Возлюбленный Михаэлис

Следующие дни газеты пестрели заголовками: «Таинственные убийства прекратились!» Обсуждали везде, даже в школе. — Слабо Богу, что оно закончилось, — облегченно выдохнула одноклассница Сиэля, — а мы хотели поехать на пикник в лес. — В лес ни ногой больше, — заявила ее подруга, передернув плечами, — лучше в домике у озера. — А там, по твоему, леса рядом нет? Треп девчонок мог стать бесконечным и прервать его мог разве что звонок. Сиэль отвлекся от их разговора и перевел взгляд на прибывшего Михаэлиса. Без Барда, что удивительно. — Привет. — Привет, — улыбнулся, увидев Себастьяна. Фантомхайв был искренне рад его видеть. Тот еще и сел рядом с ним, а не на свою парту. — Все трубят о прекратившихся убийствах. Хотя люди все еще боятся оказаться в лесу. Твоя работа? — Верно. Убивала людей Аннис. Мерзкая ведьма. — Оу, и когда ты ее уничтожил? — Пару дней назад. Когда ты меня угостил, — хитрая улыбка появилась на губах вампира при воспоминаниях о угощении. Себастьян же почувствовал лёгкий стыд, ведь после того случая он как-то забывал о «десерте». Угостил один раз, а после не до того стало. Тренировки убивали кучу времени. И все же он добился своего, его приняли участником, несмотря на потраченное время в период болезни. — Черт, извини. Хочешь, после урока мы пойдем к тебе и я дам тебе «вкусняшку»? — виновато улыбнулся. — Не переживай, — Сиэль заметил это смущение и виноватый взгляд. — Я же не настаиваю. Как захочешь, так и угостишь. — Сегодня хочу, — уже спокойнее, заметно расслабившись, ответил парень. — Только у меня колбочки нет. Может, ну… — не зная как это сказать, он поддался вперёд и шепнул на ухо: — Ты можешь из моей руки попробовать? — Нет, — сразу отрезал Сиэль. — Это не безопасно. Лучше ко мне зайдем, у меня имеется лишняя. — Чего ты так боишься? — уже чуть громче задал вопрос, отстранившись. — Подпитывался ведь до этого. А предложение мое — всего лишь десерт. — Я не смогу остановиться. И я пообещал, что никогда не сделаю этого. Больше Михаэлис не напирал. Он понял, что стал лезть слишком далеко, поэтому свернул тему. И то время, что у них было до начала урока, провели за обычной беседой. В частности затронул тему отсутствия Барда. А тот чем-то траванулся, всю ночь обнимаясь с белым другом. И сегодня ему было не лучше. — Есть духи, которые вызывают болезни, — задумчиво произнес Сиэль. — Может на него наткнулся? — Хм? Я впервые о таком слышу. Да и вчера я с ним весь день провёл. Думаю, просто дома что-то просроченное съел. — Например, Бурубуру. Или ты мог слышать вариант Урубуру. Или Зозогами. Эти призраки вызывают смерть от сердечного приступа. Например, выражение «умереть от страха» к ним очень сильно подходит. Икирё, соре или сэйрэй. Это вообще интересная штуковина. Они относятся к живым людям. Душа человека отделяется от тела и отправляется мстить за обиду. А после возвращается в тело, ничего не помня. Правда, я в Англии с таким не сталкивался. Но все может быть. Люди и здесь подвластны обидам. Бард ни с кем не ругался в этот день? — Нет, какие обиды, — постарался улыбнуться Михаэлис. На самом деле стал серьёзно переживать за друга. Он-то мог и не знать всего, например, обиды или ссоры с девчонками. — А как узнать, повлиял дух или нет? — Никак, — «обрадовал» вампир. — Но сам факт, что такое может быть. Это же дух живого. Его не отследишь и не уничтожить. — Черт, теперь я не смогу нормально сидеть. Так, подожди, — взяв пару секунд, Себастьян достал мобильный и набрал смс: «Привет, дружище! Как твое самочувствие? Скажи, что все норм и я успокоюсь. А то есть подозрение, что тебя дух заразил!» «Ты совсем со своим вампиренком свихнулся? Какие к черту духи?!» «Говори уже, придурок, что с тобой все нормуль, или я школу пропущу и попрусь к тебе!» «Нормально со мной все. Отвали. Я спал вообще-то». «Все, ок. Спи». И не извини, что побеспокоил, ни спокойных тебе снов. Хватило и того, что Себастьян отвалил, переведя дух. Несмотря на забавные смс, рядом сидящий вампир несдержанно хихикал, он и правда волновался. А после огромный камень упал с плеч, стоило увидеть, что стало лучше. — Идет на поправку. Так что никакие это не духи. — Я лишь рассказал, что такое возможно, — насмехался Сиэль. — Твоему другу крупно повезло, что он лишь траванулся, а не с духом поигрался. Ответить не дал звонок, а там и учитель подоспел. Себастьян лишь сказал напоследок, что еще на перемене поговорят, после чего вернулся на свое место.

