К чему может привести ложь

Все выходные перед экзаменами Габриэль провела в библиотеке, уходя ранним утром, а возвращаясь поздним вечером. Друзья порывались составить ей компанию, но надолго хватало лишь Гермиону, для которой библиотека была основным местом нахождения. Но даже она не могла вынести постоянного нытья Рона. Так что сидела Габриэль в библиотеке одна, скрывшись за дальними стеллажами. Там её никто не беспокоил. Единственное, что девушку расстраивало, так это то, что нужно было ходить на завтраки, обеды и ужины. И она упорно натягивала на свое лицо радостную улыбку, садилась рядом с друзьями, делая вид, что ничего не произошло. Временами замечая, как на неё смотрит Малфой из-за слизеринского стола. Кажется, только он один заметил лёд в её глазах, скрытый за неестественной улыбкой. Её глаза утратили теплоту, а изумруды стали холодными и острыми. Разум, напротив, стал кристально ясным. Все волнения и переживания как рукой сняло. Габриэль могла с уверенностью сказать, что все экзамены сдала успешно. Когда как даже Гермиона истерично засывалась в учебники. — Почему ты такая спокойная? — спросила её Грейнджер. — Не знаю, — равнодушно пожала плечами Габриэль, отворачиваясь в сторону, дабы скрыть кривую усмешку появившуюся на её губах. Но Грейнджер была слишком занята собой, чтобы что-то заметить. Габриэль было все равно, что ту тревожит. Это больше не её дело. Ей всё ещё было обидно, но нужно доиграть эту партию до конца. Она снова сидела под дубом и смотрела в даль. Экзамены были сданы, но зачем-то в школе нужно находиться ещё неделю. Девушка не понимала этого. Перед экзаменами она написала Сириусу, предупредив об опасности. Но ответа пока не было. Она печально смотрела на гладь озера надеясь, что её никто не побеспокоит. Надежды оказались тщетны. — Ты снова сидишь здесь? — И тебе привет, Малфой. — Как долго ты намерена прохлаждаться? — Тебе-то какое дело? Может быть я страдаю! Дай мне насладиться последними мгновениями. — Ты, страдаешь?! Не смеши меня! Это больше похоже на то, как кто-то сидит на успокоительных. — Тебе-то что до этого? Я тебе даже не друг. — Мне нет дела, а вот… — Габриэль, ты здесь? — Раздался вдалеке голос Грейнджер. — Мерлин! — Подскочила девушка не зная куда спрятаться. Меньше всего ей хотелось разговаривать с бывшими друзьями. — Видимо тебе опять нужна моя помощь. Твой долг растет, Поттер. Девушка было дёрнулась грубо ответить, но предостерегающий взгляд Малфоя и тихое «Не советую» не дали ей это сделать. Он отошёл от дуба и громко крикнул: — Эй! Грейнджер! А правда у тебя в роду были бобры? Сидевшие неподалёку слизеринцы дружно загоготали. Девушка покраснела, но видя их численное превосходство, была вынуждена ретироваться во-свояси. Вечером, тихо прошмыгнув в гостиную никем не замеченная, Габриэль решила, что пора делать ноги, пока её ни к чему не привлекли. Дождавшись, пока уснут соседки, она накинула на них дополнительные чары сна и принялась собирать вещи. За что Габриэль могла поблагодарить тётю Петунью, так это за привитый с детства порядок. Вещи Габри были сложены аккуратно по стопочкам и занимали мало места. Больше всего в сундуке было ненужных, но ранее милых сердце, подарков от друзей. «Бесполезный мусор», — решила девушка и взмахом палочки избавилась от него. На часах была полночь, когда она тайным проходом к «Сладкому королевству» покидала замок, который так и не стал для неё родным домом. Первым делом, наложив чары гламура она дошла до края деревни и вызывала автобус Ночной рыцарь. Попросила доставить её до Лондона, а далее своим шагом добралась до площади Гриммо 12. У Габриэль был доступ к дому крестного. Защита дома пропустила девушку, но в доме никого не было. Только старый Кикимер ворчал на Габри, явившуюся в столь позднее время, на часах было, два сорок пять ночи, да портрет Вальпурги. Женщина с портрета взглянула на неё, хотела что-то сказать, но промолчал. — Непутёвого хозяина нет дома, — бубнил домовик себе под нос. — Ничего, я дождусь крестного, — Габриэль, оставила вещи в коридоре отправилась к себе в спальню. До этого лета она жила в доме своей тёти Петунии. Жить с крестным ей не разрешали из-за зашиты матери на доме тёти. Но своя комната на Гриммо у неё имелась. Время было позднее и девушку сморил сон. На следующий утро она встала, привела себя в порядок и отправилась завтракать. Кикимер ворчал, накрывая на стол, но как-то беззлобно. Габриэль к этому была привычная, поэтому не обращала на его ворчание никакого внимания. В её голове были мысли о счастливым и беззаботным будущим вместе с крёстным отцом. В глубине дома раздался странный звон, как будто бы что то разбилось. Эльф затрясся. Вальпурга замерла на портрете. У Габриэль истошно забилось сердце. Она поняла, с Сириусом случилось беда. Истошно заорала на своем портрете Вальпурга, домовик схватил Габриэль за руку и потащил к портрету. — Быстрее в ритуальный зал! — Закричала Вальбурга. — Веди её в ритуальный зал. — Что? Зачем… — Времени мало, быстрее! — Вальпурга переместилась на портрет возле ритуального зала. — Ты должна порезать свою руку и приложить к алтарному камню немедленно! Она четким голосом отдавала Габриэль приказы, потому что та, растерянная, совершенно не знала что ей делать. Выполнив все указания верно, Габриэль застыла на месте. Сквозь ее тело проносились большие потоки энергии. Она находилась в состоянии транса. Где-то в отдалении звучал голос, который задавал ей вопросы. Габриэль не понимала о чём её спрашивают и не понимала, что именно отвечает. Но чувство, что всё делает правильно не покидало её. В конце она услышала четкий вопрос: — Готова ли ты принять сущность рода Блэк? — Да! Очнулась девушка спустя несколько часов в своей спальне, наверху. События последних часов обрушились на нее как цунами. Из глаз потекли слезы. Она не смогла спасти своего крестного, своего отца. Габриэль давно считала Сириуса отцом и надеялась… надеялась… Из глаз потекли слезы, но в этот раз, это были слезы ярости. Она планировала просто покинуть магическую Англию, уехать так далеко, на сколько это возможно. Крёстный тоже об этом мечтал, ждал, пока она закончит Хогвартс. У них были планы, о которых они не рассказывали. На тот момент подразумевалось, что она поможет Светлой стороне в борьбе, а затем они уедут. После того, как узнала правду, планировала не вмешиваться. А теперь, после всего случившегося, была намерена отомстить. Они сами виноваты, что сделали из неё своего врага. Габриэль Поттер может быть просто ушла, а Габриэль Аврора Блек будет мстить.

