Глава 3. За филактерией.
25 апреля 2019 г., 15:01
Заметив, что в лазарет из-за дверного косяка кто-то украдкой заглядывает, Нерия со вздохом отвлеклась от начавшегося было обсуждения невероятного феномена и быстрым шагом направилась в коридор, оставив посох и мантию завершившего обучение чародея на столе.
Йован, словно пытавшийся слиться со стеной, был взволнован сильнее, чем когда-либо до этого. Чёрные волосы были по-всегдашнему растрёпаны, но глаза активно оглядывали коридор, словно их владелец от кого-то прятался, хотя всеми силами пытался делать вид, что он просто решил тут постоять в ожидании единственной подруги.
– Итак... – не успела Нерия начать разговор, как Йован дёрнулся сильнее, чем если бы его кто-то во время сна ткнул иголкой в пятку. – Йован, что происходит? Ты бледнее, чем обычно...
– А... эм... – замялся Йован, чуть подавшись вперёд. – Помнишь наш с тобой разговор утром?
– Конечно, – приподняла бровь Нерия, скрестив руки. Направление разговора ей нравилось всё меньше и меньше. Конечно, Йован и раньше грешил на то, что его вообще не собираются отправлять на Истязания, но тогда всё было в рамках обычной шутки о том, что в учениках он действительно засиделся – шутка ли, когда Нерия только прибыла в Круг, он был учеником уже лет пять – но Йован обычно выдавал обыкновенное уныние, исполненное жалости к себе. Не то, чтобы это так нравилось окружающим, но сейчас у него в глазах был неподдельный ужас.
– У меня... неприятности, – выдавил он, снова испуганно оглядываясь по сторонам. – Здесь...
Из-за угла, гремя латами, появился один из храмовников, и Йован немедленно принял вид, как будто он только что рассказывал подруге некую грязную историю – выпрямился и заложил руки за спину, отведя взгляд к потолку. Сам храмовник подозрительно покосился на парочку магов, но, ничего так и не сказав, протопал дальше по коридору.
– Здесь опасно говорить, – пробормотал Йован. – Но это дело срочное. Очень.
– Поняла, – со вздохом ответила Нерия. – Погоди, я только захвачу мантию и посох.
А ведь день так хорошо начинался... пройденные Истязания, всеобщие поздравления, завистливые взгляды некоторых новичков, перспективы она тоже себе наметила на несколько дней вперёд. Даже этот странный воин, пришедший в Цитадель Кинлох вместе с Дунканом, чья кровь боролась со скверной – просто поле непаханое для настоящего исследователя, которым она хотела стать! Вот и расслабилась...
– Нерия, уже уходишь? – спросила Элия, когда эльфийка подобрала мантию и посох.
– А... да, – кивнула Нерия. – Тут неотложные дела возникли... да и переодеться надо...
Элия перевела взгляд на дверь, и, видимо, заметив высунувшегося из-за косяка Йована, со вздохом произнесла:
– Только помни, что случилось с Венесс...
– Я... да я же совсем не... – Нерия мгновенно зарделась. Проклятье, снова эта молва, будто бы она и Йован влюблены друг в друга! Впрочем, сейчас такое положение дел было ей только на руку, хоть лёгкая усмешка странного спутника Дункана её неимоверно раздражала, как и гнетущий взгляд Элии.
Выскользнув из лазарета, Нерия кивнула Йовану, и тот повёл её в сторону башенной часовни, стараясь по возможности избегать мест, где толпились остальные обитатели Круга, что настораживало Нерию ещё больше.
«Проклятье, это уже не смешно», – подумала Нерия, заходя в обитель веры вслед за Йованом.
Миновав общий зал, они оказались в задней части часовни, и Нерия едва не столкнулась с явно поджидавшей их здесь церковницей. Однако её зелёные глаза – такие же встревоженные, как у Йована – при их виде странно просияли.
«Прелестно...»
– Ну вот, здесь вроде бы безопасно, – с облегчением выдохнул Йован.
– Тааааак... а ничего, что тут жрица стоит? – прищурившись, Нерия чуть покосилась на церковницу.
– Я не жрица, а пока только адепт, – поправила церковница.