***

— Не хочешь мне попозировать? — предложил Сиэль после уроков. Одно дело рисовать на память, а другое с живой натуры. И не важно, что одно и то же лицо. — Опа, — удивился такому предложению, усмехнувшись. — Я слышал, что позирование, довольно сложная вещь. Несколько часов не шевелиться — я точно с этим не справлюсь. Под конец ты меня проклянешь. — Я быстро рисую, справишься. А портрет тебе подарю. — Ну, хорошо. А оплатой будет кровушка? — последнее шепнул на ушко, приобняв за плечи. — Я об этом даже не думал, — Сиэль задумался, — пожалуй, возьму на заметку. Расположиться в тесной квартирке — вот главная задача. Себастьян долго думал, где бы занять место, так чтобы и на рисунке круто смотрелся, и так, чтобы не устал позировать. И было решено — сесть за барную стойку, с задумчивым видом. Сиэль устроился на диване, а на коленях холст. Ему вполне было комфортно, так как холст не такой большой. И сперва шел карандашный набросок. — А если я захочу пить? — прервал тишину где-то к середине процесса, шевеля одними лишь губами. — Или того хуже — в туалет? Что тогда делать? В точности запоминать свое положение? — Делаешь, если хочешь, — не отрываясь от рисования, ответил Сиэль. — Я подскажу, как ты сидел, если мне нужно будет. — Какой смысл тогда мне изображать модель? — фыркнул с веселой усмешкой. — У тебя, получается, фотографическая память. — Свет и тень, — щелкнул пальцем. — Выйдет натуральнее, когда видишь детали, а не вспоминаешь их. — Ну хорошо, — покорно отозвался Михаэлис. И вновь замер. Взгляд его, правда, метался из стороны в сторону. Но особое внимание он, конечно же, уделял художнику. Вампир был прекрасен. И на внешность весьма привлекательный юноша, Себастьян признавал это, но когда работал, создавая своими руками шедевры, выглядел в несколько раз красивее, изящнее. А сам художник был сосредоточен на картине. Ему нравилось вычерчивать аккуратные линии красивого лица. Нравились правильные черты. В скором времени простой карандаш заменился сухой пастелью. Они создавали прекрасный образ. Как и краски. — Не знай я, что ты рисуешь меня, я бы подумал, что сейчас ты изображаешь человека, по которому долго грезишь. — Ты похож на человека, которого я любил, — ответил Сиэль, не отрываясь от работы. — И, возможно, это переходит на тебя. Говорил Сиэль так, словно речь шла о погоде. — Ха?.. Обалдевшее выражение лица сбило всю картину. Предполагалось изобразить задумчивость или, по крайней мере, не улыбаться, а теперь гримаса шока и смущения не даст вернуться спокойствию. Лишь после Себастьян вынес безумную теорию, стоило немного отойти от сказанного (за то время Сиэль так больше и не произнес ни слова, продолжая рисовать): — Ты ведь говоришь о Сэмюэле, да? — Да. Я говорил о нем. — Это… неожиданно, — все, что мог из себя вытянуть Себастьян. На оставшееся время рисования ему была дана пища для размышлений. Объект его любви, Сиэля, умер много лет назад, ему не было смысла скрывать чувства. Теперь он чувствовал тягу к другому. Но второй раз такой ошибки не совершит. Это очень больно. Он не выдержит. С другой стороны, и лишать человеческой жизни он не хочет Себастьяна.