***

После смерти Сириуса Блэка Альбус Дамблдор планировал воспользоваться домом на Гриммо, но его ждало разочарование. Дом закрылся и исчез. Сколько бы Альбус и члены Ордена Феникса не ходили по площади, дом они так и не смогли обнаружить. Габриэль в это время смотрела на них из окна. Вначале она испугалась, но потом портрет Вальпурги её успокоил. — Им нас не обнаружить ни магией, ни как иначе. — Но Нимфадора Тонкс наполовину Блэк, — показала Габриэль на переходившую дорогу метаморфа. — Пф, — фыркнул портрет. — Андромеда была отлучена от рода, а её дочь не была представлена. Так что, пусть даже не надеются. — Что мне теперь делать бабушка? Вальпурга разрешила звать её бабушкой, потому что Габриэль стала дочерью Сириуса и в ней было достаточно крови Блэков для пробуждения в сущностности рода. — Конечно учиться! Ты планировала бежать, но что ты можешь сделать одна, без рода, без плана. Ты вообще не представляешь в каком мире живёшь. Это всё Альбус виноват! Да и ты хороша! За столько лет не поинтересовалась, куда попала. А, не перебивай девочка. Мы тоже виноваты. Габриэль понурила голову. — Научите меня как быть настоящий волшебницей. Помогите мне отомстить за себя и за отца. — А вот это правильные слова.

