Faith

      Среда 11.04. Время 21:06       «Меня зовут Мин Юнги. Я врач в психиатрической больнице, это мой первый дневник, и, да, меня снова бросили. Чего и следовало ожидать, ведь я приношу только неприятности и огорчение людям, которые мне дороги. Самое страшное во всей этой ситуации, что мне плевать на больных. Теперь плевать. Зачем решать проблемы посторонних людей, если своих по горло?       Вчера к нам поступил новый пациент. Парня доставили в очень плохом состоянии. Его родители умерли: отец от рака, а мать после долгих мучений вскрыла себе вены на глазах у сына. Парень молчит… да я и сам молчал бы на его месте. Жизнь полное дерьмо… — мне нельзя так говорить своим пациентам. Но, ведь я не пациент! Значит себе можно.       На сегодня хватит нытья. У меня обход.»       Врач закрыл дневник и направился к двери. Помятый халат и взлохмаченные волосы говорили о том, что он не отдыхал уже несколько дней. Мин спрятал руки в карманах халата и направился к палате с новым пациентом. Он не любил ночные дежурства, ведь всё плохое случается ночью, а именно в дежурство Мина.       Врач повернул в сторону курилки. Работа работой, но скурить хотя бы несколько сигарет ему необходимо. Потом он отругает себя, как всегда, за то, что не может бросить курить или точнее, что бросил, но не может устоять перед соблазном. Ведь пачка ещё не закончилась — так успокаивает себя Юнги.       Мин поджёг сигарету и сделал затяжку, когда открылась дверь и вошёл один из санитаров. Намджун всегда ругал Мина за его слабость к курению. И вот сейчас по закатанным глазам Юнги понял, что необходимо готовится к хорошему нравоучению. Ким был хорошим другом, иногда он доставал его своим правильным поведением, но и в трудную минуту всегда мог поддержать. — Не хочу ничего говорить, но… — начал Намджун. — Вот и не говори. — перебил его Мин. — Ты, как ребёнок. — Намджун выхватил из рук Юнги сигарету и затушил её.       Юнги смотрит, как его друг открывает окно и проветривает комнату, он хотел нагрубить ему, но сил и желания нет. Он слишком устал. Тяжело вздохнув, он присел на край подоконника. — Мин, откажись от ночных дежурств, тебе нужен отдых. Зачем ты себя мучаешь? А вообще! Лучше возьми отпуск. Сходим куда-нибудь, развеемся. — Сходим… — повторил за другом Юнги, — в какой палате новенький? — В третьей, — Намджун понял, что продолжать давить на друга бесполезно, –Юнги…       Но Мин уже направился к выходу. Он подошёл к двери с номером «три» и провернул ручку двери. В палате было темно, и Юнги включил свет.       Обхватив свои колени, на кровати сидел парень. Тяжело вздохнув, врач присел рядом. Он видел таких пациентов уже много, одни выходят из этого состояния, другие впадают в ещё большую депрессию, а некоторые просто заканчивают суицидом. — Меня зовут, доктор Мин. А тебя… — Юнги взял со столика карту больного и прочитал короткую информацию о нём, — А тебя Чон Хосок. Отлично. Если, ты… — Не хочу, — перебил его Хосок. Он всё также сидел в согнутом положении и не поднимая головы продолжил, — Я не хочу есть, я ничего не хочу, я буду ждать хёна.       Юнги приподнял бровь от удивления. Все твердили, что парень молчит. Он ещё раз открыл карту больного и перечитал всё написанное. В графе семья было написано: отец- умер; мать — умерла; братья/сестры- отсутствуют. — Когда он должен прийти? — закрывая папку, спросил Юнги.       Но парень молчал.       Четверг 12.04. Время 14:25       «Жизнь всё ещё дерьмо.       Ловлю себя на мысли, что мне нужен хороший психолог, а не дневник, твою мать. Намджун, ты херов помощник! Зачем я тебя послушал?       Вчера парнишка пошёл на контакт, не знаю заговорит ли он снова. Мне искренне жаль его. Он не стабилен, ждёт, что за ним придут.       За мою работу в больнице я видел многое, и эта история до жути банальна. Ему необходимо время… как и всем нам.»       Пятница 20.04. Время 22:41       «Вспомнил, что пишу эту хрень.       Хосок начал есть, что очень радует. Говорит не много, в основном про погоду, хочет выйти на улицу. Смотреть через окно, хоть и открытое, ему не нравится. Я тебя понимаю, сам задыхаюсь.       Иногда он выглядит совсем нормальным и рассуждает, как здоровый человек. Я хочу ему верить, но… Хосок.       Хочу помочь ему.»

