Тепло души во льду

***

POV Эстель

      Я стояла и смотрела на радостных Певенси. Они победили. Они спасли брата. Они вместе. Каждый из них светится от счастья. У них есть семья, а у меня... никого. Брата превратили в камень, и я не знаю, где он сейчас, а мать и подавно — мертва. Зачем вообще нужно было стирать мне память, изменять воспоминания, если я и так ненавидела Джадис? Её слова словно полоснули ножом по сердцу. Я морально и физически разбита, и никакая победа не заставляет меня так же радоваться, как и все.       Сколько всего мне пришлось вытерпеть за эти несколько дней? И не чувствовала ни рук, ни ног, ничего. Всё это время мой разум будто прибывал в трансе, а я сама была где-то не здесь, где-то далеко. Мой меч до сих пор в крови убитых, смешавшейся с землёй и их болезненными стонами. Вытерев его об когда-то белую рубашку, я с усилием засунула его обратно в ножны. Вся моя одежда пропитана кровью: и моей, и чужой, смешавшейся в одно багровое пятно и падающее мне на штаны, рубаху и кожу алыми пятнами. Сегодня мне пришлось убивать, и не один раз. Сколько времени мне придётся справляться с этим фактом?       Краем глаза увидев, как Питер обернуся и посмторел на меня, губы сами собой расплываются в улыбке. Я сама не заметила, как привыкла к нему, — привыкла ко всем Певенси, к их заспанным личикам по утрам, сонным мычаниям, усилиям, прикладываемым на тренировках, к задорному смеху Люси, к Сьюзен, вечно листающую какую-то книгу в библиотеке, к Эдмунду, прокручивающему в голове свои мысли, к задумчивому лицу Питера  — но с ним мне хотелось находиться постоянно. Чувствовать тепло, исходящее от него, и вдыхать едва уловимый запах цветов. Я не могу понять, что на меня нашло, когда я коснулась его губ, просто это был порыв желаний, в момент которого я не контролировала себя.       Почувствовав на своей спине чей-то взгляд, я повернулась и увидела Аслана, который неотрывно смотрел на меня. Его золотистая грива развевалась на лёгком ветру, уносящем запах сражения куда-то вдаль, а в его глазах блистала мудрость и доброта. Пытаясь понять, с какой целью направлен его взгляд на меня, терплю крах. Спустя несколько мгновений Аслан переводит взгляд в сторону, я делаю тоже самое. Рядом с великим львом вдруг начал появляться тёмный силуэт парня.       На вид ему было лет двадцать, платиновые волосы слегка отливали золотистым рыжим, яркие голубые глаза светились, чёткие контуры его лица были расслабленны, и лишь розоватые губы расплывались в улыбке. Меня больше привлекла не внешность этого парня, а одежда, в особенности — синий развивающийся плащ у него на плечах с блестящими на солнце огненными узорами. Такой же, как и у меня. Свой плащ я забрала с собой, когда сбежала из замка матери, и он всегда был при мне. Можно сказать, что этот плащ — мой талисман.       До этой битвы, пока моя память о брате была полностью прочищена, я думала, что его мне вручила Джадис, как символ нашего рода. Три ха-ха четыре раза. На самом же деле оказалось, этот плащ мне подарил мой брат. Тогда мне только исполнялось десять лет, и он был таким большим, что накрывал меня, словно палатка, но я всё равно бесконечна была благодарна парню. В тот день Эйден сказал, что у него тоже есть такой плащ, и теперь это будет нашей отличительной чертой от всех. Он наколдовал на нем слегка видные снежные узоры, которые начинали слегка блестеть, когда на них попадал свет от Луны или Солнца. А я в свою очередь «разукрасила» его вещь голубыми языками пламени. Эти рисунки отражали нашу силу, нашу стихию.       Вернемся из воспоминаний в реальность. Я долго, откровенно говоря, пялилась на парня, пока до меня не дошло — это был... Эйден. Мой брат жив. Я хотела уже броситься к нему, но ноги будто стали ватными, а движения давались с огромными усилиями, всю живость будто рукой сняло. Голова закружилась, усталость навалилась с дикой силой, а спину пронзила резкая боль. Я упала на мягкую траву, теряя сознание. Последнее, что я видела перед тем, как окончательно погрузиться во тьму, был обеспокоенный взгляд Эйдена.       Пустота и тьма — это всё, что меня окружал. Я пыталась создать сферу, чтобы осветить путь, но магию словно вычерпали из меня. Через какое-то время глаза перестали видеть серые пятна, и темнота стала сплошной и непроницаемой. Я попыталась хоть что-нибудь найти, но ничего не было, лишь пустота. Вообще, я сейчас должна впасть в панику или истерику, но мне было настолько всё равно в тот момент... Я очень измотана. Опустившись на «пол» в этой кромешной тьме, я устало прикрыла глаза.       «Всего минуту посижу так и пойду, — проносится в голове.»       Я не замечаю, как веки наливаются свинцом, и я проваливаюсь в сон.

