Соседи

Они прошли в сияющее от разноцветных гирлянд величественное здание, миновав леса из воздушных шариков и реки пунша на накрытых в саду столах. Народу много, атмосфера на удивление спокойная. Кое-где играют даже дети, с ними возится престарелая полная женщина – няня, видимо. Основное внимание взрослых сосредоточено (пока что) на маленьком виновнике торжества, который с упоением и восторгом распаковывает всё новые и новые подарки, шурша разноцветной бумагой. Мужчины с долей снисхождения наблюдают за картиной, краем глаза высматривая отца мальчика, а дамы трепетно шепчутся «а-вот-когда-у-меня-будут-свои-дети», потягивая шампанское намалёванными ртами. Саске, привыкший к подобной атмосфере с детства, отчуждённо встал у стола и стал посматривать на гостей, что-то отмечал про себя и изредка заговаривал с кем-то. А вот Ино стояла в растерянности от богатого интерьера, который видела лишь в журналах, и наслаждалась увиденным. Красиво. Чудная классическая музыка, да ещё живая, доносилась сверху. В воздухе витало сладостное ожидание хозяев дома и предвкушение возможности развязного поведения. Походив немного между группками шушукающихся женщин, Ино услышала зов в свою сторону – три девушки, может, чуть моложе её, они стояли, облокотившись о перила, и томно попивали коктейли, резво стреляя глазами. Блондинка (ой, уже не совсем) подошла, храбрясь мысленно. - Доброго вечера! Чудесная погода, - навеселе поздоровалась одна из трёх, невысокая тёмноволосая барышня с соблазнительными бёдрами, захваченными облегающим чёрным платьем до пола. Искры в глазах, пахнет приятно, держится раскованно. Её подруга, чуть выше и с тонкими костлявыми пальцами, держащими бокал, отстранённо ухмыльнулась. Ино поприветствовала в ответ, не снимая солнцезащитных очков, что было странно. Завязался непринуждённый разговор, который был весьма кстати: кому-то Яманака должна была рассказать о себе для своей же уверенности, что ложная информация придумана правдоподобно. Якобы из семьи Учиха, она стала болтать ненужную чепуху о небывалом двоюродном брате (такова была роль Саске), семейной благотворительной деятельности и ещё какой-то ерунде. Эту фамилию почти все позабыли, так что не возникало лишних вопросов, плавный диалог шёл, как по маслу. План срабатывал. … Неяркие, но чёрные (как тени) существа прибыли сегодня сюда же. Потому что что-то пошло не так. Тогда, пять лет назад, или гораздо раньше – кто знает? Во всяком случае, есть неоконченные дела, но существа надеялись, если и применимо к ним это слово, что всё разрешится само собой. Потому что знали обо всех планах на этот вечер. Решили подождать над крышей старого фамильного имения, к чему приведёт задуманное человечишками. Быть может, будет занятно. Кое-кто из них слонялся по зданию, проходил через людские тела и тяжёлые столы, но только один человек мог их видеть. Тот человек страшно испугался сперва, потом списал видения на жуткий стресс и недосып, вот и сидел, как на иголках. Подозвал прислугу, вернее, няню и шофёра, и наказал мальчика после официальной части торжества увезти из города, к своим родителям – неспокойное предчувствие. И вот, когда роскошные светские мамы с детьми отбыли, приехали музыканты с помутнённым рассудком и под кислотой, и началось, наконец, долгожданное веселье, задумчиво невесёлая Карин поцеловала малыша на прощание (неожиданно промелькнувшая страшная мысль!), и стала хрустеть пальцами, отгоняя тревогу. Именно тогда всё и началось. … - Забавно, что те самые грязные битники в итоге оказались весёлыми ребятами, с которыми можно неплохо покутить, - рассмеялась недавняя знакомая Ино, темноволосая и в тёмном платье, Тентен, кажется. Ино запомнила и её подругу, ту самую блондинку – Темари. Одна была в увядающем настроении, в то время как жизнерадостность другой зашкаливала. Разговоры велись пустые, чтобы скоротать время. Со сцены группа играла рокабилли, поэтому мало кто сейчас просто стоял и разговаривал. В какой-то момент время пришло, и Саске кивнул из-за соседнего столика. Ино улыбнулась ему, не зная, как справиться с нарастающим волнением в груди. Будто перед выходом на сцену или важным признанием… Нет, не время прогонять болезненные воспоминания. - Да, это забавно. Мне вот не доводилось с такими встречаться – их видок уж больно дик для меня, - Яманака слегка рассмеялась, уловила на себе беглый таинственный взгляд Темари, - кажется, мне нужно в дамскую комнату. Я вас найду, - мягкая наигранная улыбка. Спросив у прислуги, где находится туалет, девушка поспешила туда. Саске спустя некоторое время направился следом. Встал у двери, ожидая. Вот вышла Яманака, такая непривычная с этими чёрными длинными волосами. Нервно сжимающая сумочку, с капельками холодной воды на щеках. - Сейчас наверх, а там, по моему сигналу, ты начинаешь, - для верности он нащупал под пиджаком очертания оружия и, в последний раз, наверняка смущаясь такой нежности со своей стороны, мимолётно коснулся её губ. Женщина кивнула вслед. Поправила парик уже в который раз за вечер, оглянулась и стала подниматься по мраморным ступеням с ковровым покрытием. Таким же красным, как помада на её губах. Чинно держа осанку, она вышла в коридор, устланный всё той же ковровой тропой, и зашагала влево, к доносящимся