Бросив любящий взгляд на неё, Йован со вздохом почесал висок:
– Помнишь, я говорил тебе, что у меня наконец-то появилась девушка?.. Вот, это Лили.
Нерия стояла как громом поражённая. Нет, не то чтобы она была против, но в существование этой таинственной особы её ум отказывался верить всерьёз. По крайней мере, до сей поры... и вот тут она действительно не знала, как отреагировать.
– ...адепт? – наконец, нашлась она, что сказать в ответ. – Но... это же запрещено, Йован! Впрочем... – эльфийка сделала глубокий вдох и прикрыла рукой глаза. – Зная тебя, ты отлично смог бы сохранить всё это в тайне. Даже с учётом внезапной беременности – ты же прекрасный зельевар! – Нерия опустила руку и подняла тяжёлый взгляд серых глаз на лучшего друга. – Так что... полагаю... это не единственная твоя причина шарахаться от храмовников точно испуганный мелкий демон? Ты же вроде говорил, что это связано с нашим с тобой разговором утром?
– Что ж... верно, – Йован закинул руку за голову. – Мои подозрения, что меня не собираются отправлять на Истязания... они оказались верными от и до.
– Я случайно увидела на столе у Грегора приказ, предписывающий провести над Йованом обряд Усмирения, – кивнула Лили, беря Йована за руку. – И подпись Ирвинга там уже стоит.
– Они отнимут у меня всё, – дрогнувшим голосом произнёс Йован. – Все мои мечты, мои мысли, мои чувства... любовь к Лили...
Нерия поняла, что зря она восприняла любовь адептки Церкви и Йована как нечто из ряда вон выходящее. Но вот то, что Йована вдруг решили Усмирить... нет, вот это и было наиболее шокирующей новостью дня.
– Йован... неужели... о, Создатель! – зашипела она, схватив старого друга за грудки и хорошенько тряхнув. – Вы что, не видите, насколько далеко всё зашло?! Йован, Лили, любовь – любовью, но вы что, не додумались сходить и признаться, что ты просто её т... – эльфийка запнулась, увидев беспомощное выражение лица церковницы, – хаживал к ней по ночам, но уж никак не прятался в подвале, дабы практиковаться в... Магии Крови?
– А ты думаешь, их это остановит? После того, как Первый Чародей уже подписал этот приказ? – скрестил руки на груди Йован.
Нерия с шумом выдохнула и выпустила Йована:
– Да, да, твоя правда... поздно уже сознаваться... и теперь вам нужна моя помощь в побеге, верно?
– В общем, да, – кивнул Йован. – Но проблема в том, что пока существует моя филактерия, бежать бесполезно.
– А ты получила сегодня мантию мага, а значит, сумеешь помочь нам достать её из хранилища, – продолжила Лили.
– Поверь, я не хотел тебя впутывать, и мне... – начал Йован, но Нерия отвела взгляд и жестом велела ему замолчать.
Проклятье, чем дальше, тем хуже. Для всех них. Сначала Йован влюбился в адептку Церкви, потом именно его решили Усмирить по подозрению в том, что он малефикар... и вот теперь только она способна ему помочь ему – а поскольку даже она при всех своих талантах и хождению в любимчиках у Ирвинга не сумеет убедить всех в обратном, остаётся только одно. Набрав воздух в лёгкие, Нерия медленно кивнула:
– Я помогу.
– Правда? – казалось, до разума Йована ещё не дошло всё то облегчение, которое он должен был испытать при таком её ответе.
– Конечно, – уже легче выдохнула Нерия, позволив себе печальную и чуть укоризненную улыбку. – Кто я такая, если не выручу тебя... как и всегда? Ладно, вы подумали, как попасть в хранилище?
– Первую дверь могут открыть только маг и представитель Церкви вместе, – сказала Лили. – Я выведала тайные слова, так что с ней проблем не будет.
– А вторая дверь? – спросила Нерия. – Ключи есть только у рыцаря-командора и у Первого Чародея.
– Ради неё нам потребуется огненный жезл, – сказал Йован. – Однако ученикам такие вещи не выдают.
– Значит, расплавить замок, разбить филактерию и остаётся лишь вывести вас из башни, – сказала Нерия. – Поняла... ждите здесь, я скоро.
Выходя из часовни, Нерия лишь мысленно буркнула:
«Я ещё об этом пожалею...»