***

— Доктор Мин, сегодня вы улыбаетесь. Это значит, что меня выпишут? — Хосок делает глоток чая и внимательно смотрит на врача. — Хочешь прогуляться? — Конечно! — такой улыбки Юнги ещё никогда не видел. Он помог парню собраться, и вместе они вышли в парк возле больницы.       Всё время прогулки Мин наблюдал за парнем. Хосок был выше врача почти на целую голову. Рыжие волосы парня забавно торчали в разные стороны. Только сейчас Юнги заметил, что парень может улыбаться, и от такой улыбки ему стало как-то спокойно на душе. Мин дал себе слово делать такие прогулки чаще, тогда он сможет видеть улыбку Хосока ещё.       Когда они вернулись в палату, парень остановил врача, схватив его за рукав, чем вызвал удивление. Поняв свою ошибку, Хосок смутился и неуверенно отпустил врача. — Спасибо, доктор Мин. Знаете, я всегда любил гулять с хёном. Он придёт, вот увидите. Тогда вы разрешите нам встретится? — Хосок всматривался в лицо доктора, пытаясь угадать ответ. — Как только он придёт к тебе… — грустно улыбнулся Юнги, — может тебе что-нибудь принести? — Да, я просил альбом у доктора Кима. Люблю рисовать. — Я передам. — Мин направился к двери, сегодня уходить от Хосока было как-то трудно.       Понедельник. Время 15:23       «Он всё ещё ждёт хёна. Кто же он? И существует ли этот человек на самом деле? Хосок говорит, что очень любит этого человека, и он его надежда на спасение. Я сделал выводы, что этот человек очень близок ему, как брат. По сведеньям полиции, на месте смерти матери парня никого, кроме Хосока, не было. Соседи утверждают, что к нему приходил парень, но лица и имени они не знают. Я хочу найти его. Я должен помочь.       Начали мучать головные боли и кошмары.       Довольно странные кошмары…»

***

      Юнги смотрел на своего друга и пытался понять хотя бы немного ход его мыслей. Ведь то, что рассказывал Намджун не воспринималось уставшей головой Мина. — Повтори, ещё раз. Что он сделал? — Нарисовал твой портрет, — неуверенно повторил Намджун, — на фоне твоего дома. — Хмм… — Это всё, что ты можешь ответить? Хм? Серьёзно? Юнги, это чертовски странно! Парень, которого ты видишь впервые, рисует то, чего не должен знать. — Успокойся, Джун, — Юнги потянулся в кресле и посмотрел на друга, — это совпадение, таких домов вагон и тележка в городе. И Хосоку стало легче после рисования, так что скоро пойдёт на поправку. И выброси из головы всякую хрень.       Намджун встал и направился к двери. В последнее время он не часто приходил к другу в гости, но то, что в квартире стоял запах сигарет не укрылось от Джуна. А это значило, что Юнги снова в депрессии. Как бы тот не маскировался под «всё отлично, видишь, я улыбаюсь». Уже у дверей Джун обернулся к другу, отметив про себя, что синяки под глазами стали более выраженными, что говорило о том, что Юнги плохо спит. — Мин, не выходи на работу несколько дней. Отдохни, — Намджун положил ладонь на плечо Юнги, — или такими темпами станешь нашим пациентом, — уже с улыбкой добавил Джун, на что получил ответную улыбку Юнги. — Непременно, доктор. — Юнги скорчил смешную гримасу и начал выпроваживать друга из квартиры.       Закрыв дверь, Юнги отправился на кухню, где припрятал пачку сигарет. Он достал сигарету и поджёг её. Сделав глубокую затяжку, несколько секунд Юнги просто наслаждался тем, как дым растворяется в нем, будто успокаивает. Это своего рода был наркотик для Мина, ведь только тогда ему становилось легче, так он успокаивал себя. Держа сигарету губами, Юнги достал небольшой блокнот и ручку из своего рюкзака. Он затушил сигарету в пепельнице и сел за стол. — Здравствуйте, доктор, — улыбнулся Юнги и открыл блокнот с последней своей записью.       Воскресенье. Время 21:32.       Кошмары!       «Теперь вижу их чаще, но если учесть, что я мало сплю и место, где работаю, всё очень предсказуемо. Не мог признаться Джуну, что видел парнишку в своём сне, ведь он начнет придумывать всякую ересь. А я смотрю на происходящее более реалистично. Как и оказалось рисование пошло ему на пользу. Хосок стал больше идти на контакт, это вычеркнуло один блок успокоительного из его карты.       Меня беспокоит поведение Хосока, когда речь заходит о его родителях, он замыкается и снова молчит. Такое пережить…» — Ой, всё! — Юнги захлопнул блокнот и бросил его обратно в рюкзак. Он направился в спальню, ведь, чтобы разобраться во всём ему нужны силы, а не спавши от него толку будет мало.

***

      Психиатрическая клиника. Палата №3. — Спокойной ночи, Юнги. — Хосок улыбнулся рисунку, на котором Мин мирно посапывал в своей кровати.