Faith

— Твой чай всё такой же приторный, — проговорил Хосок, ставя чашку на столик. — В принципе, как и ты. — Хм… Раньше он тебе нравился, — ухмыляясь, ответил ему Чимин. — Отец просил найти тебя. Хосок, ты нарушаешь все возможные и невозможные правила. Если тяжело закончить начатое… Я удовольствием помогу. На последней фразе Чимин сделал небольшую заминку, давая Хосоку понять смысл его слов. — Если это твой способ выслужиться перед отцом, то ты выбрал неверный вариант. — Спокойно проговорил Хосок. — Ему уже давно безразлично, чем я занимаюсь. Каждый развлекается, как может. Тебе ли не знать. — Так давай развлечемся вместе? Этот твой человечек слишком лакомый кусочек: в нём столько страха, что у меня каждый раз при виде него разыгрывается фантазия. Что я могу с ним сделать? Свести с ума… Ты ведь сам знаешь, какие они вкусные потом — Чимин не успел договорить, как был прижат к стене. Хосок смотрел на него ярко-красными глазами, которые не обещали ничего хорошего. Когда-то давно Хосок и Чимин были не разлей вода. Где хаос и войны — там всегда были они. Два неразлучных друга сеяли безумие между людьми, лишали их всего. А потом наблюдали, как те убивают друг друга. Питаясь их безумными отреченными душами, они манипулировали людьми столетиями. Но в какой-то момент Чимин просто не смог найти Хосока, тот просто исчез. Пока Пак не выследил его. Самоубийство в семье… Бездушные тела, оставленные Хосоком, привели Чимина в клинику для душевнобольных. Изначально это порадовало Пака. Но ожидания не оправдались. Он увидел, как друг растрачивает свои силы на обычного человека. Хосок сжал пальцы на шее Пака сильнее. Он понимал, что этим никакого вреда не причинит ему, но показать, кто тут главный, мог. — Хосок, Хосок… Ты совсем раскис, друг мой. — Чимин осторожно поглаживал руку, которая сжимала его горло. — Прожить так долго среди людей никому не пойдет на пользу. Хочешь убить сам этого доктора? Вперед! Хотя… Я бы не отказался от кусочка его души, уж слишком она притягивает… В следующее мгновение Хосок сильнее сжал пальцы и Чимин просто вспыхнул огнём. Это немного, но успокоило Чона, ведь, чтобы восстановиться, Чимину понадобится несколько часов Не спеша, Хосок вернулся в кресло и отпил уже остывший чай. — Всё равно приторный.

***

Чимин вернулся позже, чем ожидал Чон. — Где ты шлялся? — спросил Хосок заметив, что друг зол, но его это совсем не тревожило. — Ты хоть понимаешь, как тяжело восстанавливаться? — проигнорировал его вопрос Пак. Хосок посмотрел на потрепанный вид друга, улыбнувшись. Чимина это просто взбесило, с ним так никогда не поступали. Он не видел Хосока таким злым, тем более, если это касается какого-то человека. — Скажи мне, почему я не должен придушить этого никчемного человека прямо сейчас? — Чимин был полон ярости и решительности. — Хосок, твою мать! Ты сжёг меня! Чертов, ты, придурок! Чтоб ты знал, это не самое приятное чувство! Чон молчал. Он просто наблюдал за тем, как Чимин бесновался. Почему-то возникло чувство усталости, а ведь он ещё никогда не чувствовал себя усталым. Да и вообще Чон не знал, что это такое. Но сейчас хотелось тишины. Хосок поднялся с кресла и встал напротив Чимина. Тот замолчал. — Юнги мой. Несколько минут они смотрели друг на друга. — Окей, прикончи его сам, — сказал Чимин. — Я не смогу его убить. — Без проблем, я могу. — Ты не понял. Его никто не тронет и пальцем. — Хосок вернулся обратно на диван. — Нет, Хосок, это ты не понял. Твой отец приказал принести душу твоего докторишки на блюдечке, и если это не сделаешь ты, это сделает кто-то другой. — К чему он так распаляется? Его никогда не интересовало то, чем я занимаюсь. Ему всё равно скольких я убил или убью. Почему именно Юнги? — Хосок непонимающе смотрел на Чимина. — Я с таким трудом нашёл его. Я так долго искал его! Чимин, я столетиями… Ты понимаешь! — Ты искал не его, — выдохнул Чимин, — это не тот человек, точнее только часть его… — Что? — перебил его Чон. Чимин тяжело вздохнул. — Когда ты исчез, мы весь ад перевернули, чтобы найти тебя. Но не нашли… Потому что ты остался на Земле. Лишь прислужники твоего отца нашли тебя и донесли о том, что ты носишься с каким-то человеком. Вобщем, по приказу отца того человечка и вздернули. Перед глазами Хосока будто пронеслась вся та ужасная картина. Юнги в петле, смотрит ему в глаза, а потом всё горит и он не может найти и частицы души Юнги. И так столетиями… День за днем… — Кто? — на удивление Чимина, Хосок был спокоен. — Я не знаю. — он встретился взглядом с Чоном. — Честно, не знаю. Но я могу сказать, что этот твой человек понятия не имеет, что за его никчемной душонкой объявлена охота. Он не помнит ничего, Хосок. Как бы ты не старался, он не примет тебя. Так что предлагаю, добить его по старинке… — Чимин перевел взгляд на Хосока и опять увидел те самые злые красные глаза. — В любом случае доктор не жилец. Нашли тебя — найти его раз плюнуть. — Я всё исправлю. — Ой, нет, Хосок, это плохая идея. — Чимин знал, что задумал его друг. — Ты не знаешь, кто грохнул твоего доктора тогда. Оставь всё, как есть, не помнит он тебя и ладушки. Найдем тебе другого монаха. — Принеси мне краски и бумагу. — Спокойно проговорил Хосок. — Нет… Оставь, всё как есть! Достаточно того, что человек уже подозревает что-то. Ты знаешь, что будет, если он поверит в это всей душой, Хосок! — Я этого и добиваюсь, Чимин. Всё это время я только и делаю, что пытаюсь вернуть ему воспоминания! — Но это не совсем его воспоминания! — Принеси мне краски и бумагу! — Хосок перешёл на повышенные тона, чем вызвал у Чимина послушание. Через пятнадцать минут всё желаемое лежало перед Хосоком. Чон медленно начал вырисовывать силуэт человека и совсем скоро он превратился в доктора Мина. — Зачем ты пытаешься вернуть его? — спросил Чимин. — Я обещал ему. — Когда ты стал таким романтиком? Ты сын самого дьявола! Хосок! Ты можешь получить всё, что пожелаешь. — Его не могу. — Ты никогда не думал, почему убили именно его? — Мне неинтересно. Я верну Юнги то, что он потерял. — Друг, ты смешон! Ему это не нужно. Он не верит. И в этом его защита. — последние слова Чимин проговорил Хосоку шепотом, после чего чмокнул его висок и засмеялся. — Если ты закончил, предлагаю немного отдохнуть. Как в старые добрые времена. Ты со мной? — Как в старые времена? — Хосок посмотрел на друга, — Всегда за.