***

      Чувствую, как мое лицо обдувает ветер, и нехотя открываю глаза. Руками нащупываю под собой песок, а слух улавливает шум воды. Окончательно придя в себя, принимаю сидячее положение. Передо мной открылся прекраснейший вид: лазурное море тихо выплескивало на берег воду, вдалеке, у линии горизонта, виднеются острова. Я поняла, что время близится к вечеру, так как солнце медленно катится к горизонту. Зажмурившись и подставив бледное лицо к солнцу, я наслаждалась еле уловимым холодным теплом, исходившим от него.       Через какое-то время я услышала рядом с собой едва уловимый шорох и распахнула глаза. Слева от меня сидел Аслан и смотрел куда-то вдаль. Я, встав на ноги, отряхнула штаны от песка и подошла ко льву. — Приветствую тебя, Эстель, — мягко произносит он, не отводя взгляда от заката. — Здравствуй, Аслан, — слегка охрипшим голосом отвечаю я.       Наступает молчание. Великий лев все так же смотрел на морскую гладь, а я неотрывно глядела на него. Это тишина не напрягает, нет, наоборот, мне было уютно, но лёгкие нотки проходились по моему телу, возвращая в реальность и говоря о том, что так не могло продолжаться вечно. Я первая нарушила тишину: — Аслан, где мы? — Оглядись, принцесса, — произнёс лев, и ветер начал играться с его гривой, перебираяя рыжие пряди.       Я осторожно повернула голову в бок, боясь увидеть нечто страшное, но этого не произошло. Передо мной возвышалась скала, подножие которой подмывали волны, разбиваясь о камни и разлетаясь во все стороны тысячами брызгами. Подняв голову чуть выше, я невольно ахнула: — Кэр-Параваль… — вместе со вздохом понижающимся с каждым мгновением тоном прохрипела я.       Аслан лишь мягко посмеялась от моей реакции. Два года назад, когда я сбежала от матери, я скиталась по многим уголкам Нарнии. Я была наслышана про Кэр-Параваль — четырехтронный замок, — и моё любопытство овладело мной полностью. Тогда, под толстым слоем снега, я не могла оценить всю величественность Кэр-Параваля, но сейчас я могла разглядеть его полностью.       Аслан предложил пройтись к замку, на что я охотно согласилась. Мы шли по теплому песку, и я только когда трава начала щекотать мне ноги, я заметила, что была босиком. Я задавала какие-то бессмысленные вопросы, на которые Аслан с легкостью находил ответы. Мы успели дойти до внутреннего двора замка, как я вдруг вспомнила, что же хотела спросить у льва.       