Добыть жезл труда не составило – старший чародей Суинни на старости лет довольно попустительски относился к дисциплине в Круге и к молодёжи особенно, воспринимая большую часть учеников и магов как собственных внуков, а себя – как добренького дедушку, любящего почитать, пока малышня «играется».
– ...оказалось, они друг другу дырки в штанах прожигали, а один даже додумался пробить смотровую щель в женскую спальню, – рассказывал, посмеиваясь, Суинни, подписывая эльфийке запрос на огненный жезл. – Но вы-то этого не будете делать, верно? На вас посмотришь – прямо сама Андрасте, вернувшаяся в мир смертных.
В ответ на эти слова Нерия позволила себе чуть смущённую улыбку. И тут старший чародей чуть наклонился и перешёл на заговорщицкий шёпот:
– Если не затруднит, подожжёшь задницу вон тому храмовнику, что сейчас у дальней стены стоит? А то он на меня вечно косо смотрит. И побольше, побольше! – старик хрипло засмеялся.
– Если это будет в моих силах, то он докажет, что храмовники тоже умеют летать, – нервно хихикнула эльфийка. – Спасибо огромное.
Выходя из библиотеки, Нерия столкнулась нос к носу с таинственным спутником Дункана.
– Что вы здесь делаете? – спросила она.
– Насколько я понял, там библиотека, а мне надо как-то скоротать время после сытного обеда, – ответил рослый воин. – Или что, посторонним нельзя в библиотеку?
Посмотрев в его голубые глаза, Нерия увидела всё тот же чуть насмешливый взгляд, каким он одарил её в лазарете. В другое время она бы наверняка тактично или не очень пояснила бы, что тут и к чему, но сейчас время не позволяло. Молча освободив дорогу, она поспешила к Овейну, а получив долгожданный жезл и сменив мантию – обратно в часовню, и, наконец, вниз – к хранилищу. По пути все старались делать «непричёмный» вид, если сталкивались с кем-то в коридорах, но даже Нерии невозможно было унять бешено бьющееся от волнения сердце.
– «Меч Создателя, слёзы Завесы», – прошептала Лили перед дверь, и раздался неясный шёпоток. – Теперь ваша очередь. Подойдёт любое заклинание.
– Хорошо, сейчас... – Нерия сотворила небольшой холодно-зелёный огонёк и направила его к двери. Пройдя сквозь доски, огонёк рассеялся, а дверь медленно открылась вовнутрь, издав скрип, в тишине подземелья казавшийся неимоверно громким.
Впереди рядом с поворотом оказалась ещё одна дверь.
– Ну, была не была, – выдохнула Нерия и поднесла к замку огненный жезл... и ничего не произошло. Жезл не отзывался на её команды, и дверь по-прежнему стояла запертая.
И тут до неё дошло. Дверь была заперта на простой замок только по той причине, что возможность применения магии против замков была предусмотрена и заблаговременно блокирована особой аурой! Как они сами не подумали об этом?
– Я... Я не могу использовать магию! – воскликнул Йован, выразив общие мысли вслух.
– Значит... значит всё пропало... – плечи Лили начали трястись от накатывающего плача. – Значит... нам никак не...
«Только этого нам не хватало. Так далеко зайти и опустить руки на полпути?» – пронеслось в голове у эльфийки, и та прервала начавшую было лить слёзы Лили:
– Нет уж! Так просто мы не сдадимся. Попробуем найти другой ход.
– Ты про ту дверь? – приобняв Лили, кивнул Йован на дверь в конце коридора, возле которой стоял, на первый взгляд, простой стенд с доспехами.
Нерия молча кивнула и быстрым шагом направилась к другой двери. Что им сейчас терять, кроме драгоценного времени? На худой конец, они могут просто найти что-то очень интересное, приобщиться, так сказать, к истории, но хотя бы попытаются найти путь в зал с филактериями. Или вообще пробить его. По пути она обратила внимание на стоящие рядом с дверью доспехи. Слишком странное расположение для них, особенно с учётом наличия здесь боевого оружия.
– Что ты делаешь? – спросил Йован, когда эльфийка принялась замораживать доспехи.
– Меры предосторожности... – закончила создавать вокруг них толстый слой льда. – Я не хочу, чтобы одному из нас кто-то проломил затылок или вонзил меч между лопаток, едва я начну плавить замок.