из самой большой и красивой двери голосам и смеху. Там же стояла охрана, двое высоких мужчин с крепкими плечами. - Привет. Я тут к Суйгетсу-тяну, вы же меня пропустите? – игриво и развязно она стала накручивать поддельный смоляной локон на палец, почти флиртовала. Здоровяки переглянулись, причём со знанием дела и некоторой усталостью. - Никак нельзя. У вас нет на то специального приглашения. За той дверью… - Самые близкие друзья Суйгетсу, да-да, знаю, - она одарила их тем же понимающим и изнеможённым взглядом, - этот недотёпа просто забыл вам сказать, что я тоже в их числе, - интонация самая элементарная, какой объясняются с маленькими детьми, явно не подходила под внутренние ощущения Яманака: подумать только, «недотёпа»! Которому она уже пять лет как мечтает всадить ржавые ножницы в глотку. - Как ваше имя? – на выдохе спросил один из них, а второй полез в карман за блокнотом. Ино проговорила несуществующего члена клана Учиха, а сама чуть ли не покрылась испариной от ожидания, пока амбал искал это имя в списке. - Нет, тут… - он запнулся, читая что-то, а сердце временной жгучей брюнетки ушло в пятки: имя там означало старт всему тому мероприятию, что они с Саске так тщательно обдумывали. Она знала точно, он при ней договаривался с каким-то мальчиком, работающим в поместье, чтобы тот подправил списки за определённую сумму. А если теперь его не окажется, придётся либо всё отменять всё, либо незнамо как импровизировать. - А, вот, нашёл. Да, можете проходить, - он виновато улыбнулся, и дыхание застряло у Ино в горле – слишком волнительно. Она одарила пару охранников ещё одной обворожительной улыбкой и плавно устремилась в открывающуюся дверь. Какое великолепие!! Она слышала из коридора, какие обороты набирает маленький закрытый праздник, но и представить не могла, что за дверьми на втором этаже будет зал, не уступающий размерами тому же парадному, в котором и сосредоточилась основная масса. Пригляделась и поняла, что в таком огромном помещении визитёров на порядок меньше; основную массу людей занимали бесчисленные полуголые танцовщицы, музыканты и официанты. Кое-где среди них попадались те самые близкие друзья четы Хозуки, но большинство их же было сосредоточенно в центре, у самой пары. Ино не видела их, и боялась смотреть. Заглянуть в лица, вроде обычные знакомые лица простых людей, некогда соседей. С другой же стороны посмотреть на них означало встретиться лицом к лицу со своей ненавистью, со своим страхом во плоти. Это было пугающе и волнительно, потому момент визуального контакта женщина решила оттянуть как можно дольше. Просочилась в толпу шлюховатых барышень, заняла руки бокалом с коктейлем, облокотилась на спинку дорого пустующего кресла. Мысленно пожелала удачи тому, кто выполнял ведущую роль в их плане, и так же незаметно нащупала маленький нож в своих узорчатых чулках. … Теперь, когда его спутница проникла в закрытое помещение, мужчина немного успокоился. Можно двигаться дальше. Выйдя из-за угла, за которым он всё это время наблюдал, когда же Ино попадёт внутрь, Саске двинулся направо, в совершенно противоположную сторону, где тоже стояла охрана, прислушиваясь заодно, не идёт ли кто. Откуда ж ему было знать, что за их парой уже давно следили тёмные полупьяные глаза, посмеиваясь каждому шагу? - Куда? – осведомился один из охранников, насторожившись слишком широкими и стремительными шагами брюнета. Не дано было услышать ответа: так же резко, как подошёл, Саске впечатал крепкий кулак в лицо громиле, тот ударился затылком о стену и схватился за кровоточащий нос. Не успел и опомниться, как согнулся от резкого удара в живот. Второй, как только отошёл от секундного ступора, понёсся на врага, но тут же был остановлен устрашающим холодом металла. Металла пистолетного дула, что смотрело ему прямо в лицо. Реакция Учихи поистине изумила и молчаливых наблюдателей, что всё это время выжидали удобного момента. Руки охранника инстинктивно потянулись к своему стволу, но брюнет не думал останавливаться: характерный звук перезарядки отогнал всякие попытки его оппонента к сопротивлению. - Даже не думай, - мелодичный, но твёрдый голос подтверждал всю серьёзность Саске. Его противник медленно стал отходить под напором агрессивной энергии и дула пистолета, что упиралось ему в лоб. Прижав здоровяка к стене, мужчина так же быстро нанёс другой рукой пару ударов в область солнечного сплетения, в лицо, живот и пах, так что тот скатился на пол под свои же протяжные крики. Подумав, что теперь-то уж точно его услышат у тех самых главных дверей, в которые не так давно вошла его спутница, он решил не терять времени и направиться туда, пока вторая пара охранников не взялась за оружие. Брюнет присел на корточки, пошарил по карманам бугая, достал оттуда ствол и какие-то ключи, сунул себе в карман, прошёлся рукой по лбу, вытирая блестящий от яркого света пот, и замер, чувствуя, что ужас поднимается из пят к груди: нечто жёсткое и определённо металлическое упиралось теперь ему в затылок, то место будто горело. Не было возможности сделать вздох. - Ты очень помог, красавчик, - властные и игривые интонации в незнакомом женском голосе и пистолет, приставленный к затылку, мигом обрушили все надежды на успешное выполнение плана. Саске замер в испуге.