Я остановилась около ступенек, которые вели к огромным дверям, скрывавшим за собой роскошный интерьер комнат Кэр-Параваля со своими многочисленными коридорами, лестницами и комнатами. Аслан посмотрел на меня, ожидая дальнейших девствий, пока я формулировала вопрос в голове. — Аслан, — все же решилась я, — мой брат, он… он жив? Или всё, что я видела на поле привиделось мне? — Нет, дорогая моя, — сказал лев, невесомо ступая вверх по ступенькам, — он жив. Всё, что ты видела — правда. — Но как же... разве Джадис не убила его? — Что ты помнишь про тот день? — Хм… — я ненадолго задумалась — Помню, что она показала мне каменную фигуру Эйдена. Его лицо, застывшее в лёгком удивлении, пламя в его руках, что так же остановилось, как и его сердце. Помню, как сидела на ледяном полу и плакала, роняя слёзы на безжизненный пол и из-за бессилия не могла держать себя в руках. Я больше не видела своего брата. — Твоя мать хотела разбить ту статую, тем самым лишив его жизни, но она не смогла, — почти прошептал Аслан, шагая по освещенным солнцем коридорам. Его шёпот пронёсся\ по всем залам, эхом отражаясь во всех самых тайных его уголках.       Я замолчала, думая над его словами. Мы медленно передвигались по коридорам замка, всё поднимаясь вверх. Меня радовал тот факт, что мой брат жив, и мы скоро увидимся... возможно. Я столько хочу ему рассказать! Мысли с молниеносной скоростью крутились у меня в голове, а мы всё шли с Асланом по бесконечным залам и лестницам. За весь наш путь нам не встретилась даже стража, замок был пуст, и лишь две живых души сейчас блуждали по его коридорам в поисках кого-то третьего. — Аслан, почему здесь никого нет? — задала вопрос я. — Потому что мы в твоей голове, — ответил лев. — То есть я сплю? — неуверенно произнесла я. — Да, и уже достаточно долгое время. — Сколько я здесь нахожусь? Есть ли отсюда выход? — терялась я. Я чувствовала себя здесь так спокойно, но этот холод будто не давал мне оставаться здесь. Будто здесь нет моего места. Будто оно станет для меня домом, но так нескоро... — Каждое мгновение здесь минутами тянется там, — такие пугающие, но мудрые слова казались мне кошмаром и ещё сильнее отдаляли тайной два этих мира.       Мы подошли к одной из дверей, ведущей в какую-то комнату. Я слегка толкнула её, и та бесшумно открылась. Войдя в покои, я увидела девушку. что тихо дремала в безжизненной позе на мягкой кровати. Её чёткие контуры бледного лица казались неземными, а руки, сложенные на груди, не двигались. Светлые, отдающие синевой блестящие волосы струились по плечам. Немного приглядевшись, я узнала в ней... себя, лежащую на просторной постели в окружении многочисленных подушек. Мои глаза в несколько раз расширились от удивления, и я резко развернулась к Аслану, ища объяснение. — Эстель, ты не представляешь, как я горжусь тобой. Ты смогла выжить в этой войне, отстояв честь Нарнии. Но у тебя есть раны и повреждения, и тебе нужно отдохнуть, чтобы придти в себя. Мы ещё встретимся, принцесса. Пора просыпаться.       Аслан слегка дунул в мою сторону, и странный водоворот цветов и запахов затянул меня. Все смешалось: краски, звуки, ощущения. Я вновь окунаюсь в эту темноту, погружаясь в дрёму. Спустя какое-то время я открываю глаза.

