Три месяца к счастью

      Этого дня не ждал никто. Антон с Арсом поссорились. А все началось с мелочей. Все как всегда, Шастун сказал, что Арс был плохим актером и все пошло-поехало…              — Зачем я вообще с тобой заговорил! — кричал Антон, бросая в призрака подушку, что не имело никакого результата.              — Да зачем я вообще к тебе пришел! — отвечал Арс, — Жил бы себе спокойно!              — Ты чертов дохляк! Ты сдох! Смирись с этим! Радуйся тому, что я помог тебе! — глаза Шастуна пылали огнем ненависти.              — Да, я умер. Лучше бы я к тебе вообще не приходил. Кто-нибудь бы и так меня нашел! И я бы никогда не знал такого морального урода как ты!              — Я моральный урод? А это не ты боялся, что пока тебя не найдут, то твоя жена будет думать, что ты ей изменяешь? У неё же были на это причины?! — Антон нагло улыбался, говоря все это. Он был зол.              — Да, я не был идеальным мужем, — спокойно произнес Арс и улыбнулся, — А тебе что, завидно?              — Да ты охуел! — крикнул Антон.              — А что? Я тебя ни разу не видел с девушкой, — Арсений улыбнулся еще шире, — Тут два варианта. Либо ты гей, либо твой рост обратно пропорционален твоему… — Попов не успел договорить, так как в него прилетела новая подушка.              — Да у меня никого нет из-за таких вот как ты, мертвых нытиков, которым вечно хочется о чем-то поговорить!              — Да умершие видят в тебе последнюю надежду! — резко выкрикнул Арс, — А ты думаешь только о себе, ублюдок конченный!              — Так что же ты со мной тогда общаешься, раз я такой?!              — Я надеялся, что ты изменишься! А ты как был уродом, так им же и остался!              — Да вы мне всю жизнь испортили!              — Ты еще заплачь как маленький ребенок! — Арс усмехнулся, — Во всех твоих бедах только ты и виноват! Пора уже признавать свои ошибки!              — Пошел ты нахуй! — выкрикнул Шастун, — Чтоб тебя больше никогда в моей жизни не было!              — Да я даже и не думал сюда возвращаться! Уж лучше скитаться по миру и быть для всех невидимым, чем общаться с таким как ты!              Арсений исчез, оставив Антона одного. Шастун сел на диван и прислушался к тишине. Никаких голосов, вообще никаких звуков. Он один. Действительно один. Это было такое странное чувство. После появления Попова в его жизни, он вообще редко оставался один. Этот надоедливый призрак всегда был с ним. С Поповым можно было поговорить обо всем. От проблем в институте до размышлений о смысле жизни.              Надо выпить. Антон пошел на кухню и достал давно забытую бутылку дешевого коньяка. Совпадение или нет, но забытой она стала считаться именно с появления Арсения. Шастун отмахнулся от надоедливой мысли, залез на подоконник, открыл окно и закурил.              Он выслушал десятки историй о том, как люди сидели так же, а потом неудержавшись вылетали из окна. Именно поэтому Антон перестал боятся высоты и падения с этой высоты. Он уже давно не боялся загробной жизни. У него же там так много знакомых.              Антон усмехнулся и сделал затяжку.              — Как же вы меня все заебали, — тихо сказал Шастун и кинул вниз недокуренную сигарету.                            

***

      

      

      Попов ушел туда, где было его место. На свое кладбище. Он злился на Шастуна, но понимал, что сам тоже виноват. Арс уже давно выучил Антона. Он очень вспыльчив и не любит свои способности. На это не надо было давить. Арсений не хотел выводить Шастуна из себя, он хотел с ним общаться. Всегда. До последнего вздоха Антона. Арс не понимал, что это за маниакальное желание, но ничего не мог поделать с этим.              Как бы это дико не звучало, но Арсений нашел себе еще одного друга. Сосед по кладбищу. Буквально через три могилы от Арса лежал один парень, слишком раздражителен, но веселый. Сережа Матвиенко. Умер из-за исконно русской проблемы. Дураки на дорогах. Какой-то мужик набухался, перепутал левую сторону и правую и врезался в авто Сереги.              — Чего ты такой грустный? — спросил Матвиенко у Арса, — Со своим некрофилом поссорился?              — Он не некрофил! — тут же выкрикнул Попов, сидя на своей же оградке, — И да, поссорился.              — Да не расстраивайся так, — Сережа присел рядом, — Помиритесь, куда он от тебя денется!              — Да я такого ему наговорил, — Арс махнул рукой, — он меня теперь к своей квартире на километр не подпустит.              — Арс, если серьезно, то вы вряд ли смогли бы долго общаться, — грустным голосом произнес Матвиенко. Попов посмотрел на него, — Он еще жив. Да и молод. Когда-нибудь он все равно бы послал тебя. А так ты еще не сильно успел привязаться к нему. Не так больно терять.              — Ох, если бы, Сережа, — выдохнул Арсений.              — А что такое?              — Кажется, я влюбился в это ушастое недоразумение, — Попов грустно ухмыльнулся.              — Ну и дела, — выдохнул Сережа и обнял Арса.