам мне всё расскажет. В этом я была уверена, как и в том, что Блейк отлично целуется. — Беллами, мне плевать, кем ты был и чем занимался в прошлом. Я знаю тебя настоящего, и этого мне достаточно. — Не боишься потом пожалеть? — Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на сожаления. — Боже, и когда ты стала такой умной? — У меня был хороший учитель. — Неужели? Наверное, ещё и симпатичный. — Ревнуешь? Наконец лёд оттаял, и отношения между Беллами и мной вернулись в прежнее русло. Нам предстояло ещё многому у друг друга научиться и много чего обсудить, но сейчас совсем не хотелось портить этот момент. Драмы на сегодня и так было достаточно. — Кстати говоря, куда мы направляемся? — Горы Блу-Ридж, что-нибудь о них слышала? — в ответ я лишь отрицательно покачала головой. — Если верить навигатору, идти туда несколько часов... — Что значит "идти"?! Беллами, где твой пикап? — Э-э-м, тут такое дело, забыл тебе сказать... — он смущённо отвёл глаза в сторону и начал что-то неразборчиво бубнить. — Я уже упоминал, что испытываю небольшие финансовые трудности... В общем, пикап пришлось оставить у парней в мастерской. У нас нет денег, чтобы заправить машину. — Ты шутишь? Где мы будем ночевать? А если пойдёт дождь? — моему возмущению не было предела. — Спокойно, ты просто ещё не видела мою палатку. Сон на свежем воздухе, м-м-м, то, что нужно, — Блейк расплылся в мечтательной улыбке, еле сдерживая смех. — Бьюсь об заклад, о такой романтике ты не могла даже мечтать. Я пыталась сделать вид, будто вне себя от злости, но по правде говоря, мне было абсолютно всё равно, где мы будем ночевать. Главное ведь не где, а с кем. Кандидатура Беллами Блейка меня абсолютно устраивала. В пути мы пробыли около четырёх часов, оказавшись у подножия горы к закату. Оставалось ещё около часа пути до привала, поэтому нам стоило поторопиться, пока не наступили сумерки. Чем дольше мы шли, тем больше Беллами снова уходил в себя, что не могло меня не расстраивать. Как бы я хотела знать, что творится у него в душе, найти правильные слова и поддержать, но, кажется, сейчас он хотел побыть наедине со своими мыслями. Задумавшись о Беллами, я и не заметила, как ушла вперёд, оставив своего спутника за плечами. Когда я остановилась, чтобы подождать его, Блейк замедлил шаг и пристально посмотрел на меня, будто пытаясь найти на моём лице какой-то ответ. Замерев, я вопросительно уставилась в его сторону, на что он лишь негромко произнёс: — Чёрт, Кларк, ты такая красивая. Пока я стояла в смущении, как какая-то пятиклассница, он поравнялся со мной и добавил: — Знаю, возможно, после всех моих слов это прозвучит эгоистично, но я рад, что ты сейчас здесь со мной. Я постараюсь сделать тебя самой счастливой, Кларк Гриффин. — Ты уже сделал, подарив мне весь мир, Беллами Блейк.