POV Автор

      В голове Эстель сразу начали всплывать воспоминания. Принцесса невольно улыбнулась, припоминая слова Великого льва. Больше всего на свете Эст хотела сейчас увидеть Эйдена и крепко обнять его. Девушка встала с кровати и огляделась. Здесь было все точно так же, как и во сне.       Большая кровать с кучей подушек и шелковыми простынями, у противоположной стены расположился камин, а перед ним пара больших и мягких кресел. Слева от камина стоял письменный стол, а справа большущий шкаф и зеркало во весь рост. Слева от постели принцесса обнаружила туалетный столик, заставленный какими-то разными баночками, от которых исходил вкусный аромат, и прочими принадлежностями для ухода за собой. Возле выхода из покоев девушка заметила дверь. Эстель на чуть подкашивающихся ногах дошла до этой двери и распахнула её. Там оказалась ванная комната, выполненная в светло-голубых оттенках, так же, как и сами покои. Девушке был по душе этот цвет. Она могла часами наблюдать за голубым небом или морской гладью.       Эст вышла из комнатки и подошла к зеркалу, которое стояло рядом со шкафом. Она оглядела себя с ног до головы и отметила про себя, что Аслан был прав: с лица, шеи и рук исчезли синяки и царапины, а кожа приобрела чуть «живой» оттенок. Светловолосая вспомнила про то, как её протащили спиной по земле и немного поежилась.       «Интересно, остались ли шрамы после такого? — пронеслось в голове»       Кронпринцесса повернулась к зеркалу спиной и чуть-чуть приспустила платье с плеч. Девушка ахнула от увиденного. В некоторых местах на спине виднелись шрамы, но одно успокаивало Эст — их было всего два-три и они были не такие уж и большие. После «осмотра» себя, принцесса окончательно привела свой внешний вид в порядок.       Эстель оголенными плечами ощущает ветерок, который врывается в комнату через открытые двери балкона, заставляя легкие шторы взмываться над полом. Юная особа вышла на балкон и всей грудью вдохнула свежий морской воздух. Она только сейчас поняла, что на улице ночь. Луна и звезды светятся, отражаясь в воде. Подойдя к краю балкона, девушка облокотилась на перила, смотря вдаль.       Всё тоже море, те же острова у горизонта, ничего не поменялось. Девушка переводит взгляд под окна: ухоженный сад, в котором растут различные деревья и цветы — видно, что дриады постарались; если пройти чуть вглубь этого сада, то можно было заметить располагающуюся среди кустов беседка, которая скрыта от посторонних глаз. Хорошее место, если хочешь побыть в одиночестве или с кем-нибудь посекретничать.       Эстель настолько погрузилась в свои мысли и разглядывание нового дома, что не заметила, как на соседнем балконе кто-то появился. Прохладный ветер заставил принцессу поежиться и обхватить свои плечи руками. Эст уже хотела вернуться в комнату, как заметила тень в нескольких метрах от себя.       Девушка плавно повернулась в сторону, где она увидела силуэт. Сердце пропустило удар, а после и вовсе рухнуло куда-то вниз. На соседнем балконе стоял парень и удивлённо разглядывал Эстель, словно пытаясь понять: настоящая она или иллюзия. — Эстель… — прошептал он, подходя ближе к краю балкона. — Питер… — тихо проговорила кронпринцесса.       Эст все так же обнимала свои оголенные плечи из-за ночной прохлады. Она не могла пошевелиться, заворожено смотря в глаза парня. Питер начал перелазить через перила балкона. Эст стояла и смотрела на то, как парень пытается удержаться и не упасть. — Питер, что ты делаешь? — пришла в себя девушка.       Будущий король промолчал на вопрос светловолосой, собираясь перепрыгнуть на её балкон. Эстель начала понемногу закипать. — Питер, не надо, не делай этого, — голос принцессы дрогнул. — А если ты сорвёшься и упадешь?       В ответ Эст опять получила молчание. — Ваше ещё несостоявшееся Величество! — чуть повысила голос она, перейдя на официальное обращение. — Не рискуйте своей жизнью!       