Наведя жезл на замочную скважину, Нерия отдала нужную команду, и дверь с громким скрежещущим шипением прожгло насквозь. Почти одновременно за спиной раздался неясный шорох – это система охраны пыталась выпутаться из ледяного плена.
– Быстрее! – скомандовал Йован. – У нас мало времени.
Нерия пошла первой. В конце концов, если что, то у неё и посох был с собой, и жезл, если понадобится. Лили держали в середине – драться церковницу никто не учил, а магией или храмовницкой техникой погашения магии она не владела. Замыкал шествие Йован, постоянно оглядываясь по сторонам и особенно назад – на случай, если их замысел откроется. В полумраке, разгоняемом лишь зажигающимися от присутствия посетителей магическими светильниками, стояла гнетущая тишина, пока после очередного поворота они не оказались лицом к лицу с ожившими стражами хранилища.
– Создатель милосердный... – попятилась назад Лили. – Они... они словно...
Стражи кинулись в бой без всякого звука, кроме лязга металла по стылому камню. Йован захватил телекинезом несколько стоящих в нишах ящиков и метнул их в ближайших, но те лишь отшатнулись. Впрочем, это дало Нерии время сконцентрировать магию внутри посоха и выдать сразу несколько потоков льда, сковывая движения стражей. Пытаясь уйти от двух из них, упорно шедших вперёд несмотря на оледенение, Нерия шагнула назад, но запнулась – и в итоге лишь своевременно выпущенная Йованом молния, разорвавшая тишину подземелий так, что заложило уши, спасла её от участи быть разрубленной по полам.
Тяжело дыша, она сидела на полу, глядя на плоды их «трудов» – она дралась с демоном гнева в Тени, но это было необходимостью, и никогда не сражалась в реальности. Это было... далеко от чувства собственного превосходства над обычными смертными. Может быть, дело обстояло в том, что её чуть не убили? Она вспомнила слова голубоглазого язычника, пришедшего с Серым Стражем, что «не нужно спешить в Совнгард». И, кажется, теперь до неё дошёл смысл его слов.
– Нерия, ты в порядке? – раздался словно сквозь пелену голос Йована.
– А... да... да, в порядке, – кивнула она, сдувая с лица клок бело-золотых волос.
Йован помог ей подняться на ноги, и Нерия поняла, что его руки тоже дрожат. Значит, она не одна такая сегодня. Отдышавшись, Нерия быстрым шагом направилась дальше, держа посох обеими руками:
– Нас могли слышать, так что давайте поторопимся. У нас очень мало времени.
– Да... верно, – брякнул где-то позади Йован.
За последней дверью оказался пыльный, но хорошо освещённый склад разных реликвий, за одно владение которыми, не сомневалась Нерия, легко могли бы записать в Отступники и малефикары. Многие принадлежали ещё тевинтерской эпохе, «когда маги правили смертными при помощи жестокости и Магии Крови», как учила наставница часовни преподобная мать Джоана, а значит, теоретически запуск всех артефактов разом мог устроить нехилый взрыв, и это как минимум.
– Ну... что делаем дальше? – спросил Йован.
– Ищем, – сказала Нерия. – Возможные проходы, включая замурованные, артефакты, способные выбить кладку... всё, что поможет нам достичь цели.
От каждой вещи исходили магические эманации, но явно не все предметы создавались как оружие разрушения. Даже если когда-то тевинтерские архонты были бессердечными тиранами, они оставались магами – а любого уважающего себя мага, считала Нерия, отличает хотя бы тяга к познанию своих возможностей и мира вокруг, ведь только через знание он обретает понимание своей природы, а через понимание – контроль. И значительная доля реликвий так или иначе представлялась ей сотворёнными для того, чтобы проводить исследования.
– Смотрите! – воскликнула Лили, указывая на уже давно осыпающуюся стену позади книжного стеллажа. – Там, между кирпичами, словно пробивается свет.
Приложив к щелям ладонь, Нерия невольно улыбнулась: сквозь них сочилась не сырость, а именно морозное дыхание хранилища филактерий. А это значит, что они нашли проход! Осталось только пробить кладку и сделать то, что задумали с самого начала...