***

Свой портрет Михаэлис получил ровно через два часа и двадцать четыре минуты. Сиэль нарочно засекал время. Себастьян удивлялся сам себе. Остаток времени для него пролетел как один миг, а все по причине появившихся дум. Ведь сам он не знал, что ощущает к вампиру. Между ними была связь, и он этого не отрицал. Как и чувство заботы, оно было и все еще есть у Себастьяна. Иначе бы он не предлагал свою собственную кровь вампиру и не волновался, когда тот уходит на охоту. Вампир вампиром, но даже его могут в какой-то момент уничтожить. — А говорил, что высидеть не сможешь, — подколол Сиэль, довольно разглядывая работу. — Во мне открылось второе дыхание, — слабо усмехнулся Себастьян, изучая себя нарисованного. Талант на лицо, в чем он успел убедиться давно, еще в тот день, когда увидел вампира, сидящего в пустом классе рисования. — Что ж, теперь с меня полагается награда за труды. — Я лучше выйду. Все равно даже царапину чую. А тут кровь. — Хорошо, я понял. Где все лежит? — Все в ванной, — бросил Сиэль и покинул квартиру достаточно быстро. Да так, чтобы сразу на улицу выйти. Он, к сожалению, не помнил какова на вкус была кровь Сэмюэля, но Себастьяна… это настолько сильное искушение, что выдержка никакая не поможет, не важно, что ему за сотню лет. Парень же, представший самому себе, решил не тянуть и набрать в колбу «десерта». К доктору он так и не записался, все еще оставалась проблема с плохой свертываемостью. Тем не менее, остановить кровь ему удалось, промыв ранку в воде и наклеив лейкопластырем, пачку которых отыскал в отодвигаемом шкафчике в той же ванной. Уже сидя на диване, он набрал смс: «Можешь возвращаться. Твоя вкусняшка ждет тебя». И не успел о чем-то еще подумать, как увидел Сиэля, входящего в квартиру. «Вот это скорость и рвение к вкусности». По идее свежая всегда лучше, особенно та, что только-только из тела. Еще горячая. Сиэль чувствовал ранку, но она перебивалась запахом из пробирки. — Спокойнее, Сиэль, — постарался улыбнуться Себастьян. Его инстинкт самосохранения предупреждал, что в таком состоянии вампир контролирует себя слабо. Это было видно по лицу, что исказилось в легкой гримасе. — Давай. Требование Себастьян выполнил и без споров отдал колбу, и стал внимательно наблюдать за процессом употребления собственной крови в исполнении вампира. Горячая жидкость приятно опалила горло. Сиэль блаженно закатил глаза. — Вкусно? — спросил после Себастьян, чтобы хоть как-то разбавить тишину. — Очень, — улыбнулся кривовато Сиэль. — Спасибо. — Да не за что. Знаешь, это немного странно, смотреть со стороны, как твою кровь пьют, — признался вдруг Михаэлис, пару секунд думая о том, делать это или оставить при себе, — но я готов делиться с тобой, если это и правда нравится и прибавляет сил. — Спасибо, — Сиэль немного смутился от такого признания. — Мне нравится. А живая кровь действительно прибавляет больше сил, чем замороженная. — А еще я думаю, что мой прадед не хотел, чтобы ты себя ограничивал всю жизнь и питался не в полную силу, — подтянув к себе одну ногу, Себастьян решил по наглому развалиться на диване, как у себя дома. — Для тебя кровь — это как еда для обычных людей. И если сравнивать твое питание, в пример приходит лишь еда, которая поддерживает жизнь, но не дает насыщения. А это неправильно. — Он боролся с такими, как я. Стать полноценным вампиром — значит стать тем, кого он должен был уничтожить. — Ты необычный вампир, — не согласился с мнением Себастьян. — Ты помогаешь людям. За то время, что живешь на этой земле, ты помог больше, чем человек, чья профессия спасать, за всю свою жизнь. — Но это не значит, что я могу держаться. Если я начну питаться так, как ты сказал, не уверен в своей силе воле. И в итоге я могу убить. — Не очень я понимаю твою логику в не сдерживании, — закинув одну руку за голову, парень, в процессе разговора, не смотрел на вампира, а исключительно на потолок, будто на нем находил ответы, — по сути, что ты сейчас пьешь свежую кровь, что из человека. В первом случае, как я считаю, даже хуже. Ты принимаешь все в малых дозах, что должно лишь раззадорить аппетит. Из человека же ты можешь выпить чуть больше, при этом сохранить норму. У тебя уже хорошая выдержка. — Я не уверен, — мотнул головой Сиэль. — Я пью твою кровь из колбы и понимаю, что больше нет. Нельзя. Не дадут. А если я дорвусь до свежей, прямо из тела, это осознание неограниченности. Я сталкивался с таким, когда пил кровь животных. — Хорошо, тогда возможно тебя может сдержать то, что человек, из которого ты пьешь кровь, тебе не безразличен. Одно Себастьян понимал — он может давить на больное. Но несправедливость ему просто не давала покоя. Вампир, сидящий перед ним, заслужил большее, чем кровь животных в прошлом, и донорская кровь — сейчас. И то ведь принимает в малых количествах. Это 500-600 миллилитров в день, в зависимости от того, сколько в пачке донорской крови. — Я не знаю, — Сиэль вздохнул. — Я никогда не пил кровь человека из человека, и боюсь пробовать. Первое, как уже сказал, я не знаю, как поведут инстинкты. И второе, я не хочу предавать Сэма и наше общее с ним дело. Все одно — слова не помогали в убеждении. Тогда в ход пошли действия. Себастьян не задумывался о том, что все может кончиться плохо, он просто хотел как лучше. Чтобы Сиэль приспособился. Чтобы не боялся. Сняв лейкопластырь, он надавил на палец, слегка сморщившись, и на подушечке пальца проступила кровь. Сиэль не успел понять, что захотел сделать Себастьян. В нос ударил запах… — Ты что творишь?! — пока инстинкты не стали бить по мозгам, Сиэль зажал нос рукой. — Ты с головой дружишь?! Я могу напасть на тебя! — Нападай на мою руку и мы проверим твою выдержку, — нисколько не испугался Михаэлис, принимая сидячую позу. — Я в тебя верю, Сиэль. Просто попробуй. — Нет!  Фантомхайв не хотел этого. Он чуял кровь даже зажатым носом. Она манила к себе. И инстинкты вопили, чтобы он попробовал. Но разум не давался. И лучшим решением, что решил придумать — это сбежать. В одно мгновение он испарился из собственной квартиры. — Да погоди ты!.. — крикнул вдогонку Себастьян, но было уже поздно. Вампиреныш, испугавшись, попросту сбежал. — Твою ж…