***

Закончив разговор с Намджуном, Юнги решил, что не помешает выпить кофе. Плевать, что завтра рано на смену. И это будет ночная смена. В голове всё еще творился полный бардак. Завтра Юнги собирался позвонить в полицию и сообщить информацию по Хосоку. Ведь возможно, что именно он причастен к убийству тех людей, которых он назвал своими родителями. Вся история казалась ещё ужасней, когда Юнги вспоминал все те жуткие совпадения. Его сны, рисунки и письма… — Рисунки! — Юнги вспомнил, что оставил их в комнате на кровати, но, когда вернулся, ничего не нашел. Возможно это Джун? Но когда он успел к нему зайти? Мин выключил чайник, и так не сделав себе кофе, отправился спать. Слишком много всего произошло и желание выбросить всё и забыть было сильным. Юнги потянулся к будильнику и поставил его на 6:30.

***

Среда, 11.04. Время: 22:00

— Мин, откажись от ночных дежурств, тебе нужен отдых. Зачем ты себя мучаешь? А вообще! Лучше возьми отпуск! Сходим куда-нибудь, развеемся. — Всё не унимался Джун. — Сходим… — повторил за другом Юнги, — в какой палате новенький? — В третьей, — Намджун понял, что продолжать давить на друга бесполезно, — Юнги, тебе не обязательно вести это дело. Я могу сам с ним разобраться. Юнги… Но Мин уже направился к выходу. Он подошёл к двери с номером «Три» и провернул ручку. В палате было темно и Юнги включил свет. Парень сидел на кровати, обхватив свои колени. Тяжело вздохнув, врач присел рядом. Он видел таких пациентов уже много раз. Одни выходят из этого состояния, другие впадают в ещё большую депрессию, а некоторые просто заканчивают суицидом. — Меня зовут, доктор Мин Юнги. А тебя… — Хосок, — тихо проговорил парень. — Отлично. Если ты… — Хочу есть, — перебил его Хосок. Он всё также сидел в согнутом положении и, не поднимая головы, продолжил, — Но один не буду. Юнги приподнял бровь от удивления. Все твердили, что парень молчит. Он ещё раз открыл карту больного и перечитал всё написанное. В графе семья было написано: отец — умер; мать — умерла; братья/сестры — отсутствуют. — Тебе нужно отдохнуть, но утром мы с тобой позавтракаем. Согласен? — закрывая папку, спросил Юнги. — Мгм. — Улыбаясь, кивнул Хосок. Юнги отметил про себя, что парень вполне идет на контакт. Хотя это немного странно в связи с тем, что он пережил. Странно и то, что Юнги почувствовал себя немного лучше, ведь ночные дежурства самые сложные. Выйдя за дверь, Мин столкнулся с санитаром Паком. — Вы тоже на ночном дежурстве? — удивился Юнги. — Как видите, не пожалели никого. — мило улыбнулся Чимин. — Ты не мог бы принести в третью палату чай? У нас новый пациент. Ему сейчас нужна поддержка. Юнги улыбнулся в ответ Чимину и отправился в свой кабинет. В палате горел свет, когда Пак открыл дверь. Он поставил чай на стол и толкнул лежавшего парня в спину: — Придурок… Хосок посмотрел на своего друга с улыбкой. — Я же говорил, что всё исправлю.