***

Так началась учеба Габриэль в доме Блэков. Портреты предков учили её всему, что должна была знать юная наследница рода. Почему не глава? Она не готова была стать главой рода. У неё совершенно отсутствовали знания о мире, в котором она жила. Портреты только хватались за свои нарисованные головы. Но время ещё не было упущено. Долгих три года Габриель безвылазно сидела в доме Блэков постигая магию и когда она вышла оттуда, никто бы не признал в ней Габриель Поттер. Из дома Блэков могла выйти только Блэк.

***

Все эти три года мир не стоял на месте. Пропажу избранной заметили на следующий день, когда девушка не пришла на обед. А после того, как не обнаружили её вещи в спальне, объявили поиски. Разумеется те ни к чему не привели. Её бывшие друзья злились, считая, что таким образом Габриэль пытается привлечь к себе внимание. Но на людях хорошо отыгрывали беспокойство за свою подругу. Чем дольше не находилась девушка, тем больше росло беспокойство светлой стороны, что вылилось в несанкционированные акции против аристократов. Общество лихорадило около полугода, потом всё поутихло. Больше всех был недоволен Альбус Дамблдор. Его хорошо выверенная партия рушилась на глазах, но хорошо, что у него был план Б на такой случай. Невилл Лонгботтом станет отличной заменой пропавшей Поттер. «Но как же всё не вовремя!» — Думал Альбус Дамблдор. — «Сначала Поттер пропала, потом Блек чуть не порушил всю операцию. Вовремя его Аластор успел приложить. А на Гриммо наведаться следует». Альбус переместился на площадь Гриммо спустя несколько дней. Дом номер двенадцать был штабом Ордена Феникса. До этого момента. Сколько бы Альбус не совершал пассы волшебной палочкой, дом не открывался, даже не показывался, словно его и не было. Дамблдор был в замешательстве. Такого не могло быть. На доме были чары фиделиуса завязанные на него. Дом должен был ему открыться. Но не тут то было. Не желая признавать того, что он может чего то не понимать, Альбус пытался взломать защиту несколько дней, пока не понял, что это бесполезная затея. Тогда он вспомнил, что у него есть Нимфадора, почти что Блек. Но и у той ничего не вышло. Оставив наблюдателей, пожилой волшебник покинул негостеприимную площадь и вернулся в Хогвартс. Он шёл по коридорам старого замка в сторону своего кабинета. Ученики, идущие навстречу, вежливо здоровались с ним, вне зависимости от своего факультета. Статуя горгульи тут же пропустила, стоило ему подойти, а феникс, сидевший на жёрдочке, приветственно курлыкнул. Альбус сел в своё кресло и вызвал Грюма. — Что известно о Блэке? — Первым делом поинтересовался Дамблдор у пришедшего на вызов Аластора. — Портал мы так и не отследили. Какая-то мешанина с координатами. Но ты не переживай, Альбус. Я гарантирую — он не жилец. Дамблдор кивнул. — Удалось что-нибудь выяснить про Поттер? — Нет. Девица, как в воду канула. — Плохо, — Альбус подошёл к камину и вызвал Северуса. — Надеюсь, что у вас что-то срочное, директор, — отряхнул от пепла мантию Снейп. — Северус, нам нужно зелье поиска, чтобы найти пропавшую мисс Поттер. — Девчонка всего лишь хочет привлечь к себе побольше внимания, — скривился мужчина. — Тратить ещё на её поиски такие дорогие ингредиенты. — Ингредиенты мы тебе компенсируем. И ещё, вот, — директор протянул ему маленький флакон с кровью. — Это понадобится. — Я вас понял. Я могу идти? — Не так быстро, Северус, — Дамблдор вернулся на своё место. — Есть новости из ставки Волан-де-морта? — Никаких, директор. Меня не вызывали с прошлой осени. — Плохо. Ступай, Северус. И поторопись, результат мне нужен быстро. — Сделаю всё, что в моих силах. Северус сварил превосходное зелье, но вот беда, не вовремя прошмыгнувший под ногами домовой эльф случайно сбил профессора с ног. Северус споткнулся и уронил флакон с кровью. К сожалению, тот был последним.