На краю бездны

      Морти умер очень быстро. Его тело разложилось, точно кучка пыли, на которую подул ветер, и лишь застывшее в предсмертной гримасе лицо с одним лопнувшим глазом осталось чуть подольше, точно немой упрек для Рика. А гребаная бабочка, которая даже толком и не поняла, что случилось, радостно улетела, напоследок состроив рожицу. Рик рухнул на колени перед опустевшей одеждой, еще сохранившей контуры тела, и его вырвало — кровью вперемешку с лепестками. То, что он увидел, могло быть вызвано только одним — результатом укуса паразитической бабочки, после которого жертва переживала что-то вроде перерождения в облик насекомого, сохранив все воспоминания и личность за одним исключением — она становилась одержима идеями счастливой беззаботной жизни и порхания с цветка на цветок… — С-сука, блядь!!! — вытерев рот рукавом, Рик кое-как поднялся на трясущиеся ноги. А если на пути этого идиота попадется лягушка? Или паук? Или птица?! Подобрав с земли кулон-бутылочку и намотав тесемку на кулак, он злобно усмехнулся. Кажется, настала пора заняться энтомологией.

***

      Рик проклял все на свете — не в его возрасте носиться по полям, как цуцик, с банкой и сачком наперевес! Он уже успел сто раз пожелать Морти долгого здоровья и счастливой жизни, прежде чем наконец-то его нашел. Пацан сидел на подсолнухе, беспечно подняв крохотную головенку к солнцу, и от Морти-прежнего, не считая размеров, он отличался мало — только крылья, усики да фасеточные глаза, даже буковки на груди сохранились… Это было очень опасно. Рик ни в коем случае не должен был к нему прикасаться, дабы тоже не стать укушенным, и при этом не спугнуть, не дать улететь… Есть! Один точный взмах сачка, и все закончилось. — Аааа! Морти бился в сетке и орал, как будто его убивают, но его песенка уже была спета — вытряхнув его в банку, Санчез тут же завинтил крышку и не отказал себе в удовольствии встряхнуть ёмкость разок-другой. — Что я тебе, дебилу, говорил про прикосновения, укусы и прочую поеботу от всего, что не с Земли? Сразу рассказывать мн-эээ-е! А что сделал ты? Говна кусок! Навряд ли Морти его слышал. Он бил кулачками в стекло и пытался что-то кричать, но Рику было пофигу. Мнение этой маленькой одержимой дряни, которая вдруг посмела от него убежать, он благоразумно решил оставить за скобками.

***

      Эти крылышки были весьма красивы. Изобретая противоядие, Рик нет-нет да поглядывал в банку, стоящую перед ним на верстаке. Наверное, Морти стал бы красивым экспонатом — под стеклом, в деревянном ящичке, с крохотной биркой, прикрепленной внизу. Если взять иголку и воткнуть ему прямо в живот, то он навсегда останется таким — крохотным и прекрасным, распятым, скрытым от глаз всех, кроме коллекционера… Но у Рика были другие планы. Немного повозившись с настройками аппарата, он надел плотную кожаную перчатку, которую бы точно не прокусили эти паразитические зубки, и открыл крышку. Конечно, Морти не понравилось, что его так бесцеремонно схватили за крылья. Он визжал и брыкался, и, конечно же, пытался укусить, да только у Рика все было продуманно — покрепче сжимая шприц за спиной, он на вытянутой руке поднес мальчика к оранжевому лучу аппарата. Раз, два… три! Рывком отдернув выросшего до нормальных размеров Морти от излучателя, ученый тут же воткнул шприц ему в плечо и нажал на поршень. — Б-блин… где я?.. Морти медленно моргнул несколько раз, и его глаза постепенно приняли прежний вид. На пол печально упали усики с его головы — сначала один, потом другой… И все. — Н-эээ-верное, слишком мало вколол, — предположил Санчез, почесав в затылке. — Но, но, это не беда, правда, М-морти? С-эээ-йчас мы тебя быстро вернем в прежний облик… И, встав за спиной у внука, он схватился за основание одного из крыльев. Гараж сотрясся от жуткого крика. — Тссс, — бормотал он, прижимая к себе слабо брыкающегося, всхлипывающего Морти и судорожно нашаривая следующее крыло. — Сейчас, детка, сейчас, по-потерпи еще немного… Пальцы ученого были все усыпаны пыльцой. Оторванные крылышки печально лежали у их ног, а по спине бедолаги Морти бежали ручейки крови… И все равно Рик пережил практически садистский оргазм, когда вырвал еще одно. Прижался губами к одной из ран, пробуя кровь на вкус, и рванул снова — уже последнее… Все. Инопланетная бабочка-паразит снова стала его Морти. Голым, окровавленным, ничего не понимающим, ревущим навзрыд Морти, которого сам бог велел прижать к груди и утешить… И, делая это, старик загадочно улыбался, думая одну, но такую приятную мысль: "Теперь ты никуда не улетишь!"

***

      Рик так толком и не объяснил ему, что случилось после укуса бабочки, зато почему-то долго ругал, обзывая идиотом и пустой башкой… Что ж, Морти было не привыкать. Вся его жизнь, будто в каком-то сериале, проходила в трех локациях: дом, школа, гараж. Особенно гараж. Сегодня ночью Рик запретил ему уходить вообще, потому что надо было следить за результатами эксперимента. В стеклянном баке, наполненном зеленой жидкостью, медленно подрастала какая-то склизкая тварь. Глаза слипались не по-детски, а с этой тварью ничего особенного и не происходило — какой вообще в этом смысл? Когда прошли очередные два часа, и Рик снова растолкал его и, рухнув на раскладушку, тут же захрапел, парень уселся за верстак, мрачно подперев голову рукой. Всего минутку. Всего минутку… Щека уютно пристроилась на столешнице, и Морти совсем, совсем ненадолго закрыл глаза… чтобы проснуться от вопля: — Бляяяааа!!! Вскочив, первым он увидел разбитый бак, а уже потом — огромного монстра, разносящего к чертовой матери весь гараж…