Девушка хотела дополнить свою вразумительную речь, но не успела. Питер прыгнул, хватаясь за балкон принцессы. — Вот видишь, а ты боялась, — обворожительно улыбнулся парень, сокращая расстояние между ними, как нога предательски соскользнула, и он чуть не полетел вниз. Девушка дернулась вперед, выставляя пред собой руку. Голубоватая дымка окутала парня, помогая ему принять устойчивое положение. Как только Питер покрепче ухватился за балкон, дымка исчезла, а Эстель опустила руку. Она подбежала к висевшему парню и помогла перелезть через перила.       Оказавшись рядом с Эст, король заключил её в крепкие объятья, отчего принцесса напряжённо выдохнула. Тело до сих пор ломило, мышцы болели, а голова слегка кружилась из-за внезапного использования магии. Девушка прижалась к парню, чувствуя тепло его тела. Через несколько минут Певенси всё же отпустил кронпринцессу и посмотрел на неё своими выразительными глазами, сдерживая лёгкую улыбку. Эстель устало вздохнула и опустила голову, но спустя секунду снова подняла её, улыбаясь. — А такое понятие, как «дверь», вам знакомо, Ваше Величество?       Питер смутился, осознавая всю глупость ситуации, и потупил взгляд. Принцесса же рассмеялась, отходя к краю балкона и смотря на небо, усыпанное звездами. Эст опять обхватила себя, потирая вновь замерзающие руки. Король, увидев это, подошёл к светловолосой и положил руки на её плечи. Эстель от этого словно током ударило. Она почувствовала своей холодной кожей обжигающие ладони парня. Кронпринцесса невольно откинулась назад, снова попадая в объятья Питера. Она блаженно прикрыла глаза, вдыхая ночную прохладу. — Сколько я так проспала? — Две недели, — ответил Король, — до коронации осталось столько же. — Какого это — знать то, что ты скоро станешь Верховным королем? — спросила девушка, слегка отстраняясь от парня и поворачиваясь к нему.       Питер нахмурился, явно обдумывая, что сказать. — Ты понимаешь, что теперь тебе предстоит заботиться не только о своих сестрах и брате, а ещё и о целой стране — в какой-то степени это пугает, — все же нашелся он, искренне вздыхая. — Я уверена, что ты справишься, — улыбнулась Эст и положила руки на грудь парня.       Повисло неловкое молчание. Эстель вспомнила тот едва уловимый поцелуй, оставленный на губах Питера после окончания битвы. Она не понимала, почему так поступила. Сейчас же стоя на неприлично близком расстоянии и вспоминая это, принцесса смутилась и попыталась отойти назад, но крепкие руки парня не дали ей это сделать. — Эстель, — тихо произнес Питер, смотря светловолосой в глаза. — Твои глаза…       Дежавю охватило девушку — это уже происходило, когда они были у озера. Эст была готова провалиться сквозь землю от такого взгляда, но и одновременно эти глаза манили, в них так и хотелось утонуть. Питер хотел дополнить, но принцесса не дала ему сделать это. — Питер, я бы хотела чуть-чуть отдохнуть, — проговорила Эстель, — даже, несмотря на то, что я так долго спала, я все ещё чувствую усталость.       Певенси отпустил девушку и виновато посмотрел на неё. Губы кронпринцессы слегка дрогнули в едва заметной улыбке. Эст подошла к парню и взяла его за руку. Питер недоуменно посмотрел сначала на девушку, а потом на их руки. Эстель ничего не ответила, лишь направилась в сторону своих покоев. Король послушно шёл за принцессой, не говоря ни слова. Зайдя в комнату, Эстель пересекла её и остановилась возле двери, ведущей в коридор. — В это раз, я надеюсь, что Вы воспользуетесь дверью, Ваше Величество. — Не сомневайся в этом, — ответил юноша. — Я зайду за тобой с утра и провожу на завтрак. — Жду с нетерпением увидеть реакцию остальных на мое «пробуждение», — все так же улыбаясь, ответила Эст. — Вот только можешь не заходить за мной, я сама найду дорогу.       Питер слегка опешил и поник от такого ответа, но виду не подал. Пожелав спокойной ночи, парень вышел в коридор, и за ним захлопнулась дверь, нарушая тишину ночного замка. Эстель устало упала на мягкую постель и уставилась в потолок. Сейчас она хотело одного: забыться сном, но сон видимо этого не хотел. Как бы принцесса не старалась заснуть, у неё ничего не получалось. Голову заполонили мысли о её брате, о Питере. О последнем мыслей было больше всего. Сколько девушка так пролежала — неизвестно, но как только первые лучи солнца коснулись горизонта, она смогла закрыть глаза и отправиться в царство Морфея. Лишь сверчки играли свою трель за окном.