Ты ничего не знаешь, Поттер

Видение настигло Гарри 31 августа, в полночь. До поезда в Хогвартс оставалось всего несколько часов, мальчик уже готовился зачеркнуть последнюю дату, подведя итог месячному ожиданию, как его шрам пронзила острая боль. Не в силах терпеть, он закричал — и упал, хорошо, что на кровать, а не мимо. В коридоре послышались шаги Дурслей и недовольное ворчание дяди Вернона, но Гарри ничего этого уже не слышал. Он лежал — ничком и без сознания. Дурсли не были экспертами во врачевании. Буквально только что — по неспешным меркам Литтл-Уингинга — им пришлось выложить кругленькую сумму за срочную и, главное, тайную операцию по удалению у Дадли поросячьего хвостика. И перспектива лечить еще и племянника, которого они справедливо считали виновным в таких незапланированных тратах, их не прельщала. Все трое сгрудились в маленькой спальне, выделенной Гарри после письма из Хогвартса, и смотрели на худенькое тело в большой, далеко не по размеру одежде. И каждый из них думал о том, как бы сделать так, чтобы ничего делать не пришлось. Кроме Дадли — тот просто хотел вернуться в свою комнату, к телевизору. Но если для этого надо было что-то сделать с Поттером — он был готов. К счастью для Дурслей Гарри очнулся очень быстро. Он заворочался, перевернулся на спину, поднял голову и открыл глаза. — Привет, — сказал он, увидев ворвавшихся в комнату родственников. — Что случилось? — Это ты мне скажи, что случилось и почему ты закричал посреди ночи? — грозно спросил дядя Вернон. — Мало нам всех этих твоих штук и приятелей, теперь и дома от вас покоя не будет? — Я не знаю, — честно ответил Гарри. — Кажется, заболела голова… И все. Сейчас все вроде нормально. — Вроде или нормально? — дотошно уточнила тетя Петунья. — Нормально, — неуверенно сказал Гарри, но поспешил исправиться: — Все в порядке. Я лягу спать, если вы не против. Завтра ехать в школу и рано вставать. Я больше не буду. Дядя Вернон вспомнил, что ему предстоит везти племянника на вокзал Кингс-Кросс и недовольно засопел, собираясь что-то сказать. Но тетя Петунья быстрее всех остальных Дурслей сообразила, что ничего интересного тут больше не будет, а врачей для Гарри вызывать не требуется, и утащила мужа прочь. Замечтавшийся Дадли выскочил из комнаты последним — то ли торопился к телевизору, то ли боялся появления еще одного хвостика. И они не видели, как Гарри откинулся на подушку, каким-то взрослым жестом заложил руки за голову и злорадно ухмыльнулся. Его ждал Хогвартс, учеба, новые друзья, магия. А также несколько дел, которые стоит сделать как можно скорее. О том, что произошло этим вечером, Гарри решил пока никому не рассказывать. Да он и не знал, что сказать. Привет, мне было видение, что мы все тут герои книг, и поэтому я знаю, что будет происходить в следующие семь лет. Или так — привет, это не Гарри, а неизвестно кто и неизвестно откуда, в общем тот, кто прочитал семь книг о приключениях Гарри Поттера и теперь поживет в его теле. А, может быть, сразу признаться, что ты сумасшедший и отправиться в психушку? Дурсли предлагали школу Святого Брутуса для трудных подростков — это, конечно, не совсем то, но вдруг там и психических принимают? Нет, лучше помалкивать, подумал Гарри. Он, кстати, и о себе думал именно как о Гарри, а не о герое книжной эпопеи, и это примиряло его с действительностью. Кроме того, он не до конца был уверен, что все, что ему привиделось во время обморока — правда. Тролль и цербер в школе, полной детей? Одержимый Волдемортом преподаватель? Лесничий, на досуге пропускающий стаканчик-другой-третий в местном баре, заядлый игрок, который в свободное время разводит драконов — опять же, рядом со школой, в которой учатся дети? Василиск в подвале? Оборотни, Пожиратели Смерти и дементоры? Гарри даже мельком подумал, что школа Святого Брутуса — не самый плохой вариант. С другой стороны, если все это неправда, то и беспокоиться не о чем. Достаточно прилежно учиться, стать магом и жить дальше в свое удовольствие — хоть в магическом мире, хоть среди магглов. Конечно, не с Дурслями, но вот компания Сириуса вполне подойдет. Главное — крысу не упустить. Тут Гарри поймал себя на том, что снова думает о своем видении как о чем-то реальном и решил все же заснуть. Завтра действительно нужно было рано вставать.